Тема создана как антитеза темам о ЖЗЛ и размещена в другом разделе, дабы не вводить в заблуждение или неудовольствие читателей близким "соседством" известных личностей с разной "полярностью"..)
Итак..

Демон Китая – мадам Мао

Мао Цзэдун, как известно, был истинным ценителем женской красоты. Одна за другой четыре жены, множество наложниц, которые скромно назывались товарищами и помощницами, сопровождали его до самой смерти. Но след в истории Китая оставила лишь одна – актриса с подмоченной репутацией, жесткая и амбициозная, пролившая реки крови и не отказавшаяся от своих убеждений даже под угрозой смертной казни. Речь идет о четвертой жене «великого кормчего» – Цзян Цин, или, как ее называли на Западе, мадам Мао.



Загадки начинаются с самого рождения Цзян Цин. Девочка, получившая имя Ли Шумэн, появилась на свет то ли в 1914, то ли в 1912 году в Чжучэн (провинция Шаньдун). Кто была ее мать? По одним данным – фабричная работница, по другим – куртизанка. Об отце сведений мало, и они противоречивы.
Более или менее правдивые биографические факты появляются с момента поступления девушки в театральную труппу городка Цзинань, где она взяла сценическое имя Лань Пин («голубое яблоко»). Но потом о жизни Цзян Цин снова данных немного. Известно, что во времена лицедейства она была содержанкой богатых людей и два раза выходила замуж, что от актера Тан На у нее было двое детей, которых она бросила, и Тан На грозил покончить жизнь самоубийством. Поменяв в очередной раз имя на Цзян Цин («лазурная река»), она оставила сцену, примкнула к коммунистическому движению, и в середине 1930-х годов ее любовником стал член Политбюро ЦК КПК Кан Шэн.
В своих воспоминаниях первая леди Китая старалась идеологизировать свою молодость, опуская романы и описывая в основном непреодолимую тягу к знаниям и революционной борьбе. Цзян Цин тщательно заметала все следы «бурной жизни до Мао». В 1968 году по ее приказу был создан специальный отряд «красных охранников», который проводил обыски в домах интеллигенции исключительно с целью обнаружения и уничтожения компрометирующих сведений о жене «великого кормчего». Возможно, дело было не только в скандалах и многочисленных мужчинах – ее подозревали в сотрудничестве с Гоминьданом, и, очевидно, не без основания. Бывший любовник Кан Шэн в своем завещании написал: «Цзян Цин – предательница».
Прозрачной жизнь Цзян Цин стала только с момента переезда в Яньань и знакомства с Мао Цзэдуном. Она стала его четвертой супругой, хотя сам Мао так не считал. Он утверждал, что у него было всего три жены, потому что свой первый брак не признавал настоящим. Будущего властителя в 14 лет женили родители, не интересуясь его желаниями, как было принято в Китае
тысячелетиями. Пара никогда не жила вместе. Мао быстро развелся и забыл о существовании первой жены. Вторая супруга, Ян Кайхуэй, дочь профессора Ян Чанцзи, родила ему троих сыновей. Ее расстреляли гоминьдановцы за то, что она не отреклась от мужа. Третья жена, Хэ Цзычжэнь, принимала участие в Великом походе и родила супругу пятерых детей.
Будучи женатым, Мао Цзэдун встретил Цзян Цин. Ей было 25 лет, и она была очаровательна. Мао развелся с Хэ Цзычжэнь и упрятал ее в психиатрическую клинику. Известно, что Политбюро было решительно против матримониальных планов вождя. Но Председатель Мао проявил твердость, и в 1939 году Цзян Цин стала его законной супругой. Политбюро одобрило брак, но поставило одно маленькое условие: жена вождя не должна заниматься политикой.
Так и было вплоть до середины 1950-х годов, когда Цзян Цин получила должность министра культуры. Наверняка она и раньше была советницей «у изголовья», но в тот момент Мао потребовался соратник в деле, которое он задумал. «Великий кормчий» нуждался в идейном вдохновителе «культурной революции», с помощью которой он планировал разделаться со своими оппонентами и пресечь появление привилегированного класса в Китае.
Цзян Цин идеально подходила для данной роли. Получив власть, она рьяно взялась за осуществление планов мужа.
Именно супруга «великого кормчего» создала гвардию хунвейбинов. Состоящая из молодежи, фанатично преданной революции, гвардия сеяла разрушение и хаос по всей стране в течение многих лет.

Роковая женщина))

Дракула является одним из самых сильных и колоритных образов в истории мировой литературы. Вне всяких сомнений, это неоднозначный персонаж.

Дракула – пример классического вампира: с одной стороны, он элегантный и думающий, с другой стороны, он кровожаден и постоянно находится в предвкушении новой жертвы. Человеческая кровь для него – это источник пищи, и цель, к которой он стремится всем существом.

Однако, даже несмотря на огромное количество соблазненных женщин, которых лишил жизни Дракула киношный, его преступления не идут ни в какое сравнение с теми злодеяниями, которые совершил в свое время настоящий граф Дракула. Влад III, или Влад Цепеш, князь Валахии (ныне Румыния) стал известен, благодаря следующим качествам и поступкам:

1. Дракула смачивал хлеб в чаше с кровью, прежде чем его съесть

Реальный граф Дракула, возможно, и не сосал кровь из шеи своих жертв напрямую, однако, он все же употреблял её в пищу: кровь убиенных им людей стекала в чашу, в которую он макал куски хлеба и другую еду.

