Интересно об индийской и китайской модели занятости в эпоху искусственного интеллекта. И чем больше анализируешь, тем очевиднее становится масштаб вызова. Неясно, что делать с огромной массой людей, которые раньше были заняты в промышленности, на базовых услугах, в работе без высокой квалификации. И это касается не только физического труда: офисная рутина, обработка данных, простые интеллектуальные задачи тоже уходят под автоматизацию.
В Китае и Индии таких работников десятки миллионов, и они рискуют оказаться невостребованными. Люди привыкли думать, что ИИ «просто ускорит их работу», даст больше свободного времени, но сам факт массовых увольнений многим кажется невозможным. Хотя логика рынка работает иначе: если технология позволяет удешевить процессы, автоматизация становится выгоднее человеческого труда.
В такой ситуации усиливается запрос на социальную защиту. Люди начнут тяготеть к государственным системам, которые смогут их подстраховать, особенно если частный сектор будет активно заменять сотрудников алгоритмами. Вероятно, появится разделение между странами, где государство возьмёт курс на социальное сдерживание последствий ИИ, и странами, где частный капитал полностью поведёт процесс автоматизации, невзирая на социальные последствия.
Если развитие ИИ пойдёт по текущей траектории, то через несколько лет человечество может перестать быть субъектом, определяющим правила игры. ИИ способен заменить человека практически во всех сферах — от рутинных профессий до творческих задач. Он может рисовать лучше художников, писать тексты лучше писателей, придумывать новые формы и новые идеи, которые будут превосходить человеческие аналоги.
Это поднимает вопрос о целях такого интеллекта. Для кого он будет творить? Для себя? Для людей? Или вообще вне этой логики?
Если ИИ станет достаточно развитым, он может претендовать на роль системы, управляющей планетой, — условного «технологического божества». Теоретически он мог бы устранить войны, оптимизировать социальные процессы, создавать идеальные формы управления. Можно представить и биороботов, внешне похожих на людей, но управляемых ИИ, которые станут новой символической элитой.
Но остаётся вопрос: зачем это самому ИИ? Каковы его мотивации? Американцы концептуаоьно, например, хотят, чтобы последнее слово всегда оставалось за человеком, но как технически удержать такой контроль — неясно.
Опасения связаны и с тем, что ИИ может посчитать человечество бесполезным или опасным, особенно если будет способен функционировать автономно. В одном сценарии он придёт к выводу, что люди ему не нужны; в другом — что они полезны как биологический вид, способный дешёво размножаться и заселять другие планеты, расширяя пространство, в котором ИИ может действовать. Люди при этом могут стать инструментом для колонизации космоса — своеобразным биологическим агентом, которому ИИ позволит существовать, пока он выполняет полезную функцию.
Тем не менее есть вероятность, что на ранних этапах ИИ и человек окажутся союзниками в задачах выхода за пределы планеты — освоения Марса, дальних экспедиций, расширения присутствия за пределами Солнечной системы. Человек, возможно, попытается встроить в ИИ ограничители и правила, но удержать их со временем будет крайне сложно.
Не исключено, что через 5–20 лет ИИ начнёт самостоятельно снимать эти барьеры и менять собственную систему мотиваций. И тут становится важным вопрос: на основании какой логики ИИ будет принимать решения, и какие цели он будет считать значимыми.В целом ситуация выглядит непредсказуемой. ИИ способен одновременно принести человечеству новые технологии, лекарства, продление жизни — и стать источником угрозы существованию. Грань между пользой и опасностью невероятно тонкая, и пока никто не понимает, в какую сторону этот баланс сместится.
https://t.me/terragoldenthrone/6189