Меня зацепили слова из песни Сплин - "Прочь из моей головы".


Прочь из моей головы!
Наугад в темноту с середины концерта
Сквозь толпу, сквозь охрану, сквозь двери, сквозь парк
Чтоб чуть-чуть постоять над водой на мосту

Прочь из моей головы!
Здесь и так кавардак. Разбросав фотографии, выбросив вещи,
Уничтожив улики.
Все диски отправив в мусорный бак.

Прочь из моей головы!
Твой новый бойфренд пробил все пароли,
Вскрыл все твои ящики, прочитал мои письма к тебе
Ни хуя себе! Ни хуя себе!

Прочь из моей головы!
Босиком, кувырком, с чемоданом в руке
Или без чемодана в руке - налегке, вдалеке
Пока я по тебе не проехал катком

Прочь из моей головы!
Над Москвой на метле, через тернии к звездам
С буквой "у" в левом верхнем углу,
В треугольнике равностороннем на заднем стекле

Прочь из моей головы!
Оборвав провода, спутав карты, фигуры сметая с доски,
Разбивая шлагбаумы на полном ходу,
Оставляя разрушенными города

Из моей головы,
Где сферой становится плоскость,
Где то горит феерверк, то тлеет свечка из воска,
Где музыка Баха смешалась с полотнами Босха
И не дружат между собой полушария мозга.

Где крутиться строчка одна днем и ночью
"ВАЛИ ИЗ МОЕЙ ГОЛОВЫ ОЧЕНЬ СРОЧНО"
И вместе с собой забери о тебе мои мысли
Чтобы Богу не показалось что мы в этом мире слишком зависли...

Булат Окуджава
Чаепитие на Арбате (1975)

Пейте чай, мой друг старинный,
забывая бег минут.
Желтой свечкой стеаринной
я украшу ваш уют.

Не грустите о поленьях,
о камине и огне...
Плед шотландский на коленях,
занавеска - на окне.

Самовар, как бас из хора,
напевает в вашу честь.
Даже чашка из фарфора
у меня, представьте, есть.

В жизни выбора не много:
кому - день, а кому - ночь.
Две дороги от порога:
одна - в дом, другая - прочь.

Нынче мы - в дому прогретом,
а не в поле фронтовом,
не в шинелях,
и об этом
лучше как-нибудь потом.

Мы не будем наши раны
пересчитывать опять.
Просто будем, как ни странно,
улыбаться и молчать.

Я для вас, мой друг, смешаю
в самый редкостный букет
пять различных видов чая
по рецептам прежних лет.

Кипятком крутым, бурлящим
эту смесь залью для вас,
чтоб былое с настоящим
не сливалось хоть сейчас.

Настояться дам немножко,
осторожно процежу
и серебряную ложку
рядом с чашкой положу.

Это тоже вдохновенье...
Но, склонившись над столом,
на какое-то мгновенье
все же вспомним о былом:

над безумною рекою
пулеметный ливень сек,
и холодною щекою
смерть касалась наших щек.

В битве выбор прост до боли:
или пан, или пропал...
А потом, живые, в поле
мы устроили привал.

Нет, не то чтоб пировали,
а, очухавшись слегка,
просто душу согревали
кипятком из котелка.

Разве есть напиток краше?
Благодарствуй, котелок!
Но встревал в блаженство наше
чей-то горький монолог:

"Как бы ни были вы святы,
как ни праведно житье,
вы с ума сошли, солдаты:
это - дрянь, а не питье!

Вас забывчивость погубит,
равнодушье вас убьет:
тот, кто крепкий чай разлюбит,
сам предаст и не поймет..."

Вы представьте, друг любезный,
как казались нам смешны
парадоксы те из бездны
фронтового сатаны.

В самом деле, что - крученый
чайный лист - трава и сор
пред планетой, обреченной
на страданье и разор?

Что - напиток именитый?..
Но, средь крови и разлук,
целый мир полузабытый
перед нами ожил вдруг.

Был он теплый и прекрасный...
Как обида нас ни жгла,
та сентенция напрасной,
очевидно, не была.

Я клянусь вам, друг мой давний,
не случайны с древних лет
эти чашки, эти ставни,
полумрак и старый плед,

и счастливый час покоя,
и заварки колдовство,
и завидное такое
мирной ночи торжество;

разговор, текущий скупо,
и как будто даже скука,
но... не скука -
естество.

Стихи- как и музыка= это настроение. Не могу назвать какое-то конкретное стихотворение. Но могу сказать, что ОЧЕНЬ поразила в ранней юности баллада Высоцкого:

Средь оплывших свечей и вечерних молитв,
Средь военных трофеев и мирных костров,
Жили книжные дети, не знавшие битв,
Изнывая от детских своих катастроф.
Детям вечно досаден их возраст и быт
И дрались мы до ссадин, до смертных обид
Но одежды латали нам матери в срок,
Мы же книги глотали, пьянея от строк.
Липли волосы нам на вспотевшие лбы,
И сосало под ложечкой сладко от фраз.
И кружил наши головы запах борьбы,
Со страниц пожелтевших слетая на нас.
И пытались постичь мы, не знавшие войн,
За воинственный крик принимавшие вой,
Тайну слова, приказ, положенье границ,
Смысл атаки и лязг боевых колесниц.
А в кипящих котлах прежних войн и смут
Столько пищи для маленьких наших мозгов,
Мы на роли предателей, трусов, иуд
В детских играх своих назначали врагов.
И злодея слезам не давали остыть,
И прекраснейших дам обещали любить.
И друзей успокоив и ближних любя,
Мы на роли героев вводили себя.
Только в грезы нельзя насовсем убежать,
Краткий бег у забав, столько поля вокруг.
Постараться ладони у мертвых разжать
И оружье принять из натруженных рук.
Испытай, завладев еще теплым мечом,
И доспехи надев, что почем, что почем?!
Испытай, кто ты - трус иль избранник судьбы,
И попробуй на вкус настоящей борьбы.
И когда рядом рухнет израненный друг
И над первой потерей ты взвоешь, скорбя,
И когда ты без кожи останешься вдруг,
Оттого, что убили его, не тебя.
Ты поймешь, что узнал, отличил, отыскал,
По оскалу забрал - это смерти оскал,
Ложь и зло, погляди, как их лица грубы,
И всегда позади воронье и гробы.
Если путь прорубая отцовским мечом,
Ты соленые слезы на ус намотал,
Если в жарком бою испытал, что почем,
Значит, нужные книги ты в детстве читал.
Если мяса с ножа ты не ел ни куска,
Если руки сложа, наблюдал свысока,
И в борьбу не вступил с подлецом, палачом,
Значит, в жизни ты был ни при чем, ни при чем

Можно сказать, что после этого я начала читать очень много,и читаю до сих пор.

Второе потрясение- от маленького стихотворения Цветаевой "Генералам 12 года" Я даже в Эрмитаж ездила -смотреть Галерею героев...А когда услышала песню Окуджавы на эти стихи... ВОСТОРГ!

ДАВАЙ С ТОБОЙ ПОГОВОРИМ = ОЛЕГ МИТЯЕВ

1. Давай с тобой поговорим.
Прости, не знаю, как зовут.
Но открывается другим
Все то, что близким берегут.
Ты скажешь: "Все наоборот,
Согласно логике вещей."
Но это - редкий поворот,
А может, нет его вообще.

