Когда журнал ОК! предложил мне взять интервью у Волочковой, я подумала, что это не очень удачная шутка. «Вы издеваетесь?! Да она же никогда в жизни не согласится. Она меня боится, как черт ладана. Точнее, как лебедь — моря в шторм». «Она согласна», — сообщили мне в редакции. Рада сказать, что это был первый поступок Анастасии Волочковой, который вызвал во мне настоящее уважение. Когда я пришла во Дворец железнодорожников, где мы проводили съемку, вся съемочная группа тихо и скорбно ждала драки. Драки не было. Зато, как бы нескромно это ни прозвучало, получилось самое провокационное интервью за всю историю ОК!. Хотя получилось или нет, судить вам.

Настя, почему ты вообще согласилась на эту фотосессию? Я, честно говоря, удивилась. Для тебя это очередной пиар?

Я согласилась не раздумывая. Мне вообще кажется, что это интервью надо было организовать гораздо раньше. Единственный вопрос, который я задала редактору: чье это было решение — Ксении или журнала? Мне было важно, что ты сама этого захотела.

Мне кажется, ты меня опасаешься, и я понимаю почему. Я действительно много о тебе знаю.

Это вряд ли. Ты меня знаешь только понаслышке, мы с тобой последний раз разговаривали десять лет назад.

И все это время у меня складывается ощущение, что ты отчаянно ищешь пиар-поводы, чтобы хоть как-то напомнить о себе. Эта странная история с якобы миллиардером Доном Мигелем, например, который потом оказался актером чилийского театра и о котором трубили во всех газетах... Это что было?

Если ты считаешь, что никакого Дона Мигеля нет и коня он мне не дарил, можешь прийти ко мне на концерт в Кремль, я вас познакомлю. Речи о свадьбе здесь не идет, честно тебе скажу, но ведь известные люди могут с кем-то пообщаться, поужинать... А когда начинаются романтические отношения, пресса такое раздувает...

Странное дело. Какой-то Дон Мигель становится достоянием общественности, а настоящих своих ухажеров, которые окружали тебя, пока ты была не замужем, ты скрываешь. Роман с Сулейманом Керимовым, например. Кто об этом знал?

Олигархи — это скорее твоя тема. Ты с ними дружишь.

Я дружу с ними. Но не сплю.

Ну, ты ведь тоже со свечкой не стояла у моей кровати.

То есть у тебя не было личных отношений с Керимовым?

Были. Но это моя история. Мои отношения, оставившие в памяти только хорошее. И я расскажу о них тогда, когда посчитаю нужным.

Все потому, что вы очень плохо расстались…

Нет, не плохо. Просто это расставание мы оба переживали очень тяжело.

Я почему-то не верю тебе, впрочем, как и большинство нормальных людей. Ты, кстати, не задумывалась почему?

Кто именно, кроме тебя, мне не верит?

Большинство.

Ну откуда ты знаешь. Ты же не подходишь к каждому с диктофоном и не спрашиваешь: «Что вы думаете о Волочковой? Она сука или хороший человек?»

Я не про это. Объясню, чему я не верю. Я не буду сейчас говорить о балете, потому что ничего в нем не понимаю и не могу оценивать твое творчество. Но как человек ты… Понимаешь, ты создала противоречивый образ. С одной стороны, «белый лебедь» (мне это всегда смешно), а с другой — роман с Керимовым. Ты ведь знала, что он женатый человек. И тем не менее много лет поддерживала с ним отношения. Или, например, Сережа Полонский. Я помню, как мы приезжали и оставляли вас на ночь в гостинице в Нахабино после первой же вашей встречи. Это такие истории… И все бы ничего, если бы ты открыто сказала: «Да, я люблю богатых мужиков. Я не была замужем и могла себе позволить…» Но ты упорно продолжаешь настаивать на образе чистоты и невинности.

Сейчас я уже могу сказать: да, в моей жизни был Сулейман Керимов. После того как мы расстались, я ни в одном интервью не называла его имя. Но не потому, что я что-то скрываю. Мы прекрасно проводили время, я была влюблена в этого человека.

А то, что он был женат, тебя не останавливало?

Керимова это не останавливало, наши отношения его жизненным принципам не противоречили.

Мы сейчас говорим о тебе.

Я не тот человек, который будет мужчину, как козу на веревке, тащить в свою жизнь и принуждать к чему-либо. Это было его предложение, и то время, которое мы провели вместе, было настолько прекрасным, что я не позволю никому — ни тебе, ни другим людям — лезть ко мне в душу и выяснять подробности.

Хочешь, я сделаю тебе комплимент? Я не ёрничаю. Знаешь, что о Волочковой говорят в большой олигархической тусовке, состоящей из мужчин, с которыми у тебя были отношения? Они считают тебя очень сексуальной девушкой. В хорошем смысле слова.

