Александр Перов

Почему мы поем у костров
Только самые старые песни?
Почему не касается плесень
Этих вечных, бесхитростных строф?
То ли жаждет бродяжья душа
Приобщиться к минувшим дорогам,
То ли нам в единении строгом
С теми песнями легче дышать.
Почему мы поем у костров
Песни бардов, которым за сорок,
И, забыв о невзгодах и ссорах,
Понимаем друг друга без слов?
Может, просто устала душа
По беседам заумным скитаться,
И наверное, хочется братцы,
Разобраться во всем, не спеша.
Почему, как солдату шинель,
Нам дороже аккорды простые
И не тянет к высокому стилю
В предрассветной седой тишине?
Видно, в этой дали голубой,
Где часы до рассвета короче,
Позабыв про бессонные ночи,
Мы становимся сами собой.
Так пускай, ненавязчив и тих,
Разрешая больные вопросы,
Поднимается к звездам белесым
Этот добрый полночный мотив.


Друзья! Любители *цензура*одов и посиделок со старенькой гитарой! Приглашаю вас вспомнить ТЕКСТЫ песен, петых-перепетых у костра! Выношу тему в "Читалку", боюсь, в "МУЗоне" она не пойдет!

Люди идут по свету ...
Им, вроде, немного надо -
Была бы прочна палатка,
Да был бы нескучен путь!
Но с дымом сливается песня,
Ребята отводят взгляды,
И шепчет во сне бродяга
Кому-то: Не позабудь!


Они в городах не блещут
Манерами аристократов,
Но в чутких высоких залах,
Где шум суеты затих,
Страдают в бродячих душах
Бетховенские сонаты
И светлые песни Грига
Переполняют их.


Люди идут по свету ,
Слова их порою грубы.
Пожалуйста, извините, -
С усмешкой они говорят.
Но грустную нежность песни
Ласкают сухие губы,
И самые лучшие книги
Они в рюкзаках хранят.

Выверен старый компас,
Получены карты-кроки,
Выштопан на штормовке
Лавины предательский след.
Счастлив, кому знакомо
Щемящее чувство дороги,
Ветер рвет горизонты
И раздувает рассвет.

Эта песня считается одной из родоначальниц бардовской песни.Бригантина
Музыка Георгия Лепского
Стихи Павла Когана

Надоело говорить, и спорить,
И любить усталые глаза...
В флибустьерском дальнем синем море
Бригантина поднимает паруса...
В флибустьерском дальнем синем море
Бригантина поднимает паруса...


Капитан, обветренный, как скалы,
Вышел в море, не дождавшись нас.
На прощанье подымай бокалы |
Золотого терпкого вина. | 2 раза

Пьем за яростных, за не*цензура*ожих,
За презревших грошевой уют.
Вьется по ветру "веселый роджер", |
Люди Флинта песенку поют. | 2 раза

Так прощаемся мы с серебристой,
Самою заветною мечтой,
Флибустьеры и авантюристы, |
Братья по крови горячей и густой. | 2 раза

И в беде, и в радости, и в горе
Только чуточку прищурь глаза -
В флибустьерском дальнем синем море |
Бригантина поднимает паруса. | 2 раза

Вьется по ветру "веселый роджер",
Люди Флинта песенку поют,
И звеня бокалами мы тоже |
Запеваем песенку свою. | 2 раза

Надоело говорить, и спорить,
И любить усталые глаза...
В флибустьерском дальнем синем море |
Бригантина поднимает паруса... | 2 раза

А всё кончается, кончается, кончается!
Едва качаются перрон и фонари,
Глаза прощаются, надолго изучаются -
И так всё ясно, слов не говори...

А голова моя полна бессонницей,
Полна тревоги голова моя -
И как расти не может дерево без солнца,
Так не могу я быть без вас, друзья!

Спасибо вам, - не подвели, не дрогнули,
И каждый был открыт - таким, как был.
Ах, дни короткие за сердце тронули,
Спасибо вам прощайте - до Курил...

А всё кончается, кончается, кончается!
Едва качаются перрон и фонари,
Глаза прощаются, надолго изучаются -
И так всё ясно, слов не говори.

Мы по любимым разбредёмся и по улицам,
Наденем фраки и закружимся в судьбе,
А если сердце заболит, простудится -
Искать лекарства станем не в себе.

Мы будем гнуться, но наверно не загнёмся, -
Не заржавеют в ножнах скрытые клинки!
И мы когда-нибудь куда-нибудь вернёмся
И станем снова с вами просто мужики!

А всё кончается, кончается, кончается!
Едва качаются перрон и фонари,
Глаза прощаются, надолго изучаются -
И так всё ясно, слов не говори...

Хотите посмеяться?!
Хатуль, Бесшабашно-эзотерический романс.

Крест, полумесяц, алтарь, аналой.
Я отличный алхимик, я маг удалой:
приходи заниматься со мной Каббалой
и Вуду!
Посреди нарисованных двух пентаграмм
мы для храбрости примем с тобой по сто грамм
и устроим магический трам-тарарам
повсюду.

