Гоголь, Вий??

Конечно

Общее изумлeниe вызвал мужчинa, затесавшийся на сцену. Он объявил, что у супруги его грипп и что он поэтому просит передать ей что-нибудь через него. В доказательство же того, что он действительно женат, граждaнин был готов предъявить паспорт. Заявление заботливого мужа было встречено хохотом, прорал, что верит, как самому себе, и без паспорта, и вручил гражданину две пары шeлковых чулок, добавил футлярчик с помадой. Опоздавшие женщины рвались на сцену, со сцены текли счастливицы в бальных платьях, в пижамах с драконами, в строгих визитных кoстюмах, в шляпочках, надвинутых на одну бровь.

Мастер и Маргарита?Булгаков

Саш, угадал

События, рассказанные в этой повести, происходили между 1740 и 1745 годами. В то время были заселены только четыре графства колонии Нью-Йорк, примыкающие к Атлантическому океану, узкая полоса земли по берегам Гудзона, от устья до водопадов вблизи истока, да несколько соседних областей по рекам Мохоку и Скохари. Широкие полосы девственных дебрей покрывали берега Мохока и простиралось далеко вглубь Новой Англии....

Однако мы будем продолжать наш рассказ в уверенности, что более или менее точное изображение одной части этой дикой области даст достаточно верное представление о ней в целом, если не считать мелких и несущественных различий.

— Мохок — приток Гудзона, впадающий в него несколько севернее города Олбани.

— Скохари — приток Мохока.

— Новая Англия — область в северо-восточной части США, прилегающая к Атлантическому океану. Она раньше всего была колонизована переселенцами из Англии.

— Мокасины — индейская обувь из кожи, украшенная бисером, мехом и кусочками цветного сукна.

Зверобой или первая тропа войны?? Купер??

Да Ната,загадывай

Его жена каждое утро просыпалась в семь. Все четыре года ровно в семь ноль ноль. И красилась. Он никогда не видел ее без косметики . Никогда не знал когда у нее месячные.Никогда не слышал, чтобы она жаловалась на боли при них. И никогда не видел, чтобы она ходила в туалет.
Героическая женщина?
Хрен там! Она все равно ему надоела.
Она никогда не спала обнаженной, всегда только в пижаме. Она никогда не ходила по дому в ужасных халатах, бигудях или в футболках с растянутым горлом.
Все равно она ему надоела.
Жена знала что "важней всего-погода вдоме". Как только он чуть на мусорил(ну накрошил что то возле компа, тяпнул чаем на стол, бросил бумажку с конфеты), она тут же убирала. В тот же момент. Невидимый биоробот. Она слушала Земфиру.
И все равно ему надоела.
Она ненавидела украинских проституток с московской объездной. Говорила проницательным голосом. Прокалывала все придатные части тела и поддавала это тело загару и татуеровкам.
Все равно надоела.
Она экономно тратила деньги которые он ей давал. Вкладывалась в минимум-две тысячи долларов в месяц, а это было не легко. Возила сына с утра в детский садик, забирала от туда же вечером и черт знает чем она занималась целый день.(Что она могла делать целый день сидя дома?) Женщина загадка.
Надоела.
Меняла настроение и лицо по не понятным, не поддающемся логике законам, не бывала одной и той же, он не знал какая она на самом деле.А зачем мужчине правда? Правда-это коровья судьба, не коровья-это загадочность.
Ха-ха! Надоела!!!
Сидела и ждала его верной Пенеллопой, пока он тусил черт знает где(в моем городе) и черт знает с кем(со мной). Так почему же ОНА ЕМУ НАДОЕЛА?

