Была у меня книга "Bubble magic". Я ее переделал, заменив пузыри воздушными шарами.
Потом Яндекс-переводчик перевел все это с английского. Получилось вот это.

------------------ 1 часть

Девушка из аниме Тохо, студентка Лунной академии, зашла в библиотеку. Ранее ее учитель Клиндерелла сказала: "Чтобы сдать промежуточный экзамен, ты должна выбрать тему, которая тебе нравится". Тохо заметила тонкую книгу среди толстых томов на полке библиотеки. Она выбрала эту тонкую книгу. "Хм-м-м..." - сказал Тохоу. - "Магия воздушных шаров". Это должно быть интересно. Красивый. И в безопасности.

- Магия воздушных шаров? Серьезно? Пробормотала Тохоу себе под нос, листая книгу размером с брошюру. На выцветшей обложке был изображен простой рисунок парящей сферы. Вокруг нее возвышались полки, уставленные древними книгами по заклинаниям в переплетах из драконьей кожи и звездного металла. В воздухе пахло пылью и старой бумагой.

Она провела пальцем по написанному от руки названию. Большинство студентов Лунной академии на промежуточных экзаменах охотились за грозами или манипулированием тенями. Что-нибудь броское. Впечатляющий. Магия воздушных шаров звучала как детский трюк на день рождения.

Последовал совет ее сэнсэя Клиндереллы. * Выбирайте то, что вызывает неподдельное любопытство, а не аплодисменты.* Тохоу зажала тонкую книгу под мышкой. Ее страницы казались странно теплыми на ощупь.

Она нашла Хану, склонившуюся над кипящим котлом в нише для практических занятий. Обычно ярко-розовые волосы Ханы были строго зачесаны назад, а брови нахмурены, когда она поправляла сложное украшение из светящихся кристаллов. "Хана!" Тихо позвала Тохоу, не желая нарушать тонкий энергетический поток. Ее одноклассница подпрыгнула, едва не опрокинув флакон с мерцающей жидкостью. - Тохоу! Ты меня напугал. Что случилось?

Тохоу подняла тонкую книжку. - Магия воздушных шаров. Для моего промежуточного экзамена. - Хана моргнула, вытирая руки о фартук. - Воздушные шары? Как... украшение для вечеринки? Тохоу кивнула, и на ее лице промелькнуло сомнение. - Сенсей сказал выбрать то, что мне нравится. Они кажутся... спокойными. Но мне нужен партнер для первоначальных испытаний на стабилизацию. В книге упоминаются летучие воздушные смеси. Она постучала по диаграмме, изображающей пересекающиеся потоки разноцветного газа. - Поможешь мне?

Хана всмотрелась в диаграмму, и ее первоначальный скептицизм сменился заинтригованными расчетами. Она сдвинула защитные очки на лоб, оставив на них пятно. - Летучие воздушные смеси, да? Ладно, это больше похоже не на вечеринку по случаю дня рождения, а на потенциальное возгорание. Интересно." Она усмехнулась, и искра вызова зажглась в ее глазах. - Когда мы начинаем?

Они направились прямиком во вспомогательную лабораторию академии, меньшую по размеру и менее внушительную комнату, заполненную прочными каменными столами и полями сдерживания элементалей. Тохо осторожно положил тонкую книгу открытой на рабочий стол, ее страницы тихо зашуршали. Из своей сумки она достала маленький, непритязательный бумажный пакет. - Сначала, - объявила она ровным голосом, несмотря на нервное напряжение, - мы должны надуть воздушные шарики. Она приподняла упаковку, и оттуда вывалились двадцать маленьких сдутых резиновых шариков, выглядевших невероятно обыденно на фоне волшебного устройства.