Правда? Ты знаешь, для меня давно перестало быть важным, что обо мне думают и говорят. Мне в то время было очень трудно: судебная тяжба с Большим театром... На меня вылили столько дерьма, что я была уверена: ни один нормальный человек не то что не составит мне пару, но даже руки не подаст. А потом совершенно случайно встретился Игорь (Игорь Вдовин — бывший муж Анастасии. — Прим. ОК!), мы счастливо прожили четыре года.

Ну хорошо, а теперь что? Твоя карьера в любом случае заканчивается…

Это тебе кажется, что она заканчивается.

Она заканчивается, как у любой классической балерины. Тебе 34 года.

Но я создала концертную программу и даю более десяти концертов в месяц, в каждом из которых исполняю по десять номеров. В 38 лет на пенсию выходят балерины, которые танцуют исключительно лебедей.

А какой ты видишь себя через десять лет?

У меня есть разные проекты. Кино может быть счастливым продолжением моей карьеры. Я записала несколько песен, но понимаю, что профессиональной певицей, наверное, не буду. Зато у меня есть фишка: в финале своей концертной программы я выхожу и пою.

А тебе не кажется, что это как-то смешно — Волочкова запела?

Мне не кажется, что это смешно. Я свободный человек, могу позволить себе делать то, что мне нравится и интересно. У меня есть моя профессия, и я могу учить детей.

Если ты свободный человек, почему ты не сбросишь эту пачку белого лебедя и не закопаешь ее поглубже? Почему ты не признаешься в том, что, в общем-то, не стыдно: что богатые мужчины помогали тебе делать карьеру, что секс не всегда был по любви... В этом же нет ничего ужасного.

Ксения, зачем выворачивать все наизнанку и говорить о том, о чем на самом деле не интересно разговаривать. Это моя жизнь. Да, я понимаю, тебе кажется, что концерты для детей, которые я даю, менее значимы, чем мои отношения с состоятельными мужчинами. Но это все в прошлом. Отношения с Игорем у меня развиваются прекрасно, мы друзья. Вот у тебя есть кому поплакаться в жилетку? По-настоящему?

Да.

А кому? Можно даже без имен. Это любимый человек?

Нет, я его не люблю.

А у меня есть Игорь. Он отец моего ребенка. Я понимаю, что семейную жизнь нам уже не построить, но мы счастливо прожили четыре года.

На самом деле, я думаю, ты тонкий психолог. Ты в каждом своем интервью говоришь о том, какие у тебя хорошие отношения с Игорем, и тем самым не даешь иссякнуть денежному источнику. Ты не идешь на конфликт, потому что боишься, что Игорь перестанет тебя содержать и заботиться о ребенке.

Ксенечка, меня не надо содержать. И Игорь не олигарх. Мы вместе обеспечиваем нашего ребенка, все доходы и расходы делятся пополам. Не надо иллюзий, Игорь не миллиардер, и деньги не сыграли большой роли в наших отношениях.

А ты бы хотела еще детей?

Да, хотела бы. И замуж хотела бы. Меня вообще тема детей очень волнует. Мне кажется, для российских деток я могу сделать очень многое. Открыть сеть школ творческого воспитания, например, чтобы дети могли развиваться. Когда я сама пришла в балетную школу, я не могла поднять ногу даже на 90 градусов, не то что на 180. Но у меня была вера, что я все смогу, и родители, которые меня поддерживали. А вот олигарха не было, и он мне не был нужен. Я носила балетные башмаки за три рубля, и никакой другой обуви у меня не было.

Но сейчас-то все по-другому.

Ксения, мне хочется, чтобы дети, тем более из состоятельных семей, знали, как и при каких обстоятельствах некоторые люди становятся личностями. Более того, мне хотелось бы, чтобы моя дочка тоже увидела другую жизнь. Я понимаю, что не засуну ее в коммуналку и она не узнает, как я жила, когда мы потеряли квартиру, деньги и оказались на улице. Но знаешь, пример обездоленных детей очень помогает воспитанию.

А как ты думаешь, в глазах детей ты соответствуешь своему имиджу?

Ксенечка, мне без разницы, верят ли мне олигархи, какие-то люди… Но дети мне верят. И я думаю, больше, чем тебе.

Ну нет. Я разговариваю с молодежной аудиторией на одном языке. А тебя больше любят люди старшего поколения.

Я говорю о тех детях, которые пока не смотрят «Дом-2». Просто мне кажется, что разговор о моем становлении был бы более интересным, чем разговор о личной жизни.

Глобально я говорю не о личной жизни. Нельзя ведь людей считать совсем лохами. Они на интуитивном уровне отличают правду от лжи. И когда они видят политика, который рассказывает, какая у него тяжелая жизнь, как он на «жигулях» каждый день на заводы ездит, они понимают, что это подстава. Потому что потом он в сопровождении шикарного кортежа едет в свой шикарный дом на Рублевке и там живет. Вот этого лицемерия люди не прощают. Когда они видят белую и пушистую Волочкову, которая разводит богатых мужиков на деньги, которая уводит своего Игоря из семьи, встречается с женатым Керимовым…

Ксения, я же не говорю, что идеальна, — ни тебе, ни другим людям.

