Ты уповаешь на ,,Богородицу,,??)
По-моему,всё проще…в то время было очень мало женщин пол 180 см ростом)))
Полная версия этой страницы: О литераторах (и не только) разное-всякое
Дорик Тупотилов
Ты уповаешь на ,,Богородицу,,??)
По-моему,всё проще…в то время было очень мало женщин пол 180 см ростом)))
Ты уповаешь на ,,Богородицу,,??)
По-моему,всё проще…в то время было очень мало женщин пол 180 см ростом)))
Цитата(Айя-Софи @ 16.01.2024 - 6:27) 
Дорик Тупотилов
Ты уповаешь на ,,Богородицу,,??)
По-моему,всё проще… в то время было очень мало женщин пол 180 см ростом)))
Ты уповаешь на ,,Богородицу,,??)
По-моему,всё проще… в то время было очень мало женщин пол 180 см ростом)))
Эта простота хуже воровства, по русской пословице.
Я уповаю на то, что Ахматова выглядела царственно и как божество. Об этом пишет Шкловский. И что простая (дурацкое слово, только карандаши простые) кухарка это заметила.
Рост - что рост. Нести ж себя надо. Подать. Внутренне так себя ощущать. Не многие могут, не зависимо от века.
Хмм...
«Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им" (с)
«Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся им и не служи им" (с)
Сказать о женщине, что она выглядит царственно и как божество, - это приравнивается к сотворению кумира, оказывается.
А сказать, что выглядит как торговка с бывшего Гусинобродского рынка - не приравнивается.
А сказать, что выглядит как торговка с бывшего Гусинобродского рынка - не приравнивается.
Про Галину Серебрякову слышали, читали? Биографию её знаете тяжкую? Не чета Ахматовой.
Цитата(Дорик Тупотилов @ 16.01.2024 - 6:37)
Эта простота хуже воровства, по русской пословице.
Я уповаю на то, что Ахматова выглядела царственно и как божество. Об этом пишет Шкловский. И что простая (дурацкое слово, только карандаши простые) кухарка это заметила.
Рост - что рост. Нести ж себя надо. Подать. Внутренне так себя ощущать. Не многие могут, не зависимо от века.
Я уповаю на то, что Ахматова выглядела царственно и как божество. Об этом пишет Шкловский. И что простая (дурацкое слово, только карандаши простые) кухарка это заметила.
Рост - что рост. Нести ж себя надо. Подать. Внутренне так себя ощущать. Не многие могут, не зависимо от века.
Ну вот я и думаю,что нести не нести тут не причём)))
Цитата(Дорик Тупотилов @ 16.01.2024 - 7:04)
Сказать о женщине, что она выглядит царственно и как божество, - это приравнивается к сотворению кумира, оказывается.
А сказать, что выглядит как торговка с бывшего Гусинобродского рынка - не приравнивается.
А сказать, что выглядит как торговка с бывшего Гусинобродского рынка - не приравнивается.
О ,,Божествах,,пишут сотворившие себе кумира обожатели)))…ничего общего с действительностью ОНО не имеет)),как не имеет ничего общего и ЕЁ фамилия с Ханом Золотой Орды))про которого ей хотелось думать)
Цитата(Скрип колеса @ 26.10.2023 - 2:13)
Записи из дневника Корнея Ивановича Чуковского:
1 августа 1925 г.
Был вчера в городе, по вызову Клячко. Оказывается, что в Гублите запретили «Муху Цокотуху». «Тараканище» висел на волоске — отстояли.
Но «Муху» отстоять не удалось. Итак, мое наиболее веселое, наиболее музыкальное, наиболее удачное произведение уничтожается только потому, что в нем упомянуты именины!!
Тов. Быстрова, очень приятным голосом, объяснила мне, что комарик — переодетый принц, а Муха — принцесса. Это рассердило даже меня. Этак можно и в Карле Марксе увидеть переодетого принца! Я спорил с нею целый час — но она стояла на своем.
Пришел Клячко, он тоже нажал на Быстрову, она не сдвинулась ни на йоту и стала утверждать, что рисунки неприличны: комарик стоит слишком близко к мухе, и они флиртуют. Как будто найдется ребенок, который до такой степени развратен, что близость мухи к комару вызовет у него фривольные мысли!
17 февраля 1926 г.
Видя, что о детской сказке мне теперь не написать, я взялся писать о Репине и для этого посетил Бродского Исаака Израилевича. Хотел получить от него его воспоминания. Ах, как пышно он живет — и как нудно!
Уже в прихожей висят у него портреты и портретики Ленина, сфабрикованные им по разным ценам, а в столовой — которая и служит ему мастерской — некуда деваться от «расстрела коммунистов в Баку». Расстрел заключается в том, что очень некрасивые мужчины стреляют в очень красивых мужчин, которые стоят, озаренные солнцем, в театральных героических позах.
И самое ужасное то, что таких картин у него несколько дюжин. Тут же на мольбертах холсты, и какие-то мазилки быстро и ловко делают копии с этой картины, а Бродский чуть-чуть поправляет эти копии и ставит на них свою фамилию.
Ему заказано 60 одинаковых «расстрелов» в клубы, сельсоветы и т.д., и он пишет эти картины чужими руками, ставит на них свое имя и живет припеваючи.
28 ноября 1936 г.
Вчера был в двух новых школах. Одна рядом с нами тут же на Манежном. Пошел в 3-й класс. Ужас. Ребята ничего не знают — тетрадки у них изодранные, безграмотность страшная.
А учительница ясно говорит: тристо. И ставит отметки за дисциплину, хотя слово дисциплина пишется школьниками так:
дистеплина
десцыплина
и проч.
Дети ей ненавистны, она глядит на них как на каторжников. А в другой школе, на Кирочной (вместо церкви), — я попал на Пушкинский вечер.
<…> Потом вышел учитель Скрябин — и заявил, что Пушкин был революционер и что он подготовил… Сталинскую Конституцию, так как был реалист и написал стихотворение… «Вишня». Все наркомпросовские пошлости о Пушкине собраны в один пучок.
24 июля 1943 г.
Был вчера в Переделкине — впервые за все лето. С невыразимым ужасом увидел, что вся моя библиотека разграблена.
От немногих оставшихся книг оторваны переплеты. Разрознена, расхищена «Некрасовиана», собрание сочинении Джонсона, все мои детские книги, тысячи английских (British Theatre), библиотека эссеистов, письма моих детей, Марии Б. ко мне, мои к ней — составляют наст на полу, по которому ходят.
Уже уезжая, я увидел в лесу костер. Меня потянуло к детям, которые сидели у костра. — Постойте, куда же вы? — Но они разбежались. Я подошел и увидел: горят английские книги, и между прочим — любимая моя американская детская «Think of it» и номера «Детской литературы». И я подумал, какой это гротеск, что дети, те, которым я отдал столько любви, жгут у меня на глазах те книги, которыми я хотел бы служить им.
25 декабря 1964 г.
Гулял с Симой Дрейденом. Он рассказал мне потрясающую, имеющую глубокий смысл историю. Некий интеллигент поселился (поневоле) в будке железнодорожного сторожа.
Сторож был неграмотен. Интеллигент с большим трудом научил его грамоте. Сторож был туп, но в конце концов одолел начатки грамматики.
Он очень хотел стать проводником на поезде. Для этого нужно было изучить десятки правил наизусть — и сдать экзамен. Интеллигент помог и здесь. Сторож стал проводником, приезжая на юг, закупал апельсины и проч. и небезвыгодно продавал на севере. Разбогател.
Интеллигента между тем арестовали. Отбыв в лагере свой срок, он воротился домой. Здесь его реабилитировали — и показали его «дело». Оказалось, что, научившись грамоте, благодарный железнодорожник первым делом написал на него донос: «Предупреждаю, что NN имеет связи с заграницей».
21 сентября 1968 г.
Вчера была поэтесса двадцати одного года — с поклонником физиком. Стихи талантливы… Я спросил, есть ли у нее в институте товарищи.
Она ответила, как самую обыкновенную вещь:
— Были у меня товарищи — «ребята», — теперь это значит юноши, — но всех их прогнали.
— Куда? За что?
— Они не голосовали за наше вторжение в Чехословакию.
— Только за это?
— Да. Это были самые талантливые наши студенты!