Хана взяла один из них и в качестве эксперимента растянула тонкий материал. "Просто... надуть их? Как обычные дети?" Ее голос звучал скептически, но она была заинтригована. Тохоу кивнула и сама выбрала бледно-голубой воздушный шарик. "Книга очень специфична. Первоначальное раздувание должно быть чисто физическим, с использованием нашего собственного дыхания. Это устанавливает базовую связь между магом и сосудом. Она сделала глубокий вдох, ущипнула горлышко и начала дуть. Резина медленно растягивалась, сначала сопротивляясь, затем поддаваясь со слабым скрипом.

Воздух в лаборатории сгустился от звуков физической нагрузки и ритмичного поскрипывания растягивающейся резины. Хана, надув щеки, умудрилась надуть ярко-красный шарик размером с кулак, прежде чем он соскользнул, выпустив воздух с резким звуком, который заставил их обеих захихикать. Тохоу сосредоточилась, и ее шарик постепенно превратился в идеальную полупрозрачную сферу небесного цвета. Она аккуратно завязала его маленьким и тугим узелком. - Сосредоточься, - пробормотала она скорее себе, чем Хане. - Все дело в контроле. Нежное, равномерное надавливание". Она осторожно положила готовый шарик на каменную столешницу, где он слегка закачался.

Хана, наконец, справилась со своим красным шариком и с ворчанием завязала его. "Хорошо, хорошо, я поняла. Не так просто, как кажется". Она наблюдала, как Тохоу надувает второй синий шарик, затем нежно-желтый, ее движения становились более плавными и экономичными. Хана последовала ее примеру, управляясь с зеленым, а затем с фиолетовым шариком, ее первоначальная неуклюжесть сменилась четким ритмом. Скрип стал реже, сменившись тихим шелестом страниц книги, когда Тохоу время от времени заглядывал в нее, ожидая указаний. Пять воздушных шариков – два синих, один красный, один зеленый и один фиолетовый – лежали кучкой на прохладной каменной поверхности, мягко покачиваясь на легком сквозняке из вентиляционной решетки.

Тохоу не смогла сдержать восторженного вздоха. Она протянула руку, и ее пальцы коснулись упругой поверхности ее первого голубого шарика. Он закачался, подтолкнув красный шарик рядом с собой. Слабое призматическое мерцание плясало на его поверхности, отражая свет от светящихся кристаллов над головой. - Смотри, Хана! - Прошептала Тохоу, и ее голос был полон чистого, неприкрытого удивления. Она снова легонько постучала по голубому шарику, отчего он мягко стукнулся о желтый. Отраженный свет усилился, крошечные радуги заиграли по гладкой резине и каменному столу. У нее вырвался смешок, когда желтый шарик в ответ ударился о зеленый, вызвав цепную реакцию мягких столкновений и ослепительных миниатюрных световых шоу. Ее прежние сомнения рассеялись, уступив место простой, интуитивной радости созидания и неожиданной красоте, расцветающей из таких простых материалов.

Хана наклонилась вперед, ее прежний скептицизм сменился искренним любопытством. Она наблюдала за игрой света и движения, и ее аналитический ум на мгновение успокоился. - Ха, - пробормотала она, не отрывая взгляда от переливающихся цветов, играющих на фиолетовом шарике. - Это... на самом деле, довольно симпатичные". Она не протянула руку, чтобы потрогать их сама, но ее поза расслабилась, и легкая заинтригованная улыбка тронула ее губы, когда она заметила явный восторг Тохоу. Обыденное надувание резины внезапно наполнилось странным, зарождающимся волшебством.

Тохоу, все еще улыбаясь, взяла тонкую книгу, ее потертая обложка приятно холодила ладонь. Она перешла к первому практическому упражнению, пробегая глазами написанные от руки инструкции. - Итак, - объявила она, и в ее голосе зазвучало предвкушение, - что нам теперь делать? Она быстро нашла нужный раздел. "Упражнение 1: Делаем шарики прочнее". Она сосредоточенно смотрела на скопление подпрыгивающих шариков, выражение ее лица стало сосредоточенным, когда она прошептала описанное простое заклинание – низкий гул слогов, которые слабо вибрировали в воздухе. Ничего не произошло. Шарики продолжали мягко покачиваться, не меняясь. - Хм, - Тохоу слегка нахмурилась, озадаченная. Она протянула руку и намеренно ткнула указательным пальцем в ближайший голубой шарик. Он слегка поддался под давлением, но не лопнул, на его поверхности образовались ямочки, а затем плавно спрыгнули обратно. По ощущениям, это ничем не отличалось от того, что было раньше.

