статья ..
Турист в центре Сеула. 4 июня 2015
Ростуризм рекомендовал россиянам отказаться от поездок в Южную Корею из-за эпидемии MERS — вируса, унесшего жизни уже нескольких человек. Так же поступили власти Гонконга. А Япония открыла при диппредставительствах страны в Корее центры помощи гражданам, у которых возникли подозрения на заражение. Сами корейцы, хотя и не поддаются панике, но стараются лишний раз не появляться в людных местах и скупают защитные марлевые повязки. «Лента.ру» попыталась разобраться в том, насколько серьезную опасность представляет собой MERS и как он попал в Сеул.
Что же такое MERS? Это вирусное заболевание, впервые обнаруженное в Саудовской Аравии в 2012 году. Отсюда и название: аббревиатура составлена из первых букв слов, в переводе на русский составляющих фразу «ближневосточный респираторный синдром». Возбудителем болезни служит вирус MERS-CoV, относящийся в группе коронавирусов. По симптомам заболевание напоминает острый грипп.
Пока основной центр распространения MERS — страны Ближнего Востока, хотя вспышки заболевания наблюдались и в других регионах планеты. Болезнь регистрировалась в 23 странах, и всегда все начиналось с прибытия туда человека с Ближнего Востока.
Происхождение вируса MERS-CoV точно неизвестно, но предполагается, что болезнь эта передалась человеку от верблюдов — как известно, большинство наших болезней имеет животное происхождение.
Неприятная особенность MERS — его высокая вирулентность: пока от болезни в среднем погибали около 40 процентов заразившихся, хотя в случае с нынешней корейской эпидемией смертность, кажется, заметно ниже. Правда, статистика показывает, что жертвами MERS становятся в основном люди старшего возраста, причем часто — с ослабленной респираторной системой. Вдобавок вирус не отличается особой живучестью и распространяется преимущественно через физический контакт — например, его легко занести в организм, если браться грязными руками за нос или глаза.
В Корее эпидемия началась в начале мая. В страну вирус завез кореец, побывавший в Бахрейне. Плохо себя почувствовав, он обратился в больницу — госпиталь Святой Марии в городе Пхёнтхэке, поблизости от Сеула (туда ходит метро). Впоследствии он побывал у нескольких врачей и в нескольких клиниках. Там «первый больной» и заразил других пациентов. Те в свою очередь обратились к врачам, и болезнь быстро распространилась по стране. Тому немало способствовало и то обстоятельство, что Корея обладает развитой и дешевой системой междугородного транспорта, которой граждане активно пользуются. Больные обращались за помощью в клиники по всей стране, стремительно разнося вирус.
По состоянию на утро 9 июня в Корее от MERS скончались семь человек, а всего выявлены 95 заболевших, которые сейчас проходят курс лечения. Несколько граждан благополучно выписались из больниц. По предварительным оценкам, данная вспышка MERS отличается существенно меньшей вирулентностью, чем предшествующие: смертность много ниже, чем та, что фиксировалась во время предыдущих эпидемий на Ближнем Востоке.
По большому счету вероятность погибнуть от MERS ничтожна. Для сравнения: в дорожно-транспортных происшествиях в Корее ежегодно погибают около 5000 человек, то есть примерно 400 человек в месяц, или 10-15 человек в день. Пока MERS унесла семь жизней за месяц.
И тем не менее корейцы реагируют на происходящее болезненно. Если посмотреть новостные сообщения мировых СМИ, создается впечатление, что в стране царит паника, все сидят по домам и выходят на улицу только в респираторах. Это не так, и подозреваю, что фотографам приходится потратить немало времени, чтобы заполучить кадр с десятком сеульцев в марлевых масках. Однако некоторая напряженность в столичной атмосфере явственно ощутима.
На прошлых выходных в городе было заметно меньше людей и машин, чем обычно. Власти рекомендовали воздерживаться от посещения общественных мест и отменили большинство торжественных мероприятий (на вручении дипломов победителям олимпиад по школьным предметам, например, присутствовали только представители сеульского управления образования и сами победители). Продажи билетов в кинотеатрах сократились на 20-25 процентов.
Рабочие распыляют антисептический состав в самолете, чтобы предотвратить распространение вируса. 4 июня 2015 года
Фото: Park Ji-ho / Yonhap / AP
Многие корейцы — на мой взгляд, процентов 15-20 — действительно начали постоянно носить марлевые маски. Вообще, до недавнего времени в Корее существовала неплохая традиция ходить в них во время эпидемий гриппа, еще в колониальные времена установленная японцами. В последнее десятилетие эта традиция стала быстро исчезать, но во теперь восстановилась. Что можно только приветствовать, хотя в случае с MERS тканевые маски не слишком нужны: существует предположение, что вирус может передаваться также и воздушно-капельным путем — этот способ распространения болезни скорее исключение, чем правило.
Трудно сказать, до какой степени все это отражает испуг населения, которому СМИ постоянно рассказывают о страшной и неизлечимой болезни, а до какой степени вызвано корейской законопослушностью и склонностью исполнять указания начальства.
Как и следовало ожидать, оппозиция активно ругает правительство, обвиняя его в неэффективности и халатности. Насколько эти упреки справедливы, неясно, ибо оппозиция обвиняет власти во всех случающихся в стране катастрофах. Однако кажется, что правительство на первых этапах эпидемии действительно проявило некоторую беспечность и медлительность. В частности, не было принято решение о немедленном закрытии для посетителей всех больниц, в которых побывали заразившиеся MERS, хотя на таком решении настаивали эпидемиологи.
Поскольку MERS — вирус, антибиотики против него бесполезны, а эффективных средств лечения и вакцин пока не существует. Поэтому основные усилия по пресечению эпидемии направлены на карантин, то есть на изоляцию тех, кто имел контакты с заболевшими. На настоящий момент в карантине разной степени жесткости находятся почти 3000 человек.
В карантин, кстати, попали и верблюды. Верблюды в Корее водятся только в зоопарках, но поскольку именно этих животных подозревают в распространении вируса MERS на их исторической родине, немногочисленных корейских верблюдов изолировали от посетителей.
Все немногочисленные корейские верблюды отправлены в карантин. 5 июня 2015 года
Фото: EPA / ТАСС
С первых чисел июня закрываются школы и детские сады. Прежде всего те, в которых теоретически мог появиться вирус, но в последние дни — и многие другие, зачастую просто по требованию родителей. По состоянию на утро 9 июня в стране прекращены занятия в 2200 школах и дошкольных учреждениях. Пока это всего лишь 10 процентов от общего их числа. Но учитывая склонность корейских родителей к панике в подобных ситуациях, можно ожидать, что этот показатель вырастет, даже если вспышка будет локализована в самое ближайшее время.
В больницах, сыгравших важную роль в распространении вируса, введены жесткие правила безопасности. У входа стоят дежурные, заставляющие всех обрабатывать руки дезинфекционной смесью (вирус MERS, как уже говорилось, обычно передается через физический контакт). В больницах вообще стало меньше посетителей: корейцы сейчас предпочитают обращаться к врачу лишь в случае крайней необходимости.
Как и обычно, все происходящее — смесь легкой паники, раздуваемой СМИ, и вполне разумных мер предосторожности. Свою роль играют и такие черты корейского характера, как повышенная законопослушность и склонность поступать так, как и вся социальная группа, к которой ты принадлежишь. И в данном конкретном случае эти качества, кажется, только на пользу.
Андрей Ланьков профессор университета Кукмин (Сеул)