Научу я тебя танцевать при луне,
отключать электричество целой стране
и летать, а затем приземляться в окне
(аккуратно!),
и вынюхивать клады в пучине морей;
а потом - если станешь сильней и мудрей -
научу превращаться в различных зверей
(и обратно!).

Силой духа войдем в треугольник Бермуд,
чай попьем у пяти симпатичнейших будд:
там расскажут тебе, что обьятья - не блуд,
а тантра.
Мы пройдем по твоих инкарнаций цепи:
ты и есть тот ямщик, замерзавший в степи!
А еще - крестоносец, гетера и пи-
текантроп!

Ни Иисус, ни Иуда, ни Будда (да-да!)
не расскажет, и сам не поймет никогда,
за каким это делом нам надо туда
соваться;
а когда пригласят отчитаться в конце
за грехи человечества в нашем лице
будем только стоять с глупым видом и це-
ловаться.

Посмотри, как пылает негаснущий куст!
Это - зримый накал моих бешеных чувств!
Я - крупнейший знаток запрещенных искусств,
но - таю!
Приходи же скорей под покров темноты
и тотчас на кусте засияют цветы
неземной красоты, оттого лишь, что ты -
ТАКАЯ!

Как здорово


Изгиб гитары желтой ты обнимаешь нежно,
Струна осколком эха пронзит тугую высь.
Качнется купол неба большой и звездноснежный.
Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!

Как отблеск от заката, костер меж сосен пляшет.
Ты что грустишь, бродяга? А, ну-ка, улыбнись!
И кто-то очень близкий тебе тихонько скажет:
Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!

И все же с болью в горле мы тех сегодня вспомним,
Чьи имена, как раны, на сердце запеклись,
Мечтами их и песнями мы каждый вздох наполним.
Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались

Очень люблю Олега Митяева, через 2 недели его концерт у нас.

Вечная история
Она была актрисой, а он простой полярник,
И каждому понятно из этой маеты -
Обычно не выходит не тортик и не пряник,
Дай Бог, чтоб все утихло и не стряслось беды.

Тем более, что оба давно уж не свободны -
И он - всегда в разъездах, она - всегда с другим.
А наставленья мамы здесь вовсе не пригодны -
Закон стихийных бедствий пока не объясним.

Причем большие чувства не в радость, если дети,
Гуляние с собакой, и все труднее врать.
Зачем они приходят - никто вам не ответит,
Но все уже случилось, и что теперь гадать. H7 => Em

Итак, он спал на льдинах, она в Москве играла,
С подружкой выпивала, которая поет,
Но все это лишь краем, а в целом - ожидала,
И не было другого занятья у нее.

А он все ждал, что Север, разлука и морозы
Забелят ненормальных желаний карнавал, -
Нет - прямо с самолета он покупал ей розы
И мчался на спектакль, хотя бы на финал.

А чем все завершилось мы, видно, не узнаем
Ни из моих фантазий, ни от каких старух.
Но Эрих Фромм заметил: "Nur haben oder sein",
И видно так и вышло у них - одно из двух.

И на Цветном бульваре, бессовестно целуясь,
Они встречаться стали все реже, а потом
Лишь изредка звонили, по-прежнему волнуясь,
Чтоб кто-то не услышал о ней или о нем.

Финал:
А дальше все по кругу - развод в суде районном
И неотложка - маме, и поиски жилья.
Потом опять, на время, покой в быту законном,
Гуляние с собакой и крепкая семья.

Потом - гастроли в Ялте, купание ночами
И встречи с гитаристом одним из Трускавца,
Подружкина квартира. История с ключами.
Полярника догадки. И это без конца.

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ

Зачем ходить, таскать рюкзак тяжелый
Сидеть, курить, мечтать в дыму табачном.
На то-она и первая любовь, ой-ли,
Чтоб быть ей не особенно удачной.

Та девушка давно уже с другим
Вернуть ее сумеешь ты едва ли
На то она и первая любовь, ой-ли
Чтоб мы о ней всю жизнь не забывали.

Не сетуй, не грусти, влюбляйся вновь,
Любить мы можем без конца и края
На то она и первая любовь, ой-ли
Чтоб вслед за нею шла очередная.

Вадим Егоров
Друзья уходят как-то невзначай,
Друзья уходят в прошлое, как в замять.
И мы смеемся с новыми друзьями,
А старых вспоминаем по ночам,
А старых вспоминаем по ночам.


А мы во сне зовем их, как в бреду,
Асфальты топчем юны и упруги,
И на прощанье стискиваем руки,
И руки обещают нам: "Приду".
И руки обещают нам: "Приду".

Они врастают, тают в синеву,
А мы во сне так верим им, так верим,
Но наяву распахнутые двери
И боль утраты тоже наяву.
И гарь утраты тоже наяву.

Но не прервать связующую нить.
Она дрожит во мне и не сдается.
Друзья уходят - кто же остается?
Друзья уходят - кем их заменить?
Друзья уходят - кем их заменить?..

...Друзья уходят как-то невзначай,
друзья уходят в прошлое, как в замять,
И мы смеемся с новыми друзьями,
А старых вспоминаем по ночам,
А старых вспоминаем по ночам.