Декрет обязывает граждан Белоруссии, а также постоянно проживающих в республике иностранцев и лиц без гражданства, "не участвовавших в финансировании государственных расходов или участвовавших в таком финансировании менее 183 календарных дней в истекшем году", платить в казну сбор в размере 20 базовых величин.

Одна базовая величина равна 180 тысячам белорусских рублей, то есть общая сумма сборов составит примерно 245 долларов или 3,6 миллиона белорусских рублей, сообщает "Интерфакс".

Граждане, занимающиеся 183 и более дней в году трудовой деятельностью (как указано в декрете: предпринимательской, ремесленной, творческой, адвокатской или нотариальной, оказанием услуг в сфере агроэкотуризма, выполнением работ по гражданско-правовым договорам, обучением на дневной форме получения образования), освобождаются от уплаты сбора.

От сбора также освобождены недееспособные граждане, инвалиды, лица моложе 18 лет, женщины, достигшие возраста 55 лет, мужчины - 60 лет, а вот домохозяйки по новому декрету будут считаться тунеядками. Налог не будут платить только матери, воспитывающие ребенка до семи лет, или ребенка-инвалида до 18 лет, или трех и более несовершеннолетних детей.

Уплатить взнос нужно будет не позднее 15 ноября 2016 года (по итогам 2015 года). Для этого налоговая разошлет всем тунеядцам извещения заказным письмом или вручит лично. А еще на налог на тунеядство можно будет получить скидку в 10%, если самостоятельно обратиться в налоговую. Сделать это нужно будет в период с 1 августа нынешнего года по 31 мая следующего, а уплатить налог - не позднее 1 июля следующего года.

Неуплата сбора ведет к штрафу в размере от двух до четырех базовых величин или административному аресту с обязательным привлечением к общественно полезным работам. Декрет вступает в силу после его официального опубликования, но прописанные в нем правила начали действовать задним числом - с 1 января.

Проект "санкций за тунеядство" был разработан во второй половине 2013 года по инициативе МВД Белоруссии. Были варианты привлекать за тунеядство даже к уголовной ответственности. В октябре прошлого года президент Лукашенко поддержал предложение МВД: "Хотите вернуть понятие "тунеядство" - возвращайте. Это будет понятнее для народа. Любыми способами, которые мы знаем и умеем делать, надо заставить этих людей работать!" - заявил он.

Позже, обсуждая с членами правительства проект декрета, Лукашенко рассказал, кого считает тунеядцами: "Они, может, где-то и работают на себя, но не на государство. Поэтому речь идет о неплательщиках налогов. Это и тунеядцы, которые ничего не делают, не работают, а может быть, являются "клиентами" МВД, совершая те или иные правонарушения. Это и те, которые под забором валяются пьяными, и те, которые забыли, что руки и ноги у них для того, чтобы прийти на работу и что-то сделать, заплатив налоги государству", - пояснил он.

"Не надо ничего бояться. Тунеядцы, бездельники должны работать. Кто не платит налоги, должен платить. Это нормальная, цивилизованная норма", - считает президент Белоруссии.

"Я читал, что вот, мол, я ребенка ращу до семи лет, я не должен работать. А ведь в подавляющем большинстве ребеночка в детский сад, а сами сидят, отдыхают", - сказал он.

Назад в СССР: советский опыт борьбы с тунеядцами

В СССР с тунеядством настойчиво боролись вплоть до апреля 1991 года, когда был принят закон "О занятости населения". Он отменил уголовную ответственность за тунеядство и признал возможное наличие безработицы в государстве. После этого в законодательстве РФ термин "тунеядство" не употребляется, напоминает "МК".

По Конституции 1918 года "лица, живущие на нетрудовые доходы или использующие наемный труд", должны быть лишены политических прав. Статья в Конституции СССР, принятой в 1936-м, гласила: "Труд в СССР является обязанностью и делом чести каждого способного к труду гражданина по принципу: "кто не работает, тот не ест".

