Это отношения полного психологического дополнения. Являются наиболее оптимальными для обеспечения жизнедеятельности индивида. Эти отношения - самые удобные, там не нужно приспосабливаться друг к другу. Общаясь с дуалом, человек может оставаться самим собой. Происходит естественное, самой природой обусловленное разделение обязанностей, и человек в такой паре получает возможность заниматься посильным и интересным для себя делом. В дуальных парах редко возникают конфликты, а если и возникают, то быстро и безболезненно разрешаются. Партнеры подходят друг к другу как две половинки разорванной фотографии, вместе составляющие одно целое. Но именно из-за того, что быстро устанавливается взаимопонимание и нет внутренних источников напряжения, дуала не сразу выделяешь среди других людей.
Дуал кажется слишком простым и понятным, а значит, и не заслуживающим внимания. Это первая позиция, которую может занять человек, встретив дуала. Она скорее свойственна экстравертам. Вторая позиция - это, когда говоришь себе: он слишком хорош для меня, я вряд ли смогу ему понравиться. Эта позиция больше характерна для интроверта. Обе эти позиции встречаются у людей, не имевших опыта дуального общения в детстве. Как же ощутить на себе действие дуальности? Во время общения с дуалом особого комфорта человек поначалу не испытывает. Все протекает обыденно и каких-то эмоций не вызывает. Дуал воспринимается как тень, как нечто вполне естественное и поэтому ничего не значащее. Насколько этот человек был тебе нужен, воспринимаешь только тогда, когда расстался с ним. Потерю дуала человек воспринимает и переживает очень остро, длительное время места себе не находит. Привыкнув к дуалу, приобретя опыт дуализации, начинаешь, наконец, осознавать, что его присутствие тебя успокаивает, дает чувство защищенности. При благоприятствующих подтипах этот эффект усиливается еще больше.
Однако значение дуальных отношений не следует и переоценивать. Это - норма отношений для будней, для повседневной жизнедеятельности. Обретя дуальность, человеку хочется большего, а именно социальной значимости своей личности, какой-то борьбы, отклонения от нормы. В рамках дуальности эта цель не достигается. Но не имея дуальной защищенности, социального признания человеку добиться крайне трудно. Ну а в целом, без дуализации человеку нельзя обойтись лишь в двух случаях: во-первых, когда на карту поставлена сама жизнь человека, т.е. для выживания в неблагоприятных условиях социальной среды, и во-вторых, когда человек двигается вверх по социальной лестнице в условиях острой конкуренции, т.е. для карьеры.

Отношения неполного дополнения. На словах понимание между партнерами хорошее. У стремления друг друга понятны. Экстраверт никогда не слушает интроверта, продолжает развивать свою тему - неполное дополнение по вербальной функции. Однако интроверт не обижается на это. Как правило, находит возможность приспособиться. У полудуалов всегда много тем для бесед и эти беседы не утомляют. Полудуалы, особенно если это лица противоположного пола, вызывают взаимный интерес, тянутся друг к другу. Особенно велико это притяжение при совпадающих подтипах: когда оба с усиленной рациональностью или иррациональностью. Но где-то на полпути к сближению кто-либо из них совершает такой поступок, который резко все рушит, отбрасывает их к исходным рубежам. Это значит, что по поведенческим функциям дополнения нет. Однако партнеры не обижаются друг на друга, успокаиваются и вновь предпринимают попытки сближения, чтобы в очередной раз споткнуться на ровном, казалось бы, месте. Глядя со стороны, можно сказать, что здесь кипят страсти, разгорается настоящая любовь. Эта сторона полудуальных отношений хорошо иллюстрируется следующими стихотворными строками: "А в окно на огонь все летят и летят мотыльки, разбиваясь о стекла, но веры своей не теряя". Назначение полудуальных отношений - тонизировать партнера, поддерживать его постоянно в состоянии работоспособности. Тонизирующий эффект достигается за счет периодических встрясок, не дающих человеку полностью расслабиться. Их можно сравнить с окатыванием холодной водой после неполного пробуждения в утренние часы. Комфорт в общении с таким партнером контрастен: то радость сближения, то недоумение и разочарование.

