рбк
В пятницу пресс-служба Минфина сообщила, что 28 января Российская Федерация подала в Окружной суд Гааги ходатайства об отмене решений Международного арбитражного суда, который в июле 2014 года постановил взыскать с РФ в пользу бывших акционеров ЮКОСа $50 млрд компенсации за экспроприацию компании.
» Кликните сюда для просмотра оффтоп текста.. «
В течение полугода Россия не выполнила решение суда, и с 15 января на присужденную сумму начали накапливаться проценты – по $2,4 млн в день.
В общей сложности Россия подала три ходатайства – по числу истцов, которые добивались компенсации по делу ЮКОСа. Ими выступали Yukos Universal, Hulley Enterprises и Veteran Petroleum, аффилированные с Group Menatep Limited (GML) и контролировавшие вместе около 70,5% нефтяной компании. Разбирательства в Гааге они инициировали еще в феврале 2005 года на основании Договора к энергетической хартии.
РБК изучил апелляцию Российской Федерации, представленную на 250 страницах (не считая экспертных заключений – еще 150 страниц), и разобрался в ее аргументах.
Арбитр и барон Россию в новом процессе будет представлять адвокат Альберт Ян ван ден Берг, партнер бельгийской юрфирмы Hanotiau & van den Berg, говорится в ходатайстве. Ван ден Берг – президент неправительственной организации Международного совета по коммерческому арбитражу (ICAA), он входит в панели арбитров по всему миру: Американской арбитражной ассоциации (Нью-Йорк), Арбитражного суда при Федеральной экономической палате (Вена), Нидерландского института арбитров (Роттердам), Китайской международной торговой и экономической арбитражной комиссии (Пекин), Индонезийского совета национального арбитража (Джакарта), Сингапурского международного арбитража и др. В качестве консультанта по праву Нидерландов будет выступать барон Луи ван Утенхове из нидерландской юрфирмы Wessel Tideman & Sassen. За работу прежней команды юристов в ходе первого процесса в Гааге Россия заплатила $27 млн, следует из решения суда. Ее интересы представляли также две юрфирмы – Cleary Gottlieb Steen & Hamilton и Baker Botts.
Спорная хартия Договор к Энергетической хартии, на который ссылались в своем иске бывшие акционеры ЮКОСа, создавался с целью развития международного сотрудничества в энергетической сфере, его подписали 48 стран. Речь в нем идет в том числе о защите инвестиций и механизмах урегулирования споров между инвестором и государством.
Россия подписала договор к хартии 17 декабря 1994 года, но Госдума так и не ратифицировала этот документ. Россия лишь согласилась применять его на временной основе, то есть только «в той степени, в которой временное применение не противоречит ее конституции, законам или нормативным актам». На этом основании РФ настаивает, что международный арбитраж не мог рассматривать требования бывших акционеров ЮКОСа.
К тому же Россия считает, что доли бывших совладельцев ЮКОСа не являются инвестициями, подпадающими под защиту хартии. Все три истца, выступившие против РФ, зарегистрированы в странах – участницах договора к Энергетической хартии – Hulley Enterprises и Veteran Petroleum – на Кипре, Yukos Universal – на острове Мэн. Но при этом они «входят в обширную сеть компаний-пустышек», созданных российскими олигархами, для того чтобы обеспечить себе «благоприятный налоговый режим» при получении дивидендов, говорится в апелляции. «Через непрозрачную сеть трастов и других холдинговых структур» эти фирмы подконтрольны гражданам России: Михаилу Ходорковскому, Леониду Невзлину, Платону Лебедеву, Владимиру Дубову, Михаилу Брудно и Василию Шахновскому (в октябре 2003 года совладельцы ЮКОСа перевели свои акции GML в трасты, учрежденные в соответствии с законодательством о. Гернси, и назначили себя, наряду с членами своих семей, попечителями и бенефициарами. В 2005 году Ходорковский перестал быть бенефициаром трастов на о. Гернси, в этом качестве его сменил Невзлин). Совладельцы ЮКОСа не привнесли в компанию иностранных инвестиций, а значит спор не имеет отношения к Энергетической хартии и должен решаться как внутрироссийский, говорится в ходатайстве России.