При Хрущеве, 4 мая 1961 года, на основании уже упомянутой 12-й статьи "сталинской" Конституции Президиум Верховного Совета РСФСР принял указ "Об усилении борьбы с лицами (бездельниками, тунеядцами, паразитами), уклоняющимися от общественно-полезного труда и ведущими антиобщественный паразитический образ жизни".

Под "общественно полезным трудом" понимался лишь труд в разрешенной государством форме или приравненная к нему учеба в государственном учебном заведении. Самодеятельные же "трудовые нагрузки" разрешались только в свободное от "общественно полезного труда" время, а иначе они приравнивались к тунеядству.

Только за первые три года действия закона по нему было сослано около 37 тысяч человек. "Анти-тунеядский" закон использовали для преследований по политическим мотивам. Самый яркий пример тому - дело поэта Иосифа Бродского, которое слушалось в 1964 году.

В Советском Союзе для обозначения лиц, обвиненных в тунеядстве, использовалось сокращенное обозначение БОРЗ - то есть "без определенного рода занятий".

Как рассказала Щеткина, уплатить сбор можно будет самостоятельно. Для этого в период с 1 августа этого года и не позднее 31 мая 2016 года необходимо уведомить налоговый орган по месту своей регистрации о неучастии в финансировании государственных расходов и уплатить сбор не позднее 1 июля 2016 года. "В этом случае сумма сбора уменьшается на 10%", - отметила министр.

"Следует отметить, что декретом предусматривается разработка механизма взаимодействия (в том числе информационного) государственных органов и организаций для выявления плательщиков сбора и формирования их списков, - сказала Марианна Щеткина. - Эти списки будут переданы Министерством по налогам и сборам в территориальные налоговые органы. Сбор будет зачисляться в местные бюджеты базового уровня и бюджет Минска. Это позволит увеличить ресурсную базу на местном уровне и направить дополнительные средства на решение актуальных социальных задач, стоящих перед такими органами".

Тем, кто не оплатит сбор самостоятельно, налоговый орган до 1 октября 2016 года вручит извещение на уплату сбора в срок до 15 ноября. Гражданин, получивший извещение, вправе в течение 30 календарных дней со дня получения извещения представить в налоговый орган документы и (или) пояснения, свидетельствующие об отсутствии у него обязанности по уплате сбора в соответствии с нормами декрета.

Неуплата или неполная уплата сбора влекут наложение штрафа в размере от двух до четырех базовых величин или административный арест. В период отбывания административного ареста граждане обязательно привлекаются к выполнению общественно полезных работ. "Перечень объектов и виды общественно полезных работ будут утверждаться решениями местных исполнительных и распорядительных органов, - добавила министр труда и соцзащиты. - А в случае невыполнения установленных обязанностей по соблюдению трудовой дисциплины, требований безопасности при выполнении общественно полезных работ, а также отказа от их выполнения к гражданам во время административного ареста могут применяться дисциплинарные взыскания".

В отношении плательщиков сбора налоговым органам предоставлено право осуществлять контроль в сфере декларирования доходов и имущества и контроль за соответствием расходов гражданина его доходам. Если налоговый орган при осуществлении этого контроля установит, что расходы гражданина превышают его доходы, доходы гражданина, исчисленные исходя из сумм превышения расходов над доходами, подлежат налогообложению в соответствии с законодательными актами.

В примечаниях к законопроекту отмечается, что действие поправок не распространяется на инвалидов, родителей детей-инвалидов, женщин с детьми в возрасте до 14 лет, а также несовершеннолетних. В комитете Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов также заявили, что инициатива депутатов ЗакСа нацелена на увеличение налоговых доходов государства.

