статья ..
3 марта 2015 года Палата представителей Ливии назначила Халифу Хафтара Верховным главнокомандующим вооруженными силами страны, присвоив ему звание генерал-лейтенанта и приведя к присяге. Таким образом, Хафтар, бывший военачальник Каддафи, принимавший активное участие в его свержении, стал одной из ключевых фигур в политической игре на ливийском поле. Несколько дней назад в издании The New Yorker была опубликована статья журналиста Джона Ли Андерсона, посетившего Хафтара еще перед началом решительного наступления, в ходе которого войска генерала освободили от исламистов значительные территории на востоке страны. «Лента.ру» предлагает вашему вниманию сокращенный перевод этой статьи.
В начале прошлого года генерал Хафтар Халифа покинул свой дом на севере Вирджинии, где прожил большую часть последних двух десятилетий, и вернулся в Триполи, чтобы в последний раз сразиться за власть над Ливией. Он успел повоевать на стороне почти каждой крупной группировки, участвующей в ливийском конфликте, и славится непревзойденным боевым опытом, а также крайне гибкими представлениями о личной преданности. Его штаб расположился на старой авиабазе в Зеленых горах — традиционном убежище повстанцев и мятежников. Свои силы Хафтар именует Ливийской национальной армией. Он пытается стать ливийским генералом Сиси, намереваясь уничтожить исламистов и принести в страну мир и стабильность на штыках преданной ему армии.
Когда я посещал базу Хафтара в декабре 2014 года, его войска находились в состоянии постоянной готовности. Генерал — одна из главных целей боевиков исламистской группировки «Рассвет Ливии». В июне прошлого года самоубийца на заминированном джипе взорвался возле его дома недалеко от Бенгази. Погибли четыре охранника, но поразить главную цель террорист не сумел. На базе принимаются усиленные меры безопасности, солдаты обыскивают посетителей и изымают у них оружие. Говорят, несколько месяцев назад на Хафтара было совершено новое покушение посредством взрывного устройства, спрятанного в телефоне, так что теперь охрана проверяет и мобильники тоже.
Хафтар встретил меня в безупречно обставленном офисе. Он отлично выглядит для своих 70 с небольшим, носит старомодные усы военного образца и хрустящую униформу цвета хаки. Скорее учитель на пенсии, а не тиран, поддерживаемый американцами, как его описывают враги. По словам Хафтара, после участия в восстании против Муаммара Каддафи в 2011 году он пытался найти себе место в новой ливийской политике, но не преуспел и вернулся в Вирджинию, «чтобы провести время с внуками». Оттуда он наблюдал, как череда слабых правительств все дальше загоняла Ливию в болото, а вооруженные группировки набирали силу. И налаживал контакты среди остатков ливийских вооруженных сил и гражданского общества, в племенных группах и в самом Триполи.
— Все говорили мне одно и то же, — рассказывал Хафтар. — «Нам нужен спаситель. Где же ты?» Я им отвечал: если народ меня поддержит, буду действовать. После того как по всей Ливии прошли демонстрации, на которых люди просили меня вмешаться, я понял, что ступаю на скользкий путь, ведущий к гибели, но шагнул на него с радостью.
Демонстрация в поддержку Хафтара в Бенгази, 23 мая 2014 года
Демонстрация в поддержку Хафтара в Бенгази, 23 мая 2014 года
Фото: Abdullah Doma / AFP
В речи Хафтара ощущалось самолюбование, смешанное с фатализмом. Но биография генерала гораздо запутаннее, чем он пытается представить. В 1969 году, будучи кадетом, Хафтар участвовал в устроенном Каддафи перевороте, помогал свергнуть ливийскую монархию и в конце концов стал одним из высших офицеров. «Он был мне сыном, — сказал как-то Каддафи в интервью. — А я ему был как духовный отец».
В 1987 году, когда Ливия воевала с Чадом за стратегически важный участок границы, Каддафи отправил Хафтара командовать войсками. Но вскоре база ливийцев была разгромлена: солдаты Чада убили тысячи ливийских бойцов, захватив в плен самого Хафтара и 400 его подчиненных. Каддафи публично отрекся от военнопленных, Хафтар пришел в ярость и призвал своих людей помочь ему в подготовке государственного переворота. В 1988 году он наладил контакты с Национальным фронтом спасения Ливии — оппозиционной организацией, базирующейся в Чаде и поддерживаемой ЦРУ. Вскоре после этого Хафтара выпустили из тюрьмы. Он планировал вторжение в Ливию, но Каддафи его упредил, устроив в Чаде переворот. ЦРУ пришлось эвакуировать генерала и 350 сторонников в Заир, а потом и в США.