Хана, наблюдая за сосредоточенными усилиями Тохо и отсутствием видимого результата, приподняла бровь. "Сильнее? Как? Получилось?" Она наклонилась ближе, разглядывая шарик, в который Тохоу ткнул пальцем. "Выглядит так же". Она взяла свой собственный красный шарик и для пробы сжала его. На ощупь он был как обычный резиновый. "Может быть, ему нужно больше упругости?" предположила она скептически, но с готовностью. "Или другой подход?"

Нахмурив брови, Тохоу перечитала инструкцию. "Здесь говорится, что заклинание - это только начало. Нам нужно... *передать* силу". Она закрыла глаза, осторожно обхватив свой голубой шарик обеими руками. Вместо того, чтобы просто шептать слова, она мысленно представила, как резина утолщается, становится упругой, как сотканный шелк, представляя, как крошечные нити магии вплетаются в ее структуру. Она снова произнесла заклинание, вкладывая свою волю в этот образ. На этот раз шарик издал слабый, почти незаметный звук под ее ладонями. Когда она открыла глаза и постучала по нему, поверхность стала заметно плотнее и с новой твердостью сопротивлялась ее пальцу. "да! Вот так!" - воскликнула она, ее глаза сверкали. "Все дело в "намерении", вплетенном в звук!"

Хана заинтригованно наблюдала за происходящим. "Хорошо, покажи мне". Она подняла свой красный шарик, имитируя позу Тохоу. Она закрыла глаза, ее лицо сморщилось в напряженной сосредоточенности. "Сильнее... выносливее..." - бормотала она, напевая по слогам. Ее шарик дернулся, внутри него вспыхнула короткая вспышка малинового света, прежде чем затихнуть. Когда она сжала его, он показался ей чуть менее податливым. "Хм. Хорошо, неплохо". В ее глазах появился огонек соперничества. "Итак, что дальше?" Уменьшается?"

Тохоу перевернула страницу, проведя пальцем по диаграмме, изображающей воздушный шар, уменьшающийся до размеров мрамора. "Упражнение 2: Контролируемое уменьшение. Здесь сказано визуализировать, как воздух уплотняется... втягивается внутрь". Она сосредоточилась на своем голубом воздушном шаре, прошептав новое, более мягкое заклинание. Шар задрожал, секунду сильно раскачивался, а затем внезапно сжался сам по себе со слабым шипением, превратившись в идеальную плотную сферу размером не больше виноградины. Он сидел на камне, невероятно маленький и тяжелый на вид. - Ого! - выдохнула Хана, наклоняясь ко мне. - Это... эффективно". Она тут же примерила свой красный шар, чтобы заклинание было четче. Ее шар тоже уменьшился, но беспорядочно дергался, прежде чем принять размер вишни. - Хитро, - проворчала она, тыкая пальцем в крошечный плотный шар.

Увеличение оказалось еще более сложной задачей. Тохоу сосредоточилась на своем уменьшившемся голубом шаре, напевая заклинание обратного хода и представляя, как внутри него разворачивается пространство. Крошечная сфера вздрогнула, затем начала расширяться с мучительной медлительностью, воздух с тихим свистом врывался внутрь, пока она не восстановила свой первоначальный размер, выглядя слегка натянутой. Попытка Ханы была взрывоопасной; ее воздушный шарик размером с вишню быстро надулся, увеличившись почти вдвое, прежде чем она, задыхаясь, остановила поток воздуха.