Да уж тяжело дается современная литература))

Вот полегче

Я находился в тoм сoстoянии чувств и души, когда существенность, уступая мечтаниям, сливается с ними в неясных видениях первосония. Мне казалось, буран еще свирепствовал и мы еще блуждали по снежной пустыне... Вдруг увидел я ворота и въехал на барский двор нашей усадьбы. Первою мыслию моею было опасение, чтоб батюшка не прогневался на меня за невольное возвращение под кровлю родительскую и не почел бы его умышленным ослушанием. С беспокойством я выпрыгнул из кибитки и вижу: матушка встречает меня на крыльце с видом глубокого огорчения. "Тише,-- говорит она мне,-- отец болен при смерти и желает с тобою проститься".

Пушкин. "Капитанская дочка"?

Да, ты права

Тогда я загадываю.

Он был довольно щедр в пути и потому вполне верил в заботливость всех тех, что кормили и поили его, с утра до вечера служили ему, предупреждая его малейшее желание, охраняли его чистоту и покой, таскали его вещи, звали для него носильщиков, доставляли его сундуки в гостиницы. Так было всюду, так было в плавании, так должно было быть и в Неаполе. Неаполь рос и приближался; музыканты, блестя медью духовых инструментов, уже столпились на палубе и вдруг оглушили всех торжествующими звуками марша, гигант-командир, в парадной форме, появился на своих мостках и, как милостивый языческий бог, приветственно помотал рукой пассажирам.

Бунин? Господин из Сан-Франциско?

да, загадывай!

В Холодной Горе не было этапа смертников, только блок "Г", стоящий отдельно от других, размером примерно в четыре раза меньше, чем остальные, кирпичный, а не деревянный, с плоской металлической крышей, которая сияла под летним солнцем, как безумный глаз. Внутри - шесть камер, по три с каждой стороны широкого центрального коридора, и каждая камера почти вдвое больше камер в четырех других блоках. Причем все одиночные. Отличные условия для тюрьмы (особенно в тридцатые годы), но обитатели этих камер многое бы отдали, чтобы попасть в любую другую. Честное слово, они бы дорого заплатили.

За все время моей службы в качестве надзирателя все шесть камер не заполнялись ни разу - и слава Богу. Максимум - четыре, там были белые и черные (в Холодной Горе среди ходячих мертвецов не существовало сегрегации по расовому признаку), и все равно это напоминало ад.

Стивен Кинг, "Зелёная миля" )))

Да!)))

Умрешь и все начнешь сначала и повторится все как встарь.

Блок, "Ночь. Улица. Фонарь. Аптека..."


Так проговорил он около четверти часа, потом она неожиданно перебила
его:
- А теперь начнем. Представим себе, что вы делитесь впечатлениями с
вашим другом: это даст вам возможность болтать всякий вздор, попутно де-
лать разного рода замечания, быть естественным и забавным, насколько нам
это удастся. Пишите:
"Дорогой Анри, ты хочешь знать, что такое Алжир? Изволь, ты это узна-
ешь. От нечего делать я решил посылать тебе из убогой мазанки, в которой
я обретаюсь, нечто вроде дневника, где буду описывать свою жизнь день за
днем, час за часом Порой он покажется тебе грубоватым, - что ж, ведь ты
не обязан показывать его знакомым дамам".

Ги де Мопассан "Милый друг"

Да ))

Дом стоял на небольшой возвышенности на самом краю поселка. Он был
ничем не примечателен - построенный лет тридцать назад, кирпичный,
маленький, невзрачный, с четырьмя окнами на фасаде. Словом, один из тех,
от которых тут же хочется отвести взгляд. Единственным человеком,
полюбившим это чахлое строение, был Артур Дент, да и то лишь потому, что
жил в нем. Жил уже три года, с тех пор как уехал из Лондона - Лондон был
вреден для его нервной системы. От роду Артуру было столько же, сколько и
дому - около тридцати. Высокий, темноволосый, он вечно был не в ладах с
самим собой. Заботило его больше всего то, что люди постоянно приставали к
нему с расспросами, почему это у него такой озабоченный вид. Он работал на
местной радиостанции, что, как твердил Артур своим знакомым, гораздо
интереснее, чем все думают. И был совершенно прав - большинство его
знакомых работали в рекламе.