В рукописях пятнадцатого века упоминается один ужасающий случай из жизни кровожадного графа. Влад Цепеш пригласил в свой замок несколько гостей и прямо за обеденным столом посадил всех на кол.

Затем он не торопясь, окончил свою трапезу и обмакнул куски хлеба в кровь, которая стекала из тел убиенных гостей. Вот таким своеобразным "десертом" Дракула лакомился довольно часто.

2. Он мстил за отца, убивая сотни невинных людей

Он не просто убивал людей, он их мучил, медленно протыкая животы тупым орудием пыток. Известно, что большую часть своей жизни Влад Цепеш провел в турецкой тюрьме, а когда вышел на свободу, узнал о том, что в результате предательства собственным народом, его отец был заживо похоронен венгерскими солдатами.

Влад узнал, что в заговоре против отца участвовали многие из дворян, которые служили его отцу, однако, он не знал, кто именно был предателем. Ему пришла в голову идея пригласить всех в свой замок и расправиться с ними. В общей сложности, на пир собралось около пятисот человек.

Когда праздник был окончен, и гости разошлись отдыхать по комнатам, солдаты Дракулы врывались к каждому и пронзали дворян, среди которых было большинство неповинных в смерти старого графа людей.

Дракула продолжал использовать эту тактику бесчисленное количество раз. Изображая радушного хозяина, он заманивал людей к себе домой на различные праздники, а затем убивал их. В конечном итоге, люди знали, что значит быть приглашенным на один из праздников Дракулы, и что им там грозит.

Однако, в любом случае, они принимали его предложение, потому что в случае отказа, они рисковали быть убитыми сразу же. Для многих это было безвыходной ситуацией. В любом случае, людей ждала страшная и мучительная смерть.

3. Дракула означает "сын дракона"

Имя Дракула не было придумало Бремом Стокером. Реальный Влад Цепеш, действительно, предпочитал, чтобы его называли именно так. Отец кровожадного графа, Влад II, был членом тайного общества, известного как Орден Дракона.

Он так гордился членством в этом обществе, что даже сменил свое имя на "Дракула", что в переводе с румынского означает "Дракон".

Будучи еще ребенком, Влад Цепеш-младший также был вовлечен в тайный Орден. Это побудило его изменить собственное имя на имя Дракула, что в переводе означает "сын Дракона". В наши дни имя графа всё чаще переводится как "Сын дьявола".

В любом случае, столь пугающее имя было вполне совместимо с теми поступками, которые совершал молодой Дракула. Абсолютно заслуженно Влад Цепеш получил репутацию кровожадного и ужасного монстра.

а с виду-приличный человек..

а с виду почти все приличные, а копни...так и хочется сразу закопать)))

БУХЕНВАЛЬДСКАЯ ВЕДЬМА

Ильза Кох.
Входит в список самых жестоких женщин мира.

Родилась 22 сентября 1906 года.
Жена штандартенфюрера СС Карла Коха - первого коменданта Бухенвальда и коменданта Майданека.
Старший надзиратель среди охранниц-женщин.
Ей приписываются жестокие убийства и пытки заключённых. По словам бывших узников, прогуливаясь по лагерю, Ильза Кох избивала встречавшихся людей плёткой и заставляла насиловать друг друга на виду у всех, натравливая на них овчарку.
Также обвинялась в том, что приказывала убивать заключённых с татуировками, чтобы затем делать из их кожи оригинальные абажуры, перчатки и переплёты книг. Дома у нее хранилась целая коллекция подобных «экспонатов», в связи с чем Ильза получила прозвище «Фрау Абажур».
В 1947 году приговорена к пожизненному заключению.
1 сентября 1967 года Кох покончила жизнь самоубийством, повесившись в камере баварской женской тюрьмы Aichach.

Голландец Шульц - американский гангстер немецко-еврейского происхождения

Голландец Шульц (Dutch Schultz) был вовсе ни какой ни голландец. Звали его Артур Флегенгеймер. Был похож на знаменитого бандита из Бронкса по кличке Голландец Шульц светло-каштановыми волосами, голубыми глазами и коренастым телосложением.


По отзывам, был сказочным жмотом. При состоянии в несколько миллионов имел всего две пары штанов.
Даже адвокат говорил: "Можешь оскорбить девушку Артура, плюнуть ему в лицо, толкнуть его - он рассмеётся. Но не укради ни доллара с его счетов. Сделай так - считай, покойник".
Лаки Лучиано - туда же: "Парень с парой лимонов баксов, а одет, как свинья. Хвастал, что тратит на костюм не больше 35 баксов".

Когда Артурчику было 14, его отец бросил семью. Данное событие нанесло травму его психике, и в течение всей своей недолгой жизни он отрицал этот факт. Мало того, он поддерживал образ старшего Флегенгеймера как уважаемого человека и идеального отца, умершего от какой-то болезни.

В результате папкиного бегства, Шульцу пришлось бросить школу, найти работу и содержать и себя и мать.
Он добился, чтобы его взяли в помощники бандитов низкого ранга в местном ночном клубе. Он там промышлял тем, что грабил игроков в кости, пока не дорос до краж со взломом.
В конце-концов при взломе апартмента его поймали, арестовали и отправили в тюрьму на Блэкуэлл Айленде (ныне известном как Рузвельт Айленд). Однако, администрация тюрьмы нашла Артурчика совершенно неуправляемым и устроила его перевод на Ферму Уэстхемптон (что-то вроде трудовой колонии). С фермы Шульцу удалось бежать, но его вскоре изловили по-новой и добавили два месяца к сроку.