Эти отношения - самые легкие, общение завязывается почти сразу. Никаких затруднений в общении не возникает, что поначалу приятно удивляет. Партнеры как бы "разогревают" друг друга" поощряют активность друг друга. Такое общение, особенно при благоприятствующих подтипах, очень притягивает. Контакт здесь устанавливается быстрее, чем с дуалом. Однако с течением времени наступает "перегрев", появляется усталость от партнера, постоянно вас активизирующего. В этом случае от него нужно отдалиться. Через некоторое время опять хочется испытать действие активизации. Отношения могут приобрести характер пульсации. Однако такая приятность и легкость общения, которую очень ценишь на отдыхе, сменяется проблемами, когда партнеры принимаются за совместные повседневные дела. Неприятно задевает то, что партнеры начинают давать друг другу советы по слабым функциям, вместо того, чтобы взять эти проблемы на себя. Однако пользу таких словесных наставлений нельзя отрицать. Плохо лишь то, что, как бы вы не третировали свои слабые качества, развить их в себе так, как вам хотелось бы, все равно не удастся. Другая трудность состоит в том, что информацию друг друга активаторы передают совсем не в той форме, в какой ее хотелось бы услышать. Одному она кажется чересчур расплывчатой, нечеткой, а другому, наоборот, слишком грубой, заземленной, неглубокой. Это объясняется тем, что в активационной паре один человек всегда рационален, а другой - иррационален. Однако само содержание информации друг друга устраивает. Активационные отношения плохо подходят для будней, т.к. не обеспечивают оптимальной жизнедеятельности. Их предназначение - общение по праздникам или вообще в свободное время, когда нужно отдыхать, а не работать, Две дуальные диады, встречаясь друге другом, благодаря отношениям активизации, испытывают ощущение приятного возбуждения и приподнятости, создается "праздничная" атмосфера. Слишком тесный и долгий контакт истощает активаторов. Заниматься одним делом вместе трудно еще из-за ненадежности, непредсказуемости партнера. Каждый поступает так, как ему хочется, совершенно не считаясь с партнером. Друг на друга фактически никогда нельзя положиться в полной мере. Термин "активизация" в полном смысле подходит для двух интровертов, которые действительно становятся вместе более активными, открытыми. Для двух экстравертов она как бы действует с обратным знаком: успокаивает, охлаждает, интровертирует эту пару.

Это отношения расслабления. Ни одно из иитертипных отношений так не расслабляет и не расхолаживает партнеров, как миражное. С "миражным" партнером приятно отдыхать или обсуждать посторонние темы. Человек как бы расплывается, деконцентрируется, превращается в зыбкий мираж. При таком партнере не хочется заниматься делами. Деловое сотрудничество при таком характере отношений затруднено. Совершенно непонятны мотивы поступков друг друга. То, к чему стремится партнер, кажется несущественным, не заслуживающим внимания. Ожидают друг от друга совершенно иной активности. Поэтому один охлаждает другого в его деловых замыслах. Партнеры как будто играют в испорченный телефон. Такое общение со стороны порой может выглядеть весьма смешно. Оно напоминает юмористические диалоги Ширвиндта (ИЛИ) и Державина (ИЭЭ), когда один резко и бесцеремонно срезает другого. Интроверт в этой паре пытается избавиться от попыток экстраверта, навязать свое мнение, хочет добиться определенной автономии. Экстраверт же хочет сделать из интроверта "нормального" человека. Оба настроены к способностям друг друга критически. Размолвки в этих отношениях, как правило, непродолжительны. Партнеры тянутся друг к другу. Временами отношения становятся очень хорошими и теплыми. Это происходит тогда, когда они мало говорят на конкретные темы, а больше делают работу вместе. Обсуждение результатов успешно законченной работы воодушевляет, но при новых попытках приняться за дело вновь сталкиваются с теми же трудностями. Но вместе вряд ли можно многого достичь из-за невозможности собраться и работать на полную силу.

Это отношения неустойчивой дистанции. В этих отношениях очень трудно установить нужную психологическую дистанцию. Это удается сделать только тогда, когда партнеры общаются вдвоем. Появление третьего человека все разрушает: начинается конкуренция рассуждений (вербальных функций), перерастающая иногда в горячие споры. Никому не хочется уронить авторитет в глазах слушателей, ведь речь идет, как правило, о сильных функциях партнеров. Импонирует манера партнера вести себя в обществе, его сердечность, теплота. Это способствует переходу на близкую дистанцию. При общении в группе психологический климат неожиданно начинает меняться. Интроверт постепенно отчуждается, отношения утрачивают теплоту, становятся формальными, появляется настороженность. Оба начинают в душе сожалеть о предыдущем переходе к доверительным отношениям, - Экстраверту кажется, что его неправильно понимают, относятся предвзято. Это не может не удивлять, так как вдвоем взаимопонимание, - казалось бы, было очень хорошим. Интроверт гасит активность экстраверта: в его голосе появляются обвинительные интонации, он начинает резко высказываться в адрес экстраверта, критиковать его. Экстраверт пытается отвечать тем же. Эти своеобразные отношения отдаленно напоминают чередование полудуальности с ревизией. В более уязвимой позиции здесь, скорее всего находится экстраверт. С одной стороны он чувствует себя "как в тылу врага": все начинает воспринимать на свой счет, опасаться неверного шага, разоблачения. А с другой стороны, он не может видеть, что его партнер - человек в общем-то порядочный и хороший. Избежать взаимных обвинений может помочь только высокий уровень культуры партнеров.