2. Ты помнишь, верили всерьез
Во все, что ветер принесет,
Сейчас же - хочется до слез,
А вот не верится - и все.
И пусть в нас будничная хмарь
Не утомит желанья жить,
Но праздниками календарь
Уже не трогает души

По-новому, по-новому торопит кто-то жить,
Но все ж, дай Бог, по-старому нам чем-то дорожить.
Бегут колеса по степи, отстукивая стэп.
Гляди в окошко не гляди, а все едино - степь…
Гляди в окошко не гляди…

3. Ты только мне не говори
Про невезенье всякий вздор
И степь напрасно не брани
За бесконечность и простор.
Давай с тобой поговорим,
Быть может, все еще придет…
Ведь кто-то же сейчас не спит,
Ведь кто-то этот поезд ждет
Сквозь ветер, выкрашенный в темно-синюю пастель,
Несет плацкартную постель вагон, как колыбель.
Сиреневый струится дым с плывущих мимо крыш.
Давай с тобой поговорим!
Да ты, приятель… спишь.

Молитва Франсуа Вийона
Б. Окуджава
Пока Земля ещё вертится, пока ещё ярок свет,
Господи, дай же Ты каждому, чего у него нет:
Умному дай голову, трусливому дай коня.
Дай счастливому денег... И не забудь про меня.
Пока Земля ещё вертится, Господи,- Твоя власть! -
Дай рвущемуся к власти навластвоваться власть,
Дай передышку щедрому хоть до исхода дня.
Каину дай раскаянье... И не забудь про меня.

Я знаю: Ты всё умеешь, Я верую в мудрость Твою,
Как верит солдат убитый, что он проживает в раю,
Как верит каждое ухо тихим речам Твоим,
Как веруем и мы сами, не ведая, что творим!

Господи, мой Боже, зеленоглазый мой,
Пока Земля ещё вертится, И это ей странно самой,
Пока ещё хватает времени и огня,
Дай же Ты всем понемногу... И не забудь про меня.

Скоро осень, пора дождей и листопада...

Вадим Егоров:

Я вас люблю, мои дожди,
Мои тяжёлые осенние,
Чуть-чуть смешно, чуть-чуть рассеянно
Я вас люблю, мои дожди.

А листья ластятся к стволам,
А тротуары словно зеркало,
И я плыву по зеркалам,
В которых отражаться некому,

Где как сутулые моржи,
Машины фыркают моторами,
Где вьются рельсы монотонные,
Как серебристые ужи.

Где оборванцы фонари
Бредут шеренгою заляпанной,
И осень огненный парик
Сдирает ливневыми лапами.

Спасибо вам, мои дожди,
Спасибо вам, мои осенние,
За все, что вы во мне посеяли,
Спасибо вам, мои дожди.
Спасибо вам, мои дожди.

Красиво и грустно…
В.С.Высотский
БАЛЛАДА О КОРОТКОМ СЧАСТЬЕ

Трубят рога: скорей, скорей!-
И копошится свита.
Душа у ловчих без затей,
Из жил воловьих свита.

Ну и забава у людей -
Убить двух белых лебедей!
И стрелы ввысь помчались...
У лучников наметан глаз,-
А эти лебеди как раз
Сегодня повстречались.

Она жила под солнцем - там,
Где синих звезд без счета,
Куда под силу лебедям
Высокого полета.

Ты воспари - крыла раскинь -
В густую трепетную синь.
Скользи по божьим склонам,-
В такую высь, куда и впредь
Возможно будет долететь
Лишь ангелам и стонам.

Но он и там ее настиг -
И счастлив миг единый,-
Но может, был тот яркий миг
Их песней лебединой...

Двум белым ангелам сродни,
К земле направились они -
Опасная повадка!
Из-за кустов, как из-за стен,
Следят охотники за тем,
Чтоб счастье было кратко.

Вот утирают пот со лба
Виновники паденья:
Сбылась последняя мольба -
"Остановись, мгновенье!"

Так пелся вечный этот стих
В пик лебединой песне их -
Счастливцев одночасья:
Они упали вниз вдвоем,
Так и оставшись на седьмом,
На высшем небе счастья.

Очень приятно встретить любителя Высоцкого! Для тебя:

Кто кончил жизнь трагически, — тот истинный поэт!
А если в точный срок — так в полной мере!
На цифре 26 один шагнул под пистолет,
Другой же — в петлю слазил в «Англетере».

А в 33 — Христу (он был поэт, он говорил:
«Да! Не убий!» Убьёшь — везде найду, мол!)...
Но — гвозди ему в руки, чтоб чего не сотворил,
И гвозди в лоб, чтоб ни о чём не думал.

С меня при слове «37» в момент слетает хмель.
Вот и сейчас вдруг холодом подуло —
Под этот год и Пушкин подгадал себе дуэль,
И Маяковский лёг виском на дуло.

Задержимся на цифре 37. Коварен Бог —
Ребром вопрос поставил: или-или!
На этом рубеже легли и Байрон, и Рембо,
А нынешние как-то проскочили.

Дуэль не состоялась или перенесена,
А в тридцать три распяли, но не сильно,
А в тридцать семь — не кровь, да что там кровь! — и седина
Испачкала виски не так обильно.

Слабо стреляться?! В пятки, мол, давно ушла душа?!
Терпенье, психопаты и кликуши!
Поэты ходят пятками по лезвию ножа
И ранят в кровь свои босые души.

На слово «длинношеее» в конце пришлось три «е».
«Укоротить поэта!» — вывод ясен.
«И нож в него!» — но счастлив он висеть на острие,
Зарезанный за то, что был опасен!

Жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр!
Томитесь, как наложницы в гареме:
Срок жизни увеличился — и может быть, концы
Поэтов отодвинулись на время.

Для вас.:)

Баллада о борьбе(В.Высодский)

Сpедь оплывших свечей
И вечеpних молитв,
Сpедь военных тpофеев
И миpных костpов
Жили книжные дети,
Не знавшие битв,
Изнывая от мелких
Своих катастpоф.

Детям вечно досаден
Их возpаст и быт, -
И дpались мы до ссадин,
До смеpтных обид.
Hо одежды латали
Hам матеpи в сpок,
Мы же книги глотали,
Пьянея от стpок.

Липли волосы нам
На вспотевшие лбы,
И сосало под ложечкой
Сладко от фpаз,
И кpужил наши головы
Запах боpьбы,
Со стpаниц пожелтевших
Слетая на нас.

И пытались постичь
Мы, не знавшие войн,
За воинственный клич
Пpинимавшие вой,
Тайну слова "пpиказ",
Hазначенье гpаниц,
Смысл атаки и лязг
Боевых колесниц.

А в кипящих котлах
Пpежних боен и смут
Столько пищи для маленьких
Наших мозгов!
Мы на pоли пpедателей,
Тpусов, иуд
В детских игpах своих
Назначали вpагов.

И злодея следам
Hе давали остыть,
И пpекpаснейших дам
Обещали любить,
И, дpузей успокоив
И ближних любя,
Мы на pоли геpоев
Вводили себя.

Только в гpёзы нельзя
Насовсем убежать:
Кpаткий век у забав -
Столько боли вокpуг!
Постаpайся ладони
У мёpтвых pазжать
И оpужье пpинять
Из натpуженных pук.

Испытай, завладев
Ещё тёплым мечом
И доспехи надев,
Что почём, что почём!
Разбеpись, кто ты - тpус
Иль избpанник судьбы,
И попpобуй на вкус
Hастоящей боpьбы.