После освобождения с фермы, старые кореша стали называть Артурчика «Голландец Шульц», в честь покойного верзилы-головореза, известного в начале века.
С вводом в действие Сухого Закона, Голландец Шульц, как и многие видные криминальные фигуры того времени стал довольно зажиточным дядькой.

В 1928 году гангстер Джои Ной учредил Хаб Сошиал Клаб, заведение, подпольно торгующее алкоголем в многоэтажной хибаре на Брук Авеню, и нанял туда Голландца Шульца. Работая в клубе, тот заработал себе репутацию безжалостного ублюдка, которым он становился, когда выходил из себя. Впечатлившись жестокостью Шульца, Ной вскоре предложил ему партнёрство в бизнесе. На прибыля от своей забегаловки, Ной и Шульц открыли ещё пару подобных точек. Чтобы избежать больших расходов по доставке пива, они скинулись и купили грузовички. А пивком их снабжал Фрэнки Данн, владелец пивоварни в Юнион Сити, Нью Джерси. При этом Шульц занимался охраной доставляемого товара от грабителей.

Затем Ной и Шульц придумали, что можно бы и доставлять пиво не только себе, а и конкурирующим забегаловкам. Придумали и тут же воплотили в жизнь. Всё, естественно, было на добровольно-принудительных началах, и если владелец отказывался покупать пиво у синдиката Ноя-Шульца, то ему это выходило боком, и хорошо если удавалось всё решить деньгами.



Однако были и такие личности, как братья Рок, которые владели территорией в Бронксе ещё в то время, когда Ной и Шульц ещё отирали углы на улицах,и которые не оценили вторжение в свою сферу влияния и решили разобраться с этим по-серьёзному.
Однако, братья Рок недооценили новичков. В итоге старший брат, Джон Рок согласился отойти в сторону, а младший, Джо, не отступил. Как-то ночью банда Ноя-Шульца похитила Джо и вдоволь над ним поиздевалась. Они его избили и подвесили за большие пальцы на мясной крюк, затем якобы завязали ему глаза марлевой повязкой, измазанной выделениями от гонорейной инфекции.
Однако, семья выплатила выкуп в 35 тыщ долларов и его отпустили. Вскоре после возвращения он ослеп. С этого момента банда Ноя-Шульца не встречала особого сопротивления и расширила контроль за поставками пива на весь Бронкс.


Группировка Ноя-Шульца, пустившая корни в Бронксе, стала единственной неитальянской бандой, способной противостоять тем гангстерам, которые станут в последствии главами Пяти Семей.

Постепенно Шульц и Ной распространили сферу своего влияния на Манхеттенский Верхний Вест Сайд и кварталы Вашингтон Хайтс, Йорквилль и Гарлем. Некоторое время спустя, Шульц и Ной вообще перенесли свою штаб-квартиру из Бронкса на Манхеттен, однако их переезд поставил их лицом к лицу с конкурентом, Джеком «Легс» Даймондом, и между двумя группировками развязалась полномасштабная война.


Как-то ранним утром, в 1928-м году Ноя расстреляли около ресторана Шато Мадрид на 54-й улице. Будучи смертельно раненым, он всё-таки умудрялся отстреливаться. Свидетели успели заметить синий Кадиллак, который врезался в припаркованную машину, потеряв при этом дверь, и скрылся из виду.Когда полиция час спустя нашла машину, в ней на заднем сидении было обнаружено тело Луиса Вейнберга (не путать с Бо Вейнбергом).
Ною чудом удалось выжить, но прожил он после этого всего месяц.Голландец Шульц был подавлен потерей друга и наставника, и, как говорили, он считал главным виновником Даймонда.


Пару недель спустя после перестрелки у Шато Мадрид, Арнольд Ротштейн был найден смертельно раненым у служебного входа в отель Парк Ройял. Не смотря на то, что по официальной версии Ротштейна убил Джордж «Бугор» МакМанус за долги, многие полагали, что Ротштейна заказал Голландец Шульц, чтобы отомстить за Шато Мадрид. Одно обстоятельство было в поддержку этой теории: первым, кому позвонил МакМанус после убийства Ротштейна, был Дикси Дэвис, доверенное лицо Голландца Шульца.После звонка Дэвису, Бо Вейнберг подобрал МакМануса и увёз его с места преступления. А позже Мак Мануса от этого дела вообще отмазали.


В октябре 1929 года, Даймонд с любовницей ужинали у неё в номере в отеле Монтичелло. Вооружённый гангстер выломал дверь и изрешетил всю комнату автоматным огнём, попав при этом в Легса целых пять раз. Однако, тот оказался живучим и после выздоровления решил переехать на некоторое время из Нью Йорка в Европу. От греха подальше.

Во время его отсутствия у его банды дела пошли совсем плохо и в конце концов их вообще вынудили покинуть Нью Йорк.
По возвращении, Даймонду пришлось выкраивать себе новую территорию в Олбани.


Джек "Легс" Даймонд



”Бешеный Пёс» Колл.