И это сделано во всех институтах.
24 марта 1969 г.
Здесь (в больнице) мне особенно ясно стало, что начальство при помощи радио, и теле, и газет распространяет среди миллионов разухабистые гнусные песни — дабы население не знало ни Ахматовой, ни Блока, ни Мандельштама. И массажистки, и сестры в разговоре цитируют самые вульгарные песни, и никто не знает Пушкина, Баратынского, Жуковского, Фета — никто.
25 июля 1969 г.
Весь поглощен полетом американцев на Луну.
Наши интернационалисты, так много говорившие о мировом масштабе космических полетов, полны зависти и ненависти к великим американским героям — и внушили те же чувства народу.
В то время когда у меня «грудь от нежности болит» — нежности к этим людям, домработница Лиды Маруся сказала: «Эх, подохли бы они по дороге».
Школьникам внушают, что американцы послали на Луну людей из-за черствости и бесчеловечия; мы, мол, посылаем аппараты, механизмы, а подлые американцы — живых людей!
Словом, бедные сектанты даже не желают чувствовать себя частью человечества.
Василий Шульженко
Писательские дачи. 2013
1 августа 1925 г.
Был вчера в городе, по вызову Клячко. Оказывается, что в Гублите запретили «Муху Цокотуху». «Тараканище» висел на волоске — отстояли.
Но «Муху» отстоять не удалось. Итак, мое наиболее веселое, наиболее музыкальное, наиболее удачное произведение уничтожается только потому, что в нем упомянуты именины!!
Тов. Быстрова, очень приятным голосом, объяснила мне, что комарик — переодетый принц, а Муха — принцесса. Это рассердило даже меня. Этак можно и в Карле Марксе увидеть переодетого принца! Я спорил с нею целый час — но она стояла на своем.
Пришел Клячко, он тоже нажал на Быстрову, она не сдвинулась ни на йоту и стала утверждать, что рисунки неприличны: комарик стоит слишком близко к мухе, и они флиртуют. Как будто найдется ребенок, который до такой степени развратен, что близость мухи к комару вызовет у него фривольные мысли!
17 февраля 1926 г.
Видя, что о детской сказке мне теперь не написать, я взялся писать о Репине и для этого посетил Бродского Исаака Израилевича. Хотел получить от него его воспоминания. Ах, как пышно он живет — и как нудно!
Уже в прихожей висят у него портреты и портретики Ленина, сфабрикованные им по разным ценам, а в столовой — которая и служит ему мастерской — некуда деваться от «расстрела коммунистов в Баку». Расстрел заключается в том, что очень некрасивые мужчины стреляют в очень красивых мужчин, которые стоят, озаренные солнцем, в театральных героических позах.
И самое ужасное то, что таких картин у него несколько дюжин. Тут же на мольбертах холсты, и какие-то мазилки быстро и ловко делают копии с этой картины, а Бродский чуть-чуть поправляет эти копии и ставит на них свою фамилию.
Ему заказано 60 одинаковых «расстрелов» в клубы, сельсоветы и т.д., и он пишет эти картины чужими руками, ставит на них свое имя и живет припеваючи.
28 ноября 1936 г.
Вчера был в двух новых школах. Одна рядом с нами тут же на Манежном. Пошел в 3-й класс. Ужас. Ребята ничего не знают — тетрадки у них изодранные, безграмотность страшная.
А учительница ясно говорит: тристо. И ставит отметки за дисциплину, хотя слово дисциплина пишется школьниками так:
дистеплина
десцыплина
и проч.
Дети ей ненавистны, она глядит на них как на каторжников. А в другой школе, на Кирочной (вместо церкви), — я попал на Пушкинский вечер.
<…> Потом вышел учитель Скрябин — и заявил, что Пушкин был революционер и что он подготовил… Сталинскую Конституцию, так как был реалист и написал стихотворение… «Вишня». Все наркомпросовские пошлости о Пушкине собраны в один пучок.
24 июля 1943 г.
Был вчера в Переделкине — впервые за все лето. С невыразимым ужасом увидел, что вся моя библиотека разграблена.
От немногих оставшихся книг оторваны переплеты. Разрознена, расхищена «Некрасовиана», собрание сочинении Джонсона, все мои детские книги, тысячи английских (British Theatre), библиотека эссеистов, письма моих детей, Марии Б. ко мне, мои к ней — составляют наст на полу, по которому ходят.
Уже уезжая, я увидел в лесу костер. Меня потянуло к детям, которые сидели у костра. — Постойте, куда же вы? — Но они разбежались. Я подошел и увидел: горят английские книги, и между прочим — любимая моя американская детская «Think of it» и номера «Детской литературы». И я подумал, какой это гротеск, что дети, те, которым я отдал столько любви, жгут у меня на глазах те книги, которыми я хотел бы служить им.
25 декабря 1964 г.
Гулял с Симой Дрейденом. Он рассказал мне потрясающую, имеющую глубокий смысл историю. Некий интеллигент поселился (поневоле) в будке железнодорожного сторожа.
Сторож был неграмотен. Интеллигент с большим трудом научил его грамоте. Сторож был туп, но в конце концов одолел начатки грамматики.
Он очень хотел стать проводником на поезде. Для этого нужно было изучить десятки правил наизусть — и сдать экзамен. Интеллигент помог и здесь. Сторож стал проводником, приезжая на юг, закупал апельсины и проч. и небезвыгодно продавал на севере. Разбогател.
Интеллигента между тем арестовали. Отбыв в лагере свой срок, он воротился домой. Здесь его реабилитировали — и показали его «дело». Оказалось, что, научившись грамоте, благодарный железнодорожник первым делом написал на него донос: «Предупреждаю, что NN имеет связи с заграницей».
21 сентября 1968 г.
Вчера была поэтесса двадцати одного года — с поклонником физиком. Стихи талантливы… Я спросил, есть ли у нее в институте товарищи.
Она ответила, как самую обыкновенную вещь:
— Были у меня товарищи — «ребята», — теперь это значит юноши, — но всех их прогнали.
— Куда? За что?
— Они не голосовали за наше вторжение в Чехословакию.
— Только за это?
— Да. Это были самые талантливые наши студенты!
И это сделано во всех институтах.
24 марта 1969 г.
Здесь (в больнице) мне особенно ясно стало, что начальство при помощи радио, и теле, и газет распространяет среди миллионов разухабистые гнусные песни — дабы население не знало ни Ахматовой, ни Блока, ни Мандельштама. И массажистки, и сестры в разговоре цитируют самые вульгарные песни, и никто не знает Пушкина, Баратынского, Жуковского, Фета — никто.
25 июля 1969 г.
Весь поглощен полетом американцев на Луну.
Наши интернационалисты, так много говорившие о мировом масштабе космических полетов, полны зависти и ненависти к великим американским героям — и внушили те же чувства народу.
В то время когда у меня «грудь от нежности болит» — нежности к этим людям, домработница Лиды Маруся сказала: «Эх, подохли бы они по дороге».
Школьникам внушают, что американцы послали на Луну людей из-за черствости и бесчеловечия; мы, мол, посылаем аппараты, механизмы, а подлые американцы — живых людей!
Словом, бедные сектанты даже не желают чувствовать себя частью человечества.
Василий Шульженко
Писательские дачи. 2013
ай...как то не складывается
Поначалу в Петербурге было лето круглый год. Всегда тепло, солнечно, никому было не душно и не дуло. Но потом на город обрушилась большая литература.
Достоевский придумал дождь, Гоголь — зиму, Бродский — слякоть и желание покурить. Блок решил, что половину времени будет ночь, Андрей Белый сторговался, что из неё часть будет белой.
Пушкин везде расставил чугунные памятники и мосты, а Грин сделал так, что мосты понадобилось разводить. Когда мосты сводились, по ним то и дело скакал Хармс верхом на жирафе.
Понаехавший из Москвы через Оренбург Крылов завез обжорство, снобизм и привычку иносказательно обзывать всех обезьянами.
Ахматова начиталась Достоевского и придумала простуду. Зощенко пришлось придумать Сестрорецк, чтобы было где прятаться от Достоевского, Гоголя и Ахматовой.
Чуковский придумал детей, Гумилёв — семейные обязательства, а Виктор Цой — поребрики и шляться.
И только Стругацкие придумали космос, чтобы у жителей Петербурга была хоть какая-то альтернатива.