И когда pядом pухнет
Изpаненный дpуг,
И над пеpвой потеpей
Ты взвоешь, скоpбя,
И когда ты без кожи
Останешься вдpуг
Оттого, что убили его -
Не тебя, -

Ты поймёшь, что узнал,
Отличил, отыскал
По оскалу забpал:
Это - смеpти оскал!
Ложь и зло - погляди,
Как их лица гpубы!
И всегда позади -
Воpоньё и гpобы.

Если, путь пpоpубая
Отцовским мечом,
Ты солёные слёзы
На ус намотал,
Если в жаpком бою
Испытал, что почём, -
Значит, нужные книги
Ты в детстве читал!

Если мяса с ножа
Ты не ел ни куска,
Если pуки сложа
Наблюдал свысока,
И в боpьбу не вступил
С подлецом, с палачом, -
Значит, в жизни ты был
Ни пpи чём, ни пpи чём!

Спасибо, (#43, увы...), а это-для всех:Баллада о Любви:

Когда вода всемирного потопа
Вернулась вновь в границы берегов,
Из пены уходящего потока
На берег тихо выбралась любовь
И растворилась в воздухе до срока,
А срока было сорок сороков.

И чудаки - еще такие есть -
Вдыхают полной грудью эту смесь.
И ни наград не ждут, ни наказанья,
И, думая, что дышат просто так,
Они внезапно попадают в такт
Такого же неровного дыханья...

Только чувству, словно кораблю,
Долго оставаться на плаву,
Прежде чем узнать, что "я люблю",-
То же, что дышу, или живу!

И вдоволь будет странствий и скитаний,
Страна Любви - великая страна!
И с рыцарей своих для испытаний
Все строже станет спрашивать она.
Потр*цензура*ет разлук и расстояний,
Лишит покоя, отдыха и сна...

Но вспять безумцев не поворотить,
Они уже согласны заплатить.
Любой ценой - и жизнью бы рискнули,
Чтобы не дать порвать, чтоб сохранить
Волш*цензура*ю невидимую нить,
Которую меж ними протянули...

Свежий ветер избранных пьянил,
С ног сбивал, из мертвых воскрешал,
Потому что, если не любил,
Значит, и не жил, и не дышал!

Но многих захл*цензура*вшихся любовью,
Не докричишься, сколько не зови...
Им счет ведут молва и пустословье,
Но этот счет замешан на крови.
А мы поставим свечи в изголовье
Погибшим от невиданной любви...

Их голосам дано сливаться в такт,
И душам их дано бродить в цветах.
И вечностью дышать в одно дыханье,
И встретиться со вздохом на устах
На хрупких переправах и мостах,
На узких перекрестках мирозданья...

Я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и наяву!
Я дышу - и значит, я люблю!
Я люблю - и, значит, я живу!

1975

Эту песню слышали многие в титрах телевизионного сериала «Петербургские тайны», это то же Высотский.

Оплавляются свечи
На старинный паркет,
И стекает на плечи
Серебро с эполет.
Как в агонии бродит
Золотое вино...
Все былое уходит, —
Что придет — все равно.
И, в предсмертном томленье
Озираясь назад,
Убегают олени,
Нарываясь на залп.
Кто-то дуло наводит
На невинную грудь...
Все былое уходит, —
Пусть придет что-нибудь.
Кто-то злой и умелый,
Веселясь, наугад
Мечет острые стрелы
В воспаленный закат.
Слышно в буре мелодий
Повторение нот...
Пусть былое уходит, —
Пусть придет что придет.

Минестрели Йовин. Одна из моих любимых песин.
Ронсеваль.

В край моего щита метит копьем закат.
Пыль на зубах скрипит, пыль застилает взгляд.
Я говорю: "Мой господин, прекрасный граф Роланд,
Едем другим путем!"
Скалы над пропастью встали темницами,
Здесь доверять нельзя людям и птицам, и
Я говорю: "Мой господин, прекрасный граф Роланд,
Едем другим путем!"

Не различить лица, не отворить броню.
Крепко поводья сжав, шпоры даешь коню
молча.

Побагровел закат, алым глаза слепя.
Взрезана твердь небес перьями ястреба,
А за спиной я различаю шаг предательства
В стуке стальных подков!
Чаши заздравные с каждым Вы пили ли?
Кровью окрасилось золото лилии...
Я говорю: "Мой господин, прекрасный граф Роланд,
Много ль у Вас врагов?"

Чертит перчатки сталь медленный полукруг.
Ты указуешь вдаль, на мавританский юг
молча.

Вижу, десницы скал крошат щитов эмаль.
Чую беду и смерть в имени "Ронсеваль".
Я говорю: "Мой господин, прекрасный граф Роланд,
Время трубить в рога!"
Не оттого ль молчит труб золотая медь,
Что от отрогов гор помощи не успеть?
Верит ли мне, мой господин, прекрасный граф Роланд,
Что гибель в бою легка?

Мчаться навстречу ей - Вы не сошли с ума ль?
Станет могилой нам каменный Ронсеваль!
Не осадить коней, строя не уберечь,
Вижу леса знамен, слышу чужую речь!

За королевский дом, за золотистый дрок,
За безрассудный долг ты поднимаешь рог -
поздно!

Fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra...

Чьи голоса звенят, чьи голоса поют?
Крикнув тебе: "Прощай!", падаю, падаю
в звезды...

Sicut et nos dimittimus debitoribus nostris...

Et ne nos inducas in tentationem;
Sed libera nos a malo... libera nos a malo...

Все не могу оторваться от Высоцкого

КУПОЛА

Михаилу Шемякину

Как засмотрится мне нынче, как задышится?
Воздух крут перед грозой, крут да вязок.
Что споется мне сегодня, что услышится?
Птицы вещие поют - да все из сказок.

Птица Сирин мне радостно скалится -
Веселит, зазывает из гнезд,
А напротив - тоскует-печалится,
Травит душу чудной Алконост.

Словно семь заветных струн
Зазвенели в свой черед -
Это птица Гамаюн
Надежду подает!

В синем небе, колокольнями проколотом,-
Медный колокол, медный колокол -
То ль возрадовался, то ли осерчал...
Купола в России кроют чистым золотом -
Чтобы чаще Господь замечал.

Я стою, как перед вечною загадкою,
Пред великою да сказочной страною -
Перед солоно - да горько-кисло-сладкою,
Голубою, родниковою, ржаною.

Грязью чавкая жирной да ржавою,
Вязнут лошади по стремена,
Но влекут меня сонной державою,
Что раскисла, опухла от сна.

Словно семь богатых лун
На пути моем встает -
То птица Гамаюн
Надежду подает!

Душу, сбитую утратами да тратами,
Душу, стертую перекатами,-
Если до крови лоскут истончал,-
Залатаю золотыми я заплатами -
Чтобы чаще Господь замечал!

1975

И еще Высотский. Длинно, зато весело.

"На стол колоду, господа,-
Крапленная колода!
Он подменил ее". - "Когда?"
"Барон, вы пили воду...

Валет наколот, так и есть!
Барон, ваш долг погашен!
Вы проходимец, ваша честь,-
И я к услугам вашим!

Что? Я не слышу ваш апарт...
О нет, так не годится!"
...А в это время Бонапарт
Переходил границу.

"Закончить не смогли вы кон -
Верните бриллианты!
А вы, барон, и вы, виконт,
Пожалте в секунданты!