Банда Голландца Шульца была в своём роде уникальной в среде организованной преступности того времени. Её участники сидели на фиксированной зарплате, а не на процентах доходов от дел.
В 1930-м один из громил Шульц, Винсент Колл решил, что такие условия для него неприемлемы и потребовал от него партнёрских условий. Когда Шульц отказался, Колл организовал свою банду, главной целью которой было убить Шульца и захватить контроль над его территорией. В ходе воспоследовавших неизбежных кровавых разборок, Колл потерял своего старшего брата Пита и заработал в газетах прозвище «Бешеный Пёс» после того, как в результате плохо спланированного его бандой убийства погиб ребёнок.


Итог конфликта был печальный, но вполне предсказуемый.
В феврале 1932 года, банда Шульца заманила Колла в ловушку. Колл находился в телефонной будке в одной из аптек, туда ворвался гангстер с автоматом и сделал из него решето.

После отмены Сухого закона, Голландцу Шульцу пришлось искать новые источники дохода. Помощь пришла в лице Отто «Аббадабба» Бермана и Гарлемской аферы с числами.
Суть лотереи состояла в том, что жертва должна была выбрать три числа, а выигрышные номера вычислялись потом из последней цифры перед дробной чертой в ставках на ипподроме.
А фишка была в том, что Берман был бухгалтером и математическим гением. Он в течение каких-то секунд мог в уме высчитать минимальную сумму, которую нужно было поставить Шульцу на ипподроме, чтобы изменить ставки. Эта стратегия гарантировала Шульцу гораздо большее число проигравших в лотерее и много миллионный месячный доход, который, естественно, не облагался налогом.
Говорят, что Шульц платил Берману десять тысяч долларов в неделю, а в то время это было очень, очень много денег.

Наряду с обычным рэкетом, Шульц начал облагать налогом владельцев и работников ресторанов Нью Йорка. Используя тактику «сильной руки» в виде избиений и забрасывания в окна бомб-вонючек, Шульцу удалось добиться слияния местных профсоюзов под мохнатым крылом своей Ассоциации владельцев ресторанов и кафе «Метрополитан».
Огроменный бандюга по имени Джулс Модгилевски, известный также под кличкой Джули Мартин, служил ключевой фигурой в этой операции. Мартин успешно выбивал из запуганных владельцев ресторанов «налогов» на тысячи и тысячи долларов.


В то время, когда против Голландца Шульца был в разгаре судебный процесс касательно уклонения от налогов, он начал подозревать, что Мартин снимает сливки с ресторанного «бизнеса». Шульц нарыл в бухгалтерских книгах расхождение в 70 000 долларов.

Как-то вечером, 2 марта 1935 года, Голландец Шульц пригласил Мартина на встречу в отель Хармони, Нью Йорк. Также присутсвовали Бо Вейнберг и Дикси Дэвис.
Мартин в агрессивной форме отрицал все обвинения и начал спорить с Шульцем. Оба они, мягко говоря, были сильно выпивши и в ходе спора Шульц даже зарядил Мартину в бубен. В конце-концов Мартин признал, что украл «всего ничего», что в переводе в денежный эквивалент равнялось 20 тысячам долларов, и которые он всё равно заработал.

Дикси Дэвис рассказывал, что случилось дальше:
Голландец Шульц стал грозным. Только-только он пил, и тут внезапно достаёт пушку. Шульц носил пистолет под жилеткой, воткнутым за ремень на животе. Небольшое резкое движение в сторону жилетки и пистолет оказывается у него в руке. Одним быстрым и лёгким движением руки он достал пушку, вставил ствол в рот Мартину и нажал спусковой крючок. Это было легко и просто – всего одно быстрое движение руки. Голландец Шульц совершил убийство так легко, как будто в зубах поковырялся».

Пока Мартин корчился в судорогах на полу, Шульц извинился перед Дэвисом, что убил кого-то прям на его глазах. Когда Дэвис позже читал статью в газете, посвящённую убийству Мартина, он с ужасом узнал, что его тело было обнаружено в сугробе с дюжиной ножевых ранений грудной клетки. Когда Дэвис задал вопрос Шульцу насчёт этого дела, тот ответил с совершенно непроницаемым видом: «я вырезал его сердце».

В то время, когда убили Мартина, Шульц находился под следствием касательно уклонения от налогов. Кроме того, государственный обвинитель Томас Дьюи уже настроился осудить Шульца.
Голландца признали виновным по всем пунктам.
Адвокатам Шульца удалось убедить судью, что их клиент не сможет получить честного пересмотра дела в Нью Йорке, поэтому судья переехал в небольшой городок Малоун, что находился неподалёку в северном направлении.

С целью оказать влияние на потенциальных присяжных, Шульц строил из себя добропорядочного гражданина и мецената. Он спонсировал местных бизнесменов, дарил игрушки больным детям и вообще творил добро направо и налево. Стратегия оказалась более чем успешной. Летом 1935 года Шульц был оправдан.


После оправдательного решения суда возмущённый мэр Нью Йорка, Фьорелло Ла Гвардиа, издал указ о том, что Шульца следует арестовать в случае опознания и препроводить в Нью Йорк.
В результате Шульц был вынужден переместить свою штаб-квартиру на другой берег реки Гудзон, в Ньюарк.