Комментарий редактора: В Госдуме данную инициативу расценили как антиконституционную. Об этом заявил депутат от фракции КПРФ, зампред комитета Госдумы по конституционному законодательству и госстроительству Вадим Соловьев, пишет «Интерфакс». По словам Соловьева, Россия является членом конвенции Международной организации труда, в соответствии с которой принудительный труд законодательно запрещен.

Соловьев напомнил, что даже в российской системе тюрем и колоний инструкциями определено, что труд носит добровольный характер. Депутат от КПРФ рекомендовал питерским парламентариям ответственней подходить к законотворчеству.

«В России более 1 млн стоят на бирже труда, по данным профсоюзов, в России 4-5 млн безработных, по данным МОТ — 7-8 млн безработных, это те люди, которые хотят работать», — добавил Соловьев. По его словам, такие данные могут указывать на то, что российское государство не гарантирует право на труд даже тем, кто хочет работать.
полит.ру

"Я знаю, во Франции миллионы безработных. Они живут на пособие - следовательно, им и работать вроде как не надо, поскольку им и так дают деньги. В Белоруссии же, начиная с определенного момента, такие люди должны платить штраф за то, что они не работают. Это здорово", - сказал Депардье.

"Я считаю, это демократия. Не попустительство, как во Франции", - добавил он.

Депардье упомянул о том, что разговоры о Франции навевают на него тоску.

"Это страна социальных иждивенцев. И мне кажется, сделали так, что работа вызывает отвращение у людей. Это просто катастрофа", - отметил он.

Декрет "О предупреждении социального иждивенчества" президент Белоруссии Александр Лукашенко подписал 2 апреля 2015 года. В комментарии к декрету сказано, что данный правовой акт издан "в целях стимулирования трудоспособных граждан к трудовой деятельности и обеспечения исполнения ими конституционной обязанности по участию в финансировании государственных расходов".

Декретом устанавливается обязанность граждан Белоруссии, постоянно проживающих в стране иностранных граждан, лиц без гражданства, не участвовавших в финансировании государственных расходов или участвовавших в таком финансировании менее 183 календарных дней (полгода - ИФ) в истекшем году, по уплате сбора в размере 20 базовых величин (около $235).

"Коллеги наши из Белоруссии, может, поделятся опытом, у них серьезнейшие инновации произошли. Они ввели так называемый налог на тех лиц, которые находятся в трудоспособном возрасте, но не уплачивают страховые взносы, не заняты в трудовой деятельности. Они на такой серьезный шаг пошли. Мы пока эту тему обсуждаем, у них такое решение уже принято", - пояснил чиновник.

По его словам, сейчас ведомство использует административные рычаги для легализации рынка труда, и это уже принесло результаты. Замминистра рассказал, что в 2015 году благодаря ним было заключено около 2 млн трудовых договоров, а с начала 2016 года - уже 400 тысяч. По его мнению, это "является основанием для того, чтобы разработать меры законодательного порядка".

Заявление Пудова оперативно прокомментировали в Кремле, передает ТАСС. "Это вопрос, прерогатива правительства. Какой-либо позиции выработанной или единой на этот счет нет", - заверил журналистов пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков.

Он предложил относиться к предложению о введении налога на тунеядство, как к одной из идей во время обсуждения. "Каких-либо решений на этот счет не принималось, это одна из точек зрения", - отметил президентский пресс-секретарь.

Напомним, в апреле 2015 года депутаты петербургского Заксобрания предлагали установить за тунеядство уголовную ответственность, но в Госдуме эту идею назвали антиконституционной.

В конце мая прошлого года подчиненная Минтруду Федеральная служба труда и занятости (Роструд) предлагала обложить "тунеядцев" обязательным социальным платежом.

Предполагалось, что платить придется всем гражданам, достигшим 18 лет, за исключением официально трудоустроенных, зарегистрированных безработных, студентов, пенсионеров и других льготных категорий. Чиновники тогда заявили, что нелегальная занятость наносит удар по экономике и тормозит развитие страны.