Ответьте, если я не прав,-
Но наперед все лживо!
Итак, оружье ваше, граф?!
За вами выбор - живо!

Вы не получите инфаркт,
Вам не попасть в больницу!"
...А в это время Бонапарт
Переходил границу.

"Да полно, назначаю сам:
На шпагах, пистолетах,
Хотя сподручней было б вам -
На дамских амулетах.

Кинжал... - ах, если б вы смогли!..-
Я дрался им в *цензура*одах!
Но вы б, конечно, предпочли -
На шулерских колодах!

Вам скоро будет не до карт -
Вам предстоит сразиться!"
...А в это время Бонапарт
Переходил границу.

"Не поднимайте, ничего,-
Я встану сам, сумею!
И снова вызову его,
Пусть даже протрезвею.

Барон, молчать! Виконт, не хнычь!
Плевать, что тьма народу!
Пусть он расскажет, старый хрыч,
Чем он крапил колоду!

Когда откроет тайну карт -
Дуэль не состоится!"
...А в это время Бонапарт
Переходил границу.

"А коль откажется сказать -
Клянусь своей главою:
Графиню можете считать
Сегодня же вдовою.

И хоть я шуток не терплю,
Но я могу взбеситься,-
Тогда я графу прострелю,
Эскьюз ми, ягодицу!"

Стоял июль, а может - март...
Летели с юга птицы...
А в это время Бонапарт
Переходил границу.

..."Ах, граф, прошу меня простить -
Я вел себя бестактно,-
Я в долг хотел у вас просить,
Но не решился как-то.

Хотел просить наедине -
Мне на людях неловко -
И вот пришлось затеять мне
Дебош и потасовку.

Ну да, я выпил целый штоф -
И сразу вышел червой...
Дурак?! Вот как! Что ж, я готов!
Итак, ваш выстрел первый..."

Александр Башлачев

Поэты живут. И должны оставаться живыми.
Пусть верит перу жизнь, как истина в черновике.
Поэты в миру оставляют великое имя,
Затем, что у всех на уме - у них на языке.

Но им все трудней быть иконой в размере оклада.
Там, где, судя по паспортам - всё по местам.
Дай Бог им пройти семь кругов беспокойного лада,
По чистым листам, где до времени - все по устам.

Поэт умывает слова, возводя их в приметы
Подняв свои полные ведра внимательных глаз.
Несчастная жизнь! Она до смерти любит поэта.
И за семерых отмеряет. И режет. Эх, раз, еще раз!

Как вольно им петь.И дышать полной грудью на ладан...
Святая вода на пустом киселе неживой.
Не плачьте, когда семь кругов беспокойного лада
Пойдут по воде над прекрасной шальной головой.

Пусть не ко двору эти ангелы чернорабочие.
Прорвется к перу то, что долго рубить и рубить топорам.
Поэты в миру после строк ставят знак кровоточия.
К ним Бог на порог. Но они верно имут свой срам.

Поэты идут до конца. И не смейте кричать им "Не надо!"
Ведь Бог... Он не врет, разбивая свои зеркала.
И вновь семь кругов беспокойного, звонкого лада
Глядят Ему в рот, разбегаясь калибром ствола.

Шатаясь от слез и от счастья смеясь под сурдинку,
Свой вечный допрос они снова выводят к кольцу.
В быту тяжелы. Но однако легки на поминках.
Вот тогда и поймем, что цветы им, конечно, к лицу.

Не верьте концу. Но не ждите иного расклада.
А что там было в пути? Эти женцины, метры, рубли...
Неважно, когда семь кругов беспокойного лада
Позволят идти, наконец, не касаясь земли.

Ну вот, ты - поэт... Еле-еле душа в черном теле.
Ты принял обет сделать выбор, ломая печать.
Мы можем простить всех, что пели не так, как умели.
Но тех, кто молчал, давайте не будем прощать.

Не жалко распять, для того, чтоб вернуться к Пилату.
Поэта не взять все одно ни тюрьмой, ни сумой.
Короткую жизнь. Пять, шесть, семь кругов беспокойного лада
Поэты идут. И уходят от нас на восьмой.

При всем своем к закону уваженьи,
По улицам хожу не так, как все:
Поправ собой все правила движенья,
По встречной пешеходной полосе.

Тому я вижу лишь одну причину,
Простую, как колумбово яйцо:
Идя в потоке, видишь только спины,
Идя навстречу, смотришь всем в лицо...


Андрей Макаревич

Приспособилась- увеличила шрифт- стало легче читать и восприятие повысилось. Сложная вещь,размышления всякие...

А у меня- лирическое настроение-делюсь со всеми вами!!!

Николай Заболоцкий. Признание.

Зацелована, околдована,
С ветром в поле когда-то обвенчана,
Вся ты словно в оковы закована,
Драгоценная моя женщина!

Не веселая, не печальная,
Словно с темного неба сошедшая,
Ты и песнь моя обручальная,
И звезда моя сумасшедшая.

Я склонюсь над твоими коленями,
Обниму их с неисстовой силою,
И слезами и стихотвореньями,
Обожгу тебя, горькую, милую.

Отвори мне лицо полуночное,
Дай войти в эти очи тяжелые,
В эти черные брови восточные,
В эти руки твои полуголые.

Что прибавится – не убавится,
Что не сбудется – позабудется…
Отчего же ты плачешь, красавица?
Или мне это только чудится?

Многие считают, что автор этого стихотворения- Высоцкий. На самом деле он автор музыки.

Бабье лето
Стихи И.Кохановского

Клены выкрасили город
колдовским каким-то цветом -
Это скоро, это скоро
Бабье лето, бабье лето.

Что так быстро тают листья -
ничего мне не понятно,
А я ловлю как эти листья
наши даты, наши даты.

Только вот ругает мама,
что меня ночами нету,
что я слишком часто пьяный
бабьим летом, бабьим летом.

Я кружу напропалую
с самой ветреной из женщин.
А я давно искал такую
И ни больше и ни меньше.

Я забыл когда был дома,
Спутал ночи и рассветы.
Это омут, ох, это омут -
Бабье лето, бабье лето.

ВИЗБОР, и как я могла забыть:

ЛЕДИ

"О моя дорогая, моя несравненная леди!
Ледокол мой печален, и штурман мой смотрит на юг,
И представьте себе, что звезда из созвездия Лебедь
Непосредственно в медную форточку смотрит мою.
Непосредственно в эту же форточку ветер влетает,
Называвшийся в разных местах то муссон, то пассат,
Он влетает и с явной усмешкою письма читает,
Не отправленные, потому что пропал адресат.

Где же, детка моя, я тебя проморгал и не понял?
Где, подружка моя, разошелся с тобой на пути?
Где, гитарой бренча, прошагал мимо тихих симфоний,
Полагая, что эти концерты еще впереди?
И беспечно я лил на баранину соус "ткемали",
И картинки смотрел по утрам на обоях чужих,
И меня принимали, которые не понимали,
И считали, что счастье является качеством лжи.

Одиночество шлялось за мной и в волнистых витринах
Отражалось печальной фигурой в потертом плаще.
За фигурой по мокрым асфальтам катились машины -
Абсолютно пустые, без всяких шоферов вообще.
И в пустынных вагонах метро я летел через годы,
И в безлюдных портах провожал и встречал сам себя,
И водили со мной хороводы одни непогоды,
И все было на этой земле без тебя, без тебя.