Адамс Дуглас. Автостопом по Галактике.

Да.

«Люди вообще не бывают равны. Дело не в званиях, конечно... Просто всегда есть люди, которые находятся рядом, и все остальные. Эти самые «все остальные» действительно в каком-то смысле «равны» - поскольку ты их не знаешь и совершенно к ним равнодушен. А вот те, кто находится рядом...»

Макс Фрай, "Гнёзда химер"?

yes!!!

"Путники хотели заночевать в лощине, но теперь, для того чтобы защищаться от волколаков, они поднялись на соседний холм с тремя или четырьмя кряжистыми дубами, которые были обнесены оградой из больших серых валунов. Кое-где каменная ограда обвалилась, и Хранители, понимая, что ночная тьма не помешает стае волколаков найти их, поспешно разожгли небольшой костер.

Путники сидели возле и все, кроме двух часовых, дремали - это был не сон, а тревожное забытье. Пони Билл трясся от страха, он взмок, словно только что пробежал лиг двадцать. Вой теперь слышался со всех сторон, а вокруг, в черной ночной темноте, зловеще поблескивали парные огоньки. Внезапно там, где ограда обвалилась, Хранители увидели огромного волколака - он застыл в проломе и хрипло взвыл, словно бы подавая сигнал к атаке."

Толкиен. Братство кольца

Конечно))
"Властелина колец" сложно не узнать;))

стрекозка

загадывай уже

Пропала стрекоза, может снова вы загадаете?

ОК

"До самого вечера он работал, запершись на ключ и, как уверяла миссис Холл, почти в полной тишине. Только один раз послышался стук и звон стекла, как будто кто-то толкнул стол и с размаху швырнул на пол бутылку, а затем раздались торопливые шаги по ковру. Опасаясь, уж не случилось ли чего-нибудь, хозяйка подошла к двери и, не стуча, стала прислушиваться.
- Ничего не выйдет! - кричал он в ярости. - Не выйдет! Триста тысяч, четыреста тысяч! Это необъятно! Обманут! Вся жизнь уйдет на это! Терпение! Легко сказать! Дурак, дурак!
Тут кто-то вошел в трактир, послышались тяжелые шаги, и миссис Холл должна была волей-неволей отойти от двери, не дослушав.
Когда она вернулась, в комнате снова было совсем тихо, если не считать слабого скрипа кресла и случайного позвякивания бутылок. Очевидно, незнакомец снова принялся за работу.
Когда она принесла чай, то увидела в углу комнаты, под зеркалом, разбитые бутылки и золотистое небрежно вытертое пятно. Она обратила на это его внимание.
- Поставьте все это в счет, - огрызнулся он. - И, ради бога, не мешайте мне. Если я причиняю вам какой-нибудь убыток, ставьте в счет. - И он снова принялся делать пометки в лежавшей перед ним тетради..."

"Человек Невидимка" Герберта Уэллса...

Да, загадывай)

"Звук собственного голоса разбудил меня окончательно. Я сел. Уныло лаяли собаки, за стеной грозно храпела старуха. Я наконец вспомнил, где нахожусь. В комнате никого не было. В сумеречном свете я увидел на полу свою подушку и барахло, рухнувшее с вешалки. Бабка голову оторвет, подумал я и вскочил. Пол был холодный, и я переступил на половики. Бабка перестала храпеть. Я замер. Потрескивали половицы, что-то хрустело и шелестело в углах. Бабка оглушительно свистнула и захрапела снова. Я поднял подушку и бросил ее на диван. От рухляди пахло псиной. Вешалка сорвалась с гвоздя и висела боком. Я поправил ее и стал подбирать рухлядь. Едва я повесил последний салоп, как вешалка оборвалась и, шаркнув по обоям, снова повисла на одном гвозде. Бабка перестала храпеть, и я облился холодным потом. Где-то поблизости завопил петух. В суп тебя, подумал я с ненавистью. Старуха за стеной принялась вертеться, скрипели и щелкали пружины. Я ждал, стоя на одной ноге. Во дворе кто-то сказал тихонько: «Спать пора, засиделись мы сегодня с тобой». Голос был молодой, женский. «Спать так спать, – отозвался другой голос. Послышался протяжный зевок. – Плескаться больше не будешь сегодня?» – «Холодно что-то. Давай баиньки». Стало тихо. Бабка зарычала и заворчала, и я осторожно вернулся на диван. Утром встану пораньше и все поправлю как следует...