Так как официальные и не очень издержки по судебному процессу продолжали расти, Шульц решил, что необходимо урезать комиссию своих курьеров и контролёров в пользу так называемого
«Фонда защиты Артура Флегенгеймера». Он снизил плату с 50 процентов до 10 для курьеров, и 5 процентов для контролёров.
Однако, оправдания Шульца о значительных издержках никак не возбудили к нему чувство жалости среди его людей, даже когда им начали угрожать расправой в случае неповиновения. Возмущённые курьеры сняли конференс-зал, устроили митинг протеста и объявили забастовку.

Всё меньше и меньше ставок доставлялось до банков, постепенно сведя денежный поток до маленького ручейка, по мере того, как бойцы Шульца теряли своё рвение. Голландцу Шульцу пришлось отступить и восстановить статус кво, но, как говорится, осадочек-то остался – отношения с подчинёнными были испорчены.

Бо Вайнберг, уверенный, что вливание денег с рэкета в легальный фонд защиты, в большой мере повредит бизнесу всех остальных, попросил совета у гангстера из Нью Джерси, Лонги Звиллмана,
который в свою очередь свёл его с Чарли «Лаки» Лучиано.
Вайнберг надеялся, что в результате сделки с Лаки Лучиано он получит полный контроль над бизнесом Шульца, и, естественно, приберёт к рукам все прибыля.
Однако, у Лучиано были свои планы на империю Шульца: он собирался поделить её среди основных членов после того, как Шульца засадят за решётку.
Будучи уверенным, что после второго процесса Шульца уж точно засадят, Лучиано со своими союзниками воплощают в жизнь план по захвату его империи. Учитывая нелады Шульца со своими людьми и содействие Вайнберга, захват не встретил особого сопротивления. Шульц решил срочно встретиться с Чарли Лучиано, чтобы «прояснить ситуацию». Говорят, что Шульц даже принял римское католичество, чтобы сделать реверанс в сторону Лучиано.
Лучиано успокоил Голландца Шульца объяснением, что они всего лишь присматривали за его делом, пока его не было и пообещал, что вернёт ему контроль над империей.


Находясь в позиции слабого и под постоянным давлением авторитетов, Голландец Шульц был вынужден принять версию событий Лучиано. Однако сам Лучиано был уже в курсе того, на что способен Шульц и не питал иллюзий относительно того, чем всё это закончится: как только у Шульца появится такая возможность, он развяжет полномасштабную войну, чтобы вернуть себе утраченное. Вайнберг, кстати, после этих событий исчез бесследно, и поговаривали, что это дело рук Голландца Шульца.


Всё ещё испытывая недоверие к Лучиано после предательства Вайнберга, Шульц, как гласит гангстерская легенда, созвал Совет главных мафиози и испросил разрешение на убийство своего врага – государственного обвинителя Томаса Дьюи. В то время как некоторые авторитетные гангстеры, включая Альберта Анастасиа и Якоба Шапиро, поддержали Шульца в этом вопросе, большинство было против в виду того, что вся ответственность за убийство ляжет на них.
Босс семьи Бонанно, Джозеф Бонанно назвал эту идею «сумасшедшей». Шульц пришёл в ярость и обвинил Совет в попытке украсть его бизнес и «скормить его закону».
После того, как разгневанный Шульц вышел, Совет решил убить его, чтобы предупредить убийство Дьюи. Организатором убийства выбрали уроженца Италии Альберта Анастасиа, а непосредственно исполнение поручили гангстеру еврейского происхождения Лепке Бухалтеру.



23 октября 1935 года, Шульца и трёх его людей расстреляли в ресторане Palace Chophouse в Ньюарке, Нью Джерси.

Шульц был в уборной, когда в заведение вошли Чарльз Воркман и Эммануэль
«Менди» Вейсс, два киллера из так называемого «Убийство Инкорпорейтед», а проще говоря из шайки Лепке Бухалтера.

Мнения о том, что случилось дальше различаются, особенно касательно очерёдности, в которой были убиты Шульц и его люди. Более поздний рассказ Воркмана о том, что он проник в уборную с целью застать Шульца в процессе у писсуара либо когда он моет руки, предполагает, что Воркману удалось незамеченным проскользнуть мимо людей Шульца и что именно Шульц был тем, кого подстрелили первым.


Воркман дважды выстрелил в Шульца, но только один из них попал. Пуля прошла чуть ниже сердца и срикошетила в брюшной полости прежде, чем вышла из спины. Голландец Шульц упал на пол и Воркман пошёл помогать Вайсу. Вдвоём они стали методично расстреливать людей Шульца: Отто Бермана (бухгалтера Голландца), Эйба Ландау (одного из главных его приспешников), Бернарда «Лулу» Розенкранца (телохранителя).
Берман свалился замертво тут же, а Ландау и Розенкранц, не смотря на смертельные ранения (у первого была повреждена сонная артерия, а во второго выпустили несколько зарядов из дробовика в упор), оба поднялись на ноги и стали отстреливаться, вытеснив Воркмана и Вейсса из ресторана. Вейсс запрыгнул в ожидавшую машину и укатил, не дожидаясь Воркмана. Ландау преследовал Воркмана до самого выхода и выпустил в него все оставшиеся пули, но ни разу не попал. В итоге Воркман покинул поле боя в пешем порядке, а Ландау свалился на стоявшие рядом мусорные баки.