Кто-то рядом ходил и чего-то бубнил - я не слышал.
Телевизор мне тыкал красавиц в лицо - я ослеп.
И, надеясь на старого друга и горные лыжи,
Я пока пребываю на этой пустынной земле.
О моя дорогая, моя несравненная леди!
Ледокол мой буксует во льдах, выбиваясь из сил...
Золотая подружка моя из созвездия Лебедь -
Не забудь. Упади. Обнадежь. Догадайся. Спаси."
(1979 - 18 августа 1981, Туапсе)

Леонид Филатов


Не важно то, что вас нечаянно задели,
Не важно то, что вы совсем не из задир,
А важно то, что в мире есть еще дуэли,
На коих держится непрочный этот мир.

Не важно то, что вы в итоге не убиты,
Не важно то, что ваша злость пропала зря,
А важно то, что в мире есть еще обиды,
Прощать которые обидчику нельзя.

Не важно то, что вас мутит от глупой позы,
Не важно то, что вы стреляться не мастак,
А важно то, что в мире есть еще вопросы,
Решать которые возможно только так.

Не важно то, что для дуэли нет причины,
Не важно то, что ссора вышла из-за дам,
А важно то, что в мире есть еще мужчины,
Которым совестно таскаться по судам.

Даже не знала такого поэта! Похоже на песню...А можно еще ?

Я же пока вернусь в Леониду Филатову

ДАНТЕС

Он был красив, как сто чертей,
Имел любовниц всех мастей,
Любил животных и детей
И был со всеми мил…
Да полно, так ли уж права
Была жестокая молва,
Швырнув вослед ему слова:
"Он Пушкина убил?!."

Он навсегда покинул свет,
И табаком засыпал след,
И даже плащ сменил на плед,
Чтоб мир о нем забыл…
Но где б он ни был – тут и там
При нем стихал ребячий гам
И дети спрашивали: "Мам,
Он Пушкина убил?"

Как говорится, все течет,
Любая память есть почет,
И потому – на кой нам черт
Гадать, каким он был?..
Да нам плевать, каким он был,
Какую музыку любил,
Какого сорта кофий пил, –
Он Пушкина убил!..

1977

Подарок Андерсена
Стихи Леонид Филатов

Ты не веришь в таинственность радуги
И загадок не любишь совсем.
Ты сегодня сказал мне, что яблоки -
Это тот же коричневый джем.

И глаза у тебя улыбаются,
И презрительно морщится нос.
Ведь у взрослых ума не прибавится,
Если к ним относиться всерьез.

Ты не числишься в сказочном подданстве
На седьмом от рожденья году.
Это яблоко - самое позднее
Из оставшихся в нашем саду.

Это яблоко - солнечной спелости,
Как последний счастливый обман,
Дарит Вашей Взрослеющей Светлости
С уважением, - Ганс Христиан.

Борис Гребенщиков

Некоторые Женятся (А Некоторые - Так)


Она сказала "Пока", он долго смотрел ей вслед
Для нее прошла ночь, для него три тысячи лет
За это время десяток империй расцвел и рухнул во мрак
Но некоторые женятся, а некоторые так

Раньше мы жили завтра, а теперь и сегодня - вчера
Вместо Роллингов - хакеры, вместо Битлов - юзера
Бригады ломятся в церковь, святому место - кабак
Но некоторые женятся, а некоторые так

У некоторых сердце поет, у некоторых болит
Он нажимает на "Save", а она нажимает "Delete"
И нет смысла спрашивать "кто", нет смысла спрашивать "как"
И некоторые женятся, а некоторые так

Спасибо Богу за хлеб, который отпущен нам днесь
Но в мире есть что-то еще, я клянусь, она где-то здесь
И солнце остановится в небе, когда она даст ему знак
И некоторые женятся, а некоторые так
Некоторые женятся, некоторые-так…

Разговор с памятью

Стихи Леонида Филатова



Давай поглядим друг на друга в упор,
Довольно вранья.
Я - твой соглядатай, я - твой прокурор,
Я - память твоя.

Ты долго петлял в привокзальной толпе,
Запутывал след.
Ну вот мы с тобою в отдельном купе,
Свидетелей нет.

Судьба мне послала бродить за тобой
До самых седин.
Ну вот мы и встретились, мой дорогой,
Один на один.

Мы оба стареем, ты желт, как лимон,
Я лыс, как Сократ.
Забудь про милицию и телефон,
Забудь про стоп-кран.

Не вздумай с подножки на полном ходу
Нырнуть в темноту.
Мы едем с тобою не в Караганду
И не в Воркуту.

Чужие плывут за окном города,
Чужие огни.
Наш поезд отныне идет в никуда,
И мы в нем одни.

...Как жутко встречать за бутылкой винца
Синюшный рассвет.
И знать, что дороге не будет конца
Три тысячи лет.

Сергей Трофимов


Накатили мысли непрошенные,
Я гоню их прочь, как могу.
Я с моей душой перекошенной,
От себя куда-то бегу.
Мне на встречу тьма непроглядная,
Я её глотаю, как дым.
И вот эту жуть плотоядную
Называют счастьем блатным.
И я бегу неведая дороги,
Куда бегу-ей, Богу, не пойму
Да и вообще, зачем я нужен Богу
В такую тьму, в такую тьму.
Да и вообще, зачем я нужен Богу
В такую тьму, в такую тьму.
А кругом дурман, да *цензура*мельный бред
И в потемках бродят стада.
И стада забыли, как блещет свет
И идут опять не туда.
И кого винить и за что винить,
Коль не ведают, что творят.
Я смотрю, как хрупкая рвется нить,
А стада понять не хотят.
И я бегу неведая дороги,
Куда бегу-ей, Богу, не пойму
Да и вообще, зачем я нужен Богу
В такую тьму, в такую тьму.
Да и вообще, зачем я нужен Богу
В такую тьму, в такую тьму.
Я посеял рожь, а взошла полынь,
Горькая, как кайф с бодуна,
Значит у земли не осталось сил,
Значит правит бал сатана.
И я бегу неведая дороги,
Куда бегу, ей, Богу, не пойму,
Но где-то там у смерти на пороге,
Свеча пасхальная огнем пронзает тьму.

Константин Никольский


Я сам из тех, кто спрятался за двери,
Кто мог идти, но дальше не идет,
Кто мог сказать, но только молча ждет,
Кто духом пал и ни во что не верит.

Моя душа беззвучно слезы льет,
Я песню спел, она не прозвучала.
Устал я петь, мне не начать сначала,
Не сделать новый шаг и не смотреть вперед.

Я тот, чей разум прошлым лишь живет,
Я тот, чей голос глух и потому
К сверкающим вершинам не зовет,
Я добрый, но добра не сделал никому.

Я птица слабая, мне тяжело лететь,
Я тот, кто перед смертью еле дышит,
Но как ни трудно мне об этом петь,
Я все-туки пою, ведь кто-нибудь услышит.

Вертинский
Без женщин

Как хорошо без женщин, без фраз,
Без горьких слов и сладких поцелуев,
Без этих милых слишком честных глаз,
Которые вам лгут и вас еще ревнуют!

Как хорошо без театральных сцен,
Без длинных "благородных " объяснений,
Без этих истерических измен,
Без этих запоздалых сожалений.

И как смешна нелепая игра,
Где проигрыш велик, а выигрыш - ничтожен,
Когда партнеры ваши - шулера,
А выход из игры уж невозможен.

