Цитата
26 марта 2000-го Владимир Путин был избран главой государства. «КП» решила подвести итоги его «восьмилетки»
ВЗГЛЯД УЧЕНОГО
Как Путин изменил Россию и что с этим наследием предстоит делать Медведеву? С таким вопросом мы обратились к известным российским экспертам…
Сергей КУРГИНЯН, президент Международного общественного фонда «Экспериментальный творческий центр»: «Стабильность» пишем, «ускорение» — «в уме»
— Путин получил в наследство ельцинскую Россию. Он мог сказать: это порочная штука, начинаем с чистого листа. А мог ее принять. И что-то с ней начать делать. Это была такая развилка.
Путин ельцинскую Россию принял. Но решил резко и довольно жестко все упорядочить. Действия Путина напоминали поведение человека, который пришел в дом и сказал: боже мой, какой бардак! И начал двигать вещи, проводить ремонт. Не ставя под вопрос сам дом.
В результате мы получили реальность, которая в себе самой содержит очень много вопросительных знаков. Возникла сумма двух слагаемых. С одной стороны, путинские жесткие волевые действия, а с другой — такая «обволакивающая» реакция полученного им наследства. Сумма стала напоминать застой. Его назвали стабилизацией.
Это не означает, что Путин — это Брежнев. Путин — волевой и решительный лидер. И в каком-то смысле антипод Брежнева. Но «стабильность» стала нашим генеральным брэндом. В конце своего правления (если финалом все-таки можно считать 2008-й) Путин вдруг начал говорить о развитии. Генеральный брэнд стабильности сменился на брэнд развития.
Это в каком-то смысле начинает напоминать перестройку. То есть постановку задачи «ускорения». Если в самом начале развития вдруг окажется, что никакими жесткими методами его обеспечить нельзя, тогда из старых перестроечных аналогий в запасе есть еще некая «борьба с коррупцией» — очищение. А дальше — «демократизация».
Но сейчас у нас неоднозначная ситуация с руководством. Двоецентрие. Не будем говорить «двоевластие». И вроде как Путин сам говорит о развитии, но развитие он передает в наследство Медведеву. Но, чтобы действительно развиваться, нужно «размораживать наследие». Если начнем его размораживать, оно потеряет стабильность. Это значит, что наследие, доставшееся Медведеву от Путина, будет уже не упорядочиваться, а стратегически трансформироваться.
ТОЧКА ЗРЕНИЯ ПОЛИТОЛОГА
Виталий ТРЕТЬЯКОВ, главный редактор журнала «Политический класс»: «Мы теперь мировая держава»
— Главное, чего добился Путин, — это восстановление дееспособности Российского государства. В 90-е годы, особенно в конце десятилетия, формально государство Российское существовало, но фактически в стране была анархия, вольница, хаос… Олигархические бизнес-группировки, связанные с политэлитой и контролирующие основные СМИ, проводили в своих интересах внутреннюю и внешнюю политику России. Этот «диссонанс» Путин ликвидировал. Эффективность государства резко возросла.
То же — применительно и к внешней политике. Не просвещенные в географии американцы в конце 2007-го назвали Путина Человеком года за то, что он вернул, как они выражаются, Россию на политическую карту мира. Да, это так: международная дееспособность нашей страны восстановлена.
Более того, благодаря Путину Россия вернула себе статус мировой сверхдержавы. С этим многие не согласны, потому что считают: есть одна сверхдержава — США и «не дозревшие» до этого Евросоюз и Китай. Конечно, США — мегадержава, хотя и слабеющая. Но, безусловно, Россия — как субъект международной политики — сегодня по целому ряду показателей сопоставима и с Китаем, и с США, и с Евросоюзом.
Вот некоторые говорят: Россия перессорилась со многими своими соседями. Это совершенно не так. Вокруг России на всем постсоветском пространстве все активнее развиваются реинтеграционные процессы, и просто важно придать им современные и выгодные всем формы. Именно эту политику и проводит сегодня Россия.