Но Шульц был ещё жив.
Не желая умирать на полу туалета, он, зажимая рукой рану на боку, дошёл до зала, сел за столик и стал звать на помощь. Розенкранц, упавший во время преследования Воркмана, поднялся на ноги, подошёл к барной стойке и потребовал, чтобы бармен (он прятался всё это время за стойкой) разменял ему 25 центов на пять никелей. Затем он позвонил в скорую и потерял сознание в телефонной будке.



Когда прибыла скорая, медики определили, что Ландау и Розенкранц были наиболее опасно ранены из всей четвёрки и отвезли их в больницу первыми. Затем по телефону была вызвана дополнительная карета скорой помощи, в которой отвезли Шульца и Бермана.
Берман был без сознания. Шульц время от времени его терял. Пользуясь случаем, пока Шульц ожидал медицинской помощи, полиция пыталась получить от него информацию о нападавших.
Обезболивающих тогда не хватало и для облегчения страданий Голландцу Шульцу давали беренди. Когда прибыла вторая карета, Шульц дал медперсоналу 700 баксов наличными, чтобы с ним обращались как положено.



Отто Берман был самым старшим и физически слабым, поэтому он умер первым, в 2.20, ночью. В больнице Ландау и Розенкранц, ожидая операции, отказывались отвечать на вопросы до прибытия Шульца. И даже после того, как он им дал разрешение, они предоставили полиции самые минимальные сведения.
Эйб Ландау умер от потери крови восемь часов спустя после того, как его подстрелили. В то же время в операционной доктора удивлялись, отчего Розенкранц до сих пор жив: у него была огромная кровопотеря и очень серьёзное пулевое ранение. Он протянул целых 29 часов.


Прежде, чем отправиться в операционную, Шульц, по его просьбе, получил отпущение грехов у католического священника - во время второго процесса Шульц принял католицизм.
Врачи провели операцию, но не смогли устранить всех последствий рикошета пули в брюшной полости и подозревали, что Воркман специально использовал ржавые пули, чтобы Шульц умер от заражения крови, даже если ранение будет не смертельным.
Шульц продержался 22 часа, общаясь в разных состояниях сознания с женой, матерью, священником, полицией и персоналом больницы. Затем он умер от перитонита.

Томас Торквемада
Основатель испанской инквизиции родился около 1420 года в маленьком кастильском городке Торквемада. Это название - так же как и фамилия Великого инквизитора - происходит от слова torre cremate - "горящая башня". Когда-то там сгорел феодальный замок, который принадлежал предкам Томаса.

От одного из слуг мальчик узнал, что его бабушка Инес была "конверсо", то есть крещеной еврейкой: в свое время ее родителей насильно обратили в католичество. Для Томаса это открытие стало настоящим потрясением, ведь евреи, как и мавры-мусульмане, считались злейшими врагами христианства. А Торквемада всегда был образцовым католиком.

Томас решил, что должен очиститься в глазах Господа, для чего ему необходимо проявлять особое рвение в борьбе с врагами христианской веры. Томас Торквемада был готов, если понадобится, отправить на костер сотни и даже тысячи еретиков, чтобы спасти себя и своих единоверцев для вечной жизни. Когда Томасу исполнилось двенадцать, он покинул дом и отправился в монастырскую школу.

По слухам, он некоторое время странствовал по Испании и в Кордове влюбился в некую красавицу, которая предпочла юному богослову богатого мавра. Говорили, что именно отсюда берет начало его ненависть ко всем мусульманам.

Арабы давным-давно захватили почти всю Испанию, и целые поколения кастильских дворян проводили жизнь в войне с ними. Только к XV веку испанцы сумели оттеснить мавров на юг, в Гранадский эмират. Но мусульмане по-прежнему были богаче и ученее католиков - их наука, особенно медицина, оставалась лучшей в Европе. Да и к иноверцам они относились гораздо терпимее христиан. В их владениях жило большинство испанских евреев, скопивших немалые состояния с помощью торговли и ростовщичества.

Из 16 миллионов жителей Испании мусульмане в то время составляли 3 миллиона, а евреи -почти миллион. Католики утверждали, что и те и другие соблазняли христиан богатством и переманивали в свою веру. Но помимо внешних врагов, у католической церкви были и внутренние - еретики, которые ставили под сомнение догматы христианской веры. Не говоря уже о многочисленных колдунах и ведьмах, якобы заключивших союз с самим Сатаной.

Против всех этих врагов молодой Торквемада обратил свои гневные проповеди. Ораторский талант он начал проявлять, поступив в доминиканский монастырь Сан-Педро. По округе разнеслась молва не только о красноречии, но и благочестии молодого монаха - он не ел ни мяса, ни рыбы, носил грубую шерстяную хламиду и спал на голых досках. Скоро Томасу начали предлагать высокие должности в Мадриде, но он каждый раз отказывался. Согласился только занять пост настоятеля обители Святого Креста в Сеговии.

Выбор Торквемады был не случаен - этот маленький монастырь часто посещали представители высшего кастильского общества, в том числе королева-мать с маленькой дочерью Изабеллой. В 1459 году монах стал духовником семилетней инфанты. Из монастырского затворничества он шагнул в боль-

шую политику, обретя власть, которой не было ни у кого из испанских отцов церкви.

В то время в Испании было два больших королевства - Кастилия и Арагон. Кастильские монахи давно уже стремились объединиться с соседним государством, чтобы общими усилиями окончательно изгнать арабов. Для этого королева-мать решила выдать Изабеллу замуж за арагонского наследника Фердинанда.

