Это самый лучший день! Они знали друг друга, 3 часа и вот уже 7 минут. Познакомились они случайно, в автобусе. Эта любовь была, не с первого взгляда, а с первого запаха. Запах свежескошенной травы, окутал его и он обернулся, и увидел девушку с венком ромашек на голове. Его лицо озарила улыбка, она в ответ улыбнулась, и на сидение они сели уже вместе. Оказалось, что они соседи, ходили в одну школу, даже детский сад посещали один, только как-то друг друга не замечали.
Они катили по городу, за окнами менялся пейзаж, а они все болтали, болтали, болтали. Она рассказывала о себе, рассказывала так озорно, что казалось она рассказывает какую-то восхитительную историю, он слушал не перебивая, он наслаждался звуками ее голоса, ему казалось звенит озорной колокольчик. Он слушал и с каждым ее словом он осознавал, что именно этот голосок он хочет слышать всю свою жизнь. Он слушал, слушал, иногда кивал.
И вдруг из динамиков, послышался мелодичный женский голос : "Конечная остановка, городской ЗАГС, автобус дальше не пойдет". Наверное это говорила судьба, этот день был первым днем рождения семьи.

Конечная остановка

Последний рейс, последняя остановка. Они вышли вместе, сначала она, потом - он. Влажная прохлада позднего осеннего вечера дохнула в лицо запахом мокрого асфальта и опавших листьев.
Она поежилась, поплотнее запахнулась в расстегнутый темно-фиолетового цвета тренч и застучала по брусчатке каблучками изящных кожаных полусапожек. Не оглядываясь.
Он - немного задержался. Поклацал зажигалкой, прикуривая сигарету, потом задрал голову, окинул усталым взглядом верхушки высоких домов и, едва слышно вздохнув, направился следом.
Две тени в желтом свете редких уличных фонарей то удлинялись, расползаясь далеко по земле, то становились совсем короткими, меньше человеческого роста. Именно по этой тени, его тени, она и поняла, что за ней кто-то идет. Но не обратила внимания. Вспоминала лицо, которое так долго пыталась забыть.
Оно, несмотря на все усилия, каждый раз врывалось в ее мысли, едва ей стоило остаться в одиночестве. Может, именно поэтому она и работала допоздна, каждый раз возвращаясь поздними вечерами в свою квартиру, где ее ждала чашка чая, холодная постель и черно-белые, лишенные жизни, сны...
Красный мерцающий огонек тлеющей сигареты позади нее дугой метнулся в ровные ухоженные кусты - он докурил. Стаккато женских каблуков впереди раздражало его, мешало думать. Он ускорил шаг, намереваясь обогнать тонкую, но такую шумную женскую фигурку, но она оказалась не настолько близко, чтобы за пару минуту избавиться от этого докучающего мерного стука.
Она наконец оглянулась. Пустынная улица тоскливой картиной бросилась в глаза, демонстрируя своего единственного, не считая ее, прохожего, который стремительно нагонял ее. Она не обратила внимания. Снова. Город большой, людей много, и даже в этом окраинном районе подобные ситуации беспокойств не вызывали.
Она свернула за угол, за которым начинались до чертиков надоевшие петляния по узким темным переулкам на пути к ее дому. Незнакомец позади, к ее удивлению, свернул вслед за ней. Обычно в это время суток и в этом лабиринте закоулков было весьма сложно встретить случайных прохожих, к тому же незнакомых. Именно поэтому она и решалась каждый вечер путешествовать ими.
В груди что-то неприятно кольнуло, но тут же отступило, едва почти нагнавшие ее глухие шаги затихли где-то вдалеке. Незнакомец остановился прикурить сигарету...
Едкий дым приятной обжигающей теплотой ворвался в легкие, распутывая тяжелые гнетущие мысли. Он шумно выдохнул, поднял глаза на исчезающую в темноте фигуру незнакомки. Стук чертовых каблуков в который раз резанул по ушам. Он досадливо сплюнул и, глубоко затянувшись, поспешил вперед.
Она оглянулась. Высокая мужская фигура опять приближалась и в этот раз ей почудилось нечто угрожающее в этом незнакомом облике. Она попыталась выбросить эти дурные мысли из головы, но чем ближе слышались его шарканья, тем быстрее стучало ее сердце. Она, сама того не осознавая, прибавила шагу. Тяжелая поступь за спиной немного утихла, но потом снова начала нагонять, с каждой секундой учащая пульс.
Впереди показался очередной поворот и она, еще прибавив шагу, с облегчением нырнула за потертый кирпичный угол такой знакомой, но ныне закрытой кофейни. Увы, облегчение длилось недолго. Знакомое шарканье тревожной волной вновь ворвалось в уши, закружило-запутало мысли, загромыхало сердцем, зачастило ногами, превращая быстрый шаг в некую суматошную полуходьбу-полубег.
Незнакомец, уже почти догнавший ее, невнятно чертыхнулся за спиной и тоже прибавил шагу. Она сама не поняла, как ноги сорвались в суматошный бег, а через мгновение высокий подвернувшийся каблук свалил ее оземь...
- Вот дуреха, - раздалось неожиданное сверху. - Не ушиблась хоть? - Он протянул руку.
Она захлопала глазами, чувствуя, как испуг в них постепенно превращается в непонимание. Ведь он собирался...
- Ты вставать думаешь или нет? - нарочито бесстрастным, но на удивление приятным низким голосом поинтересовался незнакомец.
Он все еще держал протянутую ей руку и теперь казался не таким уж и пугающим. Сердце постепенно замедляло свой бешеный ритм, а она смотрела в это незнакомое лицо и совершенно ничего не понимала.
- Слушай, поздно уже, давай закругляться, а? Да и на холодной брусчатке, подозреваю, не совсем удобно лежать, поэтому вставай, простынешь еще...
Она вложила свою ладошку в его руку, чувствуя, как стремительно заливается краской лицо. Он помог ей подняться, а потом застыл неподвижной статуей, дожидаясь, пока она отряхнется и подберет выпавшую сумочку.
- Ну вот, испачкалась... - девушка огорченно оглядела свой тренчкот.
- Не ушиблась хоть? - повторил он свой прежде оставшийся без ответа вопрос.
- Нет, спасибо...
- Угу.
- ...
- А чего побежала хоть?
- Испугалась, - спустя долгую паузу промямлила она, одновременно желая провалиться сквозь землю и себе, - из-за жгучего стыда и сильного чувства неловкости, - и ему - за то, что задал этот вопрос.
- Понятно. Меня, кстати, Саша зовут...
- Ира...