Тогда же в Госдуму поступил законопроект об исключении из системы ОМС тех, кто не работает по трудовому договору и не зарегистрирован на бирже труда.

В июне 2015 года Минтруд отказался от идеи "налога на тунеядство". При этом тогда министр Максим Топилин заявил, что с теми, кто за весь экономически активный возраст не платил налоги и не делал отчисления в страховые фонды, "надо что-то делать".

В Белоруссии в апреля 2015 года был издан президентский декрет "О предупреждении социального иждивенчества", согласно которому граждане, иностранцы и лица без гражданства, постоянно проживающие в стране, но не платящие налогов, должны выплачивать в бюджет 3,6 млн белорусских рублей (около 250 долларов) ежегодно.

"Не надо ничего бояться. Тунеядцы, бездельники должны работать. Кто не платит налоги, должен платить. Это нормальная, цивилизованная норма", - заявил тогда президент Белоруссии.

В СССР уголовное преследование за "ведение паразитического образа жизни" велось с 1961 года и было прекращено в 1991 году после принятия закона "О занятости населения".

"Конечно, нет. Потому что нет закона такого", - сказал Топилин журналистам в пятницу, отвечая на вопрос, планируется ли отразить в бюджете на 2017-2019 годы такой налог.

На прошлой неделе вице-премьер Ольга Голодец заявила в Совете Федерации, что Минтруд России готовит законопроект, который обяжет официально неработающих граждан платить за пользование поликлиниками и больницами.

"Сейчас разрабатывается проект закона, когда те граждане, которые выбрали для себя путь не работы, - они будут должны внести платеж за фактически использование социальной инфраструктуры. Такой проект закона есть", - сказала Голодец.

Вице-премьер подчеркнула, что российское законодательство позволяет россиянам не работать, но при этом они не платят страховые взносы, в том числе, в систему обязательного медицинского страхования (ОМС).

По словам Голодец, в России 7 млн человек потенциально оказываются "в тени". Это трудоспособные граждане, которые официально не работают, не платят взносы в социальные фонды, но пользуются услугами в рамках ОМС.

В пресс-службе Голодец сообщили "Интерфаксу", что законопроект, который вводит платеж за пользование поликлиниками и больницами для неработающих граждан трудоспособного возраста, пока находится в проработке.

Между тем, в пресс-службе правительства РФ заявили об отсутствии законопроекта о налоге на неработающих.

"Законопроект о так называемом "налоге на тунеядцев" в правительство не вносился. На уровне Минтруда конкретных решений не принималось", - сказали "Интерфаксу" в пресс-службе кабинета министров.

В свою очередь источник в российском правительстве, комментируя сообщения о том, что в России может быть введен подобный налог, призвал аккуратнее относиться к формулировкам.

"В любом случае нужно аккуратно обращаться с дефинициями. Следует отличать нигде не работающих граждан от миллионов людей, работающих в сером секторе экономики, которые не платят налоги", - сказал источник.

Сенатор отметил, что количество людей, которые не оформили свои отношения с негосударственными страховыми фондами, "точно до сих пор не определено". "Но приблизительная оценка есть, этот где-то порядка 15 млн человек", - сказал он. Кто из них имеет законные основания не участвовать в формировании фондов, "трудно сказать, требуется очень серьезная выверка", добавил парламентарий.
По словам сенатора, объем средств, которые государство планирует компенсировать за счет взносов от официально неработающих трудоспособных граждан, составляет 42-45 млрд рублей в год, поскольку примерно в эту сумму оцениваются расходы региональных бюджетов на медицинское обслуживание неработающих граждан. "Эта сумма не приводит к катастрофическим последствиям с точки зрения экономики, вопрос в другом - в социальной справедливости, потому что люди получают весь набор социальных услуг и при этом не вкладывают самостоятельно в это дело ничего", - подчеркнул Рязанский.