Хафтару дали американское гражданство. Какое-то время он сотрудничал с ЦРУ и Фронтом спасения, разрабатывая заговор по свержению Каддафи. Попытка провалилась, некоторые из товарищей Хафтара были схвачены и казнены. После вторжения США в Ирак в 2003 году Каддафи, до того один из самых лютых врагов Америки, внезапно согласился отказаться от программы по разработке ядерного оружия и сделал шаги к сближению с Вашингтоном. В ЦРУ потеряли интерес к Хафтару, и, когда он вернулся в Ливию в марте 2011 года, ему пришлось действовать на свой страх и риск. Для генерала было очевидно, что наступление надо начинать на востоке.
— Бенгази — основная цитадель терроризма в Ливии, так что мы двинулись оттуда, — объяснял он.
Старая ливийская поговорка гласит, что все важное происходит в Бенгази. Именно там была провозглашена независимость страны, оттуда Каддафи затеял свой военный переворот, и там же в феврале 2011 года поднялось восстание против его режима. 11 сентября 2012 года в Бенгази толпа экстремистов атаковала здание американского консульства, убив четырех американцев, в том числе посла. После этого США свернули свое дипломатическое присутствие и отказались от участия в международных усилиях по восстановлению Ливии и развитию в стране демократии.
Халифа Хафтар (четвертый слева) на совещании в ходе боев за Бенгази
Фото: Reuters
После падения джамахирии в Ливии воцарился хаос. По улицам рыщут вооруженные отряды боевиков, обычным делом стали отключения электричества, бизнес умирает. Доходы от экспорта нефти, на которых держится бюджет, сократились более чем на 90 процентов, почти треть населения бежала в Тунис. Тиранию Каддафи сменила тирания опасной и всепроникающей нестабильности. Изначально было очевидно, что после краха режима отряды боевиков превратятся в проблему. Повстанческое движение представляло собой наспех слепленную коалицию различных группировок. Некоторые из них симпатизировали западным идеям, а другие мечтали о создании нового халифата.
В июле 2012 года прошли первые демократические выборы, победу на которых одержала широкая коалиция либералов и центристов. Был сформирован Всеобщий национальный конгресс. Несмотря на поражение, исламисты продолжали наращивать влияние. Вместо того чтобы создать для бывших повстанцев рабочие места и заставить их сложить оружие, правительство взяло их на гособеспечение и тем самым спровоцировало рост численности вооруженных отрядов. Участились нападения на граждан западных стран: в 2013 году в Бенгази был обстрелян автомобиль итальянской дипмиссии, а в Триполи взрыв заминированного автомобиля серьезно повредил французское посольство. Ответственность за теракт взяла на себя «Аль-Каида».
Хотя исламисты проиграли выборы, они нашли другой путь во власть. В мае призвали парламент принять закон, запрещающий бывшим членам правительства Каддафи занимать государственные должности, подкрепив свои требования силой. В результате им удалось нейтрализовать несколько ключевых противников. В декабре 2013 года парламент одобрил шариат в качестве основы законодательства страны.
Хафтар с нарастающей яростью наблюдал за крушением страны. 14 февраля он выступил по телевидению, объявив о роспуске парламента и создании «президентского комитета» и кабинета, которые будут править страной до новых выборов. Все это смахивало на государственный переворот, хотя неясно было, как Хафтар сможет реализовать свои намерения. Над ним открыто издевались, премьер-министр Али Зейдан назвал его попытку «смехотворной». Но у Хафтара была стратегия. Он ездил по всей стране, встречаясь с людьми и втайне организуя свою армию с помощью прежних сослуживцев. В мае он начал «Операцию "Достоинство"», атаковав исламистских боевиков в Бенгази, а вскоре его войска заняли здание парламента в Триполи и захватили значительные территории на востоке страны.
Наступление Хафтара приветствовали многие ливийцы, недовольные хаосом, царящим в стране. Примерно в то же время парламент согласился созвать новый законодательный орган, Палату представителей. На июньских выборах исламисты снова потерпели поражение, но, прежде чем новый парламент сумел собраться, боевики при поддержке отряда из Мисураты атаковали международный аэропорт Триполи, пытаясь отбить его у Хафтара. Здание аэропорта было разрушено, самолеты уничтожены, погибли около 100 человек.
Боевик «Рассвета Ливии» ведет огонь
Фото: Ismail Zitouny / Reuters
В ходе боев в Триполи противоборствующие группировки окончательно оформились. Группа, сражавшаяся против Хафтара, «Рассвет Ливии» — это сложная коалиция из бывших джихадистов «Аль-Каиды», воевавших против Каддафи еще в 1990-е годы, ополченцев берберских племен, членов ливийской ветви «Братьев-мусульман» и сети торговцев из Мисураты, чьи бойцы составляют главную ударную силу армии «Рассвета Ливии». Армия Хафтара состоит в основном из бывших солдат Каддафи, ополчений племен запада и юга страны и сторонников федерализации, пытающихся добиться автономии для восточной части Ливии. По имеющейся информации, армия Хафтара получает оружие и финансирование из Египта, от Саудовской Аравии и ОАЭ, причем авиация Египта и ОАЭ даже наносит удары по позициям противников Хафтара. Исламисты, в свою очередь, опираются на Катар и Турцию.