Не тот мандат
Другая причина для отмены решения, по мнению РФ, заключается в том, что бывшие акционеры ЮКОСа оспаривали налоговые требования к компании, а такие вопросы подпадают под оговорку договора об Энергетической хартии, исключающую разбирательства в Третейском суде. Но международный арбитраж ранее постановил, что основной целью российских властей было не взыскание налогов, а экспроприация нефтяной компании. РФ также уверена, что арбитраж нарушил положение договора к Энергетической хартии, которое предусматривает, что споры об экспроприации должны рассматриваться сначала налоговыми органами участников процесса: в данном случае – Кипра, Великобритании и России. А уже после получения их экспертных заключений Третейский суд мог выносить решение, но Гаагский суд «по необъяснимым причинам» не сделал этого.
Лишние миллиарды
Сумма компенсации, присужденной Гаагским судом в пользу бывших акционеров ЮКОСа, – $50 млрд – считается крупнейшей в истории арбитражных разбирательств. При этом изначально оценка убытков наталкивалась на множество трудностей, поскольку суду приходилось оперировать сценарием «если бы не». Иными словами, необходимо было ответить на вопрос, насколько богатыми были бы акционеры ЮКОСа, если бы компания не была ликвидирована в 2004–2007 годах.
Защита России в своем ходатайстве описывает эту задачу так: суд определял «гипотетическую стоимость гипотетической компании и размер гипотетических дивидендов, которые эта гипотетическая компания выплатила бы за период десять с половиной лет» (2004–2014 годы).
Основная претензия России заключается в том, что суд использовал «собственную нестандартную методологию» расчета, которая привела к «ошибке». При этом арбитры не дали ответчику возможности высказать аргументы против этой методологии. Поэтому суд опять же превысил свои полномочия, считает защита России. Из-за «существенных изъянов в методологии Третейского суда» бывшим акционерам ЮКОСа неоправданно присудили по меньшей мере $21,7 млрд убытков, утверждает Россия.
Бремя доказывания при определении убытков лежало на истцах, что было признано судом. Истцы изначально заявили сумму в $114 млрд, которая базировалась на расчетах эксперта Брента Качмарека из оценочной фирмы Navigant. Методология Качмарека на этапе слушаний была раскритикована экспертом со стороны ответчика – профессором финансов Лондонской школы бизнеса Джеймсом Доу. Причем Доу прямо заявил, что модели Качмарека «так плохо составлены и так пестрят ошибками», что полностью поправить их невозможно.
В результате суд решил разработать собственную модель оценки гипотетической стоимости ЮКОСа и сделал это, как характеризует Россия, «произвольно выбирая различные части и отрывки из представленных сторонами данных и затем комбинируя и сочетая эти части способами, непредвиденными и очевидно неверными». Хотя суд признал право истцов на возмещение убытков, он заключил, что истцы не смогли доказать их размер. Поэтому, как считает Россия, суд должен был отказать в присуждении убытков или хотя бы попросить стороны подать дальнейшие заявления по этому вопросу.
Прецедент 1928 года Критикуя решение суда присудить истцам убытки в определенном размере, Россия ссылается на дело о фабрике в польском городе Хожуве 1928 года. Эта фабрика по производству азотной кислоты до 1922 года находилась на территории Германии, а затем перешла под юрисдикцию Польши. Германское правительство подало жалобу в Постоянную палату третейского суда в Гааге, требуя признать фабрику незаконно конфискованной. Суд признал право Германии на справедливую компенсацию, но в отношении одной из составных частей предположительных убытков указал на отсутствие данных, необходимых для определения их размера, и отказал в присуждении.
Для определения гипотетической стоимости ЮКОСа на середину 2014 года, когда был вынесен вердикт о присуждении компенсации, суд ориентировался на оценку компании на 21 ноября 2007 года (официальная дата ликвидации ЮКОСа), скорректированную на изменение индекса «РТС – Нефть и газ» за период с 21 ноября 2007 года по 30 июня 2014 года.
Невыплаченные дивиденды оценивались за период с конца 2004 года (аукцион по продаже ключевого актива ЮКОСа – «Юганскнефтегаза») по середину 2014 года. Таким образом, суд использовал разные исходные даты, а при расчете дивидендов по большей части опирался на модель Качмарека, которую профессор Доу – эксперт на стороне России – посчитал несостоятельной.
Россия обвиняет Третейский суд в том, что он «упустил из вида фундаментальные концепции теории корпоративных финансов». Суд фактически дважды насчитал истцам одно и то же возмещение, потому что использовал противоречащие друг другу схемы расчета акционерной стоимости и дивидендов, утверждает ответчик.
