Я прильнула к нему щекой, ощутив большое и твердое. Ощутив напряжение всего его тела. Потерлась лицом, как кошка, и он тихо застонал. Я посмотрела: глаза закрыты, голова откинута назад.
Ухватившись за пояс джинсов, я встала на ноги. Вода стекала по телу, оставляя пузыри.
Руки Жан Клода охватили меня за талию, но глаза были устремлены ниже. Он встретил мой взгляд и улыбнулся – так, как улыбался всегда. Улыбка, выдававшая порочные мысли, мысли о том, на что можно решиться лишь в темноте. И мне впервые хотелось всего, чего обещала эта улыбка.
– Сними. – Я дернула его за джинсы.
Он осторожно их расстегнул и отделил от тела мокрую ткань. Если под ними и было белье, я его не заметила. Просто джинсы вдруг оказались на ковре, а Жан Клод – голым.
Как резной алебастр. Каждая мышца, каждый изгиб совершенны. Говорить ему, что он красив, было бы излишним.
Я сделала то, что хотела сделать с первого мига, как увидела его. Охватила пальцами и чуть сжала. Жан Клод закрыл глаза, затрепетал, положив руки мне на плечи.
Он вдруг притянул меня к себе, наши обнаженные тела сдвинулись. Чувствуя эту твердость животом, я чуть не теряла сознание, и пришлось впиться пальцами ему в спину, чтобы устоять на вдруг ослабевших ногах.
Я целовала его грудь, встала на цыпочки, чтобы целовать плечи, шею. Языком я водила по его коже, ощущая его вкус, аромат, наполняя им себя. Мы поцеловались – почти невинным соприкосновением губ, и я сомкнула руки у него на шее, выгнулась в его объятиях. Он простонал еле слышно.
Потом скользнул вниз по моему телу, сцепив руки у меня за спиной, прижимая меня к себе, и лизнул мне живот быстрым влажным языком. Руки его играли у меня на ягодицах, дразнили меня, а он водил языком взад вперед там, где кончался живот и начиналось другое. Пальцы его скользнули мне между ног.
Я ахнула:
– Что ты делаешь?
Он поднял глаза, все так же прижимаясь ко мне ртом.
– Угадай с трех раз..