В августе прошлого года «Рассвет Ливии» взял под свой контроль Триполи. Исламисты настаивали, что единственной законной властью является Всеобщий национальный конгресс, а не Палата представителей. Последние тем временем собрались в городе Тобрук в 1300 километрах к востоку от Триполи и провозгласили себя «истинным правительством» Ливии. Ливийское государство фактически распалось на ряд воюющих между собой городов-государств.
После свержения Каддафи сотни бойцов из Дерны, гнезда исламского экстремизма, отправились в Сирию, чтобы сражаться с Асадом. Большинство воевали в составе «Фронта ан-Нусра», сирийского филиала «Аль-Каиды», а некоторые присоединились к «Исламскому государству» (ИГ). В последнее время многие из них вернулись домой, чтобы драться против Хафтара. В октябре джихадисты заявили о своей лояльности ИГ. По словам Хафтара, после того как под натиском его войск падет Бенгази, он начнет борьбу против экстремистов из Дерны, используя против них все средства. У генерала есть козырь — собственные ВВС. Это дает ему серьезное преимущество перед исламистами, вся авиация которых насчитывает пару самолетов. Каждые несколько дней старые «МиГи» Хафтара вылетают на штурмовку Бенгази. По словам генерала, его цель — пробиться к Триполи и Мисурате. Хафтар пообещал, что массовой резни не будет.
— Триполи быстро падет, потому что жители восстанут. У нас есть свои люди внутри городских стен, — заявил он.
— Как насчет диалога? — спросил я.
— Никакого диалога с терроризмом, — отрезал Хафтар.
Бойцы Хафтара на улицах Бенгази, 28 февраля 2015 года
Фото: Abdullah Doma / AFP
В Вашингтоне тактикой Хафтара недовольны. Высокопоставленный чиновник администрации подчеркнул, что «правительство США не имеет ничего общего с генералом Халифой Хафтаром. Он занимается самоуправством, и предсказуемым результатом будет объединение его оппонентов». Хороший пример тому — «Рассвет Ливии», где сражаются как экстремистские, так и умеренные группы. Сам Хафтар настаивает, что воюет исключительно с террористами, «Рассвет Ливии», в свою очередь, заверяет, что в его рядах нет ни одного экстремиста. Оба утверждения явно не соответствуют действительности.
Многие из сторонников Хафтара на востоке Ливии считают, что «Братья-мусульмане» при поддержке США пытаются взять власть на всем Ближнем Востоке. В качестве доказательства приводится речь Обамы в июне 2009 года: выступая в Каире, он заявил, что приход к власти в Египте «Братьев-мусульман» знаменует собой новую главу в отношениях между США и мусульманским миром. Хафтар считает, что именно поэтому США отказывают ему в поддержке.
22 января 2015 года отряд Хафтара внезапно атаковал Бенгази, захватив часть города. Во время нашей последней встречи генерал держался уверенно, планируя «очистить страну», но сетовал на отсутствие помощи из США. Поставки из Египта, ОАЭ и Саудовской Аравии не могут удовлетворить нужды растущей армии.
— Мы — очень богатая страна, — напомнил он мне. — Мы хотим, чтобы наши люди жили в хороших домах, а дети ходили в хорошие школы. Ливию можно превратить в рай Божий на земле, но нужно строить инфраструктуру, новые здания и заводы. У нас есть нефть, золото, уран и океан песка. Нам нужна сверхдержава, чтобы помочь в развитии экономики. Те, кто придет сейчас нам на помощь, не прогадают.
Когда я спросил его о личных амбициях, он ответил:
— Мои амбиции — это нужды людей.
— А после того как победите и очистите страну, согласились бы баллотироваться на пост президента, если бы вас попросили люди?
— Не вижу в том проблемы, — сказал Хафтар и улыбнулся.
Проблема, Док, что мы с тобой - цивилизованные, образованные люди - невольно всё своим мерилом мерить норовим! А, Африка - все эти ливии-суданы-сомали - она по своим Первобытно-общинным законам живёт, у них рабовладельческий, в лучшем случае, феодальный строй до сих пор, ещё до капитализма не доросли. Если б белые колонизаторы их Африку по линейке 100 лет назад не расчертили по сферам владения, названным потом "государствами", африканцы до сих пор без всяких границ жили, метя свои охотничьи территории, как носороги... И, то, что сегодня США лезут в Африку со своей Демократией так же нелепо и смешно, как и то, что до этого Советская Россия лезла в Африку со своим строительством Социализма и дружбой с разными манделами и каддафими, любящими позавтракать слегка обжаренной, но не сильно поперчёной печенью своего врага из соседнего племени!..