Из теории финансов известно, что акционерная стоимость компании, которая выплачивает больше дивидендов, растет медленнее, чем стоимость аналогичной компании, которая выплачивает меньшие дивиденды (у первой остается меньше денег на инвестиции в создание стоимости). Но суд, с одной стороны, использовал для расчета акционерной стоимости ЮКОСа динамику нефтегазового индекса РТС, то есть рост акций сопоставимых нефтегазовых компаний. С другой стороны, суд использовал при расчете гипотетических дивидендов ЮКОСа модель, по которой уровень дивидендов «значительно превышает» дивиденды, фактически выплаченные компаниями из индекса РТС. Как заявляет в ходатайстве Россия, «оба этих результата не могут быть одновременно правильными», то есть «Третейский суд, по сути, дважды посчитал причитающиеся дивиденды ЮКОСа, присудив их не только как дивиденды, но также как долю истцов в акционерной стоимости».
«Роснефть» ни при чем
Защита России также упрекает суд в том, что в ряде ключевых утверждений вердикта он опирался на предположения, а не на доказанные факты. В частности, суд предположил, что государственная «Роснефть», подавая заявки на приобретение активов ЮКОСа на публичных торгах, «вполне возможно», действовала «по тайным указаниям Российского государства». В июльском решении суд отмечал, что важнейшим доводом в пользу этой гипотезы является заявление Владимира Путина на пресс-конференции 23 декабря 2004 года.
«Теперь что касается приобретения «Роснефтью» известного актива компании, я не помню точно, как она называется, – Байкальская инвестиционная компания? По сути, «Роснефть» – 100-процентная государственная компания – приобрела известный актив «Юганскнефтегаз». Речь идет об этом. На мой взгляд, все сделано абсолютно рыночными способами. [...] Сегодня государство, используя абсолютно легальные рыночные механизмы, обеспечивает свои интересы. Считаю это вполне нормальным», – сказал тогда Путин.
Защита России считает, что Гаагский суд истолковал заявление Путина неверно. Суд посчитал, что Путин, ссылаясь на «легальные рыночные механизмы», фактически признал, что покупка «Роснефтью» акций «Юганскнефтегаза» у победителя аукциона – неизвестной компании «Байкалфинансгруп» – была совершена в интересах государства.
Но в ходатайстве России утверждается, что Путин имел в виду не приобретение актива ЮКОСа «Роснефтью», а предшествовавшую этому продажу актива на публичных торгах. Президент таким образом пояснял, говорится в ходатайстве, что, продавая акции «Юганскнефтегаза» с публичных торгов, доступных для любых участников, с тем чтобы увеличить выручку казны, Российская Федерация действовала в соответствии с «легальными рыночными механизмами».
Подозрительный помощник Россия указывает на то, что арбитры Гаагского суда не выполнили свои полномочия лично. Из сведений, недавно предоставленных сторонам, выяснилось, что помощник Третейского суда Мартин Валасек, ранее представленный как лицо, ответственное исключительно за выполнение административной работы, в действительности посвятил значительно больше времени арбитражным разбирательствам, чем кто-либо из арбитров, говорится в ходатайстве. Данные секретариата суда показывают, что Валасек выставил счет за 3006,2 часа работы. Причем 2625 часов из них он потратил в ходе слушания дела по существу. Это на 65% больше времени, которое потребовалось на этой стадии процесса председателю суда Фортье (1592 часа), подсчитали юристы РФ.Валасек выставил счет за свои услуги на 970 562,50 евро (его расходы составили 51 718,96 евро), следует из ходатайства России. Сопоставляя обложки двух решений суда – промежуточного от ноября 2009 года и окончательного от июля 2014 года (на них приводится состав арбитража, предположительно в иерархическом порядке), защита России замечает, что статус Валасека в разбирательстве по ЮКОСу после 2009 года был повышен (имеется в виду, что его фамилия стала идти не шестым, а четвертым номером, сразу после перечисления трех арбитров). Россия подозревает, что Валасек сыграл значительную роль в анализе доказательств, обсуждениях суда и подготовке окончательного решения, что, по мнению РФ, является нарушением мандата. На запрос РБК в выходные Валасек не ответил.
Нет конечно. Но кроме революционных изменений есть ещё и эволюционные , а ещё есть вариант "термидора"...