Женщина ехала домой на вечерней электричке. Усталость брала своё и её охватила дремота. Электричка остановилась на очередной остановке и она открыла глаза, чтоб посмотреть, кто сидит напротив. Её внимание привлекла девушка, прижавшись к запотевшему стеклу, она нарисовала пальцем мордочку и тут же стёрла её ладошкой. Девушка была одета красивую курточку с натуральным меховым воротником, в кожаные сапожки и сумочка в тон. Она явно выделялась из толпы.
- Лицо, какое знакомое лицо! - подумала женщина - Точно, это же Даша Иванова, внучка Марии Борисовной! Как же летит время... . Жаль Машу, никто к ней не ездил, никто не навещал. Как часто приходилось ей помогать с дровами к зиме, да, и просто занести продукты. Бабулька заболела и сколько ей осталось, один Бог знает... . Благо мои внуки не такие и вот детки на выходные приедут, испеку блинов к их приходу. Женщина задремала.

Прижавшись к запотевшему стеклу, Даша нарисовала пальцем мордочку и тут же стёрла её ладошкой. Вечерняя электричка была заполнена, ехать было далеко, от разнообразия мыслей не спасала даже музыка в наушниках. Нахлынули воспоминания...
Как давно она не ездила в электричках, а люди всё те же, такие же усталые, погруженные в свои заботы. Многие одеты в заношенную одежду... Как и женщина напротив, с грустным лицом.
Мамы рано не стало, отец бросил их, когда Даша была ещё совсем маленькой. Она его толком и не помнила. Воспитывала её бабушка. Даша ездила на электричке школу, потом и в университет. Возвращаясь домой, часто мечтала, что жизнь изменится и не надо будет вставать в 5 утра. Что она не будет больше видеть эти лица, которые так надоели ей за годы. Мечта сбылась, удачное знакомство, замужество и обеспеченная семья, жизнь ... . Ей казалось, что времени много, что она ещё успеет приехать что вот разберётся с делами и обязательно заедет к бабушке, так и бежало время. Как же много я потеряла...

- Девушка Вы выходите на следующей остановке?!
-А?! Ах, нет, я до конечной... .