Эти отношения получили свое название из-за того, что слова одного отражаются, как в зеркале, в поступках другого. О чем любит рассуждать один из "зеркальщиков", то другой неосознанно реализует своим поведением. Однако такая реализация никогда не бывает полной, 100-процентной. Зеркало оказывается искривленным, так как корректирует, исправляет свои поступки каждый исходя из совсем других норм поведения, чем партнер. По этой причине и возникает недоумение, а порой и претензии друг к другу. Каждый стремится подправить поведение партнера, однако такие попытки перевоспитания не имеют шансов на успех. С другой стороны, если учитывать чисто словесную сторону общения, зеркальные отношения могут быть названы отношениями конструктивной критики. Дело в том, что в зеркальной паре оба партнера всегда либо теоретики, либо практики. Поэтому у них всегда найдутся общие темы для бесед и обсуждений. Причем каждый видит лишь 50% одной и той же проблемы, поэтому всегда интересно, что думает по этому же поводу "зеркальщик". В результате совместной работы происходит взаимная коррекция, уточнение. Критика почти всегда является конструктивной, так как действительно может быть учтена. Эти отношения хорошо подходят для дружбы, основанной на совместных интересах и увлечениях. Зеркальщики - часто хорошие приятели, им интересно вместе, хотя в общении не хватает полной откровенности и теплоты. По-настоящему теплая атмосфера возникает лишь тогда, когда появляется дуал одного из них, который обязательно является активатором другого. Довольно сильно сказываются на этих отношениях подтипы. Если один из них имеет усиленную рациональность, то для стабильности зеркальной пары нужен партнер с усиленной иррациональностью. В противоположном случае они сочетаются намного хуже, а совместная работа затруднена из-за большой разницы в темпе. Для семейной жизни эти отношения нежелательны: мелкие цели у партнеров совпадают, а глобальные, далекоидущие - нет. Разными являются и способы достижения цели. В основе этого лежит все то же несовпадение функций первого порядка - рациональности и иррациональности.

Это отношения подспудно назревающего конфликта. Степень психологической совместимости в этих отношениях наименьшая. Однако это заметно не сразу. Конфликтер чаще притягивает к себе, чем отталкивает. Он восхищает развитостью тех черт характера, которые у вас слабы. Контакт и сближение поначалу обоим представляются возможными. Но на этом пути постоянно что-то не ладится. Обдумывая, почему же эти попытки найти общий язык не удаются, приходишь к выводу, что причина непонимания не такая уж значительная, легко устранимая.. Нужно только приложить еще немного усилий и он меня поймет. Невольно преследует желание каким-то образом расположить к себе человека. Однако эти попытки не что иное, как хождение по краю пропасти. Всегда грозит опасность свалиться в нее - оказаться втянутым в бесплодные, изматывающие споры. Причем в этих ссорах конфликтеры часто словесно бьют по самым больным местам друг друга. Конфликтеру все время хочется что-то доказать, уточнить, договорить, а он как на зло не хочет тебя понять. Это вызывает со временем глухое внутреннее раздражение или нервозность. Самое худшее, что у партнеров, связанных конфликтными отношениями, отсутствует взаимопомощь на деле. Они совершенно не защищают друг друга против атаки извне. Имеется в виду не словесная защита, а умение сделать за партнера ту часть работы, которая ему явно не по силам, приходится на его слабые функции. Отсутствие защищенности особенно остро воспринимается в условиях враждебной внешней среды. Расставшись с конфликтером после длительных попыток найти общий язык, испытываешь облегчение.

Между тождественными партнерами складываются отношения полного понимания, но неумения помочь друг другу. Тождественные типы личности одинаковыми глазами смотрят на мир, аналогичным образом осмысливают поступающую информацию, делают почти одни и те же выводы, а также сталкиваются с одними и теми же проблемами. Видя это, у каждого возникает сочувствие к другому. Партнера хочется поддержать, оправдать тем или иным образом, так как чувствуешь, что в этой ситуации сам поступил бы также. С другой стороны, тождественное общение быстро надоедает. Не получая новой информации от партнера, видишь всю бесполезность такого общения. Неинформативный партнер кажется скучным, неинтересным. Со временем устанавливаются либо нейтральные, либо прохладные отношения. Это и не удивительно, ведь после обмена информацией ее уже неинтересно обсуждать, зная наперед, что к таким же выводам можно придти и самому. Исключение составляет случай большой разницы в опыте или знаниях. Тогда может возникнуть большой интерес и тяга друг к другу, так как идет быстрое и эффективное обучение - перекачка информации. Такие отношения являются идеальными для пары "учитель-ученик". Совместная работа в этом случае тоже эффективна, так как происходит сложение сил в одном направлении. Следует сказать о влиянии подтипов на эти отношения. При совпадающих подтипах общение гораздо более приятное и легкое. При несовпадающих подтипах партнеры смотрят друг на друга с некоторым недоверием. Кажется, что этот человек чересчур усердствует, перегибает палку. Тождественные отношения имеют большое воспитательное значение, так как позволяют взглянуть на себя со стороны, объективно оценить свои достоинства и недостатки. А смотреть на себя со стороны - дело не всегда приятное. Даже собственный голос, записанный на магнитофон, и затем прослушанный, кажется не таким, гораздо худшим, чем сам себе представляешь. Эти отношения помогают выработать адекватную (правильную) самооценку.