© Глеб Клинов
Какую то пошлятину вы пишете….
Творческая среда все времена неоднозначна …но не до такой же степени…..)))
Головой то думать надо)
Творческая среда все времена неоднозначна …но не до такой же степени…..)))
Головой то думать надо)
Цитата(Айя-Софи @ 17.01.2024 - 5:33)
Какую то пошлятину вы пишете….
Творческая среда все времена неоднозначна …но не до такой же степени…..)))
Головой то думать надо)
Творческая среда все времена неоднозначна …но не до такой же степени…..)))
Головой то думать надо)
Цитата
- Стаж, - вдруг отрывисто и как бы в забытьи проговорил Филипп Филиппович.
Борменталь удивленно покосился.
- Виноват...
- Стаж! - Повторил Филипп Филиппович и горько качнул головой, - тут уж ничего не поделаешь - Клим.
Борменталь с чрезвычайным интересом остро вгляделся в глаза Филиппа Филипповича:
- Вы полагаете, Филипп Филиппович?
- Нечего полагать, уверен в этом.
Борменталь удивленно покосился.
- Виноват...
- Стаж! - Повторил Филипп Филиппович и горько качнул головой, - тут уж ничего не поделаешь - Клим.
Борменталь с чрезвычайным интересом остро вгляделся в глаза Филиппа Филипповича:
- Вы полагаете, Филипп Филиппович?
- Нечего полагать, уверен в этом.
Клим, Клим Чугункин. И его современная реинкарнация - бывший Гусинобродский новосибирский рынок.
Франц Кафка. Kavka – это галка в чешском.
Читая Кафку, "…чувствуешь себя странно взволнованным. Будто прикоснулся к тайне – глубокой и влажной".
Кафка: "Как любит море крохотную гальку на своём дне, так и моя любовь затопляет тебя всю, - а для тебя такой галькой да буду я, если дозволят небеса" (из письма Милене).
Меня когда-то триггернула шикарная фраза у Платонова: "ляжешь с суками - встанешь с блохами". А она, оказывается, из Кафки. Только у него собаки вместо сук. Но это переводчик, переводивший Кафку с немецкого на русский, лажанул.
Читая Кафку, "…чувствуешь себя странно взволнованным. Будто прикоснулся к тайне – глубокой и влажной".
Кафка: "Как любит море крохотную гальку на своём дне, так и моя любовь затопляет тебя всю, - а для тебя такой галькой да буду я, если дозволят небеса" (из письма Милене).
Меня когда-то триггернула шикарная фраза у Платонова: "ляжешь с суками - встанешь с блохами". А она, оказывается, из Кафки. Только у него собаки вместо сук. Но это переводчик, переводивший Кафку с немецкого на русский, лажанул.
Цитата(Дорик Тупотилов @ 17.01.2024 - 5:52)
Клим, Клим Чугункин. И его современная реинкарнация - бывший Гусинобродский новосибирский рынок.
))))мне грустно,Дорик,что ты такой недалекий,а потому такими же недалекими юзерами внушаемый))))))
Не переводи разговор,мы говорили об Ахматовой))),
(а Булгакова я и без тебя почти наизусть знаю))))..)
……
Ахматова..Эта женщина-с огромными дырами в ментальном теле)))…
Порочная,безнравствення(отношение к собственному ребёнку ,к мужчинам,ее любившим….) циничная…Вбила себе в голову фиг знает что….(
,,Культура женщины определяется количеством ее любовников,,….ну вот этими ее словами всё и определяется))…для некоторых она превращалась в ,,божество,,..так себя и подавала….))
…..эт я про личность,…..не умаляя,естественно,ее таланта.
Цитата(Айя-Софи @ 18.01.2024 - 9:44)
Булгакова я и без тебя почти наизусть знаю))))..)
Булгакова наизусть это сильно
Все собрание сочинений или избранное?
Смерть Рубцова в этот день, от руки любимой, его, написанная за год до этого, строка: "я умру в крещенские морозы" - это мистически волнует как-то.
Предвидение? А оно есть?
По теории вероятности, подброшенная вверх монета может прилично много раз подряд лечь на решку. А можно случайно предсказать время и день смерти. И это завораживает.
Замерзают мои георгины,
И последние ночи близки.
И на комья желтеющей глины
За ограду летят лепестки…
В тридцать с чем-то так чувствовать затылком дыхание горбатой. Не кокетничать темой, а чувствовать, живя без кожи, нервами наружу.
Предвидение? А оно есть?
По теории вероятности, подброшенная вверх монета может прилично много раз подряд лечь на решку. А можно случайно предсказать время и день смерти. И это завораживает.
Замерзают мои георгины,
И последние ночи близки.
И на комья желтеющей глины
За ограду летят лепестки…
В тридцать с чем-то так чувствовать затылком дыхание горбатой. Не кокетничать темой, а чувствовать, живя без кожи, нервами наружу.
Цитата(Скрип колеса @ 18.01.2024 - 11:17)
Булгакова наизусть это сильно Все собрание сочинений или избранное?
Все собрание сочинений или избранное? пошутила я,госпади))
Начинается снег, и навстречу движению снега
поднимается вверх — допотопное слово — душа.
Всё, — о жизни, поэзии, о судьбе человека
больше думать не надо, присядь, закури не спеша.
Закурю, да на корточках, эдаким уркой отпетым,
я покуда живой, не нужна мне твоя болтовня.
А когда после смерти я стану прекрасным поэтом,
для эпиграфа вот тебе строчки к статье про меня:
Снег идет и пройдет. И наполнится небо огнями.
Пусть на горы Урала опустятся эти огни.
Я прошел по касательной, но не вразрез с небесами.
Принимай без снобизма — и песни и слезы мои.
© Борис Рыжий. 1974-2001
Она родилась в 1891 году в Мюнхене, в еврейской семье среднего достатка. Отец- владелец небольшого бизнеса по продаже текстильных изделий, мать- домохозяйка. Три ее сестры умерли в детском возрасте, она- единственный ребенок в семье. Детство, наполненное любовью, заботой и, одновременно, тотальным контролем и гиперопекой.
Она могла бы вырасти робкой, боязливой и инфантильной марионеткой в руках родителей, но это не ее история. Она родилась непокорной бунтаркой с живым и независимым нравом. Мать пытается ограничить ее контакты с внешним миром из опасений, что дочь подхватит инфекцию и заболеет– она добивается того, чтобы ее записали на занятия гимнастикой и научили кататься на лыжах. Отец считает, что образование девушкам ни к чему и настраивает дочь на то, что ее главное предназначение быть женой и матерью– она запоем читает книги и самостоятельно овладевает французским, английским и итальянским языками.
Свободолюбивая, жизнерадостная непоседа с острым умом и неиссякаемым любопытством.
Он родился тоже в Мюнхене, на семь лет раньше нее. Старший из девяти детей в зажиточной еврейской семье. Отец- владелец крупной, доставшейся ему по наследству фабрики по производству маргарина, но бизнесмен он больше по необходимости, а в душе- раввин, тал*цензура*ст, коллекционер еврейских книг. Властная, эмоционально холодная мать. Строгая религиозность дома. Начальная еврейская школа, частные уроки Торы на дому, гимназия.
У него выдающиеся способности к учебе, острый ум, усердие, умение сконцентрироваться. Он лучший ученик по всем предметам, кроме физкультуры. Он необщителен, замкнут, застенчив, у него нет друзей, он переживает из-за своего невысокого роста.
Он хочет уединения, а дома слишком шумно: раввины, которые приходят к отцу по вечерам для толкования священных текстов, прислуга, восемь братьев и сестер, их многочисленные друзья (которых можно приглашать домой, а ходить к ним в гости нельзя- родители боятся, что там накормят некошерной едой). Его тяготит ортодоксальный уклад дома: подъем на рассвете на утреннюю молитву, ношение веревочек-цицит, которые выглядывают у него из-под одежды и вызывают вопросы одноклассников…
Мюнхенский и Берлинский университеты, где он изучает литературу, философию и антропологию.
Напряженная, строгая атмосфера дома все больше тяготит его. Он ощущает себя евреем, но демонстративно отходит от религии. Он защищает докторскую диссертацию, пробует себя в литературе, отказывается от родительских денег, зарабатывает на жизнь репетиторством, пишет рецензии на театральные постановки, снимает тесную квартирку на чердаке без элементарных удобств. Это его бунт, протест.