------------------ 2 часть

Он завис, напряженный и дрожащий, казалось, готовый вот-вот лопнуть. - Ладно, - согласилась Хана, вытирая пот со лба, - здесь требуется тонкость. Получилось." Они усердно тренировались, воздух наполнялся тихим шипением, свистом и случайными испуганными вскриками, когда воздушный шарик сопротивлялся или слишком остро реагировал.

Но Тохоу не останавливалась. Ей это нравилось. Она применяла заклинание увеличения снова и снова, пока все пять шариков не стали больше ее и почти прозрачными. "Эй, Тохоу... что ты делаешь?" - спросила Хана. "Я... просто тренируюсь", - сказала Тохоу.

Шарики пульсировали при каждом произнесенном шепотом заклинании, постепенно увеличиваясь, пока не стали казаться Тохоу маленькими. Их эластичная резина стала тонкой, как паутинка, и почти невидимой, если не считать слабых радужных бликов, танцующих на их поверхности. Они столпились за каменным столом, прижимаясь друг к другу с тихими, упругими стонами, наполняя нишу искаженным светом. Хана сделала шаг назад, широко раскрыв глаза. - Тохоу, остановись. Они, похоже, готовы...

- Я почти на месте, - пробормотала Тохоу отстраненным голосом. Она провела пальцем по воздуху возле самого большого воздушного шара, бледно-голубого гиганта. Кончик ее пальца оставил след из мерцающих пылинок, которые впитались в резину. Воздушный шар сделал еще один невероятный вдох, его поверхность натянулась, как барабанная перепонка. Хана вздрогнула, когда давление воздуха изменилось, и у нее заложило уши. Другие воздушные шары напряглись, натягивая невидимые путы, вибрируя от сдерживаемой энергии.

- Ого! - воскликнул я. Тохоу ахнула, и внезапная улыбка расплылась по ее лицу. Она схватила свисающие нити – тонкие, почти невидимые ниточки – и собрала их в один толстый, дрожащий пучок. - Посмотри на это! Сгруппированные воздушные шары образовали над ее головой массивную, колеблющуюся сферу света, каждый из которых был похож на гигантский мыльный пузырь, отражающийся радугой на каменных стенах и потолке. Они сталкивались друг с другом с глухими звуками "тум-тум", посылая каскады цветных волн по лаборатории. Но когда Тохо перестала двигаться, ее руки задрожали от усилий удержать их, вся связка с поразительной скоростью полетела вниз. Веревки в ее руках натянулись, лишив ее равновесия. Она, спотыкаясь, сделала шаг вперед и едва удержалась на ногах, когда гигантские воздушные шары тяжело опустились всего в нескольких дюймах над каменным полом, слегка прижавшись днищами к прохладной поверхности.

Хана уставилась на него, и ее прежние опасения сменились восхищением. - Они..... слишком тяжелые, - заметила она, подходя ближе. Она осторожно постучала пальцем по ближайшему воздушному шару – мерцающему фиолетовому гиганту. Раздался глубокий, звучный "бум", от которого пол завибрировал. - Весь этот воздух, который вы закачали, - продолжила она, ее взгляд заострился, когда она оценила физические свойства, - он плотный. Они такие... небесные валуны. Красивая, но приземленная." Она обвела взглядом скопление, нахмурив брови. - Заклинание подъема, которое вы использовали, просто уменьшило их вес настолько, что они ненадолго зависли в воздухе. Это был не настоящий полет.

"Мы должны заставить их *летать*!" Воскликнула Тохоу, ее глаза загорелись новой решимостью. Она лихорадочно листала тонкую книгу, ее пальцы слегка дрожали. "Вот! "Восхождение Аэриона"!" Не обращая внимания на предостерегающий взгляд Ханы, Тохо сделала глубокий вдох, сосредоточила свою волю и произнесла сложные, переливающиеся слоги. Воздух затрещал. Все пять шаров сильно вздрогнули, а затем, с общим вздохом вытесненного воздуха, оторвались от каменного пола. Они резко поднялись, ударяясь друг о друга с громкими, глубокими звуками, которые эхом отдавались в маленькой лаборатории. Они поднимались вверх рыхлым, колеблющимся скоплением, их огромные, почти прозрачные формы отбрасывали искаженные, меняющиеся радуги на каждую поверхность.