Отношения далеких родственников, которые говорят о формально нужных в данных условиях вещах, соблюдая законы вежливости и гостеприимства, но не желают особо вникать в подробности отношений друг с другом. С течением времени такие беседы надоедают, так как создается впечатление, что человек берется за решение проблемы не с того конца или не в той последовательности и не желает встать на твою точку зрения. Поэтому партнеры часто стремятся к некоторой средней линии, компромиссу. В компании эти отношения значительно улучшаются, потому что поведение партнера в контактах с другими людьми обычно очень нравится. В этом отношении "родственникам" есть чему поучиться друг у друга. Шансы на обучение, несомненно, тоже есть, так как речь идет в данном случае как раз о тренируемой словесно-поведенческой функции каждого из них. Один может научиться сдержанности, а другой, наоборот, большей активности. "Родственные" партнеры могут обращаться друг к другу за советом. Но потом получается так, что советчик сам начинает пользоваться полученной информацией в своих целях. В итоге тот, кто обращался, остается ни с чем, в стороне. Один и тот же случай рассматривается партнерами под разными углами зрения - так, как если бы это давало выгоду другому и приносило ущерб себе. Поэтому партнеры часто кажутся друг другу эгоистами, хотя напрямую таких претензий и не предъявляют. В семье эти отношения тяжелее ревизных, так как порождают недоверие друг к другу и не дают чувства собственной значимости. В методах выполнения одной и той же работы взаимопонимания тоже нет. Их наиболее развитые поведенческие функции противоположны. Пока оба на равных, они этим не задевают друг друга, особенно если оба интроверты, но когда один является начальником другого или при ином неравенстве позиций, это может привести к разногласиям и конфликтам, особенно при несовпадающих подтипах.

Отношения уважения друг к другу. Суперэго значит "сверх-я". Партнер воспринимается как далекий и несколько загадочный идеал. Его манеры и образ мыслей вызывают интерес. Складываются внешне довольно прохладные отношения при внутренней симпатии друг к другу. Так проявляются эти отношения на далекой дистанции. Если нет темы для беседы, которой бы оба интересовались, общение носит довольно формальный характер. Хочется больше выразить свою точку зрения, чем послушать партнера. Это объясняется тем, что тема беседы всегда попадает в область ведущей, сильной функции одного и нормативной, тренируемой функции другого, слушать которую малоинтересно. Создается впечатление понимания и интереса к себе, хотя и подозреваешь, что он неглубокий. Когда произошло сближение, характер отношений приобретает новую, малоприятную сторону. На словах понимание обычно остается хорошим, особенно при совпадающих подтипах. На деле же получается так, как будто партнер делает все тебе на зло. О своих намерениях либо не предупреждают, либо мало прислушиваются друг к другу. Поэтому делают противоположное тому, что от тебя ожидает партнер. Это может породить немалые споры. Внутренняя предрасположенность к партнеру при этом не исчезает. Надежда на то, что идеал все-таки достижим, не пропадает. Сильно сказывается на этих отношениях также экстра-интроверсия партнеров. Из двух экстравертов, которых связывают отношения суперэго, один обычно недоволен другим, что тот мало уделяет ему внимания, чрезмерно занят посторонними делами. Из двух интровертов обычно одному кажется, что другой слишком навязчив, не оставляет его в покое. В обоих случаях на близкой дистанции возникают недоразумения и размолвки.

Это отношения равных партнеров. В полной мере дружескими их нельзя назвать, скорее товарищескими. Барьеров в общении не возникает, можно сказать друг другу все, что угодно. В этих отношениях всегда присутствует чувство безопасности: каждый из них чувствует, что от партнера не может исходить угроза. А это очень располагает, особенно если человек живет в недружественной среде. Кроме того в этих отношениях очень заметны роли человека - те качества, которые человек пытается усиленно представить в социуме. Из-за этого возможна игра в "кошки-мышки": умышленное чередование давления и послабления в разговоре. Дело в том, что в таких беседах один всегда имеет преимущество над другим. Все зависит от того, на какую тему зайдет беседа. В рамках этих отношений возможно совместное деловое сотрудничество. Но оно эффективно только при совпадающих подтипах, иначе словесная забава может перерасти в давление на те качества, которые человек хочет в себе развивать. Это давление всегда исходит от сильной функции партнера и воспринимается как гром среди ясного неба. Однако размолвки такого рода бывают нечасто. Обычно партнеры пытаются помочь друг другу. Во всяком случае, запрос на оказание помощи воспринимается правильно. Но сама помощь оказывается недостаточно интенсивно. Подводя итог, можно сказать, что эти отношения имеют среднюю степень комфортности. Против такого партнера ничего не имеешь, но в то же время и ничего за. Возникает ощущение разумного минимума, в котором отражается удовлетворение от общения с равным тебе и не скучным партнером.