Они познакомились в 1909 году, на вечеринке, которую организовала его сестра. Ему- 25, ей- 18. Их представили друг другу. Она знала о его репутации бунтаря, «паршивой овцы в семье», но перед ней щуплый, бледный, невысокий молодой человек богемного вида- она заинтригована. Он говорит, что рад знакомству и тут же, глядя на ее иссиня-черные волосы, добавляет, что вообще-то ему нравятся блондинки. Не самое лучшее начало.
Вскоре после этого посыльный доставляет ей домой букет фиалок- редкое чудо в морозный зимний день. К букету приложена записка: «В следующем выпуске журнала «Jugend» будет напечатана моя поэма. Я посвящаю ее Вам». Неплохо, неплохо..
Полгода они не видят друг друга.
Весной он путешествует по Италии- она получает от него красивую открытку из Флоренции.
Летом она уезжает с матерью в санаторий.
Осенью он ей позвонил. Они стали видеться: походы в театр, в оперу, прогулки по парку, первый поцелуй. Она приходит к нему домой, они становятся любовниками.
О браке они не думают, считая его пережитком прошлого, пустой формальностью. Два года длится их тайная любовная связь, пока однажды она не сообщает ему о том, что беременна. Он вызывает на разговор ее мать и признается в щекотливой ситуации. Нужно готовиться к свадьбе.
Ее родители рады предстоящему замужеству дочери- жених из богатой и уважаемой в городе семьи.
С его родителями сложнее. Его отец приходит к будущим сватам и с порога заявляет: «Мой сын- ничтожество. Если ваша дочь выбрала его себе в мужья, значит она такая же». Не самое лучшее начало…
Кто бы мог подумать, что они проживут вместе 46 лет, душа в душу…
Свадьба в старинном замке на берегу Боденского озера. Она в платье черного цвета, заметно беременная. Из гостей- только родители с обеих сторон и друг семьи в качестве свидетеля. Сразу после церемонии они отправляются в долгое путешествие по Швейцарии. В Лозанне у нее начинаются роды. Девочка рождается слабенькая, недоношенная. Она не может за ней ухаживать- лежит без сознания с родильной горячкой. Он мечется между ними. Проходят недели. Врачи говорят, что мать не выживет. Ее родителей вызывают на похороны. Она выкарабкивается, просит принести ей бульон. А дочь умирает, прожив два месяца. Больше детей у них не будет.
По совету врачей он увозит ее на Французскую Ривьеру, в более теплый климат. Он получил хороший задаток за будущий роман, у них есть деньги.. а потом денег как-то вдруг не стало..
Они переезжают туда, где дешевле. Почти два года они путешествуют: Сардиния, Калабрия, Сицилия, Тунис..
Они преодолевают огромные расстояния пешком, снимают чердаки, останавливаются на подворьях, спят на соломе, едят много фруктов, пьют козье молоко, накрошив в него черный хлеб, едят зажаренную на вертеле баранину..
Они приходят в себя..
Германия. Первая мировая война. Его забирают в армию, но вскоре отпускают по состоянию здоровья.
Он много работает: пишет пьесы, исторические романы, эссе, рассказы. К нему приходит известность.
1933 год, у власти в Германии национал-социалисты во главе с Гитлером. Он пишет мощный антифашистский роман и тут же становится врагом режима. Он путешествует по США с лекционным туром, когда его лишают гражданства Германии. Его дом в Берлине разгромлен, имущество конфисковано. Его докторская степень аннулирована. Его книги изъяты из библиотек и магазинов, их публично сжигают на площадях городов. В Германию ему путь закрыт.
Они поселились в городке Санари-сюр-Мер на юге Франции- «столице» немецкой эмиграции того времени, куда бежали многие его коллеги и друзья.
Они не знают, что они в ловушке, которая скоро захлопнется.
1 сентября 1939 начинается Вторая мировая война.
В декабре 1939 французы арестовывают его как немца, представителя враждебной страны, но вскоре отпускают.
События развиваются быстро.
Летом 1940 Франция уже захвачена нацистами, и его снова арестовывают- уже не как немца, а как еврея. Его помещают в лагерь, из которого- это ясно- так просто его на этот раз не выпустят..
Она понимает, что нужно действовать, и действовать быстро. Она пишет всем знаменитым и влиятельным людям, которых она знала в Европе и в Америке (включая Элеонору Рузвельт). Она мчится в Марсель, в американский консулат, добивается личного приема у заместителя консула Майлса Стэндиша, плачет и умоляет спасти мужа. Заместитель консула знаком с его произведениями и обещает помочь.
Лагерь «Гюрс» недалеко от французского города Ним. Он измученный и больной. Раз в неделю заключенных водят мыться на речку недалеко от лагеря.
21 июля 1940 года.
Его вместе с другими заключенными ведут купаться. Проходящая мимо женщина вкладывает ему в руку записку. В ней почерком жены написано: «Ничего не говори, ничего не спрашивай, просто выполняй». Недалеко от реки стоит машина, водитель подает ему сигнал, он-полуголый, в одних трусах- прыгает в машину, водитель нажимает на газ.
На заднем сиденье- Майлс Стэндиш, протягивает ему платье, косынку, приказывает переодеться и надеть солнечные очки. Машину с посольскими номерами все же останавливают, Стэндиш протягивает свои документы и, указав на «даму» в платке, говорит, что это его теща. Их пропускают.
Через два часа они добираются до Марселя. В доме сотрудника американского консульства его ждет жена.
Это лишь первый этап их спасения. Благодаря личному содействию Элеоноры Рузвельт они получили въездные визы в Америку. Она- на свое имя, он- на имя в выданном ему фальшивом паспорте. Дальнейший план был разработан журналистом Варианом Фраем из Комитета по спасению интеллектуалов Европы и реализован при помощи семьи Шарп из церкви квакеров, которые помогли беглецам перейти через Пиренеи в Испанию, а оттуда, с большими сложностями, посадили их на пароход, направляющийся в Америку.
5 октября 1940 года, под вспышки фотокамер встречавших их репортеров, они вышли на берег Нью-Йорка…
Они поселились в Пасифик-Палисейдс, живописном районе Лос-Анджелеса. Они в раю. Роскошная вилла «Аврора» на холме, с видом на океан- здесь он напишет свои лучшие произведения.
У них нет недостатка в деньгах. Его произведения выходят большими тиражами, по ним снимают фильмы. У него мировая известность. Он собирает в новом доме богатейшую коллекцию книг. Марта печет свои знаменитые яблочные штрудели. У них постоянно гостят друзья: Генрих Манн, Чарли Чаплин, Бертольд Брехт, Игорь Стравинский, вдова Густава Малера Альма…
А вечерами они сидят на террасе своей виллы, смотрят на кроваво-красные закаты и думают о том, что там, за океаном, война, кровь и смерть..
Они ждут рассвета.
Война закончилась. После долгой ночи наступил рассвет.
Начало 1950х, разгар эпохи маккартизма. Его вызывают на допрос в ФБР и обвиняют в симпатиях к коммунистам. Подозрения возникли не на пустом месте. В 1937 году он был в СССР, встречался со Сталиным и написал поразительную по своей слепоте книгу, восхваляющую диктатора. Позорная страница его биографии.
Он все отрицает, но подозрения в силе.
Ему отказывают в получении гражданства. Он боится выезжать за пределы страны, опасаясь, что его не впустят обратно. Он доживает свою жизнь узником роскошной калифорнийской виллы.
На вопрос журналиста, кем он себя ощущает, он отвечает: «По языку я- немец. По взглядам- человек мира. Душой я еврей».
Последнее прошение на получение гражданства он подает в декабре 1958 года– за неделю до смерти.
И гражданство будет им даровано- через два дня после его смерти его вдова получила письмо-извещение.
Он ушел в вечность человеком мира.
Она осталась одна.
Ее часто видели в Лос-Анджелесе: на концертах и выставках, на лекциях и благотворительных мероприятиях. Ее трудно было не заметить: очень пожилая женщина с королевской осанкой, в длинном черном платье-кимоно, с гладко зачесанными, собранными в хвост седыми волосами.
Она умерла в 1987 году в возрасте 96 лет, пережив его на 29 лет.