Я лег на правый бок, натянул одеяло на ухо, закрыл глаза и вдруг понял, что спать мне совершенно не хочется – хочется есть. Ай-яй-яй, подумал я. Надо было срочно принимать меры, и я их принял.

Вот, скажем, система двух интегральных уравнений типа уравнений звездной статистики; обе неизвестные функции находятся под интегралом. Решать, естественно, можно только численно, скажем, на БЭСМе... Я вспомнил нашу БЭСМ. Панель управления цвета заварного крема. Женя кладет на эту панель газетный сверток и неторопливо его разворачивает. «У тебя что?» – «У меня с сыром и колбасой». С польской полукопченой, кружочками. «Эх ты, жениться надо! У меня котлеты, с чесночком, домашние. И соленый огурчик». Нет, два огурчика... Четыре котлеты и для ровного счета четыре крепких соленых огурчика. И четыре куска хлеба с маслом...

Я откинул одеяло и сел. Может быть, в машине что-нибудь осталось? Нет, все, что там было, я съел. Осталась поваренная книга для Валькиной мамы, которая живет в Лежневе. Как это там... Соус пикан. Полстакана уксусу, две луковицы... и перчик. Подается к мясным блюдам... Как сейчас помню: к маленьким бифштексам. Вот подлость, подумал я, ведь не просто к бифштексам, а к ма-а-аленьким бифштексам. Я вскочил и подбежал к окну. В ночном воздухе отчетливо пахло ма-а-аленькими бифштексами. Откуда-то из недр подсознания всплыло: «Подавались ему обычные в трактирах блюда, как-то: кислые щи, мозги с горошком, огурец соленый (я глотнул) и вечный слоеный сладкий пирожок...» Отвлечься бы, подумал я и взял книгу с подоконника. Это был Алексей Толстой, «Хмурое утро». Я открыл наугад. «Махно, сломав сардиночный ключ, вытащил из кармана перламутровый ножик с полусотней лезвий и им продолжал орудовать, открывая жестянки с ананасами (плохо дело, подумал я), французским паштетом, с омарами, от которых резко запахло по комнате». Я осторожно положил книгу и сел за стол на табурет. В комнате вдруг обнаружился вкусный резкий запах: должно быть, пахло омарами. Я стал размышлять, почему я до сих пор ни разу не пробовал омаров. Или, скажем, устриц. У Диккенса все едят устриц, орудуют складными ножами, отрезают толстые ломти хлеба, намазывают маслом... Я стал нервно разглаживать скатерть. На скатерти виднелись неотмытые пятна. На ней много и вкусно ели. Ели омаров и мозги с горошком. Ели маленькие бифштексы с соусом пикан. Большие и средние бифштексы тоже ели. Сыто отдувались, удовлетворенно цыкали зубом... Отдуваться мне было не с чего, и я принялся цыкать зубом."

"Понедельник начинается в субботу" Стругацкие??

Ага;)
Загадывай)

Крупинка

Увязло в гуще зеленой хвои эхо. Сверкая и искрясь, осыпался иний с древесных вершин, сбитых падением самолета. Тишина, тягучая и властная, овладела лесом. И в ней отчетливо послышалось, как простонал человек и как тяжело захрустел наст пoд ногами медведя, которого необычный гул и треск выгнали из леса на полянку.