Тохоу смотрела на воздушные шары. Но ей хотелось большего. Надуть еще воздушные шары и повторить все сначала? Нет! У нее появилась идея.

Она лихорадочно листала тонкую книгу, страницы шуршали, как сухие листья. Ее глаза скользили по выцветшим диаграммам и корявому шрифту, не обращая внимания на стабилизирующие чары и модификаторы плотности. "да! Вот и все. - Ее палец ткнул в страницу, озаглавленную зацикленным, почти маниакальным почерком: "Режим лунатика". На сопроводительном рисунке был изображен воздушный шар, пульсирующий хаотичными, неровными энергетическими линиями. Не обращая внимания на резкий вздох Ханы, Тохо выпрямилась, сделала глубокий вдох и произнесла гортанные, неблагозвучные слоги заклинания: "*Вексус Лунаре!"

Эффект был мгновенным и ошеломляющим. Пять парящих гигантов застыли на месте, их почти прозрачные поверхности мгновенно затвердели, как отполированный хрусталь. Радуги вспыхнули на их поверхностях с ослепительной яркостью, отбрасывая острые осколки разноцветного света, которые жалили глаза. Они начали сильно вибрировать, издавая низкий, от которого стучали зубы, гул. Затем они пришли в движение. Не дрейфовали, а беспорядочно дергались в воздухе – вверх, вниз, в стороны – сталкиваясь друг с другом и каменными стенами с резкими, звучными тресками, как стеклянные бильярдные шары. Хана пригнулась, когда фиолетовый бегемот срикошетил от потолка и пролетел мимо ее уха.

Ярко-красный шар с силой врезался в бледно-голубой шар Тохо. Вместо того, чтобы разлететься в стороны, они слились при ударе с ослепительной вспышкой и звуком, похожим на звук рвущегося шелка. Там, где они соприкоснулись, цвета яростно закружились, малиновый и лазурный смешались. Затем, внезапно, между ними материализовался новый шар – одинакового размера, но ярко-фиолетового цвета, появившийся в результате столкновения. Он запульсировал нестабильной энергией, немедленно присоединившись к хаотичному танцу. Хана, застыв, смотрела, как зеленый шар врезался в желтый. Еще одна вспышка, еще один рвущийся звук, и на свет появился шар болезненного шартрезового цвета. - Тохоу! - крикнул я. - прокричала Хана, перекрывая шум. - Остановите их! Они размножаются!"

Тохо, как загипнотизированный, наблюдал, как фиолетовый шар столкнулся с шартрезовым. Еще одна вспышка, еще одно яростное слияние, и в схватку ворвался темно-синий шар с синяками. Воздух наполнился гулом вибрирующего хрусталя и резкими звуками ударов. Пять из них превратились в шесть, затем в семь, затем в десять. Замкнутое пространство вспомогательной лаборатории внезапно заполнилось гигантскими затвердевшими воздушными шарами, каждое столкновение потенциально порождало другое. Они рикошетировали от стен, потолка, рабочих столов, оставляя за собой неровные дорожки из ломаного света. Хана нырнула за каменный стол, когда фиолетовый шарик с оглушительным треском разбил стойку с пустыми стеклянными мензурками. - Они не останавливаются! - закричала она срывающимся голосом. - Они размножаются!