Ты вечно пребываешь в этом образе доброты и благости, но ведь он не соответствует твоей сути!

Не тебе об этом судить. Я свой образ не создаю, моя личная жизнь действительно очень счастливая, мои отношения с мужчинами развиваются гармонично. У меня было четыре счастливых года, прожитых с Игорем, и завершились они тоже гармонично.

Это все неправда, у вас не было никакого гармоничного развода, Игорь ушел к преподавательнице по йоге, которая жила в соседнем доме. Дом тот сдавал в аренду мой приятель из Альфа-банка. У вас с мужем были ужасные скандалы, истерики…

Не было, просто Игорь стал жить отдельно.

Круг замкнулся: он ушел из семьи ради тебя, а потом бросил тебя ради другой женщины.

Не ради женщины — ради увлечения.

Хорошо, есть еще один момент, который я не могу понять. Насколько я знаю, ты человек религиозный.

Я верующая, но не религиозная.

Как ты, человек верующий, можешь размещать на страницах глянцевых журналов репортаж с крестин своего ребенка? Я сама неверующая, но чувства религиозных людей уважаю. Но когда я вижу репортажи с крестин, венчаний... я впадаю в глубочайший шок. Зачем?! Ты хочешь сказать, что и это не пиар?

Ксения, я тебе так скажу: вера — это одно, а крестины — это совсем другое. Это ритуал.

Зачем приглашать гламурное издание в храм во время проведения важного для тебя ритуала?

Потому что люди, которые живут в этой стране, интересуются моей жизнью.

Но ты же сказала, что тебе эти люди безразличны.

Я сказала: мне все равно, что они думают.

Ну и идите на хрен, интересуйтесь у себя дома.

Издание само обратилось с такой просьбой…

Ну и идите на хрен, издание.

Ксенечка, если бы это был твой ребенок, ты была бы счастлива.

Я бы в жизни журналистов на крестины не пустила.

Мне казалось, что это событие заслуживает уважения и внимания.

А тебе не кажется, что это пошло?

Нет, не кажется. Пошло — это когда пьяную женщину выносят за ноги и это транслируют на всю страну. Хорошо, пусть то, что я опубликовала крестины своего ребенка, будет самой большой ошибкой в моей жизни. Но я в жизни еще столько ошибок совершала, гораздо более серьезных...

Это каких, например?

Ссора с мамой, которая длилась больше года. Наши отношения зашли в тупик. Мама настолько привыкла к роли моего импресарио, режиссера, директора, пресс-агента, к тому, что всем этим занимается только она, что, когда в моей жизни появилась профессиональная команда, даже один-два человека, она их не приняла, посчитала, что они все плохие.

Ты жалеешь о том, что ваш конфликт дошел чуть ли не до суда?

«До суда» — это громко сказано, такого не было. Но отношения были напряженными, мы могли созвониться, поругаться и полгода после этого не разговаривать. Мое примирение с мамой многое изменило в моей жизни. Мама долго не принимала моих мужчин. Она считала, что это обязательно должен быть принц на белом коне. Отношения с Игорем у нее сложно складывались. А я всегда так хотела собрать всю семью за одним столом!

Ты действительно в него влюбилась?

Да, мы жили счастливо. Это были прекрасные четыре года.

Ты повторяешь это как заведенная. А почему ты в него влюбилась? Я смотрела на его фотографии...

Ксенечка, ну вот ты судишь о человеке по фотографии, а я прожила с ним четыре года и знаю, какие поступки он совершал, какие праздники мне устраивал...

А чисто визуально производит впечатление рохли.

Рохли? (Смеется.) Ты говоришь про мужчину, у которого прекрасное телосложение, который постоянно работает над собой. Занятия йогой пошли ему на пользу, он вегетарианец — перестал есть любое мясо, даже курицу и рыбу.

Ты к гадалкам ходила когда-нибудь?

Нет, мне хватило похода к астрологу несколько лет назад. Самое ужасное, что может человек сделать в своей жизни, — попытаться узнать, что с ним случится в будущем.

Один из твоих ухажеров рассказывал, как однажды нашел у тебя в квартире засушенный букет цветов, подаренный им, а в нем какие-то заклинания... Он очень испугался.

Я люблю засушенные цветы. У меня до сих пор стоит букетик, который Игорь подарил на нашу помолвку, с той же ленточкой.

Какое-то загробное царство.

Согласна. Я многие сухоцветики, которые у меня были, повыбрасывала. Но вообще я очень люблю цветы и привожу их из самых разных уголков мира. Однажды моя домработница выбросила засушенные цветы, и я заставила эту женщину сходить со мной вниз и достать букет из помойки. Потому что он был мне очень дорог.

Может, ты правда колдуешь с цветами?

(Смеется.) Как видишь, если и колдую, это не работает