Это отношения сосуществования при полном непонимании друг друга. Такое сосуществование может быть мирным, особенно если партнеры логики, или переходить в выяснение отношений, если партнеры этики. Большое значение имеет и совпадение подтипов. При несовпадающих подтипах в общении с квазитождественным возникает внутренняя напряженность, осуждение его действий. Оно, правда, может пройти, когда партнеры объединены одним делом и зависят друг от друга. Первую уступку обычно делает иррациональный, а рациональный ее принимает. Квазитождественный партнер не задевает, как правило, ваши слабые места. Угрозы с его стороны не чувствуется. Но равенства с ним тоже не ощущаешь, как с деловым. Он кажется менее способным, но в тех вопросах, которые у вас не получаются, добивается почему-то гораздо большего. Из-за этого страдает самолюбие обоих: такое положение воспринимается как несправедливость. Самое неприятное в этих отношениях - невозможность понять человека до конца. Всегда возникает проблема "перевода" его информации на свой язык. Написанное квазитождественным почти невозможно читать. Расшифровка его информации отбирает много сил и кажется бесполезной. Произведения квазитождественного не нравятся. Беседа с квазитождественным хоть и не тяжела, но удовлетворения не приносит. Кажется, что он все специально запутывает, усложняет или упрощает, уводит в сторону. Главный аргумент: то же самое можно изложить по другому, понятным языком. Квазитождественные могут найти общие темы для разговора, повозмущаться одним и тем же. Но выходы из трудного положения видят совсем разные. Со временем начинает преследовать чувство бесполезно потраченного времени. Поэтому ничто их особенно не связывает, расстаются легко, без сожаления. Довольно бесцветные отношения, к которым хорошо подходит поговорка: "У вас своя свадьба, а у нас - своя".

Это второй вид ассиметричных отношений в соционе. Ревизор как бы постоянно следит за подревизным, обращая внимание на его слабое место. Создается впечатление, что ревизор постоянно хочет выяснить, что и как делает подревизный. У подревизного часто возникает впечатление, что за ним все время наблюдают, как за подопытным кроликом. Однако это не означает, что ревизор обязательно словесно указывает подревизному на его недостатки. Подревизный внутренне чувствует, что ревизор может сделать это в любой момент и поэтому поначалу находится в его присутствии в некотором напряжении, Ревизор кажется человеком значительным, а то, как он действует, заслуживающим внимания. Признания ревизора хочется заслужить, его похвала очень ценится. Однако ревизор постоянно недооценивает подревизного, мысли и дела которого ему кажутся незначительными, что не может не вызывать обиду подревизного. Сначала это даже стимулирует, хочется доказать ревизору свою полезность, но все попытки не имеют успеха. Ревизор кажется самодовольным и мелочным, он придирается, пытается поучать и перевоспитывать. Подревизный кажется интересным и способным, но ему чего-то не хватает. Ему надо помочь, подсказать, но все советы оказываются бесполезными. Подревизный их не воспринимает, чем еще больше усиливает желание ревизора его перевоспитывать. Подревизный кажется бестолковым, но не потому, что не может (в действительности это так и есть), а потому, что просто не хочет. Это вызывает у ревизора периодическое раздражение. Отношения ревизии могут быть названы отношениями опеки ревизора над подревизным, которая может быть для второго весьма навязчивой. Чувствуя свою уязвимость, подревизный на людях склонен делать попытки выйти из под этой опеки: он задевает ревизора, спорит с ним, пытается давать ему поручения. Однако такие попытки обычно ничем не заканчиваются. Ревизор, как правило, не обижается на подревизного, а продолжает дальше его "воспитывать". Эти отношения хорошо иллюстрируются аналогией "мать-непослушный ребенок". Ревизная пара бывает порой очень спаянной. Все дело в том, что в ней оба ощущают свою социальную значимость: ревизор как опекун-благодетель, без чьей заботы и наставлений подревизный пропадет, а подревизный - как объект опеки, чья ценность признается таким образом. В отношениях социального заказа это чувство выражено гораздо меньше, так как заказчик не предпринимает попыток перевоспитывать своего приемника.

Эти отношения ассиметричные, т.е. неравные. Первый партнер относится ко второму совсем не так, как второй к первому. Первый партнер, который называется передатчиком заказа, или просто заказчиком, смотрит на второго, называемого приемником, сверху вниз, как на более низкостоящего, недооценивая его. Второй смотрит на первого (приемник на заказчика), наоборот, как на человека интересного, значимого, переоценивая его поначалу. Приемника может восхищать в заказчике, во-первых, его поведение, манера держаться, умение легко сделать то, к чему стремится приемник, и, во-вторых, стиль изложения его мыслей, его творческий почерк. Приемник в присутствии заказчика невольно начинает заискивать перед ним, угождать ему по каким-то для себя непонятным причинам. Начинается это с мелочей, а потом делается больше и больше, пока приемник сам не начинает сдерживать себя. Причем со стороны это воспринимается так, как будто приемник почему-то оправдывается перед заказчиком. Вместе с тем для приемника есть в поведении заказчика и неприятные, раздражающие моменты. Те черты, которые заказчик выпячивает, для того чтобы, с его точки зрения, хорошо выглядеть в обществе, привлечь к себе внимание, проникают в подсознание приемника и будят в ней неясную" смутную тягу к активности по устранению тех условий, которые заставляют заказчика страдать или вести себя так неестественно. Однако приемнику всегда непонятно, что же надо конкретно делать. Выдаваемый заказ оказывается не индивидуальным, а социальным, т.е. за ним скрываются проблемы той группы людей, в которую включена эта пара. Со стороны отношения социального заказа воспринимаются как ровные, бесконфликтные. Инициатором их почти всегда является заказчик. Приемник ощущает со стороны заказчика какое-то душевное расположение к себе. Заказчик старается всячески поощрить приемника, позаботиться о нем, поддержать его по мере сил. Обратный отклик бывает обычно только на первых порах. Попытки договориться с заказчиком на равных не имеют успеха, обратная связь никак не налаживается. Заказчик, увы, не слышит приемника. Вследствие этого приемник отходит от него и старается держаться на расстоянии, а то и задеть его каким-либо образом, пуская в ход свою сильную функцию, которая у заказчика является предметом лишь периодической заботы. Таким образом, эти отношения могут быть названы отношениями покровительства при отсутствии обратной связи. Со временем они могут перерасти в почти полное игнорирование приемником заказчика. Приход к такому положению говорит о том, что заказ полностью осознан как социальный.