"Думаю, это будет законопроект с отложенным сроком вступления в действие. Такой временной лаг, на мой взгляд, будет два-три года", - отметил сенатор. В течение этого времени, пояснил он, трудоспособные неработающие граждане должны будут либо встать на налоговый учет как индивидуальные предприниматели, либо купить патент, либо оформится на работу, либо официально зарегистрироваться в качестве безработных. "А дальше будут приниматься административные меры: неотложная медицинская помощь им будет оказываться само собой, а обычное медицинское обслуживание - при приобретении дополнительного страхования", - заявил он.
Отвечая на вопрос о сроках внесения в Госдуму соответствующего законопроекта, сенатор не стал называть конкретные даты, сказав, что "некие наметки такого рода проекта закона уже есть в виде добровольного социального взноса". "Я думаю, что этому составу Государственной думы придется над данным вопросом поработать", - заключил он.
Как сообщила 28 сентября в ходе "правительственного часа" в Совете Федерации вице-премьер Ольга Голодец, в РФ разрабатывается законопроект, согласно которому неработающие россияне должны будут осуществлять платеж за фактическое использование социальной инфраструктуры. Министр труда и соцзащиты РФ Максим Топилин заявил, что законопроекта о соцвзносах с неработающих граждан пока нет, но "этот вопрос прорабатывается". В Минфине идею поддержали, а глава Минздрава Вероника Скворцова заявила, что ведомство выступает против выведения неработающего населения из системы ОМС, но придерживается позиции, что "все должно быть справедливо".

Звонит мне на днях мама и, прямо захлебываясь, говорит:

— Слушай, тут такое... по телевизору сейчас показали... вот прям в новостях... с бездельников и всяких подозрительных теперь будут брать по двадцать тысяч... минимум! А то, говорят, из-за них экономика страдает, много их слишком.

Ну все, думаю, если уже мама-пенсионерка мне про новости рассказывает, значит, точно свершится. А она меж тем дальше в трубку причитает:

— Ты бы, может, вышла на работу, официально? Ну хоть на десять тысяч устроила бы трудовую книжку. Ведь правда обложат, а потом за границу не пустят. Народ, рассказывают, инициативу-то поддержал.

Я, конечно, рассказала маме в очередной раз, что вообще-то работаю, что очень даже официально, что в наше прогрессивное время для этого совсем необязательно ходить в офис или на фабрику, что и взносы с моего дохода все нужные платятся, и даже не с десяти тысяч. Мама в очередной раз послушала и выдала из динамика фразу, как всегда гениально все объясняющую:

«Да кто там будет разбираться, как вообще тут можно что-нибудь понять?»

А ведь правда, что мы понимаем в этой всей ситуации?

Нам говорят, что у нас целая армия неформально и самозанятых — то ли треть, то ли вовсе почти половина от всех трудоспособных. Нам говорят, что эти то ли 20 млн, то ли 30 млн человек, они чуть ли не преступники, не платят налоги, а социальными благами, нахлебники этакие, пользуются. Нам время от времени подкидывают для разогрева новости про безработных владельцев яхт и гелендвагенов. Нас пытаются убедить, что добропорядочным гражданам это не нравится, ссылаясь на вциомовские 45%, одобряющих введение налога на неработающих, но трудоспособных.

Но что скрывается за всеми этими цифрами, кем и чем возмущены эти 45%? Что мы реально знаем об этих не работающих, но трудоспособных, если, говоря про самозанятых, мешаем в кучу нотариусов и случайных помощников по хозяйству, а, разглагольствуя про работающих неформально, путаем фрилансеров на договоре с водителями-поденщиками?

Почему кто-то по умолчанию считает, что люди выбирают зарплату в конвертах сами и ради каких-то выгод, а не вынужденно соглашаются с навязанными условиями в отсутствие иных альтернатив?

