Подбивая квартплату, вновь посмотрел на высокую стоимость горячей воды по отношению к холодной — в пять раз превышает её! Посчитал, стоимость потраченной горячей воды. Если её кубометр стоит 180 р., то сколько же стоит её стакан?

Представляете, в древней Месопотамии не было накаких богатств недр: ни золота-серебра, ни меди или олова, ни каменьев... И с деревом было скудно, а от того, как правило, цена дома из кирпича была равна цене входной двери (или дешевле было раба-привратника покупать и содержать)
Единственно, чем были нескончаемо богаты недра Междуречья — так глиной да "плохим маслом" — нефтью (которое горело с вонючим чадом и было годно разве только что ещё на асфальт)...

Так что жить приходилось либо тяжёлым трудом в поле, либо торговлей, либо воинами

"Хозяйство Вавилонии базировалось на системе ирригации междуречья Тигра и Евфрата, причем избыточные воды сбрасывались в море через Тигр. Это было разумно, так как воды Евфрата и Тигра во время половодий несут много взвеси с Армянского нагорья, а засорение плодородной почвы гравием и песком нецелесообразно. Но в 582 году до н. э. Навуходоносор скрепил мир с Египтом женитьбой на царевне Нитокрис, впоследствии перешедшей к его преемнику Набониду. Вместе с царевной в Вавилон прибыла её свита из образованных египтян. Никторис предложила своему мужу, очевидно, не без консультации со своими приближенными, построить новый канал и увеличить орошаемую площадь. Царь-халдей принял проект царицы-египтянки, и в 60-х годах VI века был сооружен канал Паллукат, начинавшийся выше Вавилона и оросивший крупные массивы земель за пределами речных пойм. Что же из этого вышло?
Евфрат стал течь медленнее, и аллювий оседал в оросительных каналах. Это увеличило трудовые затраты на поддержание оросительной системы в прежнем состоянии. Вода из Паллуката, проходившего через сухие территории, вызвала засоление почв. Земледелие перестало быть рентабельным, но процесс этот тянулся долго. В 324 году до н. э. Вавилон еще был столь крупным городом, что романтичный Александр Великий хотел сделать его столицей. Но более трезвый Селевк Никатор, овладевший Вавилоном в 312 глду до н. э., предпочел Селевкию - на Тигре и Антиохию - на Оронте. Вавилон пустел и в 129 г. до н. э. стал добычей парфян. К началу нашей эры от него остались руины, в которых ютилось небольшое поселение иудеев. Потом исчезло и оно".

...царь был халдей, его войско составляли арабы, советники были евреи, и все они даже не задумывались над вопросами географии покоренной и обескровленной страны. Египетские же инженеры перенесли свои приемы мелиорации с Нила на Евфрат механически. Ведь Нил несет в половодье плодородный ил, а песок Ливийской пустыни дренирует любое количество воды, так что в Египте опасности засоления почв нет. Самое опасное - это даже не ошибка, а отсутствие постановки вопроса там, где его необходимо поставить. Жителям Вавилона, сменивших убитых и разогнанных вавилонян, все казалось столь ясным, что и думать-то не хотелось. Но последствия очередной "победы над природой" погубили их потомков, которые тоже не сооружали город, а просто поселились в нем".

Блин! Как же тяжело писать про неприятных и неблизких тебе людей! !
Ненавижу этого царя и всё его окружение 😣

Князь,милостивый сударь,а,что это Вас так озаботила Месопотамия ? Вавилон,Древняя Ассирия или общее Шумеро-Аккадское царство?..Кстати,междуречье было с плодородными землями..как и не плохо промышляли торговлей..да и вполне изобретательны..да и цивилизованы были ,по тем временам: придумав свою письменность...именно шумеры разработали отличную для своего времени систему полива..как и придумали,что сделать глиняные кирпичи более прочными ,то их надо обжигать в печи, а, также изобрели колесо, плуг, гончарный круг, парусную лодку..именно шумеры - придумали первый календарь и даже составили знаменитый сборник легенд "Эпос о Гильгамеше"..Древние жители Вавилона были превосходными астрономами, геометрами и астрологами..именно им первым пришла в голову мысль делить час на 60 минут, а неделю - на семь дней.))
Но как всегда незадача:..кто-то созидает и строит,а, кто-то и экспансией занимается, захватывает чужое..Вот,древний народ шумеров,и постепенно растворился в безбрежной семитской массе, уступив позиции вторжению кочевников-амореев..и месопотамской цивилизация еще продолжала развиваться, только на семитической основе..
Да и с Вавилоном так же есть непонятки..Основная вина, как правило возлагается на завоевателей. Конечно же, их роль весьма существенна, но все-таки, не является основной..

