Возродить отечественный ВПК решили репрессиями

Без следователей Генеральной прокуратуры нам не перевооружить свой Военно-Морской флот. И не получить тех кораблей и судов, которые планировали передать военным морякам в 2013-2015 годах. Это вывод вице-премьера Дмитрия Рогозина, сделанный по итогам аудита Объединенной судостроительной корпорации (ОСК).

Картина вице-премьеру открылась такая. В отрасли – неразбериха и коррупция. Деньги исчезают неизвестно куда, их постоянно не хватает для завершения строительства кораблей и подводных лодок. Постоянно запаздывают смежники. В частности – поставщики вооружений. «Сам видел на «Северной верфи» — баржи строим, без оружия кому они нужны? Это что, корветы и фрегаты? Посудина плавает, и все — артиллерийского орудия нет, ракетного вооружения нет», — выходил из себя на совещании Дмитрий Олегович.

Примеров он в этот раз не приводил, но их сколько угодно. Скажем, только что вошедший в боевой состав флота корвет «Бойкий» проекта 20380 в сентябре минувшего года на испытания отправился вообще без своего главного калибра – артустановки А-190-01. Орудие не успело изготовить санкт-петербургское ОАО «Машиностроительный завод «Арсенал». С горем пополам заводчане с задачей справились лишь к Новому году. По этой причине сроки сдачи корабля флоту были сорваны.

Почти такая же история приключилась с собратом «Бойкого» - корветом «Сообразительный» проекта 20381. Моряки получили его годом ранее. Но новейший зенитно-ракетный комплекс «Редут», который призван составить основу ПВО «Сообразительного», до сих пор лупит в белый свет, как в копеечку. Причина в том, что недоработана радиолокационная станция общего обнаружения «Фурке-2», установленная на корвете. Управлять ракетной стрельбой с ее помощью невозможно.

Почему так случилось? Решили сэкономить и испытания станции провести не на полигоне, а прямо на корабле. Что делать теперь с капризной «Фурке-2» - непонятно. Минобороны к решению проблемы привлекло даже специалистов компании «Фазотрон-НИИР», до сей поры работавшей, главным образом, над созданием радиолокационных станций с фазированной решеткой для истребителей. Теперь над совершенствованием вооружения «Сообразительного» бьются и они. А давно включенный в боевой состав ВМФ России корвет боеготовым можно считать лишь условно.

«Я считаю, что это преступная линия. Сажать за это надо без разговоров!», - кипятился Рогозин. По его мнению, налицо фактически измена Родине. Поэтому вице-премьер немедленно перешел к угрозам: «В этой связи прошу Генеральную прокуратуру провести необходимые мероприятия, направленные на выявление возможных финансовых нарушений и иных противоправных действий руководства ОСК».

Чтобы следить за тем, как идет процесс исправления, велено немедленно создать оперативный штаб во главе с первым заместителем председателя ВПК Иваном Харченко.

Чего-то подобного следовало ожидать. Потому что еще раньше, в июне нынешнего года, на кораблестроителей с критикой обрушился президент России Владимир Путин. На совещании в Ново-Огарево он под телекамерами высказал свое резкое недовольство работой корпорации. Упомянув о том, что сроки сдачи боевых кораблей промышленностью срываются регулярно, глава государства подвел итог: «Вообще никуда не годится».

Удастся ли теперь репрессивно-административными мерами исправить положение дел с перевооружением? Причем – не только флота?


Доктор военных наук, капитан 1 ранга Константин Сивков:

«СП»: – Способны ли наши предприятия сегодня производить всё необходимое?

– У российского ВПК еще остался достаточный потенциал. Всё-таки мы производим подводные лодки 955 проекта. Проект подлодок 885 «Северодвинск» принят на вооружение. Довели до ума дизельную подлодку 636-го проекта. Производятся корабли проекта 23180 и проекта 23150, вполне отвечающие современным требованиям. Правда, их делают в небольшом количестве.

«СП»: – Но с производимыми изделиями тоже есть проблемы.

– Ничего удивительного нет. На протяжении четверти века планомерно душили оборонно-промышленный комплекс. Но, чтобы исправить ситуацию, нельзя вкладывать средства в иностранный ВПК. Надо поднимать нашу промышленность.

У нас в Москве практически прекратил существование завод «ЗиЛ». У нас уничтожен завод имени Ленинского Комсомола. У нас уничтожено производство легковых машин на «ГАЗ». Можно привести массу других примеров. И главное, что важные предприятия продолжают закрываться. Я это не воспринимаю иначе, как то, что нынешняя власть просто враждебна интересам государства. Можно предположить, что она ведет курс на уничтожение высокотехнологического потенциала Российской Федерации.