Казалось бы, должно быть понятно, что армия в десятки миллионов людей не может быть однородной. Конечно, не может среди них не оказаться таких, кто «неплохо устроился», прилично зарабатывающих, но игнорирующих сборы по «идейным соображениям» (в сети достаточно людей, прикидывающих, что выгоднее платить ипотеку за однушку под сдачу на старость, чем отчислять в Пенсионный фонд). Но, очевидно, есть и другие. Есть те, кто работает много, а зарабатывает меньше официально трудоустроенных коллег, есть те, кто трудится на подхвате, на вечных подменах, большую часть времени не работая, а ожидая работы, есть отходники, которые зарабатывают (вкалывая на износ) вроде неплохо, но у них жена-бюджетница и семеро по лавкам.

Да, есть и те, кто вовсе не работает, хотя и трудоспособен. Например, домохозяйки, воспитывающие детей старше трех лет. Тут я слышу возглас какого-нибудь Шарикова: мол, если не работает, значит, может себе позволить, а раз так, то может позволить и 20 тысяч в год отстегнуть или пусть пользуется своим полисом ДМС, а к госмедицине не примазывается. Никому же в голову не придет, что даже домохозяйки и те разные. Какие-то и правда могут себе позволить, но за счет вполне себе официально и хорошо зарабатывающих мужей, с зарплаты которых и взносы удерживаются больше, чем у других. А какие-то просто не могут найти работу с зарплатой выше 15 тыс. руб. (Россия ведь не только Москва и Петербург).

А пойдешь на эти 15 тысяч, половину из которых потратишь на проезд и рабочие обеды, в итоге и денег не заработаешь, и дом запустишь, и дети будут расти как трава.

Это частности. Но из них состоит целое. А вот в каких пропорциях и при каких условиях — это надо изучать, исследовать на государственном уровне. А у нас как Ольга Голодец в 2013-м высказалась про этих призраков экономики (которых тогда насчитали вообще 38 млн), что эти люди «заняты непонятно где, непонятно чем и непонятно как», так за три года ничего особо не прояснилось. До сих пор даже общее число подсчитать не могут — разбег в десяток миллионов.

Всего из трудоспособного населения в 75 млн человек налоги и сборы честно платят 48 млн. Вычитаем, получаем цифру 27 млн. Уже не 20 млн и не 30 млн. И это на всех — на официальных безработных, студентов колледжей и вузов и даже учащихся старших классов (да-да, в 68 млн россиян, освобожденных от уплаты взносов в фонды социального страхования, дети включены только до 16 лет), на домохозяек и, наконец, на непонятных «неформально и самозанятых».

С официальными безработными, состоящими на учете, понятно — их 840 тыс., и с них обещают новый налог не брать. Еще у нас примерно 5,2 млн студентов, а на старшеклассников, если судить по числу выпускников, можно накинуть еще 1 млн. Из тех, кто учится, в лучшем случае подрабатывает треть, из этой трети в лучшем случае половина — легально. Правда, про студентов пока вообще не вспоминают.

Вспомнят про них, как водится, в последний момент, рублем, может, и не накажут (ибо верх ведь абсурда), но бюрократически покошмарят, придумают не пускать в поликлиники без справок от завуча или декана.

В океане оставшихся примерно 21 млн человек, не платящих налоги, благодаря Росстату можно выделить еще одну удивительную категорию — 4,1 млн «реальных» безработных. То есть на самом деле 3,3 млн, потому что в эту группу, оказывается, входят те 840 тыс. зарегистрированных на бирже, которых я уже вычла. Кто входит в эти 3,3 млн — тайна великая есть. Может, это сплошь «убежденные тунеядцы», а может, те, кто просто долго ищет работу, или те же домохозяйки, до которых нет никому дела, черт их разберет.

Как бы то ни было, осталось примерно 18 млн человек, по мнению нашей власти, как будто бы что-то делающих, как будто бы имеющих доход и как будто бы не желающих им делиться.

Это внушительная цифра. Слишком внушительная, чтоб не присмотреться внимательнее. Условно группа делится на самозанятых и работающих по найму.