Он- немецкий писатель Лион Фейхтвангер.
Она- Марта Фейхтвангер, его жена.
©️Maya Zeleny
Она могла бы вырасти робкой, боязливой и инфантильной марионеткой в руках родителей, но это не ее история. Она родилась непокорной бунтаркой с живым и независимым нравом. Мать пытается ограничить ее контакты с внешним миром из опасений, что дочь подхватит инфекцию и заболеет– она добивается того, чтобы ее записали на занятия гимнастикой и научили кататься на лыжах. Отец считает, что образование девушкам ни к чему и настраивает дочь на то, что ее главное предназначение быть женой и матерью– она запоем читает книги и самостоятельно овладевает французским, английским и итальянским языками.
Свободолюбивая, жизнерадостная непоседа с острым умом и неиссякаемым любопытством.
Он родился тоже в Мюнхене, на семь лет раньше нее. Старший из девяти детей в зажиточной еврейской семье. Отец- владелец крупной, доставшейся ему по наследству фабрики по производству маргарина, но бизнесмен он больше по необходимости, а в душе- раввин, тал*цензура*ст, коллекционер еврейских книг. Властная, эмоционально холодная мать. Строгая религиозность дома. Начальная еврейская школа, частные уроки Торы на дому, гимназия.
У него выдающиеся способности к учебе, острый ум, усердие, умение сконцентрироваться. Он лучший ученик по всем предметам, кроме физкультуры. Он необщителен, замкнут, застенчив, у него нет друзей, он переживает из-за своего невысокого роста.
Он хочет уединения, а дома слишком шумно: раввины, которые приходят к отцу по вечерам для толкования священных текстов, прислуга, восемь братьев и сестер, их многочисленные друзья (которых можно приглашать домой, а ходить к ним в гости нельзя- родители боятся, что там накормят некошерной едой). Его тяготит ортодоксальный уклад дома: подъем на рассвете на утреннюю молитву, ношение веревочек-цицит, которые выглядывают у него из-под одежды и вызывают вопросы одноклассников…
Мюнхенский и Берлинский университеты, где он изучает литературу, философию и антропологию.
Напряженная, строгая атмосфера дома все больше тяготит его. Он ощущает себя евреем, но демонстративно отходит от религии. Он защищает докторскую диссертацию, пробует себя в литературе, отказывается от родительских денег, зарабатывает на жизнь репетиторством, пишет рецензии на театральные постановки, снимает тесную квартирку на чердаке без элементарных удобств. Это его бунт, протест.
Они познакомились в 1909 году, на вечеринке, которую организовала его сестра. Ему- 25, ей- 18. Их представили друг другу. Она знала о его репутации бунтаря, «паршивой овцы в семье», но перед ней щуплый, бледный, невысокий молодой человек богемного вида- она заинтригована. Он говорит, что рад знакомству и тут же, глядя на ее иссиня-черные волосы, добавляет, что вообще-то ему нравятся блондинки. Не самое лучшее начало.
Вскоре после этого посыльный доставляет ей домой букет фиалок- редкое чудо в морозный зимний день. К букету приложена записка: «В следующем выпуске журнала «Jugend» будет напечатана моя поэма. Я посвящаю ее Вам». Неплохо, неплохо..
Полгода они не видят друг друга.
Весной он путешествует по Италии- она получает от него красивую открытку из Флоренции.
Летом она уезжает с матерью в санаторий.
Осенью он ей позвонил. Они стали видеться: походы в театр, в оперу, прогулки по парку, первый поцелуй. Она приходит к нему домой, они становятся любовниками.
О браке они не думают, считая его пережитком прошлого, пустой формальностью. Два года длится их тайная любовная связь, пока однажды она не сообщает ему о том, что беременна. Он вызывает на разговор ее мать и признается в щекотливой ситуации. Нужно готовиться к свадьбе.
Ее родители рады предстоящему замужеству дочери- жених из богатой и уважаемой в городе семьи.
С его родителями сложнее. Его отец приходит к будущим сватам и с порога заявляет: «Мой сын- ничтожество. Если ваша дочь выбрала его себе в мужья, значит она такая же». Не самое лучшее начало…
Кто бы мог подумать, что они проживут вместе 46 лет, душа в душу…
Свадьба в старинном замке на берегу Боденского озера. Она в платье черного цвета, заметно беременная. Из гостей- только родители с обеих сторон и друг семьи в качестве свидетеля. Сразу после церемонии они отправляются в долгое путешествие по Швейцарии. В Лозанне у нее начинаются роды. Девочка рождается слабенькая, недоношенная. Она не может за ней ухаживать- лежит без сознания с родильной горячкой. Он мечется между ними. Проходят недели. Врачи говорят, что мать не выживет. Ее родителей вызывают на похороны. Она выкарабкивается, просит принести ей бульон. А дочь умирает, прожив два месяца. Больше детей у них не будет.
По совету врачей он увозит ее на Французскую Ривьеру, в более теплый климат. Он получил хороший задаток за будущий роман, у них есть деньги.. а потом денег как-то вдруг не стало..
Они переезжают туда, где дешевле. Почти два года они путешествуют: Сардиния, Калабрия, Сицилия, Тунис..
Они преодолевают огромные расстояния пешком, снимают чердаки, останавливаются на подворьях, спят на соломе, едят много фруктов, пьют козье молоко, накрошив в него черный хлеб, едят зажаренную на вертеле баранину..
Они приходят в себя..
Германия. Первая мировая война. Его забирают в армию, но вскоре отпускают по состоянию здоровья.
Он много работает: пишет пьесы, исторические романы, эссе, рассказы. К нему приходит известность.
1933 год, у власти в Германии национал-социалисты во главе с Гитлером. Он пишет мощный антифашистский роман и тут же становится врагом режима. Он путешествует по США с лекционным туром, когда его лишают гражданства Германии. Его дом в Берлине разгромлен, имущество конфисковано. Его докторская степень аннулирована. Его книги изъяты из библиотек и магазинов, их публично сжигают на площадях городов. В Германию ему путь закрыт.
Они поселились в городке Санари-сюр-Мер на юге Франции- «столице» немецкой эмиграции того времени, куда бежали многие его коллеги и друзья.
Они не знают, что они в ловушке, которая скоро захлопнется.
1 сентября 1939 начинается Вторая мировая война.
В декабре 1939 французы арестовывают его как немца, представителя враждебной страны, но вскоре отпускают.
События развиваются быстро.
Летом 1940 Франция уже захвачена нацистами, и его снова арестовывают- уже не как немца, а как еврея. Его помещают в лагерь, из которого- это ясно- так просто его на этот раз не выпустят..
Она понимает, что нужно действовать, и действовать быстро. Она пишет всем знаменитым и влиятельным людям, которых она знала в Европе и в Америке (включая Элеонору Рузвельт). Она мчится в Марсель, в американский консулат, добивается личного приема у заместителя консула Майлса Стэндиша, плачет и умоляет спасти мужа. Заместитель консула знаком с его произведениями и обещает помочь.
Лагерь «Гюрс» недалеко от французского города Ним. Он измученный и больной. Раз в неделю заключенных водят мыться на речку недалеко от лагеря.
21 июля 1940 года.
Его вместе с другими заключенными ведут купаться. Проходящая мимо женщина вкладывает ему в руку записку. В ней почерком жены написано: «Ничего не говори, ничего не спрашивай, просто выполняй». Недалеко от реки стоит машина, водитель подает ему сигнал, он-полуголый, в одних трусах- прыгает в машину, водитель нажимает на газ.
На заднем сиденье- Майлс Стэндиш, протягивает ему платье, косынку, приказывает переодеться и надеть солнечные очки. Машину с посольскими номерами все же останавливают, Стэндиш протягивает свои документы и, указав на «даму» в платке, говорит, что это его теща. Их пропускают.
Через два часа они добираются до Марселя. В доме сотрудника американского консульства его ждет жена.
Это лишь первый этап их спасения. Благодаря личному содействию Элеоноры Рузвельт они получили въездные визы в Америку. Она- на свое имя, он- на имя в выданном ему фальшивом паспорте. Дальнейший план был разработан журналистом Варианом Фраем из Комитета по спасению интеллектуалов Европы и реализован при помощи семьи Шарп из церкви квакеров, которые помогли беглецам перейти через Пиренеи в Испанию, а оттуда, с большими сложностями, посадили их на пароход, направляющийся в Америку.