Главное же завоевание во внутренней политике — это то, что наша страна выкарабкалась из запредельной, постыдной нищеты. Невыплата зарплат, пенсий, стипендий, детских пособий — это уже позавчерашний день. Другое дело, что их уровень не таков, каким должен быть при возможностях и богатствах России. Но это — уже следующий шаг.
А еще мы стали свидетелями энергичного рывка к решению демографической проблемы, которая вообще-то самая главная для России. Путин ввел в обиход такое понятие, как материнский капитал, подкрепив его гигантскими средствами. И это вдохнуло оптимизм во все слои населения.
А что делать Медведеву со всем этим наследием? Первое, что очевидно, — не растратить. И второе — нужно его наращивать.
МНЕНИЕ ЭКОНОМИСТА
Александр ШОХИН, президент Российского Союза промышленников и предпринимателей (РСПП): «Нужен сценарий быстрого реагирования»
— Главное достижение эпохи Путина в экономике — стабильность основных параметров развития. Это и рост ВВП (от 6 до 8% в год), и снижение инфляции (с 25,06% до 11,9%), и устойчивость финансовой бюджетной системы…
Впрочем, накопились и минусы. Прежде всего это недостаточная восприимчивость нашей экономики к инновациям и незавершенность процесса диверсификации. И главная задача Медведева, на выполнении которой ему нужно будет сосредоточиться, — снижение сырьевой зависимости России при сохранении всех основных достижений последних восьми лет. Я имею в виду устойчивый экономический рост и макроэкономическую стабильность.
Медведева в начале его президентского срока ожидают новые риски, о которых мы еще недавно не догадывались. Это негативные воздействия кризиса мировой финансовой системы на российскую экономику. Пока трудно просчитать все возможные варианты такого воздействия. Но ясно одно: и президенту Медведеву, и премьеру Путину, если он займет этот пост, нужно будет почетче прописать сценарий быстрого реагирования на такого рода вызовы и риски.
ВОПРОС ДНЯ
А вам чем запомнились 8 путинских лет?
Олег ТАБАКОВ, худрук МХТ:
— Соответствие дел Путина его словам — главное достоинство этих 8 лет. Кстати, 8 лет назад я впрягся в тяжелую повозку, именуемую Московский художественный театр. И что важно, за все 110 лет его существования ни государь Николай, ни Ленин, ни его последователи не удосужились принять участие в делах нашего театра. Сделал это только Путин. Сегодня благодаря его помощи в Москве есть первое театральное здание, оснащенное технологиями XXI века.
Дмитрий МЕЗЕНЦЕВ, зампредседателя Совета Федерации:
— Страна стала уверенней, у людей прошло чувство растерянности и униженности начала 90-х и пришло понимание того, что российский человек нисколько не хуже любого другого.
Борис НЕМЦОВ, политик:
— Население страны за это время сократилось на 3,5 миллиона человек.
Людмила ЛАРЫШКИНА, молодая мама, Нижний Новгород:
— За эти годы мы с мужем родили троих детей, купили квартиру по ипотеке и открыли собственное дело. В следующую восьмилетку планируем поехать в кругосветное путешествие с детьми, которых к тому времени, надеемся, будет пятеро.
Михаил МАРГЕЛОВ, председатель Комитета Совета Федерации по международным делам:
— Выполненными обещаниями и сбывшимися надеждами. А 2 марта у меня второй сын родился. Назвал Алексеем. Но это заслуга не государства, а наша с женой.
Николай ХАРИТОНОВ, первый зампредседателя Комитета Госдумы по аграрным вопросам:
— Путину удалось сохранить государственную целостность, но не удалось запустить реальный сектор экономики.
Геннадий ЕРМОЛАЕВ, пенсионер, Челябинск:
— Россия окрепла, даже американцы стали нас уважать, и я, как гражданин, этим горд. Еще бы наши чиновники, коммунальщики и врачи вот так же научились уважать каждого человека!
Владимир АБРАМОВ, политолог, Калининград:
— Запомнились «ЮКОСом», Бесланом, подлодкой «Курск», ликвидацией Басаева и подорожанием нефти.