Иррациональность

Итак. Вас интересует, чем отличается Рациональный от Иррационального? Это очень просто. Что делать? Идите в гости. Лучше в выходной. Желательно с утра. И, самое главное, без предварительного телефонного звонка. Пришли? Звоните. Что Вам говорят? Сейчас халатик наброшу? А Вы слышите, что одной рукой набрасывается халатик, другой дается кому-то подзатыльник и что-то спешно распинывается ногами по углам? Добро пожаловать в гости к иррациональному! Да, ботиночки можно вот сюда, в уголочек, только сами запоминайте, куда их ставите, иначе, если собака не съест или дети с балкона не сбросят — сами уйдут. Уйдут — уйдут, у нас тут, знаете, все как-то ходит. Петелечки нет на Вашем пальто? Мелочи, мы уже забыли, как они выглядят. Вот сюда, пожалуйста... Да, вот так и живем... Ну, что ж, ремонт, конечно, собираемся, да вот не решили, когда начать, то ли на той неделе, то ли года через полтора. Хозяин? Обещал быть вчера, ждем послезавтра. Да все хорошо. Телевизор вот купили. Да, дорогой. Ну, где-то подзаняли, что-то подпродали. Хороший. Дети, правда, без нас его настроить решили. Не получилось у ребятишек. Да, не показывает, к сожалению. Вот, думаем, может, новый купим. Этот? Детям же надо с чем-то играть. Технику, да, очень любят. Чайку? У нас, правда, чашечки разные и сахара нет, но чаек хороший, индийский. Знали бы, что в гости зайдете, подготовились бы. Неудобно как-то. Мы, вообще-то, планировали сегодня в деревню, да, знаете, к старикам, к природе, да вот не сложилось. Да что-то настроение не то, решили дома, семьей. Вот Вы пришли, тоже радостно. А как у Вас? Все хорошо? А мы тут решили спортом заняться, как в телевизоре «Мама, папа, я — спортивная семья». Да, даже уголок купили спортивный. Что-то в нем не то, правда, было, бракованный, наверное, младшенький как полез, так и упал. Да, вывих. Так предупреждала же я их, спорт, он еще никого до добра не доводил! Что, уже уходите? Что ж так скоро? Три часа уже прошло? Надо же, а я на рынок собиралась, ну ничего, завтра схожу. Да. Вы заходите почаще, мы тут по-простому, посидим, поговорим, заходите.

И выходишь на улицу, и голова как-то сама собой гордо поднимается и думаешь: «Черт возьми, хорошо-то как! Не один я такой!».

Рациональность

Иногда, он, рациональный, конечно, позволял поспать себе подольше. Минут на семь. Но вставал виноватый и день летел к черту. Кофе каждый день ни к чему, потому что, во-первых, можно привыкнуть, а во вторых, надолго не хватит. А тратить деньги он не любил. Вернее, любил, но не просто так.

Двадцать три с половиной минуты уделив утренней гимнастике, он с удовольствием ушел в душ, не включая света. Зачем? Себя он видел уже неоднократно, а что где лежит — голова еще не вспомнила, а руки уже взяли. Да и опять же экономия. И не жадный он вовсе. Просто ни к чему пользоваться чем-то, без чего можно обойтись. Кажется, день обещал быть удачным. Даже автобус подошел вовремя, сэкономив минут двадцать времени. Куда же его теперь деть? Смотреть на витрины он не любил и газета на ходу не читалась. Взгрустнулось. До утреннего чая оставалось сорок две минуты, но почему-то уже хотелось есть. Подумав о том, что эти минуты будут трудными, он приступил к работе. Больше всего он не любил, когда его отвлекают. Тогда разбегались все мысли и собрать их опять было сложнее, чем придумать новые. Но были священные минуты перерыва на обед и окончания трудового дня. Аккуратно сложив чистые листочки к чистым листочкам, наполовину исписанные листочки к наполовину исписанным, сломанные карандаши в красную коробочку в правом верхнем углу стола, очинённые в стаканчик, линейку в средний ящик, скрепочки к скрепочкам, кнопочки к кнопочкам, папочки к папочкам, точилку для карандашей сначала в пластмассовый футлярчик, а потом рядом с красной коробочкой в правом верхнем углу стола, ластик рядом с линейкой в средний ящик, ручки уложив в последовательности красная, черная, синяя, зеленая — в кожаный футлярчик и рядом с точилкой для карандашей, которая лежала рядом с коробочкой красной в правом верхнем углу стола, закрыл сначала верхний ящик, затем средний, затем нижний, встал, придвинул стул к столу, выключил лишние электроприборы, поправил галстук, пригладил волосы, смахнул пыль с начищенных туфель и вышел к чаю. День обещал быть радостным.