5 октября 1940 года, под вспышки фотокамер встречавших их репортеров, они вышли на берег Нью-Йорка…
Они поселились в Пасифик-Палисейдс, живописном районе Лос-Анджелеса. Они в раю. Роскошная вилла «Аврора» на холме, с видом на океан- здесь он напишет свои лучшие произведения.
У них нет недостатка в деньгах. Его произведения выходят большими тиражами, по ним снимают фильмы. У него мировая известность. Он собирает в новом доме богатейшую коллекцию книг. Марта печет свои знаменитые яблочные штрудели. У них постоянно гостят друзья: Генрих Манн, Чарли Чаплин, Бертольд Брехт, Игорь Стравинский, вдова Густава Малера Альма…
А вечерами они сидят на террасе своей виллы, смотрят на кроваво-красные закаты и думают о том, что там, за океаном, война, кровь и смерть..
Они ждут рассвета.
Война закончилась. После долгой ночи наступил рассвет.
Начало 1950х, разгар эпохи маккартизма. Его вызывают на допрос в ФБР и обвиняют в симпатиях к коммунистам. Подозрения возникли не на пустом месте. В 1937 году он был в СССР, встречался со Сталиным и написал поразительную по своей слепоте книгу, восхваляющую диктатора. Позорная страница его биографии.
Он все отрицает, но подозрения в силе.
Ему отказывают в получении гражданства. Он боится выезжать за пределы страны, опасаясь, что его не впустят обратно. Он доживает свою жизнь узником роскошной калифорнийской виллы.
На вопрос журналиста, кем он себя ощущает, он отвечает: «По языку я- немец. По взглядам- человек мира. Душой я еврей».
Последнее прошение на получение гражданства он подает в декабре 1958 года– за неделю до смерти.
И гражданство будет им даровано- через два дня после его смерти его вдова получила письмо-извещение.
Он ушел в вечность человеком мира.
Она осталась одна.
Ее часто видели в Лос-Анджелесе: на концертах и выставках, на лекциях и благотворительных мероприятиях. Ее трудно было не заметить: очень пожилая женщина с королевской осанкой, в длинном черном платье-кимоно, с гладко зачесанными, собранными в хвост седыми волосами.
Она умерла в 1987 году в возрасте 96 лет, пережив его на 29 лет.
Он- немецкий писатель Лион Фейхтвангер.
Она- Марта Фейхтвангер, его жена.
©️Maya Zeleny
Цитата(Айя-Софи @ 16.01.2024 - 5:27)
Дорик Тупотилов
Ты уповаешь на ,,Богородицу,,??)
По-моему,всё проще…в то время было очень мало женщин пол 180 см ростом)))
Ты уповаешь на ,,Богородицу,,??)
По-моему,всё проще…в то время было очень мало женщин пол 180 см ростом)))
А я о другом подумала…
Великая Ахматова, была недоступна простым людям…. повальная неграмотность еще каких то 100 лет назад…
Цитата(Айя-Софи @ 18.01.2024 - 8:44)
мне грустно,Дорик,что ты такой недалекий,а потому такими же недалекими юзерами внушаемый
тебе приятно написать человеку гадость, только потому, что чувствуешь себя необразованной по сравнению с ним? мда....
Цитата(Айя-Софи @ 18.01.2024 - 8:44)
Ахматова..Эта женщина-с огромными дырами в ментальном теле)))…
ты же не сторонница метафизики..
а вообще кощунство написать такое о женщине с такой страшной судьбой...дура ты Софа
Цитата(Дорик Тупотилов @ 19.01.2024 - 5:41)
Смерть Рубцова в этот день, от руки любимой, его, написанная за год до этого, строка: "я умру в крещенские морозы" - это мистически волнует как-то.
Предвидение? А оно есть?
По теории вероятности, подброшенная вверх монета может прилично много раз подряд лечь на решку. А можно случайно предсказать время и день смерти. И это завораживает.
Замерзают мои георгины,
И последние ночи близки.
И на комья желтеющей глины
За ограду летят лепестки…
В тридцать с чем-то так чувствовать затылком дыхание горбатой. Не кокетничать темой, а чувствовать, живя без кожи, нервами наружу.
Предвидение? А оно есть?
По теории вероятности, подброшенная вверх монета может прилично много раз подряд лечь на решку. А можно случайно предсказать время и день смерти. И это завораживает.
Замерзают мои георгины,
И последние ночи близки.
И на комья желтеющей глины
За ограду летят лепестки…
В тридцать с чем-то так чувствовать затылком дыхание горбатой. Не кокетничать темой, а чувствовать, живя без кожи, нервами наружу.
у поэтов очень много провидческого.
да, что там у поэтов... у меня тоже есть стихи, которые теперь абсолютно провидческие, а когда их писала, о такой ситуации относительно себя, даже не думала...
Цитата
Все наши формулировки это разнообразные ожившие тени, отбрасываемые тем, что мы читаем, и ни одна наша удачная фраза никогда не является собственно нашей.
В ней нет ничего собственно нашего, кроме некоего лёгкого изменения, порождённого нашим темпераментом, характером, окружением, образованием и ассоциациями.
Это лёгкое изменение и отличает нашу фразу от манеры высказывания другого человека, отмечает её нашим особым стилем и делает на данный момент нашей собственной.
Всё остальное из неё является старым и несущим в себе дыхание тысяч поколений тех, которые пропустили его через свои уста до нас.
© Марк Твен
В ней нет ничего собственно нашего, кроме некоего лёгкого изменения, порождённого нашим темпераментом, характером, окружением, образованием и ассоциациями.
Это лёгкое изменение и отличает нашу фразу от манеры высказывания другого человека, отмечает её нашим особым стилем и делает на данный момент нашей собственной.
Всё остальное из неё является старым и несущим в себе дыхание тысяч поколений тех, которые пропустили его через свои уста до нас.
© Марк Твен
Цитата
У нас есть удивительное слово – "выпимши". По форме деепричастие, по сути – состояние. Состояние особое. Не бухой, не в хлам, не в говно – просто выпимши. В этом слове – лёгкая грамматическая тоска. "Ой, я малость выпимши". То есть констатирую свершившийся факт, который имел протяжённость во времени. Выпивал перед тем как. То есть уже не пью, закончил, что само по себе печально.
Конструкция совершенно безграмотная, но кому до Розенталя в таком смятении? В этом слове так много фонетической нежности. "Мой вчера пришёл выпимши". Звучит не как приговор, а любовно. Это значит, что шутил, глупо смеялся, два раза плечом задел сервант, но в целом – ничего страшного, отчего мужику не выпить. И конечно, в этом слове такое русское семантическое поле. Подмосковные вечера, одинокая гармонь, клён опавший, ромашки спрятались, шумел камыш, ямщик замёрз.
Когда я предстану перед Господом, и он спросит, что ж я так себя дурно вёл – отвечу: "Извини, был выпимши". Он усмехнётся, Он поймёт.
© Алексей Беляков
Конструкция совершенно безграмотная, но кому до Розенталя в таком смятении? В этом слове так много фонетической нежности. "Мой вчера пришёл выпимши". Звучит не как приговор, а любовно. Это значит, что шутил, глупо смеялся, два раза плечом задел сервант, но в целом – ничего страшного, отчего мужику не выпить. И конечно, в этом слове такое русское семантическое поле. Подмосковные вечера, одинокая гармонь, клён опавший, ромашки спрятались, шумел камыш, ямщик замёрз.
Когда я предстану перед Господом, и он спросит, что ж я так себя дурно вёл – отвечу: "Извини, был выпимши". Он усмехнётся, Он поймёт.
© Алексей Беляков
Дориус, ты уже посмотрел нового "Мастера и Маргариту"?
Цитата(Двойник @ 5.02.2024 - 19:05)
Дориус, ты уже посмотрел нового "Мастера и Маргариту"?
Пока нет. Но обязательно. Нет его пока по платным подпискам. А ты?
Цитата(Дорик Тупотилов @ 6.02.2024 - 6:02)
Пока нет. Но обязательно. Нет его пока по платным подпискам. А ты?