Воздушных шариков было около пятнадцати. Или, может быть, двадцать? Тохоу не мог их сосчитать, они двигались слишком быстро, хаотичный калейдоскоп невозможных цветов и острых граней. Воздух вибрировал от их маниакальной энергии, наполненный сухим, тревожным скрежетом поверхностей, похожих на латекс, скребущихся друг о друга, и неумолимым, глухим "бум-бум-бум" столкновений. Внезапный холодок пробежал по спине Тохоу – первичный намек на опасность. Это были уже не игривые пузырьки, а метательные снаряды. Нервничая, Тохо опустилась на колени, лихорадочно ища в тонкой книге, раскрытой на полу, обратное заклинание, сдерживающие чары, что-нибудь еще. Ее пальцы дрожали, когда она переворачивала страницы. "Остановись... остановись... как мне..." — пробормотала она, чувствуя, как нарастает паника. Прежде чем она смогла найти его, гигантский, яростно вращающийся малиновый шар, появившийся в результате новейшего термоядерного синтеза, сильно ударил ее в плечо. Удар был резким, как будто на нее обрушили мешок с камнями. Тохо вскрикнул, отшатнулся в сторону, и драгоценная книга покатилась по каменному полу, исчезнув под ножками верстака.

От толчка Тохоу упала навзничь. Ее голова ударилась о холодный каменный пол, перед глазами взорвались звезды. Дыхание со свистом вырвалось из ее легких. Ошеломленная, она какое-то мгновение лежала неподвижно, мир превратился в размытое пятно пульсирующей боли и прерывистого света. Когда ее зрение прояснилось, она увидела, что смотрит прямо вверх. Воздух над головой был полностью заполнен гигантскими воздушными шарами. Они заслонили свет на потолке, сменившись переливающимся балдахином из невозможных, противоречивых цветов – насыщенных фиалок, болезненно–зеленых, синюшных оттенков индиго - и все это пульсировало хаотической энергией. Они постоянно двигались, дергались, вращались, сталкивались, их полированные поверхности отражали тусклый лабораторный свет зазубренными, колющими осколками, которые плясали по стенам и полу. Не было никаких признаков того, что они остановились, не было и намека на то, что они осядут. Само их подавляющее присутствие, этот чудовищный, множащийся рой, который она выпустила на волю, давило на нее.

"А-а-а!" В крике Ханы был не просто страх, это был сдавленный вздох, вызванный усилием и паникой. Тохоу, болезненно поморщившись, перекатилась на бок. Хана лежала на животе в другом конце лаборатории. Один огромный воздушный шар, больше, чем все остальные, которые Тохоу создал изначально, давил ей на спину. Его поверхность была не яркого цвета, а леденящей душу, почти идеальной прозрачности. Это было все равно, что смотреть сквозь толстое, деформированное стекло, искажающее каменный пол под ним и сопротивляющуюся фигуру Ханы. Это не было оригиналом. Это был новый хоррор, рожденный из хаотических столкновений. Он пульсировал холодным внутренним светом, тяжелый и неподатливый. Хана изо всех сил оттолкнулась от каменного пола, ее руки дрожали, но шар держал ее крепко, его огромный, застывший вес был неподвижен. Ее лицо было прижато к холодному камню, глаза расширились от ужаса и напряжения. - Тохоу! Сними это! - выдавила она тонким отчаянным голосом.

Сам воздух казался плотным и упругим. Тохоу приподнялась на четвереньки, мир слегка покачнулся. Куда бы она ни посмотрела, все пространство заполняли чудовищные воздушные шары. Они прижимались к стенам, ударялись о потолок и громоздились на полу. Там не было пустого воздуха, только подвижные, вибрирующие формы затвердевших сфер.

------------------ 3 часть

Звук был ошеломляющим, постоянное, сухое, тревожное "ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш", когда их полированные, похожие на латекс поверхности скользили и царапались друг о друга при каждом резком движении. Это был звук трения, неослабевающего давления, наполнявший маленькую лабораторию, пока Тохо не стало казаться, что он вибрирует до самых костей. Она попыталась подползти к Хане, но маленький ярко-зеленый шарик ударил ее в плечо, заставив снова растянуться на полу. Она сильно ударилась щекой о каменный пол. - Черт возьми... - выдохнула она, почувствовав вкус крови на разбитой губе. Тяжесть хаотичной, множащейся катастрофы давила на ее душу так же сильно, как воздушные шарики давили на ее тело. "Это так плохо..." - прошептала она, ее голос был приглушен полом. "Это больше не весело". Возбуждение от открытия перешло в чистый, ледяной ужас.