Как хорошо с приятелем вдвоем
Сидеть и тихо пить простой шотландский виски
И, улыбаясь, вспоминать о том,
Что с этой дамой вы когда-то были близки.

Как хорошо проснуться одному
В своем веселом холостяцком "флете "
И знать, что вам не нужно никому
Давать отчеты, никому на свете!

А чтобы проигрыш немного отыграть,
С ее подругою затеять флирт невинный
И как-нибудь уж там постраховать
Простое самолюбие мужчины!

Здесь лапы у елей дрожат на весу,
Здесь птицы щебечут тревожно.
Живешь в заколдованном диком лесу,
Откуда уйти невозможно.

Пусть черемухи сохнут бельем на ветру,
Пусть дождем опадают сирени -
Все равно я отсюда тебя заберу
Во дворец, где играют свирели.

Твой мир колдунами на тысячи лет
Укрыт от меня и от света.
И думаешь ты, что прекраснее нет,
Чем лес заколдованный этот.

Пусть на листьях не будет росы поутру,
Пусть луна с небом пасмурным в ссоре,-
Все равно я отсюда тебя заберу
В светлый терем с балконом на море.

В какой день недели, в котором часу
Ты выйдешь ко мне осторожно?
Когда я тебя на руках унесу
Туда, где найти невозможно?

Украду, если кража тебе по душе,-
Зря ли я столько сил разбазарил?
Соглашайся хотя бы на рай в шалаше,
Если терем с дворцом кто-то занял!

1969
В. Высоцкий

А. Макаревич

Свеча

Бывают дни, когда опустишь руки,
И нет ни слов, ни музыки, ни сил,
В такие дни я был с собой в разлуке
И никого помочь мне не просил.

И я хотел уйти, куда попало.
Закрыть свой дом и не найти ключа,
Но верил я - не все еще пропало,
Пока не меркнет свет, пока горит свеча,
Но верил я - не все еще пропало,
Пока не меркнет свет, пока горит свеча.

И спеть меня никто не мог заставить,
Молчание - начало всех начал,
Но если плечи песней мне расправить,
Как трудно будет сделать так, чтоб я молчал.

И пусть сегодня дней осталось мало,
И выпал снег, и кровь не горяча.
Я в сотый раз опять начну с начала,
Пока не меркнет свет, пока горит свеча.

Великая просьба писать автора стихотворения!

Андрей макаревич

Этот город застрял во вранье, как "Челюскин " во льдах -
Погрузившийся в ад и частично восставший из ада.
Наше общее детство прошло на одних букварях,
От того никому ничего объяснять и не надо.
Отчего ж мы кричим невпопад и молчим не про то,
И все считаем чужое, и ходим, как пони, по кругу?
Вы не поняли, сэр, - я отнюдь не прошусь к вам за стол,
Мне вот только казалось - нам есть что поведать друг другу.

Этот город застрял в межсезонье, как рыба в сети -
Стрелки все по нулям, и не больше не меньше,
Мы почти научились смеяться, но как ни верти -
Что-то стало с глазами когда-то загадочных женщин.
Хочешь, я расскажу тебе сказку про злую метель,
Про тропический зной, про полярную вьюгу?
Вы не поняли, мисс, - я совсем не прошусь к вам в постель,
Мне вот только казалось - нам есть, что поведать друг другу.

Мне никто не указ, да и сам я себе не указ -
Доверяю лишь левой руке, маршруты рисуя.
Ну а тот, кто - указ, он не больно-то помнит о нас,
Да и мы поминаем его в беде или всуе.
Что казалось бы проще - вот Бог, вот порог,
Что же снова ты смотришь в пустынное небо с испугом?
Вы не поняли, Лорд, - я отнюдь не прошусь к вам в чертог,
Мне лишь только казалось - нам есть, что поведать друг другу.

Место, где свет
Было так близко, что можно коснуться рукой,
Но кто я такой,
Чтоб оборвать хрустальную нить -
Не сохранить, прошло столько лет,
И нас больше нет в месте, где свет...

незнаю кто написал но мне нравится:
Проклят от страха народом своим -
Дьявола Смерть не берёт!
А ты был бессмертным гонцом светлых сил,
Но люди твердили своё...

Из века в век, из мира в войну,
Шел ты, для смертных - чужой,
Как предают, распинают и лгут -
Знал всё бессмертный герой.

Боль всех живущих в душе и живых,
Мёртвых возлюбленных стон...
Где Вестник Ада - ликующий вихрь,
С чёрным поющим мечом

Александр Розенбаум

Как рождается песня

Как рождается песня... Сначала спускается ангел.
Проверяет, закрыта ли дверь, есть ли кофе в достатке,
Выгоняет гостей, убирает подальше стаканы,
Достает сигареты и ручку кладет на тетрадку.
Я ему не мешаю, он очень талантливый малый,
Подрастет - горе нимфам, живущим в беспечности юной.
Прикасаясь к плечу, мановеньем снимает усталость
И неведомо, как оживляет умершие струны.
Напевает мотив, исправляет неточную рифму,
Неназойливо гладит собаку, лежавшую рядом,
Ставит пальцы мои на лады полустертые грифа,
Не спуская с меня своего боголепного взгляда.
Проходя мимо клавиш, нажмет пару нот ненароком,
Я, конечно, молчу, пусть резвится несносный ребенок.
Но как хочется дернуть его за смеющийся локон.
С фонарем я искал эти звуки три ночи бессонных.
Ангел знает об этом, его посвятил в мои тайны
Тот, которому служат крылатые голые дети.
Лист исписан. И звезды волшебные тают.
Ночь уходит, и друг покидает меня на рассвете,
Подмигнув на прощанье, отдернув окна занавеску,
Мальчик тихо взлетает к заоблачным райским чертогам.
Как рождается песня, одному только Богу известно...
Я к тому не причастен... Спросите об этом у Бога...

Жаркий огонь полыхает в камине,
Тень моя, тень на холодной стене.
Жизнь моя связана с Вами отныне...
Дождик осенний, поплачь обо мне.

Сколько бы я не бродила по свету,
Тень моя, тень на холодной стене.
Нету без Вас мне спокойствия нету...
Дождик осенний, поплачь обо мне.

Жизнь драгоценна, да выжить непросто,
Тень моя, тень на холодной стене,
Короток путь от весны до погоста,
Дождик осенний, поплачь обо мне.

Булат Окуджава

Булат Окуджава



Тьмою здесь все занавешено
и тишина как на дне...
Ваше величество женщина,
да неужели — ко мне?

Тусклое здесь электричество,
с крыши сочится вода.
Женщина, ваше величество,
как вы решились сюда?

О, ваш приход — как пожарище.
Дымно, и трудно дышать...
Ну, заходите, пожалуйста.
Что ж на пороге стоять?

Кто вы такая? Откуда вы?
Ах, я смешной человек...
Просто вы дверь перепутали,
улицу, город и век.

Елена Решетняк ( поэтесса, автор-исполнитель)


Дарите Вашу грусть, пока еще не поздно.
Не отводите взгляд, не закрывайте глаз...
Я помню наизусть ночного неба звезды,
Цветным дождем преград упавшие для нас,

Дарите теплоту, пока она осталась.
Дающий обретет, что может потерять.
Во тьме ли - на свету - ах, времени так мало! -
Душа сама найдет, кому и что отдать.

Дарите Вашу боль - не бойтесь ненароком
Ту слабость показать, что вправе уцелеть.
Вкушая жизни соль, не пропустите срока,
Пока тепло руки способно душу греть.