Посмотрела
В расстройстве. Я жуткий ретроград, когда касается любимых книг, любимых героев. Да, красиво, да, имеют право на свое видение, но жаль, что за этим упущена глубина МиМ. Кино о плохом СССР, цензуре и сложном соитии писательства и политики
Много чего хотела написать, но боюсь спойлерить
Цитата(Двойник @ 6.02.2024 - 11:33)
Кино о плохом СССР, цензуре и сложном соитии писательства и политики.
Интересное определение тогдашнего процесса...
Удалось ли при этом в конце концов достичь экстаза? Вот, в чём вопрос...
Почерк у Блока ровный, красивый, четкий. Пишет он не торопясь, уверенно, твердо. Отличное перо (у Блока все письменные принадлежности отборные) плавно движется по плотной бумаге. В до блеска протëртых окнах — широкий вид. В квартире тишина. В шкапу, за зелёными занавесками, ряд бутылок, пробочник, стаканы…
— Откуда в тебе это, Саша? — спросил однажды Чулков, никак не могший привыкнуть к блоковской методичности. — Немецкая кровь, что ли?
И передавал удивительный ответ Блока: — Немецкая кровь? Не думаю. Скорее — самозащита от хаоса.
© Георгий Иванов
Цитата(Гуманоид @ 6.02.2024 - 13:28)
Интересное определение тогдашнего процесса...
Удалось ли при этом в конце концов достичь экстаза? Вот, в чём вопрос...
Удалось ли при этом в конце концов достичь экстаза? Вот, в чём вопрос...
Да,удалось несомненно.
Там панорамный пожар в Москве.
Цитата(Ajax @ 6.02.2024 - 17:11)
Да, удалось несомненно.
Там панорамный пожар в Москве.
Там панорамный пожар в Москве.
Понял. Тогда экстаз был достигнут однозначно. Потому что все бегали в экстазе, туша пожар...
Цитата
К писателю Алексею Толстому где-то в конце тридцатых пришел знакомый. Говорит:
— Что за страна, что за люди! Ехал в трамвае — унылые, испуганные физиономии, ни шутки, ни смеха, ни веселого слова.
— Не знаю, — отвечает Толстой. — Не замечал. Наоборот, всегда видел веселые, довольные лица, смех, улыбки, оживление.
Помолчал и добавил: — Так и передайте.
— Что за страна, что за люди! Ехал в трамвае — унылые, испуганные физиономии, ни шутки, ни смеха, ни веселого слова.
— Не знаю, — отвечает Толстой. — Не замечал. Наоборот, всегда видел веселые, довольные лица, смех, улыбки, оживление.
Помолчал и добавил: — Так и передайте.
Я прочитал, что все мои герои - неврастеники. А что на земле сволочная жизнь - это снимается со счёта. Но бык на арене тоже неврастеник, а на лугу он - здоровый парень, вот ведь в чем дело.
©
©
Забавно, что автора изречения про быка на арене в детстве мама наряжала в платюшко и представляла гостям девочкой Эрнестиной. А старина Хем вырос и стал воплощением мужественности. А другая мама, Джейн Франческа, мама Уайльда, тоже подобным образом развлекалась, наряжая девочкой маленького сына. Но Оскар предпочел стать геем)
Вот и подумаешь, что важнее в формировании личности - наследственность (гены и чебурашки), среда или воспитание.
Вот и подумаешь, что важнее в формировании личности - наследственность (гены и чебурашки), среда или воспитание.
ты о чём?
что быковать по жизни хорошо?
уже другой колокол грянул.хотя может и тот же.
что быковать по жизни хорошо?
уже другой колокол грянул.хотя может и тот же.
Цитата(Дорик Тупотилов @ 20.04.2024 - 16:29)
Вот и подумаешь, что важнее в формировании личности - наследственность (гены и чебурашки), среда или воспитание.
В формировании личности важнее всего база - уровень развитости души, которая пришла в воплощение из духовного мира, степень достигнутого ей в прошлых жизнях совершенства. Все остальное - надстройка над базой. Наработанный душой опыт (база+надстройка), после развоплощения и перед новым её заездом, будет переработан и надлежаще учтен в новой редакции базы. Так, вот, души постепенно развиваются и совершенствуются...
Цитата(Гуманоид @ 20.04.2024 - 18:58)
В формировании личности важнее всего база - уровень развитости души, которая пришла в воплощение из духовного мира, степень достигнутого ей в прошлых жизнях совершенства. Все остальное - надстройка над базой. Наработанный душой опыт (база+надстройка), после развоплощения и перед новым её заездом, будет переработан и надлежаще учтен в новой редакции базы. Так, вот, души постепенно развиваются и совершенствуются...
Игорь, при всем уважении к вашим религиозным и духовным практикам: психология, социология и педагогика ничего не знают про воплощения и перевоплощения и про их влияние на формирование и развитие личности. А если бы узнали, стали популяризировать и использовать, перестали бы быть собственно наукой.
Цитата(Дорик Тупотилов @ 21.04.2024 - 5:19)
Игорь, при всем уважении к вашим религиозным и духовным практикам: психология, социология и педагогика ничего не знают про воплощения и перевоплощения и про их влияние на формирование и развитие личности. А если бы узнали, стали популяризировать и использовать, перестали бы быть собственно наукой.
Порадуемся за земную науку - у неё еще столько интересного впереди, столько ей еще предстоит всякого поузнавать! Будем считать, что я вам слегка приоткрыл завесу в будущее...
Цитата(Дорик Тупотилов @ 21.04.2024 - 6:19)
Игорь, при всем уважении к вашим религиозным и духовным практикам: психология, социология и педагогика ничего не знают про воплощения и перевоплощения и про их влияние на формирование и развитие личности. А если бы узнали, стали популяризировать и использовать, перестали бы быть собственно наукой.
Дорик, с гендерной идентичность и гендерной ролью бы разобраться. Первое по моему мнению не имеет отношения к формированию личности, только второе.
Это переводчица Тамара Николаевна Гладыревская, внучка Салтыкова-Щедрина, дочь его дочери Лизы.
Арестована НКВД за участие в вымышленной контрреволюционной националистической организации и приговорена к десяти годам без права переписки, а на самом деле расстреляна почти сразу после приговора на печально знаменитом Бутовском полигоне.
Органами в тот год проводилась так называемая "польская операция", когда было арестовано и расстреляно около ста тысяч проживавших в СССР этнических поляков, объявленных польскими шпионами и врагами народа. Поляком был отец Тамары.
Реабилитирована за отсутствием состава преступления после смерти Сталина.
А вот мороженко кому.
А вы ноктюрн сыграть смогли бы
На флейте водосточных труб?
А вы лизнуть меня могли бы,
Не отморозив ваших губ?
©
А вы ноктюрн сыграть смогли бы
На флейте водосточных труб?
А вы лизнуть меня могли бы,
Не отморозив ваших губ?
©
Мэрилин лучше сохранилась.
— Мы вчера выпили две бутылки виски, вино, абсент, а ты все равно встаешь на рассвете и пишешь.
— Писать – это как месса. Господь сердится, если тебя нет на месте.
© Эрнст Хемингуэй
...встаёшь и пишешь на форуме в чате)
Цитата(Дорик Тупотилов @ 23.05.2024 - 14:04)
— Мы вчера выпили две бутылки виски, вино, абсент, а ты все равно встаешь на рассвете и пишешь.
— Писать – это как месса. Господь сердится, если тебя нет на месте.
© Эрнст Хемингуэй
...встаёшь и пишешь на форуме в чате)
Ха-ха! Точно! ))
Цитата
"Я русский, я иду до конца. Я русский! Всему миру назло!" - поет певец Shaman и сам небось не подозревает, какой силы диагностика кроется за текстом, который он берет в рот. Диагностика - и типология.
- Мы выиграли! Сосите все! - кричал юный (наш, разумеется) чемпион мира по хоккею в Баффало, лет пятнадцать назад.
- Х∗й вам! - кричал в телекамеры футболист Евсеев после выигрыша у, прости господи, Уэльса...
Откуда эта навязчивая мысль, идущая сквозь поколения? Как связана победа в соревновании с требованием сосать, причём непременно всем? Почему мы побеждаем - назло? И отчего именно это так вштыривает несчастных любителей спорта? Почему бы не быть русским - на радость миру? Ну, вот как Барышников, например? Или Кисин? Или Кисин, в этом контексте, уже не русский?