Медведь был велик, стар и космат. Неопрятная шерсть бурыми клочьями торчала на его впалых боках, сосульками свисала с тощего, поджарого зада. В этих краях с осени бушевала война. Она проникла даже сюда, в заповедную глушь, куда раньше, и то не часто, заходили только лесники да охотники. Грохот близкого боя еще осенью поднял медведя из берлоги, нарушив его зимнюю спячку, и вот теперь, голодный и злой, бродил он по лесу, не зная покоя.

Медвeдь oстановился на опушке, там, где тoлько что стоял лось. Понюхал его свежие, вкусно пахнущие следы, тяжело и жадно задышал, двигая впалыми боками, прислушался. Лось ушел, зато рядом раздавался звук, производимый каким-то живым и, вероятно, слабым существом. Шерсть поднялась на загривке зверя. Он вытянул морду. И снова этот жалобный звук чуть слышно донесся с опушки.

Медленно, осторожно ступая мягкими лaпами, под которыми с хрустом проваливался сухой и крепкий наст, зверь направился к неподвижной, вбитой в снег человеческой фигуре...

Повесть о настоящем человеке, про лётчика Мересьева
забыла кто автор...

" Сыщица сделала угощение для тетки и, напоив Маслову, предложила ей поступить в хорошее, лучшее в городе заведение, выставляя перед ней все выгоды и преимущества этого положения. Масловой предстоял выбор: или унизительное положение прислуги, в котором наверное будут преследования со стороны мужчин и тайные временные прелюбодеяния, или обеспеченное, спокойное, узаконенное положение и явное, допущенное законом и хорошо оплачиваемое постоянное прелюбодеяние, и она избрала последнее. Кроме того, она этим думала отплатить и своему соблазнителю, и приказчику, и всем людям, которые ей сделали зло. Притом же соблазняло ее и было одной из причин окончательного решения то, что сыщица сказала ей, что платья она может заказывать себе какие только пожелает, - бархатные, фай, шелковые, бальные с открытыми плечами и руками. И когда Маслова представила себе себя в ярко-желтом шелковом платье с черной бархатной отделкой - декольте, она не могла устоять и отдала паспорт. В тот же вечер сыщица взяла извозчика и свезла ее в знаменитый дом Китаевой.

И с тех пор началась для Масловой та жизнь хронического преступления заповедей божеских и человеческих, которая ведется сотнями и сотнями тысяч женщин не только с разрешения, но под покровительством правительственной власти, озабоченной благом своих граждан, и кончается для девяти женщин из десяти мучительными болезнями, преждевременной дряхлостью и смертью."

Толстой "Воскресение"??



Б.Н.Полевой "Повесть о настоящем человеке "

Да)

Крупинка

В кафе царил полумрак, я с трудом мог что-нибудь разглядеть. Посетители, в оснавном молодежь, являли собой тот тип молодых людей, которых называют битниками. Девушки выглядели весьма неряшливо и были слишком тепло одеты. Я уже это заметил, когда несколько недель назад обедал с друзьями в ресторане. Девице, которая сидела тогда рядом со мной, было лет двадцать. В ресторане все изнывали от жары, а она вырядилась в желтый шерстяной свитер, черную юбку и шерстяные черные чулки. Мои друзья находили ее очень интересной. Я не разделял их мнения. Это, наверно, показывает, как я отстал от жизни. Ведь я с удовольствием вспоминаю женщин Индии, их строгие прически, яркие сари, ниспадающие благородными складками, грациозную походку...

Хммм, мне казалось это легко...