«СП»: – Сейчас руководители государства как раз и говорят о возрождении отечественного ВПК.

– У меня складывается ощущение, что Шойгу продолжает курс Сердюкова. Надежды, которые возлагались на нового министра, оказались несостоятельными. Я сам надеялся на него. Но теперь разочарован. Еще раз убедился, что «пиджак», даже если на него надеть генеральские погоны, военным никогда не станет.

«СП»: – Может, всё дело в изношенности производственной базы и нехватке квалифицированных кадров?

– Так в том и заключен вопрос ответственности государства, что оно должно обеспечить подготовку инженеров и рабочих и обновить производственные фонды предприятий. В 1950-е, 1960-е и позже мы постоянно обновляли фонды заводов, построенных во время индустриализации. Мы снимали старые станки и ставили новые. Но для этого предприятия должны быть государственными, а не в собственности всяких «приватизаторов». Поэтому предприятия надо национализировать, а тех, кто их развалил, – посадить в тюрьму, а их счета конфисковать. Отобранные деньги пустить на восстановление промышленности.

Конфисковать можно за полгода. Уго Чавес в Венесуэле задачу национализации решил очень быстро. Это при том, что предприятия были американскими, а ядерного оружия у Венесуэлы нет.

Полностью восстановить потенциал нашего ВПК, подготовить необходимые кадры можно за 10 лет. Пока это время у нас есть.


Заместитель председателя комитета Государственной Думы по промышленности, член фракции КПРФ Павел Дорохин:

– Наши предприятия должны открывать собственные центры по подготовке кадров и конструкторские бюро. Необходимо создание профильных технологических колледжей. Сейчас всё это постепенно начинают делать. Но у нас страна 20 лет стояла на месте, никак не развивалась. Прозревать начинаем только сейчас, да и то далеко не все.

«СП»: – Есть ли у нашего ВПК возможность делать необходимое количество военной техники?

– Пока ВПК не справляется. Проблема в том, что у нас нет мобилизационной экономики. Надо тех, кто не хочет эффективно работать, наказывать. Срывать погоны, штрафовать и сажать.

«СП»: – Исправить ситуацию еще не поздно?

– Недавно я подготовил для Владимира Путина доклад об индустриализации в СССР до войны. Тогда нам удалось построить 9 тысяч предприятий. На нашу страну тогда работали две консалтинговые фирмы. Одна американская, другая германская. Они дали нам возможность профессионально выбрать за рубежом самые новые технологии, от «Форда» до «Сименса». На Западе тогда был кризис, и мы смогли купить технологии на 30 процентов дешевле обычного. Благодаря этому мы смогли построить крупные предприятия, такие как Сталинградский тракторный завод, Уралмашзавод.

Сейчас мы предложили Рогозину проект по созданию Европейского центра по обмену технологиями. Наши специалисты тогда смогут провести мониторинг западных достижений на предмет, каких технологий нам не хватает. К примеру, нам нужны станки-полуавтоматы. Их закупка будет и решением проблемы кадров. Сейчас за ста станками стоит сто человек, а будет стоять всего лишь восемь. Не надо будет набирать такое большое количество рабочих. Иностранное оборудование будут налаживать наши специалисты, и мы получим собственное самое современное производство, которое будет работать на наши нужды и полностью под нашим контролем.

«СП»: – В чем же тогда причина, что деньги выделены, планы разработаны, а ничего не получается?

– Одна из причин – нахождение предприятий в частных руках. Частнику всё равно на государственные интересы. Он может поставить цену в пять раз дороже обычной. Поэтому государству надо выкупить все предприятия, которые относятся к обороне страны.

«СП»: – Сколько должно пройти лет, чтобы восстановить потенциал оборонной промышленности?

– Работающих заводов у нас достаточно. У нас есть провал по ряду современных технологий. Но о сроке говорить сложно потому, что нам историей отпущено 3-4 года. Современный мир крайне нестабилен.

«СП»: – Риторический вопрос: получится?

– Чтобы получилось, наша партия предложила отправить в отставку правительство Медведева и создать коалиционное правительство народного доверия. В кабинете министров должны работать профессионалы. Все руководители должны быть поставлены в жесткие условия. Сейчас все работают будто в расслабленном состоянии: ничего не контролируют и не понятно чем занимаются. Но для перемен нужна политическая воля.

Сталин начинал в конце 1920-х годов без инфраструктуры и нефтедолларов. Сейчас есть инфраструктура и есть нефтедоллары.