Как много попутных вопросов, и как страшно на них отвечать.
Ну и, конечно, это "иду до конца", насмерть привязанное к национальной идентификации... Что за навязчивый бред? Почему именно неспособность остановиться, почесать репу и признать ошибку делает нас истинно русскими и наполняет такой гордостью?
Дай ответ, Русь. Не даёт ответа.
Но только так, и именно насмерть - и наш самоубийственный двадцатый век (не приходя в сознание, перешедший в двадцать первый) тому порука. До конца! Вектор значения не имеет - главное не сворачивать, тогда ты свой.
"Я русский, я подожду", - как ответил мне суровый мужчина у запертой двери самолетного туалета, когда я предложил ему пройти в освободившуюся кабинку по соседству.
Обоссаться, но не отступить. Национальная идея, однако.
Так и стоим, поражая мир настойчивым запахом.
Мир, конечно, уже отшатнулся и отошёл подальше (кроме тех, которым некуда отойти), и мы же первые и нюхаем все это - но, кажется, вполне договорились сами с собой, что запах хорош. Ну вот и ладушки.
Детей только жалко.
- Мы выиграли! Сосите все! - кричал юный (наш, разумеется) чемпион мира по хоккею в Баффало, лет пятнадцать назад.
- Х∗й вам! - кричал в телекамеры футболист Евсеев после выигрыша у, прости господи, Уэльса...
Откуда эта навязчивая мысль, идущая сквозь поколения? Как связана победа в соревновании с требованием сосать, причём непременно всем? Почему мы побеждаем - назло? И отчего именно это так вштыривает несчастных любителей спорта? Почему бы не быть русским - на радость миру? Ну, вот как Барышников, например? Или Кисин? Или Кисин, в этом контексте, уже не русский?
Как много попутных вопросов, и как страшно на них отвечать.
Ну и, конечно, это "иду до конца", насмерть привязанное к национальной идентификации... Что за навязчивый бред? Почему именно неспособность остановиться, почесать репу и признать ошибку делает нас истинно русскими и наполняет такой гордостью?
Дай ответ, Русь. Не даёт ответа.
Но только так, и именно насмерть - и наш самоубийственный двадцатый век (не приходя в сознание, перешедший в двадцать первый) тому порука. До конца! Вектор значения не имеет - главное не сворачивать, тогда ты свой.
"Я русский, я подожду", - как ответил мне суровый мужчина у запертой двери самолетного туалета, когда я предложил ему пройти в освободившуюся кабинку по соседству.
Обоссаться, но не отступить. Национальная идея, однако.
Так и стоим, поражая мир настойчивым запахом.
Мир, конечно, уже отшатнулся и отошёл подальше (кроме тех, которым некуда отойти), и мы же первые и нюхаем все это - но, кажется, вполне договорились сами с собой, что запах хорош. Ну вот и ладушки.
Детей только жалко.
Здесь процитирован иностранный агент Шендерович Виктор Анатольевич, враг народа, враг рода человеческого, позор еврейского народа, террорист, экстремист, писатель и журналист.
Срочно сообщите мне, что Шендерович занимался сексом с матрасом в номере отеля, что было зафиксировано установленной ФСБ скрытой камерой и вброшено в сеть для его (не матраса) дискредитации. Потому что это - секс с матрасом - сразу отменит, сделает неправдой всё, что Шендерович здесь наговорил.
Цитата(Дорик Тупотилов @ 24.07.2024 - 7:50)
Здесь процитирован иностранный агент Шендерович Виктор Анатольевич, враг народа, враг рода человеческого, позор еврейского народа, террорист, экстремист, писатель и журналист.
Срочно сообщите мне, что Шендерович занимался сексом с матрасом в номере отеля, что было зафиксировано установленной ФСБ скрытой камерой и вброшено в сеть для его (не матраса) дискредитации. Потому что это - секс с матрасом - сразу отменит, сделает неправдой всё, что Шендерович здесь наговорил.
Срочно сообщите мне, что Шендерович занимался сексом с матрасом в номере отеля, что было зафиксировано установленной ФСБ скрытой камерой и вброшено в сеть для его (не матраса) дискредитации. Потому что это - секс с матрасом - сразу отменит, сделает неправдой всё, что Шендерович здесь наговорил.
в Вильнюсе(!) украинцы(!) облили классика кетчупом.
Из дневника Михаила Пришвина, апрель 1924: "Моя матушка любила по приезде своём в Москву первым делом купить калачей, коробку зернистой икры, немного луку и свежих огурцов. Намазав на половинку калача зернистую икру, она посыпала её мелко нарезанным зелёным луком, закрывала это другой половинкой и ела, прикусывая, охлаждая икру с луком холодными сочными огурцами".
Отчаянно нуждалась мама Пришвина, получается. Денег хватало только на икру...
Отчаянно нуждалась мама Пришвина, получается. Денег хватало только на икру...
Дорик Тупотилов
??? 
,, Когда маленькому Мише исполнилось всего семь лет, отец семейства крупно проигрался в карты, и для выплаты долга ему пришлось продать конный завод, заложить и перезаложить родовое имение. ,,
Ты,конечно,не в курсе,что есть богатые и бедные(условно)…
Цитата
Отчаянно нуждалась мама Пришвина, получается. Денег хватало только на икру...
???
,, Когда маленькому Мише исполнилось всего семь лет, отец семейства крупно проигрался в карты, и для выплаты долга ему пришлось продать конный завод, заложить и перезаложить родовое имение. ,,
Ты,конечно,не в курсе,что есть богатые и бедные(условно)…
а Чехов? Читали его дневники? "Замуж" вышел по расчету.
Из дневника Михаила Пришвина, апрель 1924: "Многие вещи против прежнего нынче совершенно никуда не годятся, и кто вырос теперь, не зная того старого, тому уже, значит, эта утрата совершенная, даже воображение не может нарисовать милый образ: взять хотя бы для примеру замечательные прежние наши московские филипповские калачи – ну, что это за роскошь, бывало, утром к чаю принесут горячий калач, полный, упругий и мягкий, как грудь молодой девушки. Аромат первейшей крупчатки так наполнит комнату, что вы, закрывши глаза, скажете: "Тут где-то пахнет филипповским калачом!"
Скажу, что тут где-то пахнет махровой антисоветчиной, восхвалением проклятого царизма и клеветой на советскую хлебобулочную промышленность. Ужос.
Скажу, что тут где-то пахнет махровой антисоветчиной, восхвалением проклятого царизма и клеветой на советскую хлебобулочную промышленность. Ужос.
Цитата(Дорик Тупотилов @ 3.08.2024 - 7:50)
Скажу, что тут где-то пахнет махровой антисоветчиной, восхвалением проклятого царизма и клеветой на советскую хлебобулочную промышленность. Ужос.
детством там пахнет)))дурень)))
Вообще.....смешны твои попытки опахабить строй и то время,когда творили мастера разного уровня))
Толстой(граф между прочим)...Пришвин,Чехов...
Да их полно..писателей и поэтов)..........
По большому счету эта вся когорта-вне политики(
(ничего не шарили они потому что.в большинстве своем))))
Цитата(Айя-Софи @ 3.08.2024 - 8:17)
детством там пахнет)))дурень)))
Вообще.....смешны твои попытки опахабить строй и то время,когда творили мастера разного уровня))
Толстой(граф между прочим)...Пришвин,Чехов...
Да их полно..писателей и поэтов)..........
По большому счету эта вся когорта-вне политики
(ничего не шарили они потому что.в большинстве своем)
Вообще.....смешны твои попытки опахабить строй и то время,когда творили мастера разного уровня))
Толстой(граф между прочим)...Пришвин,Чехов...
Да их полно..писателей и поэтов)..........
По большому счету эта вся когорта-вне политики
(ничего не шарили они потому что.в большинстве своем)
Дурень - это ты предельно мягко, конечно. Ценю твой такт. Опахабить - это что-то про пах?
Жаль, что эти письменники, вне политики которые, с тобой, во всём шарящей, знакомы не были. Ты б им в ноздрях заскорузлым-то провернула, провела политинформацию, научила бы родину и Путина любить. Но не судьба. Так и померли все в темноте и дремучести.
Для просмотра полной версии этой страницы, пожалуйста, пройдите по ссылке.