"Чито-грито, чито-маргарлито да..." - эту незатейливую песенку о птичке-невеличке советские зрители услышали в далеком 1977-м. И влюбились в фильм "Мимино"

Ничего особенного

Снять фильм о вертолетчике из грузинской деревушки, который, как и будущий Мимино, запирает свой летательный аппарат на цепь с амбарным замком, Данелия задумал еще в 1960-х. Но дальше задумки дело не двигалось. "Спустя несколько лет мы с Викторией Токаревой написали сценарий фильма под названием "Ничего особенного", — вспоминает режиссер. — Про русского летчика из деревни у которого маленький самолетик. Летчик играет на трубе, о чем-то мечтает... Сценарий утвердили, на проект выделили деньги. И тут ко мне приехал приятель, режиссер Рустам Ибрагимбеков. Я рассказал ему о фильме, а заодно — о своей прежней задумке. И Рустам сказал, что прежняя идея куда интереснее. Всю ночь я это обдумывал. А утром решил на свой страх и риск делать совершенно другую картину."


В том, что роль мечтателя-летчика Валико Мизандари по прозвищу Мимино прямо-таки создана для Вахтанга Кикабидзе, Данелия не сомневался ни секунды. А вот второго центрального персонажа — соседа, с которым Мимино будет жить в гостинице "Россия", подобрали не сразу.
Поначалу роль предложили любимому актеру Данелия — Евгению Леонову. "Винни-Пух" должен был сыграть эндокринолога, приехавшего на конференцию. Но режиссер вдруг передумал: может, соседом сделать не русского, а армянина? "Грузины и армяне всегда друг над другом подтрунивают, это может придать сюжету особый колорит", — размышлял Георгий Николаевич. На роль соседа — армянского шофера Рубика Хачикяна — претендент определился быстро: Фрунзик Мкртчян. Но режиссер сомневался. В конце концов решено было бросить монетку, загадав: решка — это Мкртчян, орел —Леонов. Выпала решка. Но от Леонова Данелия тоже не отказался: написал для него роль бывшего фронтовика Волохова.


После резкого изменения сценария первоначальное название картины — "Ничего особенного" — Данелия разонравилось. "Я позвонил в Госкино, — вспоминает режиссер, — и заявил:
— Хочу поменять на "Мимино"!
А они мне:
— А что такое "мимино"?
— По-грузински "сокол", — отвечаю. Хотя на самом деле это не сокол, а ястреб. Сокол по-грузински "шевардени".
— Нет, — говорят. — Дурацкое слово. Менять не будем."
Но так случилось, что в тот же день в Госкино приехал его председатель Ермаш — чтобы просмотреть наш фильм, который был запланирован для показа на Московском кинофестивале 1978 года. Он приказал вырезать некоторые эпизоды из ленты. А заодно раскричался: "Вы что, товарищи, сдурели — давать фестивальному фильму название "Ничего особенного"?! Пусть будет "Мимино" — хорошее, звучное слово!"

Как бездарности завоевали мир

"Обстановка во время работы была деловой и в то же время веселой, — вспоминает Кикабидзе. — И курьезов было хоть отбавляй..."
Актер и певец Вахтанг Кикабидзе сидел перед тарелкой и хлебал горячее янтарное варево, в котором плавали неаппетитные куриные перья. Напротив подпрыгивал известный режиссер Георгий Данелия и подбадривал приятеля: "Ешь давай, ешь! Нам с тобой еще потрясающую картину снимать!" Жажда снять эту ленту у Данелия была настолько велика, что он просто не поверил, когда претендент на главную роль — Вахтанг Кикабидзе — вдруг серьезно простыл и отказался сниматься. Кто-то сказал режиссеру, что при простудах отлично помогает куриный бульон. Данелия тут же примчался к Кикабидзе с мороженой курицей наперевес. Правда, забыл, что птицу перед варкой нужно ощипать... Однако бульон с перьями возымел волшебный эффект: Вахтанг Константинович согласился приступить к съемкам.
Причиной большинства курьезов был алкоголь. Часть фильма снимали в Грузии. Прослышав, что в горной деревушке Омала идут съемки с великим Кикабидзе, туда рванули десятки соотечественников певца. И каждый умолял выпить за встречу. Никакие отмазки не помогали. К примеру, когда Вахтанг Константинович заикнулся, что у него больное сердце (на самом деле с сердцем было все в порядке), ему ответили: "Чача — лучшее средство от сердечных болей". Когда заявил, что завтра ему рано вставать, услышал: "Вино — лучшее средство сохранить энергию!"
Впрочем, выход Кикабидзе все же нашел: заявил, что вино провоцирует у него "мужскую болезнь" — триппер. С этого момента местные жители не только перестали предлагать ему спиртное, но и следили, чтобы этого не делали приезжие.
Алкогольная проблема стояла и перед Фрунзиком Мкртчяном: темпераментный актер пил по-черному. В конце концов Данелия не выдержал и поставил жесткое условие: либо пьянка, либо съемки! Мкртчян согласился и десять дней не брал в рот ни капли. А потом сказал: "Спасибо, Георгий Николаевич! Теперь я понял, почему бездарности завоевали мир. Они совсем не пьют, встают утром, все такие бодрые, и все силы тратят на карьеру. Это же ужасно!"


У Данелия была традиция: приступая к картине, он покупал ножик и подбирал точильный камень. Если съемки шли хорошо, режиссер сидел и точил нож. Если что-то не ладилось — откладывал в сторону. К концу работы над "Мимино" нож стал тонким: фильм удался.
Правда, настоящего "Мимино" зрители так и не увидели: восемь эпизодов, изъятых цензурой, сильно изменили первоначальную картину. Но простая и грустная комедия все равно пришлась людям по душе.

Подготовила Ирина Чесняк, газета "Мрия"