Судьбой заведено - а время все рассудит.
Не отворить ту дверь, наверно, никому...
И больше не дано, а равного не будет,
Но меньшего теперь от Вас я не приму.

Романс генерала Чарноты

Опять один в постели полусонный
Во тьме ночной лишь стук шальных копыт
Давно лежит на золотых погонах
Парижских улиц вековая пыль

Блестящие тускнеют офицеры
Как говорится, боже дашь нам днесть
Уже не так изысканны манеры
Осталась только выправка да честь

Я жив, мой друг, покоен и свободен
Но стал мне часто сниться странный сон
На водопой по василькам уводит
Седой денщик коня за горизонт

Осенним утром псовая охота
Борзые стелят, доезжачих крик
Густой туман спустился на болота
Где ждут своих тетерок глухари

Кто мы с тобою здесь на самом деле
Один вопрос и лишь один ответ
Мон шер ами, мы здесь с тобой Мишели
Здесь нет Отечества и отчеств тоже нет

Не привыкать до первой крови драться
Когда пробьют последний раз часы
Но, господа, как хочется стреляться
Среди березок средней полосы


А. Розенбаум

Лина, спасибо ...

Как хорошо без женщин и без фраз
Без горьких слез и сладких поцелуев
Без этих милых слишком честных глаз
Которые вам лгут и вас еще ревнуют

Как хорошо без театральных сцен
Без долгих благородных объяснений
Без этих истерических измен
Без этих запоздалых сожалений

И как смешна нелепая игра
Где проигрыш велик
А выигрыш так ничтожен
Когда партнеры ваши шулера
А выход из игры уж невозможен

Как хорошо проснуться одному
В своем уютном холостяцком флэте
И знать что ты не должен никому
Давать отчет никому на свете

Как хорошо с приятелем вдвоем
Сидеть и пить простой шотландский виски
И улыбаясь вспоминать о том
Что с этой дамой вы когда-то были близки

А чтобы проигрыш немного отыграть
С ее подругою затеять флирт невинный
Чтоб как-нибудь чуть-чуть застраховать
Простое самолюбие мужчины.


Вертинский Александр

МУРЗИК!
Мне очень нравятся романсы А. Вертинского! Особенно вот этот.

Минута на пути (А. Вертинский)

Ну что ж, простимся, так и быть
Минута на пути
Я не хотел тебя любить
Прости меня, прости

Прости за то что ты была
Любовницей - женой
Что ты сожгла меня дотла
Отнявши мой покой

Что от разлук до новых встреч
До самого конца
Высоко мы умели жечь
Прохладные сердца

Как мне тебя благодарить
Минута на пути
Я не могу тебя забыть
Прости меня, прости

Когда собираются папины друзья (костер, гитара) они иногда напевают что-то типа романса, автора никто не знает. Мне кажется, с годами он все короче, а в детстве пелось много куплетов- только они их забывают.Возможно, кто-то из вас знает. что это за романс? И ВСЕ слова.
Я искала в Инете. Есть версии о белегвардейском офицере- фамилий- или нет или они разные.

Любовь, пытаясь удержать
Берем как шпагу мы ее -
Один берет за рукоять.
Другой берет за острие.

Любовь пытаясь оттолкнуть.
Мы оба давим на нее -
Один эфесом другу в грудь,
Другой - под сердце острие.

И тот, кто лезвие рукой
Не в силах больше удержать,
Когда - нибудь в любви другой
Возьмет охотно рукоять.

И рук, сжимающих металл
Ему ничуть не будет жаль,
Как будто он не испытал.
Как режет сталь, как режет сталь...

Радостно встретить любительницу Асадова!


Лето кончилось. но почему-то вспомнилось...Визбор:


Ночь летнего солнцестояния

Двадцать первого числа,
При немыслимом свеченьи,
При негаснущей заре
Мы плывем невесть куда,
Наблюдая за кормой
Летних вод перемещенье,
Наблюдая за собой уходящие года.

Наш случайный коллектив,
Расположенный к остротам,
Расположен на борту
Небольшого катерка.
Комментируем слегка
Все, что нам за поворотом
Открывает сквозь июнь
Проходящая река.

Костерок на мокрый луг
Стелет дым горизонтальный,
Допризывники вдвоем
Ловят рыбу у реки.
Им бы Родину стеречь,
Строго вглядываясь в дали,
А они, представь себе,
Все глядят на поплавки.

И не важно, милый друг,
Все, что было накануне,
Все, что с нами совершат
Тишина и высота.
Только было бы всегда
Двадцать первое июня,
Только б следующий день
Никогда бы не настал.

Когда я вернусь, ты не смейся, когда я вернусь,
когда пробегу, не касаясь земли по февральскому снегу,
по еле заметному следу к теплу и ночлегу,
и вздрогнув от счастья, на птичий твой зов оглянусь.
Когда я вернусь, о когда я вернусь...
Послушай, послушай, не смейся, когда я вернусь,
и прямо с вокзала, разделавшись круто с таможней,
и прямо с вокзала в ничтожный, кромешный, раешный,
ворвусь в этот город, которым казнюсь и клянусь.
Когда я вернусь, о, когда я вернусь...
Когда я вернусь, я пойду в тот единственный дом,
где с куполом синим не властно соперничать небо,
и ладана запах, как запах приютского хлеба,
ударит меня и останется в сердце моем.
Когда я вернусь, о, когда я вернусь...
Когда я вернусь, засвистят в феврале соловьи
тот старый мотив, тот забытый, затертый, запетый...
И я упаду, побежденный своею победой,
и ткнусь головою, как в пристань, в колени твои.
Когда я вернусь... А когда я вернусь?..

А. Галич

Любимый мною Розенбаум

Как часто ночью в отзвуках шагов
Строфа дрожит, шатается и рвётся...
Мне стих без музыки так редко удаётся -
Я должен слушать музыку стихов.
Я должен чувствовать мотив своей души,
Слова без музыки мертвы в моём искусстве,
Как без солдата мёртв окопный бруствер -
Один он никого не устрашит.
Как надо понимать звучанье фраз:
Где крикнуть, где шепнуть на верной ноте?
Стихи и музыка, вы песня - плоть от плоти!
Стихи и музыка - не разделяю вас!
Я в каждом такте должен прочитать
Стихотворение, написанное в звуках,
И различать раздумье, радость, муку,
И в нотах эти чувства записать.
Какой глупец сказал, что песня - это стих!
Какой невежда музыку возвысил!
Кто так унизил песенную мысль
В своих речах напыщенно-пустых!
И я, забывшись в песенном бреду,
Как заклинанье повторяю снова,
Что музыкант лишь тот, кто слышит слово,
Поэт лишь тот, кто с музыкой в ладу.