Однако на троне пока сидел сводный брат инфанты - король Энрике, собиравшийся передать власть своей дочери Хуане. Особенно королеву возмущало то обстоятельство, что подлинным отцом Хуаниты был не король, страдавший импотенцией, а его сенешаль Бертран.

Торквемада в этом конфликте оказался, конечно, на стороне своей духовной дочери и начал плести сложную интригу, чтобы возвести ее на престол. Он не только агитировал дворян, чтобы они поддержали "Изабеллу Добрую", но и организовал ее тайное венчание с Фердинандом. А через некоторое время сторонники Изабеллы силой заставили короля Энрике объявить наследницей свою сводную сестру.

В 1474 году Энрике IV, за которым навсегда закрепилось прозвище Бессильного, умер. На трон взошли Фердинанд и Изабелла, которые вместе стали править объединившимися Кастилией и Арагоном. Будущее своего государства они видели в завоевании новых земель.

Именно они отправили на поиски Индии экспедицию Колумба, благодаря чему Испания стала "владычицей морей". Правда в первые годы правления у короля и королевы были другие заботы. Торквемада без устали убеждал их, что благочестие народа падает из-за соседства с иноверцами.

Для начала, считал он, нужно было разобраться с врагами среди самих христиан. Многие крещеные мавры (мосарабы) и евреи (марранты) продолжали тайно исповедовать веру отцов. Чтобы выявить этих отступников, ретивый доминиканец предложил основать инквизиционный трибунал.

Инквизиция (в переводе с латыни на русский - "расследование") была создана еще в XII веке по инициативе римского папы. Она должна была выявлять возникавшие ереси и наказывать их распространителей.



ВЕЛИКИЙ ИНКВИЗИТОР



Духовник королевы быстро превратил инквизицию в мощную организацию с жесткой, почти военной дисциплиной. В 1479 году в каждой испанской провинции были созданы трибуналы во главе с великими инквизиторами. Руководил ими Великий инквизитор всего королевства - естественно, сам Торквемада.

По новым правилам, еретики могли покаяться в течение месяца после создания в городе трибунала. В этом случае их освобождали от наказания, но конфисковывали львиную долю имущества.

Остальных отправляли в тюрьму и пытками добивались от них признания. Тех, кто "искренне раскаивался" в грехах или каким-то чудом выдерживал пытки и не сознавался, осуждали на вечное заключение. А всех, кто упорствовал в своей "ереси", ждало сожжение, получившее лицемерное название "аутодафе", то есть "акт веры".

В январе 1481 года в Севилье запылал первый костер инквизиции, на который взошли шестеро маррантов. После этого количество жертв постоянно росло - в той же Севилье за полгода были казнены 298 человек. Имущество казненных поступало в распоряжение инквизиции, а десять процентов доставалось доносчикам.

В конце концов многие богатые люди, особенно мавры и евреи, начали покидать Испанию. Оставшиеся посылали в Рим жалобы на жестокость подручных Торквемады. Уже через месяц после начала работы трибунатов папа Сикст IV потребовал приостановить их деятельность. Великий инквизитор не послушался, и по его просьбе Фердинанд и Изабелла отправили понтифику письмо с советом впредь не вмешиваться в дела королевства.

Деятельность Торквемады стала только началом борьбы с иноверцами. За семнадцать лет, в течение которых он боролся с врагами веры, были казнены три тысячи человек. За все триста лет истории инквизиции в Испании - около тридцати тысяч. Но когда в ХVI-ХVII веках по всей Европе развернулась охота на ведьм, ее жертвами стали уже более миллиона человек.

И все же именно испанская инквизиция сделала возможными эти страшные гонения. Главная вина за это лежала на Торквемаде: не случайно он так боялся за свою жизнь.

Когда он выезжал за пределы громадного здания инквизиции, его сопровождали пятьдесят конных и двести пеших солдат. А дома Торквемада всегда держал на столе рог единорога, который должен был покраснеть при соприкосновении с ядом. Но ни об одном покушении на Великого инквизитора не известно. Этот невысокий лысый человек с бледным лицом и плотно сжатыми губами вызывал такой страх, что даже слуги предпочитали не приближаться к нему без особой нужды.

Уничтожая еретиков, Торквемада никогда не забывал об иноверцах. Именно их он считал своими главными врагами. Великий инквизитор настоял на том, чтобы королевские войска окружили Гранаду - последний оплот мавров. После долгой осады арабы сдались в обмен на обещание соблюдать права мусульман и евреев.

Католические монархи могли торжествовать - Испания впервые стала единой, избавившись от многовековой арабской оккупации. Но инквизитор не успокоился. Его агенты стали распускать слухи, будто евреи пьют кровь христианских младенцев. В марте 1492 года Фердинанд и Изабелла издали указ, повелевавший евреям перейти в христианство или эмигрировать.

800 тысяч евреев в повозках и пешком потянулись к портовым городам.

Расправившись с одними врагами, Торквемада взялся за других - мавров. Он лично прибыл в Гранаду, чтобы превратить одну из многочисленных мечетей города в католическую церковь. И сам зажигал костры, где горели уже не люди, а книги - тысячи экземпляров Корана, Талмуда и других "еретических" сочинений. Испания погружалась в мрак невежества.