ВЗГЛЯД УЧЕНОГО
Как Путин изменил Россию и что с этим наследием предстоит делать Медведеву? С таким вопросом мы обратились к известным российским экспертам…
Сергей КУРГИНЯН, президент Международного общественного фонда «Экспериментальный творческий центр»: «Стабильность» пишем, «ускорение» — «в уме»
— Путин получил в наследство ельцинскую Россию. Он мог сказать: это порочная штука, начинаем с чистого листа. А мог ее принять. И что-то с ней начать делать. Это была такая развилка.
Путин ельцинскую Россию принял. Но решил резко и довольно жестко все упорядочить. Действия Путина напоминали поведение человека, который пришел в дом и сказал: боже мой, какой бардак! И начал двигать вещи, проводить ремонт. Не ставя под вопрос сам дом.
В результате мы получили реальность, которая в себе самой содержит очень много вопросительных знаков. Возникла сумма двух слагаемых. С одной стороны, путинские жесткие волевые действия, а с другой — такая «обволакивающая» реакция полученного им наследства. Сумма стала напоминать застой. Его назвали стабилизацией.
Это не означает, что Путин — это Брежнев. Путин — волевой и решительный лидер. И в каком-то смысле антипод Брежнева. Но «стабильность» стала нашим генеральным брэндом. В конце своего правления (если финалом все-таки можно считать 2008-й) Путин вдруг начал говорить о развитии. Генеральный брэнд стабильности сменился на брэнд развития.
Это в каком-то смысле начинает напоминать перестройку. То есть постановку задачи «ускорения». Если в самом начале развития вдруг окажется, что никакими жесткими методами его обеспечить нельзя, тогда из старых перестроечных аналогий в запасе есть еще некая «борьба с коррупцией» — очищение. А дальше — «демократизация».
Но сейчас у нас неоднозначная ситуация с руководством. Двоецентрие. Не будем говорить «двоевластие». И вроде как Путин сам говорит о развитии, но развитие он передает в наследство Медведеву. Но, чтобы действительно развиваться, нужно «размораживать наследие». Если начнем его размораживать, оно потеряет стабильность. Это значит, что наследие, доставшееся Медведеву от Путина, будет уже не упорядочиваться, а стратегически трансформироваться.
ТОЧКА ЗРЕНИЯ ПОЛИТОЛОГА
Виталий ТРЕТЬЯКОВ, главный редактор журнала «Политический класс»: «Мы теперь мировая держава»
— Главное, чего добился Путин, — это восстановление дееспособности Российского государства. В 90-е годы, особенно в конце десятилетия, формально государство Российское существовало, но фактически в стране была анархия, вольница, хаос… Олигархические бизнес-группировки, связанные с политэлитой и контролирующие основные СМИ, проводили в своих интересах внутреннюю и внешнюю политику России. Этот «диссонанс» Путин ликвидировал. Эффективность государства резко возросла.
То же — применительно и к внешней политике. Не просвещенные в географии американцы в конце 2007-го назвали Путина Человеком года за то, что он вернул, как они выражаются, Россию на политическую карту мира. Да, это так: международная дееспособность нашей страны восстановлена.
Более того, благодаря Путину Россия вернула себе статус мировой сверхдержавы. С этим многие не согласны, потому что считают: есть одна сверхдержава — США и «не дозревшие» до этого Евросоюз и Китай. Конечно, США — мегадержава, хотя и слабеющая. Но, безусловно, Россия — как субъект международной политики — сегодня по целому ряду показателей сопоставима и с Китаем, и с США, и с Евросоюзом.
Вот некоторые говорят: Россия перессорилась со многими своими соседями. Это совершенно не так. Вокруг России на всем постсоветском пространстве все активнее развиваются реинтеграционные процессы, и просто важно придать им современные и выгодные всем формы. Именно эту политику и проводит сегодня Россия.