О том, как это произошло пишет Л.Н. Гумилев:


Вероятно,будь царем в Вавилоне местный житель, разбирающийся в столь важной для страны системы мелиорации, то капризы иноземной царицы могли бы и не выполняться..поэтому не совсем и справедливо одну ее винить в гибели огромного города и процветающей страны..да и скорей всего ее роль и не была решающей..
Вот, как пишет Л.Н. Гумилев:


Что-то Ваши аналогии,Князь, тоже начинают наводить и на свои размышления)))

Неужели ты не понимаешь, что время Вавилона вышло!? - Нет больше его! Нет больше его великого, древнего святого! Нужно или начать дышать по новому и осознать свою ветхость и ущербность или смириться с тем, что будут новые великие града - там, в варварском мире и я даже не желаю представлять, как их будут там называть и возвеличивать. А то, что стоит - уже дряхлость. Уже никто не построит Новый Вавилон и не воспоёт его святость! - если все вы: ты, ты и ты не изменитесь - Вавилон простоит сколько-то и останется в памяти, лишь как старый град порока, нечистоты и греха!

Шо же себя так-то изводить и мучить,Князь? Можете напишите о чем-то более приятном и близком,а?

Кстати,в связи с Вашим рассказом об "английской элите"..таки позволю себе и тупо юморнуть..

Князь тишины
с днем рождения!!!

Никогда не говори, что устал, что нет сил бороться и двигаться вперёд, вставай, если упал, шагай, если остановился, дыши, если затаил дыхание… Бог не даёт испытания тем, кто слаб. И поэтому ты победив себя, придёшь к цели. Уставший, но победивший.
©

Князь тишины с Днем рождения!

Пусть твоя кошечка у рюмочки мяукнет и поздравит от меня.

Князь тишины
я вот часто в сети вижу, как люди недовольные Путиным, призывают к восстанию, ну я так прикинула, помнишь брали Зимний Дворец, ну эти матросы и прочие, свергли власть, расстреляли Царя иииии? стали жить лучше? неа))

А задумывались ли вы, что сто лет назад, участникам и свидетелям революции и гражданской войны было много ближе до событий Крымской войны, нежели нам до событий Великой Отечественной? - т.е. ещё жили участники боёв за Севастополь, свидетели Синопского сражения... а, ведь, то было последнее сражение классических парусных флотов!

Так еще каких-то 300 лет назад и Америки как страны никакой не было.

Князь тишины
Был переворот, Ельцин на броневике ииии? Хорошо живем?
На Украине был перевоот, стали жить лучше?
Я не защищаю Путина, просто история показывает, что не переворот нужен, а умение жить в предлагаемых обстоятельствах

Эти события и последовавшие на ним события в самом деле прежде всего не улучшили/ухудшили уровень жизни, а произвели решительные и бесповоротные в жизни всей страны

И где заводы рабочим, земля крестьянам? Как душили мелких фермеров и предпринимателей, так и душат

Ничего не изменилось со времен взятия Зимнего Дворца, только зря народ потеряли матеря сыновей и мужей