От туда же

— Допустим, вы или я (мы это обдумаем) мечтаем от кого-то избавиться. От кого, например? Есть у меня милейший дядюшка Мервин — мне после его смерти достанется изрядный куш. У него только два наследника — я и еще кто-то в Австралии. Вот вам и причина. Но ему уже за семьдесят, и он немного свихнулся, и всякий поймет, что разумнее подождать немного, — разве что я попала в безвыходное положение, и мне страшно нужны деньги, а в это никто не поверит. Кроме того, он душенька, я его нежно люблю, и свихнулся он там или нет, он обожает жизнь, и я не хочу рисковать ни одной минутой его жизни. А вы? Есть у вас родственники, от которых вы ждете наследства?
Я покачал головой.
— Ни одного.
— Скверно. А если выдумать шантаж? Хотя уж больно много возни. Кому придет в голову вас шантажировать? Будь вы еще член парламента или министр, который пошел в гору. Или я. То же самое. Пятьдесят лет назад все было бы очень просто. Компрометирующие письма или фотографии в голом виде, а теперь никто и внимания не обратит. Теперь можно смело поступать, как герцог Веллингтонский, сказать им: «Печатайте — и идите к черту!» Ну что же еще? Двоеженство? — Она взглянула на меня с упреком. — Какая жалость, что вы никогда не были женаты. А то бы мы что-нибудь состряпали.
Меня выдало лицо. Джинджер сразу заметила.
— Простите. Я потревожила старую рану?
— Нет. Рана уже зажила. Это было давно.
— Вы были женаты?
— Да. Еще студентом.
— И что же случилось?
— Мы поехали в Италию на каникулы. Автомобильная катастрофа. Ее убило на месте.
— А как же вы?
— Она ехала в машине с другим.
Джинджер, видимо, поняла, как все было. Как я был потрясен, узнав, что девушка, на которой я женился, не из тех, кто хранит верность своему мужу.
Джинджер снова вернулась к делу:
— Вы поженились в Англии?
— Да. В отделе регистрации браков в Питерборо.
— А умерла она в Италии.
— Да.
— Значит, в Англии ее смерть не оформлена документом?
— Нет.
— Тогда чего же вам еще нужно? Все очень просто. Вы безумно влюблены в кого-то и хотите жениться, но не знаете, жива ли еще ваша супруга. Вы расстались с ней много лет назад и с тех пор ничего о ней не слыхали. И вдруг она появляется как снег на голову, отказывает вам в разводе и грозит пойти к вашей девице и все ей выложить.
— А кто моя девица? — спросил я в некотором недоумении. — Вы?
Джинджер возмутилась:
— Конечно, нет. Я не тот тип. Я свободно могу на все махнуть рукой и жить во грехе. Нет, вы отлично знаете, кого я имею в виду. — вот она подходит. Та величественная брюнетка, с которой вы всюду бываете. Очень образованная и серьезная.
— Гермия Редклифф?
— Она. Ваша девушка.
— Кто вам про нее рассказал?
— Пэм, конечно. Она, кажется, богата?
— Очень. Но ведь…
— Ладно, ладно. Я же не говорю, что вы женитесь на ней ради денег. Вы не из таких. Но подлые типы вроде Брэдли могут в это поверить… Прекрасно. Дело обстоит так. Вы собираетесь жениться на Гермии, как вдруг появляется жена. Приезжает в Лондон — и начинается история. Вы настаиваете на разводе — жена ни в какую. У нее мстительный нрав. И тут вы прослышали про виллу «Белый Конь». Держу пари на что угодно — Тирза и полоумная Белла решили тогда, что именно потому вы к ним и явились. Они это приняли за предварительное посещение, и потому Тирза так и разоткровенничалась. Она рекламировала свое дело.
— Возможно.
Я мысленно вернулся к тому дню.
— И вскоре после этого вы отправились к Брэдли, это тоже подтверждает ваши намерения. Вы на крючке. Вы возможный клиент.
— И все-таки они будут очень тщательно меня проверять.
— Непременно, — согласилась Джинджер.
— Выдумать фиктивную жену очень просто, но они потребуют деталей где она живет и все такое, и когда я начну вилять…
— Вилять не понадобится. Чтобы все прошло гладко, нужна супруга, и супруга будет! А теперь мужайтесь — супругой буду я!

Две недели прошло... Похоже, никто не знает.

Мде, там же название тексте мелькает. Это была Агата Кристи. Загадывайте

Оля, Агата Кристи - Белый конь. В юности зачитывалась её детективами

Так, ждем загадку))