Самозанятых у нас около 3–4 млн. По крайней мере цифра 3 млн фигурировала в 2014 году в докладе уполномоченного по правам предпринимателей Бориса Титова, про 4 млн сообщалось в аналитическом обзоре Сбербанка «Неформальная занятость как новый феномен».

И среди этих самозанятых есть как разной степени злонамеренности незаконные предприниматели, которым быть в тени действительно выгодно, так и перебивающиеся уборками или присмотром за чужими детьми женщины да мелким ремонтом и частным извозом мужчины. Первые, по данным исследования руководителей Центра трудовых исследований Владимира Гимпельсона и Ростислава Капелюшникова, могут заработать на 29–37% больше, чем их конкуренты, зарегистрировавшие ИП. Портрет вторых пытались изобразить авторы другого исследования «Субъективное благополучие нестандартно занятых в России». Социологи ВШЭ выяснили, что эти люди «часто чувствуют себя неуверенно, из-за того что у них нет определенности в будущем, гарантий и социальных льгот, оттого что они вынуждены постоянно находиться в поиске работы».

Также оказалось, что многие попали в категорию самозанятых не по своей воле, их просто выдавил рынок труда как недостаточно квалифицированных, гибких и прогрессивных работников — по сути, речь о маргинализации.

А есть еще неформалы, работающие по найму, — видимо, это все остальные 13–15 млн. Это могут быть менеджеры по продажам, которые каждый день ходят в офисы, это могут быть водители-грузчики, придерживаемые компаниями на случай аврала и выдергиваемые пару-тройку раз в неделю, это могут быть сезонные рабочие. И вот они-то, по данным того же Гимпельсона, в среднем зарабатывают уже не больше, а на 15–20% меньше, чем их коллеги. И при этом они лишены отпусков, больничных и компенсаций при сокращении. И вот их, уже наказанных обстоятельствами, предлагается наказать еще.

Впрочем, картина может быть и иной. Она может быть какой угодно. Пара локальных исследований — явно недостаточный материал. Все это нужно изучать. Причем изучать совсем не для того, чтоб обложить людей новой данью под прикрытием радения за справедливость, а чтобы понять, что нужно сделать для наведения порядка на рынке труда. Но, увы, как раз такие перспективы и представляются сегодня самыми фантастическими.

Экономический блок правительства России — в лице и заместителя министра экономического развития, и премьера — вновь заверил: налога на тунеядцев не будет. А премьер еще и уточнил: речь вообще не о специальном налоге, а о включении всех граждан, пользующихся социальными услугами, в систему оплаты этих услуг.

Величина предполагаемого платежа вроде невелика: 20 тыс. рублей в год с человека — меньше трех минимальных месячных зарплат, а такую зарплату мало кто получает. Реальные доходы большинства граждан, оцениваемые разными статистическими методами, в разы больше. Но проблема как раз в том, что реальные доходы приходится именно оценивать.

Еще 1961.05.04 президиум Верховного совета РСФСР принял указ «Об усилении борьбы с лицами, уклоняющимися от общественно-полезного труда и ведущими антиобщественный паразитический образ жизни». Его примеру вскоре последовали Верховные советы других союзных республик.

Тогда не только меня (еще ребенка), но и моих взрослых родных и близких изрядно удивило: чем плохо, если семья зарабатывает достаточно, чтобы кто-то в ней мог существовать за общий счет? Одна из моих бабушек поначалу даже опасалась, не коснется ли ее новый закон: она много лет не работала, а была домохозяйкой.

Указ же явным образом объявил «общественно полезную работу в семье» не менее законной, чем деятельность на предприятиях и в учреждениях или учеба. В его первой редакции тунеядцами были объявлены «извлекающие нетрудовые доходы из эксплуатации земельных участков, автомашин, жилой площади или совершающие иные антиобщественные поступки, позволяющие им вести паразитический образ жизни».