Лицо Эрума расплывалось в улыбке: он вновь смачно поплевал на глину и, наконец, свил из неё длинную колбаску. Он уже примерился, какой примерно ширины должен оказаться слепленный венчик, чтобы в него уместилась ложка чёрного земляного масла.
- Ну, что, пришёл в себя? — снова проявилось над Абдуададом скалящееся скуластое крепкозубое лицо с мясистым носом и холодной пустотой в глазах. — что, молчишь, собака? — пнул его между ног явно желающий деятельности Серу, вызвав, тем самым, оживление внимания среди заскучавших воинов.
Абдуадад с отчаянием, не смея пошевелить языком, ощутил острые и корявые дыры во рту и снова осознал, что это был не сон и его лицо безнадёжно изуродовано ещё в прошлый раз.
- Да что тебе надо? — с уже усталым безразличием чётко спросил Абдуадад своего плотно сбитого истязателя, сглотнув солёную струйку своей крови не то от губы, не то от десны, стараясь даже не думать, что именно у него во рту.
- Что? — округлил пустые глаза Серу — что ты булькнул? — снова ловко пнул его ногой воин под смех всё более увлекающихся действием полулежащих своих однополчан. — Да ты расслабься уже, слышишь? Мне надо зарезать тебя. И весь твой псиный род: всех твоих братьев, детей, слышишь? Ты и твоё племя — слабаки. Да кто вы такие вообще? Я приду в твой Вавилон и возьму себе твою жену, дочь, маму твою, старую шлюху, да? — выжидающе умолк пузатый Серу, ощущая полную власть над пленным вавилонским воином и дружное молчаливое одобрение своими действиями полулежащих позади.
Абдуадад попал в плен в позавчерашнем бою, когда его отряд напоролся на засаду в неудачной вылазке. Он только и успел, что уничтожить послание, с которым должен был пробиться в Элам. Не раз он уже позавидовал тем, кто был убит сразу в бою.
- Ну? Что молчишь? — снова издевательски спросил со своим непереносимо омерзительным говором ассириец. — Вы же все там такие слабаки, да? Что, у вас вообще нет мужчин, да? Есть нечего — дерьмо-падаль жрёте? — певуче продолжил глумиться воин. — Отвечай, сын шелудивой суки!
Вавилонянин зажмурил до цветных кругов глаза и решился: “Всё! Хватит с него! — лучше сейчас резко метнуться, дёрнуться, чем позволить издеваться дальше. Нужно застать его врасплох, вывести его из себя и дать ему убить себя, не то это будет продолжаться нескончаемо долго.” — пролетела мысль в голове воина.
- Есть у нас мужчины, ашшурский выродок! — зло сплюнул непослушной губой Абдуадад. Красный пенистый ошмёток слюны неловко повис на бороде, так и не свершив задуманного меткого полёта. — Вы, горские козлы ещё будете плакать когда мои дети с помощью господа-Мардука придут мстить за меня в твою ублюдочную страну! — воин собрал все силы, ловчее потянул связанную намертво за спиной руку, сжав её в кулак и резко встал на ноги. ...вернее он только решил, что встанет на ноги, но на самом деле лишь бессильно с яростным жалостным хрипом завалился на бок, под ноги своего истязателя, чем вызвал взрыв хохота увлечённо наблюдавших за ним воинов.
- Твой Мардук — говно! — тихо, уверенно и как-то лениво произнёс со смехом Серу. — Он никто, как и ты, как и весь твой Вавилон. Наш Ашшур даёт нам силу и волю над всем твоим племенем. Мы — орлы нашего бога и на порывах его ветра разносимся за своей добычей по всему миру. И нет места на белом свете, куда не отнесут нас наши крылья. Мы по воле нашего славного царя придём туда, где лежит то, что нам нравится и возьмём это если захотим. Понятно говорю, да? — насмешливо, самодовольно и уверенно произнёс Серу, с коротким ножом с руке, наступив своей сандалией на ухо незадачливому пленнику.
- Погоди, Серу! — торопливо окрикнул товарища Эрум. Он показал влажное глиняное кольцо в руках — Пусть воссияет во славу Мардука!
Уже увлеченно наблюдающие однополчане одобрительно загудели, желая зажигательного зрелища. Все воины и царских полков, и корпуса стражей были ловки на затеи и выдумки с пленными, но никто не мог превзойти в этом деле бойцов отдельного карательного полка “Нергал” — Эрум же, пожалуй, славился в этом деле первым и среди них.
К вавилонянину тут же протянулись руки — его крепко усадили и Серу мигом выбрил ему плешь на макушке.
— Сиди, не рыпайся! — добродушно пнул в пах, заёрзавшего в страшных предчувствиях пленника. Эрум сидел рядом на корточках держа наготове глиняный венчик и полную ложку нефти.