Внезапно от тяжелой дубовой двери во вспомогательную лабораторию донесся резкий треск. Звук был отчетливым, он прорезал хаотичный гул и скрежет. Дверная ручка задребезжала, затем повернулась. Дверь приоткрылась на несколько дюймов, но тут же была заблокирована огромным, почти идеально прозрачным воздушным шаром, который парил прямо за ней. Дверца прижалась к твердой поверхности шара, отчего тот издал низкий, звучный звук "бум-бум", от которого дерево задрожало. В узком проеме стояла Верданди, еще одна студентка Лунной академии, и удивленно моргала. Ее взгляд скользнул мимо воздушного шара, закрывавшего дверь, и увидел невероятную картину: тесное пространство, заполненное гигантскими пульсирующими разноцветными хрустальными шарами, осколки стекла на полу, Хана, прижатая к земле и сопротивляющаяся, и Тохоу, распростертый на полу и истекающий кровью. Обычное спокойное выражение лица Верданди сменилось недоверием в широко раскрытых глазах. - Что... что ты здесь делаешь? она запиналась, ее голос был едва слышен из-за шума лаборатории. Она слегка наклонилась, вглядываясь в хаотичный калейдоскоп света и движения. - Это... что-то вроде вечеринки? Абсурдность вопроса повисла в напряженном воздухе.

"Пожалуйста... помогите нам!" Тохо, задыхаясь, приподнялась на дрожащих руках, в ее глазах было отчаяние. Хана, все еще прижимавшаяся лицом к камню, сумела слегка повернуть голову, ее голос был прерывистым. "Помогите! Снимите... это... с меня!" Она напряглась, сопротивляясь давящей на нее огромной прозрачной массе. Взгляд Верданди метнулся между ними, затем снова скользнул по кружащимся, сталкивающимся воздушным шарам. Ее первоначальное замешательство сменилось зарождающимся, почти ужасающим пониманием. Ее взгляд упал на выброшенную, знакомую тонкую книгу, наполовину спрятанную под верстаком. Медленная, недоверчивая улыбка расплылась по ее лицу, перерастая в ухмылку. Затем, неожиданно, у нее вырвался взрыв смеха – яркого, пронзительного и совершенно неуместного среди этого хаоса. Она прислонилась к дверному косяку, качая головой, ее плечи дрожали от смеха. "Боже мой!" - выдохнула она между приступами смеха, указывая пальцем на Тохоу. "Ты... ты сделал это? Сам? С помощью *этой* книги?" Ее смех странным эхом отдавался на фоне резонирующего "треск-стук" воздушных шариков.

Все еще тихо посмеиваясь, Верданди вытащила руку из кармана халата. Между большим и указательным пальцами у нее была зажата длинная блестящая серебряная игла. Она подняла ее, и на ее острие отразился рассеянный свет. Ее глаза задумчиво сузились, когда она оглядела хаотичную, вибрирующую массу, заполнившую лабораторию. Она наклонила голову, рассматривая иглу, затем вращающиеся шарики. Улыбка исчезла, сменившись выражением глубокой сосредоточенности. В ее глазах вспыхнул огонек – внезапная, решающая идея. - Нет, - пробормотала она почти про себя, и ее голос окреп. "Слишком грязно". Она убрала иглу обратно в карман. "Магия против магии!" Заявила Верданди, поднимая обе руки ладонями к бурлящей массе. Она сделала глубокий вдох, сосредотачиваясь, и ее поза стала сосредоточенной и властной. Раздался ее голос, чистый и повелительный, прорезавший шум: "*Spiritus Defluo!*"