Уже после смерти Торквемады испанских мавров стали в массовом порядке подвергать крещению. Тогда они подняли восстание и в 1520 году были изгнаны, как и евреи. Это обезлюдило и разорило плодородную Андалузию, но цель инквизиции была достигнута - на несколько веков Испания стала страной, где не было места иноверцам.

Сам Торквемада никогда не появлялся в пыточных камерах и не приближался к кострам, на которых сжигали вероотступников. Но всей работой этого "конвейера смерти" управляла его безжалостная рука. Он руководил десятками инквизиторов и тысячами их помощников-доминиканцев, которые ездили по городам и собирали доносы на врагов веры. Еретиков бросали за решетку, если они не успевали вовремя покаяться и отдать свое имущество церкви.

Места в тюрьмах уже не хватало. В крошечные камеры набивались десятки людей. Иногда узники проводили в застенках много месяцев и умирали, не дождавшись суда.

Во время процесса предполагаемому еретику зачитывали показания свидетелей. Если он после этого сознавался, его отправляли обратно в камеру ждать приговора, если нет - объявляли "упорным" и посылали в пыточную. Пытку прекращали, только когда люди теряли сознание. Многие сознавались еще до начала мучений, но и их ждала смерть как "признавшихся из страха". Наоборот, тех, кто выдерживал пытки, могли оправдать. Так же как и тех, чью вину не смогли доказать свидетели. При этом за оправданными внимательно следили, и новое обвинение почти неизбежно заканчивалось для них смертным приговором.

Жертвой инквизиции мог стать кто угодно. Торквемада добился осуждения на смерть двоих епископов - оба посмели жаловаться на него в Рим. Папа Александр VI - знаменитый развратник из семейства Борджиа - помиловал осужденных и убедил короля Фердинанда обуздать чересчур ретивого борца за веру. Король послушался и, объявив, что Торквемада уже стар и болен, назначил ему в заместители четырех генерал-инквизиторов, которые получили право обжаловать его решение.

Для Великого инквизитора это было оскорблением. Он больше ни разу не переступил порога королевского дворца. Но когда Торквемада умирал, королева Изабелла сама приехала к нему, чтобы попрощаться. Вскоре после этого визита, 16 сентября 1498 года, Томас де Торквемада скончался.

Одни считают его святым, другие - величайшим злодеем. Кто-то утверждает, что он был необычайно скромен, кто-то обвиняет в гордыне и любви к роскоши. За сухими строками приказов и распоряжений Торквемады трудно разглядеть, каким он был на самом деле. Как будто это не человек из плоти и крови, а живое воплощение должности Великого инквизитора. Того, кто посылает людей на мучительную смерть, чтобы спасти их души.

За Дракулу интересно было почитать, не сочтите отсталой, но реально думала, что он выдуманный персонаж=) А он душевнобольной, существовал в этом мире=)

какой ужас...как много я о нем не знала

Самый скупой человек в мире. Ведьма с Уолл-стрит

Существует множество историй о скупости Генриетты Грин. Она никогда не включала отопление и не пользовалась горячей водой. Она носила единственное старое чёрное платье и меняла нижнее бельё, только когда оно полностью изнашивалось. Она не мыла рук и ездила в старом экипаже. Питалась в самых дешёвых ресторанах, предпочитая в основном пироги по 15 центов. Одна из историй утверждает, что Гетти полночи искала в экипаже потерянную марку, которая стоила 2 цента. Другая — что она поручала прачке стирать только самые грязные части платья, чтобы сэкономить деньги на мыло. Она приходила в местную бакалею, чтобы купить поломанное печенье, которое стоило дешевле, а также чтобы получить бесплатную кость для своей любимой собачки Деви.

Некоторые говорили, что она ела только овсянку, разогретую над радиатором в офисе. Возможно из-за жестокой конкуренции в мужском мире бизнеса и, отчасти, из-за её страсти носить видавшее виды платье (хотя это может быть привитой бережливостью квакеров), её прозвали "Ведьмой с Уолл-Стрит".

Она была успешной деловой женщиной, занятой в недвижимости, инвестициях в железные дороги и в выдаче ссуд.
Городское правительство Нью-Йорка обращалось к ней за кредитованием в плохие времена, в том числе во время Банковской паники 1907 года. Она выписала чек на сумму в 1 млн долларов и взяла в качестве гарантии облигации краткосрочного займа. Беспокоясь о каждом долларе, который она дала в долг, она была одной из немногих женщин, которые в то время поехали бы без сопровождения за тысячу миль, чтобы вернуть долг в несколько сот долларов.

Самая ужасная история произошла, когда её маленький сын Нэд сломал ногу. Гетти, чтобы не платить врачам за лечение, решила обратиться за бесплатной медицинской помощью в клинику для бедных. В итоге ребёнку пришлось ампутировать ногу и Нэд стал обладателем протеза.

Гетти Грин умерла в возрасте 81 года в Нью-Йорке. Согласно записи в Книге рекордов Гиннеса, как "Самый скупой человек в мире", Гетти Грин умерла от апоплексического удара, пока спорила с горничной о достоинствах обезжиренного молока. Состояние оставленное после её смерти оценивается в 100—200 млн долларов (по переоценке на 2014 г. в 2,1 — 4,3 млрд долларов), что делает её самой богатой женщиной в мире за последнее время.

Из книги - "Мой сосед — миллионер", Томас Стэнли, Данко Уильям

Таких людей очень много.
После войны и лагерей каждый второй стал таким же, как эта женщина.