Реманниадад звонко, с ненавистью шлёпнул себя по шее и прокатил ладонью по потной коже, сминая с ненавистью в катышек мерзкого слепня. “Проклятье! — как же я ненавижу этот город и эту осаду!” — зло, с гневом думал он, шагая к палатке начальствующего осадой Вавилона. Он никак не желал понимать, почему главой объединенных полков поставили вавилонянина? — “ужели нет среди славных детей Ашшура достойного соискать чина туртана?” — первый колесничий владыки вселенной, могучего царя Ассирии, раскинувшейся под небесным престолом Всевышнего из богов, и сам ревниво алкал высоких чинов, званий и почестей, коими прославились его предки, служа верой и правдой по всем окраинам и строевым полкам державы, но не очень-то желал сам себе изнурительного в полевых войсках и крепостях, ибо был уверен, что достоин большего. Впрочем, по обстоятельствам он умело смежал и размежал уста, всегда и везде представляясь своим: простым и преданным делу служакой, что получает чины и назначения лишь волею пресветлых богов. Реманниадад широко и спешно вышагивал по прямым дорожкам стана, неся приказы и распоряжения из Ниневии. Оставалось лишь свернуть за последними плетнями на углу, когда до слуха докатился грянувший пьяный гогот. Колесничий обернулся на шум и вгляделся: в тени на драных циновках, увлеченно наблюдая за действиями товарищей, расположились воины, чьё круглое, узнаваемое издали, металлическое навершие знамени вселяло ужас в души врагов одним своим видом. Бойцы забавлялись с пленными, отдыхая после обеда, и всё бы ничего, но видно было, что они пьяны. Реманниадад решительно вступил под навес и остановился над полуголой окровавленной жертвой, на голове которой виднелась наполненная черным до краёв глиняная плошка за спиной двоих здоровяков, усердно высекающих огонь.
- Встать! — Зловеще, не повышая голоса, пророкотал колесничий.
Здоровяк постарше — видом явно старший — проворно, но неловко обернулся и осоловело поглядел на него снизу вверх. Все собравшиеся выжидающе затихли. Кряхтя, Серу и Эрум поднялись, встав относительно ровно и вытянувшись перед Реманниададом.
- Вы пьяны! — даже спросил, а утвердительно произнес первый колесничий, уловив запах дурманного варева.
- Нет! — возмущённо возразил Серу, глядя на колесничего пьяными наглыми глазами.
И тут, наконец, Реманниадад узнал в нём своего давнего оскорбителя. И лицо его чуть потеплело в улыбке. За дурман на передовой наглеца ждал бич и краткий суровый суд.
Где-то вдалеке еле слышно прозвучал высокий трубный плач рога.
- Ты — пойдём со мной!
- Никуда я не пойду! — буркнул Серу. Всё настроение пропало и почувствовалось приближение неисправимого. Но не из робких был прожженный воин.
- Неподчинение приказу? — тихо и угрожающе прогремел голос Реманниадада и густые черные брови его пришли в движение. Он попытался изобразить пламенный взгляд своего повелителя, но Серу, повернувшись чуть в сторону, продолжал глядеть всё также нагло.
- А я тебя не знаю и ты мне не начальник, о, господин! — самоуверенно и независимо улыбнулся воин. Серу осознавал, что сейчас складывается неоднозначное положение, при котором он не может рассчитывать на поддержку своих товарищей, но и заявившийся господин так же не решится потребовать их участия: и он, и он — сейчас одни, но рассчитывать приходится только на чудо.
- Да ты, собака, знаешь, что я такой!!? — заревел Реманниадад. Густые брови на его челе сомкнулись и, казалось, что от того должна была сверкнуть молния в глазах и поразить на месте нечестивца, но вместо того Послышались трубы, крики в стане и всё вокруг пришло в движение:
- Колесницы! Колесницы! — Царские врата отворились!
Воины “Нергала” стремительно повскакивали с мест, словно только того и ждали, Серу расплылся в широкой проказливой улыбке и, виновато разводя руки в стороны, кинулся догонять своих однополчан. Первый колесничий Ашшурбанапала растерянно превёл взгляд на высившиеся стены Вавилона, увидав приближающиеся к стану тучи взметённой пыли и черный столб дыма, медленно поднимающийся в озарённые чистые небеса.