Главное же завоевание во внутренней политике — это то, что наша страна выкарабкалась из запредельной, постыдной нищеты. Невыплата зарплат, пенсий, стипендий, детских пособий — это уже позавчерашний день. Другое дело, что их уровень не таков, каким должен быть при возможностях и богатствах России. Но это — уже следующий шаг.
А еще мы стали свидетелями энергичного рывка к решению демографической проблемы, которая вообще-то самая главная для России. Путин ввел в обиход такое понятие, как материнский капитал, подкрепив его гигантскими средствами. И это вдохнуло оптимизм во все слои населения.
А что делать Медведеву со всем этим наследием? Первое, что очевидно, — не растратить. И второе — нужно его наращивать.
МНЕНИЕ ЭКОНОМИСТА
Александр ШОХИН, президент Российского Союза промышленников и предпринимателей (РСПП): «Нужен сценарий быстрого реагирования»
— Главное достижение эпохи Путина в экономике — стабильность основных параметров развития. Это и рост ВВП (от 6 до 8% в год), и снижение инфляции (с 25,06% до 11,9%), и устойчивость финансовой бюджетной системы…
Впрочем, накопились и минусы. Прежде всего это недостаточная восприимчивость нашей экономики к инновациям и незавершенность процесса диверсификации. И главная задача Медведева, на выполнении которой ему нужно будет сосредоточиться, — снижение сырьевой зависимости России при сохранении всех основных достижений последних восьми лет. Я имею в виду устойчивый экономический рост и макроэкономическую стабильность.
Медведева в начале его президентского срока ожидают новые риски, о которых мы еще недавно не догадывались. Это негативные воздействия кризиса мировой финансовой системы на российскую экономику. Пока трудно просчитать все возможные варианты такого воздействия. Но ясно одно: и президенту Медведеву, и премьеру Путину, если он займет этот пост, нужно будет почетче прописать сценарий быстрого реагирования на такого рода вызовы и риски.
ВОПРОС ДНЯ
А вам чем запомнились 8 путинских лет?
Олег ТАБАКОВ, худрук МХТ:
— Соответствие дел Путина его словам — главное достоинство этих 8 лет. Кстати, 8 лет назад я впрягся в тяжелую повозку, именуемую Московский художественный театр. И что важно, за все 110 лет его существования ни государь Николай, ни Ленин, ни его последователи не удосужились принять участие в делах нашего театра. Сделал это только Путин. Сегодня благодаря его помощи в Москве есть первое театральное здание, оснащенное технологиями XXI века.
Дмитрий МЕЗЕНЦЕВ, зампредседателя Совета Федерации:
— Страна стала уверенней, у людей прошло чувство растерянности и униженности начала 90-х и пришло понимание того, что российский человек нисколько не хуже любого другого.
Борис НЕМЦОВ, политик:
— Население страны за это время сократилось на 3,5 миллиона человек.
Людмила ЛАРЫШКИНА, молодая мама, Нижний Новгород:
— За эти годы мы с мужем родили троих детей, купили квартиру по ипотеке и открыли собственное дело. В следующую восьмилетку планируем поехать в кругосветное путешествие с детьми, которых к тому времени, надеемся, будет пятеро.
Михаил МАРГЕЛОВ, председатель Комитета Совета Федерации по международным делам:
— Выполненными обещаниями и сбывшимися надеждами. А 2 марта у меня второй сын родился. Назвал Алексеем. Но это заслуга не государства, а наша с женой.
Николай ХАРИТОНОВ, первый зампредседателя Комитета Госдумы по аграрным вопросам:
— Путину удалось сохранить государственную целостность, но не удалось запустить реальный сектор экономики.
Геннадий ЕРМОЛАЕВ, пенсионер, Челябинск:
— Россия окрепла, даже американцы стали нас уважать, и я, как гражданин, этим горд. Еще бы наши чиновники, коммунальщики и врачи вот так же научились уважать каждого человека!
Владимир АБРАМОВ, политолог, Калининград:
— Запомнились «ЮКОСом», Бесланом, подлодкой «Курск», ликвидацией Басаева и подорожанием нефти.