Эффект был мгновенным и глубоким. Резкий, резонирующий гул и скрежет внезапно прекратились. Каждый гигантский шар замер на середине вибрации, на середине столкновения. На мгновение в лаборатории воцарилась полная тишина. Затем воздух наполнился общим скорбным вздохом – звуком бесчисленных потоков сжатого воздуха, вырывающихся одновременно. Это было громкое шипение, словно лес вздыхал под порывами внезапного ветра. Затвердевшие поверхности мгновенно размягчились, потеряв свою кристаллическую жесткость. Яркие, хаотичные цвета потускнели и сгладились. Словно проколотые мочевые пузыри, огромные сферы начали сжиматься внутрь, сворачиваясь сами в себя с поразительной скоростью. Они провисли, сморщились и рухнули вниз.

Их сотни. Пятьсот? Еще? Их было невозможно сосчитать, когда они падали. Сам объем был ошеломляющим. Гигантские листы тонкого полупрозрачного латекса, которые когда-то были тугими сферами, падали вниз, как огромные умирающие медузы. Они мягко приземлились друг на друга с приглушенным звуком "бум-бум". Через несколько секунд весь пол вспомогательной лаборатории исчез под толстым, волнистым слоем спущенной резины. Слой был глубоким, по щиколотку у краев и по пояс в центре, где хаос был наиболее плотным. Воздух наполнился слабым, едким запахом озона и растянутого латекса.

Хана ахнула, когда огромный прозрачный шар, удерживавший ее, распался на мягкие складки. Она отползла назад, кашляя, ее одежда была покрыта влажной латексной пылью. Ее широко раскрытые глаза были прикованы к огромной куче. - Пять... сто? - хрипло прошептала она, недоверие боролось с остаточным ужасом. Дрожащей ногой она потрогала ближайшую скомканную простыню – обширное пространство болезненно–зеленого цвета. Ощущение было неприятным, как от холодной влажной кожи.

Стоявшая рядом с ней Тохо выпрямилась, вытирая кровь с разбитой губы. Она смотрела на опустевший хаос, и вокруг нее воцарилась глубокая тишина. Трепет, решимость, явное желание, которые подпитывали ее несколько мгновений назад, казались далеким, глупым сном. Радужные блики света исчезли, сменившись тусклыми, обычными лампочками на потолке, тускло отражающимися от морщинистой поверхности. "Это..... некрасиво", - пробормотала она хриплым от стыда голосом. "Небезопасно". Она коснулась своего ушибленного плеча в том месте, куда попал красный шарик.

Верданди прислонилась к дверному косяку, снова заливаясь смехом — ярким, недоверчивым и совершенно заразительным, несмотря на крушение. - О, вы двое! - выдохнула она, вытирая слезы с глаз. - Готовитесь к промежуточному экзамену? Это? Она указала на море резины, поглотившее лабораторные столы. "Надуваете воздушные шарики?" У нее вырвался еще один взрыв смеха. Тохо и Хана переглянулись, затем медленно встали, их мантии прилипли к влажному латексу. Они огляделись: среди складок блестело разбитое стекло, камень был ободран от ударов, воздух все еще был насыщен озоном. Их простая практика породила поле битвы.

Хана пнула ногой скомканный лист фиолетовой резины. - Это... вышла из-под контроля, - пробормотала она срывающимся голосом. Тохо коснулась своей разбитой губы, глядя на утихший хаос. Яркие радуги исчезли, сменившись тусклыми, безжизненными грудами. Смех Верданди перешел в теплый смешок. Она осторожно переступила через резиновое море, ее ботинки слегка проваливались в воду. - Послушайте, - сказала она, и ее тон стал мягким и твердым. Она положила руку на плечо Тохоу. - Друзья мои... пожалуйста, что ты будешь делать дальше?" В ее глазах промелькнуло веселье. "Не пытайся снова их надуть". Последний тихий смешок сорвался с ее губ.