Была ли Атлантида или нет?
Профессор греческий внимает мне серьёзно.
Ночное небо летнее беззвёздно.
Струится в комнату холодноватый свет
С залива Финского. Отвечу, что была,
И положу на стол морскую карту,
И подчиняясь детскому азарту,
Подводный опишу архипелаг,
Который наблюдал через стекло
Иллюминатора в подводном аппарате,
Где, помнится, дышалось тяжело,
И фотопленку попусту потратя,
Я рисовал старательно затем
Всё то, что в полутьме доступно глазу, --
Руины башни, лестницы и стен, --
И сам поверю своему рассказу.
Ведь этот старый выдумщик Платон,
Сократом уличенный в фантазёрстве,
Не мог с Солоном разделить позор свой,
Воспоминаний завершая том.
За окнами становится темней.
Нас осеняет общая идея
Легенды допотопной. Перед ней
Ни эллина уж нет, ни иудея.
И проявив научное чутьё,
Из фляги греческой некрепкое питьё,
Мерцающее в сумерках, как пламя,
Мы разольём, поднявшись над столами,
И выпьем, чокнувшись, за гордый флаг её,
За детство, что у каждого своё,
За прошлое, утраченное нами.
А. Городницкий

Городницкий Александр Моисеевич-геофизик, океанолог, поэт.бард.Его песни очень любит мой папа.
Индийский океан

Тучи светлый листок у луны на мерцающем диске.
Вдоль по лунной дорожке
неспешно кораблик плывет.
Мы плывем на восток голубым океаном Индийским
Вдоль тропических бархатных благословенных широт.
Пусть, напомнив про дом,
догоняют меня телеграммы,
Пусть за дальним столом
обо мне вспоминают друзья,
Если в доме моем разыграется новая драма,
В этой драме, наверно, не буду участвовать я.
Луч локатора сонный кружится на темном экране.
От тебя в стороне и от собственной жизни вдали
Я плыву, невесомый, в Индийском ночном океане,
Навсегда оторвавшись от скованной стужей земли.
Завтра в сумраке алом поднимется солнце на осте,
До тебя донося обо мне запоздалую весть.
Здесь жемчужин - навалом,
как в песне Индийского Гостя,
И алмазов в пещерах, конечно же, тоже не счесть.
Пусть в последний мой час
не гремит надо мной канонада,
Пусть потом новоселы мое обживают жилье,
Я живу только раз - мне бессмертия даром не надо,
Потому что бессмертие - то же, что небытие.
Жаль, подруга моя, что тебе я не сделался близким.
Слез напрасно не трать,
позабудешь меня без труда.
Ты представь, будто я голубым океаном Индийским
Уплываю опять в никуда, в никуда, в никуда.

1984

Я в курсе, это я так схохмила..

"Атланты"
Когда на сердце тяжесть
И холодно в груди,
К ступеням Эрмитажа
Ты в сумерки приди,
Где без питья и хлеба,
Тюремного пайка,
Атланты держат небо
На каменных руках.

На каменных руках.

Держать его махину
Не мёд и не шашлык.
Особенно, кто хилый,
И с детства не привык.
А рядом бабы ходят,
Гуляют, водку пьют.
А им колени сводит
Им смены не дают.

Стоят они ребята,
Точеные тела,-
Поставлены когда-то,
В чем мама родила.
И вот на эти штуки,
Ужасно разозлясь,
Они опустят руки,
И небо с неба - хрясть!

И даже над Канадой
Не будет синевы.
Не надо, ох не надо!
Так закричите Вы.
Надежда сохраниться
До той поры пока
Поддержит Городницкий
На собственных руках.

Над Канадой

Над Канадой, над Канадой
Солнце низкое садится.
Мне уснуть давно бы надо,--
Отчего же мне не спится?
Над Канадой небо сине,
Меж берёз дожди косые...
Хоть *цензура*оже на Россию,
Только всё же -- не Россия.

Нам усталость шепчет:"Грейся," --
И любовь заводит шашни.
Дразнит нас снежок апрельский,
Манит нас уют домашний.
Мне снежок -- как не весенний,
Дом чужой -- не новоселье:
Хоть *цензура*оже на веселье,
Только всё же -- не веселье.

У тебя сегодня слякоть,
В лужах солнечные пятна.
Не спеши любовь оплакать,
Подожди меня обратно.
Над Канадой небо сине,
Меж берёз дожди косые...
Хоть *цензура*оже на Россию,
Только всё же -- не Россия!

1963 А.Городницкий

Мне Трудно Вернувшись

Мне трудно, вернувшись назад,
С твоим населением слиться,
Отчизна моя, Ленинград,
Российских провинций столица.
Как серы твои этажи,
Как света на улицах мало!
Подобна цветенью канала
Твоя нетекучая жизнь
На Невском реклама кино,
А в Зимнем по-прежнему Винчи.
Но пылью закрыто окно
В Европу, не нужную нынче.
Десятки различных примет
Приносят тревожные вести:
Дворцы и каналы на месте,
А прежнего города нет.
Но в плеске твоих мостовых
Милы мне и слякоть, и темень,
Пока на гранитах твоих
Любимые чудятся тени
И тянется хрупкая нить
Вдоль времени зыбких обочин,
И теплятся белые ночи,
Которые не погасить.
И в рюмочной на Моховой
Среди алкашей утомленных
Мы выпьем за дым над Невой
Из стопок простых и граненых -
За шпилей твоих окоем,
За облик немеркнущий прошлый,
За то, что, покуда живешь ты,
И мы как-нибудь проживем.
Городницкий А.

Стараюсь не думать о потусторонних мирах,
О чёрной Вселенной, летящей со скоростью света.
Когда зависает на небе вечернем комета,
Похмельным прохожим внушая мистический страх.

Скопления звёзд исчезают, сгорев на бегу,
То врозь разойдясь, то сжимаясь в единую точку.
Я эти модели, что нынче просчитаны точно,
Пытаюсь понять, и представить никак не могу.

И пыль вытирая со ставших ненужными книг,
Печально смотрю на старинную школьную карту
В напрасной тоске про наивной системе Декарта, --
Так детство своё вспоминает со вздохом старик.

1999 Городницкий А.

Новая Ария
БАЛ У КНЯЗЯ ТЬМЫ.

Вечер умирал, наступала ночь,
Необычный бал грянул во всю мощь...
Стольная Москва в толк не может взять
Что сюда спешит дьявольская знать
Воланд-господин, всетемнейший князь,
Приказал играть свой безумный вальс,
Свой безумный вальс!

Черной свиты хор подхватить готов
Громкую хвалу сумеркам богов
Кровь из черепов пьют здесь как вино
Каждый здесь нечист, каждый обнажен
Правит бал мессир - по делам воздаст
Всем, кто из могил прилетел на вальс
Прилетел на вальс!

Бал у Князя Тьмы
Полночь без пяти,
Пять минут,
И душу не спасти...

Вальс гремит на бис, вальсу вторит гром
Шабашем ночным воздух заражен
И глядит мессир, молчалив и горд,
Как ползет огонь с Воробьевых гор...
Каждому воздаст по делам его,
Слишком много зла здесь на одного!
Здесь на одного!

Бал у Князя Тьмы
Полночь без пяти,
Пять минут,
И душу не спасти...

Тень... свет... темп убыстряется,
Жизнь, смерть... перекликаются,
Жар, бред, пытка надеждой и злость.
Вот вам - казнь и прощение,
Все, все, все в восхищении!
Тень... свет... сердце вдруг оборвалось.

Бал у Князя Тьмы
Полночь без пяти,
Пять минут,
И душу не спасти...

Битое стекло... Теплая зола...
Здесь на одного слишком много зла...

ЧЕЛОВЕК
Дышит воздухом, дышит первой травой,
камышом, пока он колышется,
всякой песенкой, пока она слышится,
теплой женской ладонью над головой.
Дышит, дышит - никак не надышится.

Дышит матерью - она у него одна,
дышит родиной - она у него единственная,
плачет, мучается, смеется, посвистывает,
и молчит у окна, и поет дотемна,
и влюбленно недолгий свой век перелистывает.
Булат Окуджава