Интуиция

Интуиция, в противоположность сенсорике — способность не столько игнорировать, сколько не замечать чего-то сиюминутного, объективно-реального. И если вы внимательно посмотрите вокруг — увидите нескольких, обычно худых и длинных, смотрящих как бы свысока, да и не на все вовсе, а как бы сквозь, и только они знают, куда они смотрят и что там видят.

Интуитивы обладают удивительной способностью смотреть не видя и видеть не смотря. Когда Интуитив идет по улице, он может смотреть и не видеть знакомых, машин, светофоров. Но он видит нечто, что было в прошлом или предстоит в будущем. И бесполезно спрашивать «Почему?». Не всякий Интуитив может или захочет говорить почему. В лучшем случае дождетесь: «Потому что» или «Сердце так вещует», так как им самим часто непонятен этот процесс. Больший объем информации у Интуитива обрабатывается подсознательно, сразу выдавая конечный результат. И один из них лучше ориентируется в потоке времени, чувствуя его, умея предвидеть прошлое, учитывает ошибки, избегая опасность; умея предвидеть изменения ситуации в будущем.

И есть другие, интуиция которых касается возможностей. Возможностей и способностей людей, идей об устройстве объективного мира, умения быстро уловить суть дела. Это перспективы, выдвижение гипотез, теория, проницательность, необычность, оригинальность, альтернатива, парадокс, сенсация. Как правило, это личности, которые особого трепета перед авторитетами не испытывают, им свойственно некоторое интеллектуальное высокомерие. Они обычно не заботятся о хлебе насущном, что «помогает» им держать форму. Холодноватый взгляд «отрезвляет» особо активных и ставит на свое место особо ретивых. «Быть радикальным — это значит понять вещь в ее корне» — говорил К. Маркс, ставя на первое место отношение к объективному миру. Интуитивы, для которых более значим субъект, человек, обычно соглашается с призывом Сократа: «Познай самого себя». Не отношение человека к другим людям, а именно отношение к самому себе чаще становится темой его размышлений. Считает, что человек не достигает счастья не потому, что он его не хочет, а потому, что не знает, в чем оно состоит.

Дорогие интуитивы! Ваша сильная черта — умение понять суть вещей, выдвинуть или поддержать перспективную идею, способность увидеть возможные неудачи. Не суетитесь — это вам не идет. Не пытайтесь все планировать — у вас это не получится. Живите неторопливо и будьте уверены — если вы есть, значит, это кому-нибудь нужно.

Сенсорика

Если интуиция — воздух, то сенсорика — земля. Земля. Чувствуете? Что-то прочное, стойкое, живучее, плодородное, уверенное и красивое. Жизнь — это то, что лежит передо мной. Я вижу дождь — и в каждой капле — жизнь. И как капля, падая на землю, перестает быть каплей, так и каждая секунда моей жизни, уходит навсегда. И я не знаю, откуда они берутся и куда идут. Потом, я не знаю, откуда мы пришли и что будет дальше, но пока светит солнце и капля еще не упала на землю — я живу.

Пронзительное ощущение сиюминутного момента не дает сенсорикам взлететь, «прижимает» их к земле. Может быть поэтому они обычно округлые (если не сказать кругленькие). Великолепно разбираются в том, что вкусно, а что нет, что, после чего и в каком месте болит и как это вылечить, что красиво, что не красиво, что такое любовь и как это выглядит на практике.

Но, как это ни странно, сенсорики тоже бывают разные. Одни ориентированы на свои внутренние ощущения комфорта или дискомфорта, отдыха или усталости, здоровья или болезни, наслаждения или страдания. Для других более значимы цель, инициатива, настойчивость, требовательность, твердость, защита, оборона, обладание, агрессия, атака.

«Мне приходилось принимать плохие решения, но хорошее вот: если уж хотите поймать летящую пулю зубами, так хватайте ее изо всех сил. Играйте по-крупному» (Ричард Никсон). Сенсорики, ориентированные в большей степени на объективный мир — это стоики. Благородная простота жизни и спокойное принятие ее, долг перед близкими, мужество и честность. Они великолепно ориентируются в своих и чужих физических потребностях, знают о своих физических достоинствах и пользуются ими. Сенсорный элегантен для того, чтобы его заметили. О своем влечении он легко признается не только себе. Влечение — обыкновенное понятное явление, часть его прекрасной, здоровой натуры. Помните, у Ахматовой: «Благослови же небеса — ты первый раз одна с любимым».
Сенсорики, которые в большей степени ориентированы на свои внутренние ощущения, считают, что уверенность в завтрашнем дне — иллюзия и, поэтому, не стоит откладывать жизнь на завтра. Радость и счастье для себя и своих близких сегодня, сейчас — вот предмет его забот.