Но 1965.09.20 перечень конкретных видов предосудительных действий был из указа исключен — и не только вследствие увольнения Хрущева 1964.10.16 со всех государственных и партийных постов, но и потому, что в те времена самым частым антиобщественным поступком был другой — не упомянутый в этом списке.

Латинское слово speculatio означает «рассмотрение», и в данном контексте характеризует действия, основанные не на точных сведениях, а на предположениях.

Спекуляция — скупка товаров в надежде на последующую их перепродажу по большей цене — на свободном рынке бывает и полезна, так как согласует спрос с предложением. Но когда государство по своим соображениям фиксирует цену какого-то товара на уровне меньшем, чем диктует спрос, скупка и перепродажа даже по равновесной (не говоря уж об ажиотажной) цене нарушает план государства: те, ради кого снижена цена, не могут купить нужное, а достается оно как раз тем, кого поддерживать незачем. Особая разновидность спекуляции — фарца (от английского for sale — для продажи): скупка вещей, привозимых иностранцами для личного пользования.

Многое, проходившее через руки фарцовщиков, не подлежало продаже гражданам СССР не только по идейным соображениям. Например, джинсы в страну не ввозились потому, что наш ГОСТ — государственный стандарт — не разрешал использовать для одежды линючие краски. Так что фарца не только лишала страну таможенных поступлений, но зачастую и прямо ущемляла интересы граждан, официально охраняемые законом. Можно спорить о разумности самого закона: следует ли запрещать товары низкого качества или достаточно предупредить о нем? Но пока закон действует, его нарушение карается.

Конечно, были в правоприменительной практике и изрядные перехлесты. Так, Иосиф Александрович Бродский (1940.05.24–1996.01.28) в 1964-м был сослан на пять лет: гонорары за стихи начинающего поэта и переводы явно не обеспечивали благополучие взрослого самостоятельного человека, и его заподозрили в чем-то предосудительном. Так же в Соединенных Государствах Америки многих видных гангстеров осудили за уклонение от уплаты налогов: доказать конкретные преступления не удавалось, но сам уровень расходов явно не соответствовал официально декларируемым доходам.

Нынче запретных видов деятельности у нас заметно меньше, чем в советское время. Но уклонение от налогов, тогда мало кого беспокоившее вследствие существенно иной финансовой системы в целом, теперь карается строго. И тех, кто официально считается безработным, подозревают прежде всего не в явных ущемлениях интересов других граждан, а в косвенных — например, в работе в «серой», не облагаемой налогами, части хозяйства.

Понятно, что если кто-то не платит налоги, он сокращает благополучие других граждан — но всё же далеко не так сильно, как если бы напрямую изъял у конкретных лиц ту же сумму. Поэтому и карают за неуплату только в тех случаях, когда она многократно перекрывает издержки за ее выявление. Обычно же с этим нарушением борются косвенными способами.

Например, в главном средоточии легенд о благотворности свободы личности без оглядки на общество — в вышеупомянутых СГА — доля товаров и услуг, оплачиваемых из налогов, куда меньше, чем в странах с более развитыми представлениями о роли общества, и таким образом те, кто налоги не платит, приносят другим меньший ущерб.

В нашей стране, вопреки адептам рыночности, социальная взаимопомощь развита высоко — вот и пытаются экономисты добыть взносы в нее даже у тех, кто формально ничего не зарабатывает. Безработных у нас меньше, чем работающих «всерую», но достаточно, чтобы залповое обложение зацепило множество невинных. Но и они пользуются общественными благами.

В советское время такие блага оплачивались из доходов предприятий, принадлежавших государству в целом. Сейчас таких предприятий куда меньше, да и доходы их распределяются в основном по общерыночным принципам. Сохранение бесплатности социальных благ требует либо пресечения любых форм уклонения от налогов, либо возрождения единой собственности на средства производства. Второе полезнее. Первое — проще.