Стрелам, что мечет смерть, нам не найти щита —
И с нищим, и с царем она равно крута.
Чтоб с наслажденьем жить, живи для наслажденья.
Все прочее, поверь, одна лишь суета.

Сенсорики этого направления не вступают в борьбу за лидерство, за лучшее место под солнцем. Но на своей территории, за свое — борется, не уступая. Помните? «Чужой земли мы не хотим ни пяди, но и своей вершка не отдадим». Среди них много художников и политиков. Айвазовский, который писал свои пейзажи в голой комнате с темно-красными стенами, с окнами, выходящими на противоположную от моря сторону, способен был не только уловить ощущение, комфортность, среду, но запомнить и передать их настолько целостно, как может только человек, честный прежде всего перед самим собой.

Да. Жизнь довольно зримая и реальная штука. На нее иногда стоит обращать внимание. Сенсорик, помни! Ты в ответе за свою жизнь, и за жизнь хотя бы одного интуити

Этика

Сказать о том, что этик прекрасно разбирается в отношениях между людьми — значит ничего не сказать об этике. Он не просто разбирается. Он великолепно чувствует отношение других к себе, отношения людей между собой. Собственно, он не просто смотрит и изучает, он активно их моделирует. Было бы неверно предположить, что этики безусловно и всегда вежливы и приятны в общении. Да, конечно, но только тогда, когда им это нужно. В общем-то, они довольно легко ссорятся, мирятся, легко говорят о своих отношениях, чувствах другим. Установление психологической дистанции, любовь, дружба, симпатия, теплота, общительность и в то же время холодность, отчужденность, зло, безжалостность. Они просто воспринимают мир через отношения или чувство, эмоцию. Как и отношения между людьми, так и эмоции людей представляют для них ценность, будь они положительными или отрицательными. Если попытаться сравнить людей, то они как небесные тела: есть источники света и есть отражатели, те, которые сами не светят, но передают свет других. Этики — это своего рода светила, генераторы отношений, эмоций, которые распространяются всем и многие с благодарностью их принимают, впитывают и шлют дальше, отразив в них частичку своего тепла и своей души. И это могут быть эмоции радости или печали, воодушевления и депрессии, оптимизма, счастья, смеха и плача, пессимизма, недовольства. И все-таки...

О, весна без конца и без краю —
Без конца и без краю мечта!
Узнаю тебя, жизнь! Принимаю!
И приветствую звоном щита.

Логика

Если представить, что логик начал писать стихи, то думаю, что получится что-то типа: «Перфолентой течет жизнь и глобальна моя печаль». А, может быть, вот так:

Я люблю тебя, вечность,
Единица плюс бесконечность.
И терзаюсь, как корень из тридцати девяти,
Не могу пройти
Мимо твоего дома,
Невозмутимо,
Как бином Ньютона.

Экстраверсия - интроверсия

Помните знаменитое Ленинское «От живого созерцания — к абстрактному мышлению и от него к практике»? Так внутренне работает экстраверт. То есть то, что происходит вокруг меня — это и есть объективная реальность, а я — лишь ее часть, частичка, и жизнь моя всецело зависит от того, что происходит вокруг. Может быть, именно поэтому для экстравертов бытие определяет сознание, а не наоборот. Экстраверт не то чтобы нивелирует собственную личность, просто он смотрит на нее как бы через призму вечной объективности. Да вспомните древних: Я — песчинка, ты — песчинка, и наша Земля — песчинка мироздания, летящая неведомо куда, существует только Космос, Мир, Природа, Бог и мы зависим от них и т. д. И совершенно иной взгляд: это Я — Космос, это Я — Галактика, и нет ничего более объективного, чем то, что происходит со мной, ведь я это вижу, слышу, ощущаю, это со мной всегда, а этот призрачный мир. Ну кто докажет, что когда я закрываю глаза, он не рушится, не исчезает, а может быть это только мое воображение, моя фантазия.

Экстраверт необходимый стимул для внутренней работы получает извне, перерабатывает его внутри и выдает опять во внешнюю среду, как бы находя подтверждение или опровержение своей внутренней работе. То есть объективная реальность является первичной, а свое внутреннее как бы потом. А подчас даже игнорируется. Экстраверты обычно болеют мало, но сильно, так как до тех пор, пока можешь ходить это как бы и не болезнь. И знаменитое «общественное выше личного» — тоже о них. Жертвовать собой и в прямом и в переносном смысле, отдавать себя чему угодно, но не себе — это экстраверт.

Интроверт как-то больше доверяет своему внутреннему. «Душа, душа, чего ты хочешь?» Здесь более ценятся свои мысли, чувства, желания.

Очень по-разному экстраверт и интроверт общаются с людьми. Для экстраверта люди — объекты. И если объект в чем-то не подходит, он достаточно легко заменяется другим. То есть значимость отношений между объектами для экстраверта невелика. «Подумаешь, ушла, да я себе в десять раз лучше найду» — скажет экстраверт и найдет. Для интроверта же главное — отношение. Ему довольно сложно их налаживать, и, наверное, поэтому он так бережлив. Он всегда пытается что-то исправить и восстановить. Мир интроверта держится на отношении.