М. Ю. ЛЕРМОНТОВ:
И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды...
Желанья!.. что пользы напрасно и вечно желать?
А годы проходят - всё лучшие годы!
Любить... но кого же?.. на время - не стоит труда,
А вечно любить невозможно.
В себя ли заглянешь? - там прошлого нет и следа:
И радость, и муки, и всё там ничтожно...
Что страсти? - ведь рано иль поздно их сладкий недуг
Исчезнет при слове рассудка;
И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг,-
Такая пустая и глупая шутка...
Полная версия этой страницы: Стихи в настроение
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61
Владимир Хорошевский
Безнаказанность - мерзкое зло,
Ибо души людские калечит,
Отнимая надежды тепло,
Заставляя ссутулиться плечи…
Сколько разных калибров воров,
Аферистов, убийц, мародёров,
Знатоков разрешать “под ковром”,
Беззаконно, сложнейшие споры
В ус не дует и входит в “бомонд”,
Наплевав на устои, каноны -
“Де жа вю” из стареющих морд,
Громогласных, как звуки валторны!..
"Министерство учебных услуг"
Разрешает писать: "Моё кофе!",
Полудурков расширился круг,
Но куда-то деваются "профи"...
Предлагая "услуги" сии,
Превращает народ в дилетантов,
Чтоб мозги не включали свои
При подсчётах тупых вариантов!
Идеолог скандальных ЕГЭ
Для себя не увидел позора -
Продолжает в стальном сапоге
Походить на плохого танцора,
Что готов получать гонорар,
Невзирая на тяжкие хвори;
Где бы в мире такой “экземпляр”
До сих пор находился на воле? -
И неважно, “идейный дурак”,
Иль коварный продажный вредитель -
В благодарность Обама Барак
Отзовётся: “ЕГЭ - наш спаситель”?
Пусть обоих братьёв заберёт,
И посадит в высокие кресла -
Поглядим, как помчится “вперёд”
Вся Америка, двигая чресла…
Безнаказанность - мерзкое зло,
Ибо души людские калечит,
Отнимая надежды тепло,
Заставляя ссутулиться плечи…
Сколько разных калибров воров,
Аферистов, убийц, мародёров,
Знатоков разрешать “под ковром”,
Беззаконно, сложнейшие споры
В ус не дует и входит в “бомонд”,
Наплевав на устои, каноны -
“Де жа вю” из стареющих морд,
Громогласных, как звуки валторны!..
"Министерство учебных услуг"
Разрешает писать: "Моё кофе!",
Полудурков расширился круг,
Но куда-то деваются "профи"...
Предлагая "услуги" сии,
Превращает народ в дилетантов,
Чтоб мозги не включали свои
При подсчётах тупых вариантов!
Идеолог скандальных ЕГЭ
Для себя не увидел позора -
Продолжает в стальном сапоге
Походить на плохого танцора,
Что готов получать гонорар,
Невзирая на тяжкие хвори;
Где бы в мире такой “экземпляр”
До сих пор находился на воле? -
И неважно, “идейный дурак”,
Иль коварный продажный вредитель -
В благодарность Обама Барак
Отзовётся: “ЕГЭ - наш спаситель”?
Пусть обоих братьёв заберёт,
И посадит в высокие кресла -
Поглядим, как помчится “вперёд”
Вся Америка, двигая чресла…
Душа Он-Лайн
Любовь без слов, без снов. Любовь без правил
Я тут один, гляди, себя оставил.
Моя душа он-лайн. Я где-то рядом.
Я жду, что ты придешь. Коснешься взглядом.
Прочтешь мои слова. Я за стеклом экрана
Я далеко и близко.. как-то странно.
Возможно ли вообще, любить не видя?
Осознавая, что обнять не выйдет.
Возможно ли вообще, любить не слыша?
Осознавая, что нельзя быть ближе.
Возможно ли вообще, любить не зная?
Хотя... Мне кажется, что все бывает...
Автора не знаю)
Любовь без слов, без снов. Любовь без правил
Я тут один, гляди, себя оставил.
Моя душа он-лайн. Я где-то рядом.
Я жду, что ты придешь. Коснешься взглядом.
Прочтешь мои слова. Я за стеклом экрана
Я далеко и близко.. как-то странно.
Возможно ли вообще, любить не видя?
Осознавая, что обнять не выйдет.
Возможно ли вообще, любить не слыша?
Осознавая, что нельзя быть ближе.
Возможно ли вообще, любить не зная?
Хотя... Мне кажется, что все бывает...
Автора не знаю)
ЗАГАДКА ЖЕНЩИНЫ
В словах никогда не расскажешь об этом
Ищи, не ищи, у любви все равно
Нет точных путей и готовых ответов
Лишь знаю одно, я знаю одно
В любви не бывает все просто и гладко
В любви не решает всего красота
Должна быть в женщине какая-то загадка
Должна быть тайна в ней какая-то
Не просто всегда быть изящной и милой
Как будто на свете нет пасмурных дней
Но стать для кого-то единственной в мире
Поверьте, трудней, намного трудней
Любовь обьяснит вам, нагрянув однажды
И то, что сказать не сумела вам я
И то, что загадка у женщины каждой
Должна быть своя, и только своя
Л.Дербенев.
В словах никогда не расскажешь об этом
Ищи, не ищи, у любви все равно
Нет точных путей и готовых ответов
Лишь знаю одно, я знаю одно
В любви не бывает все просто и гладко
В любви не решает всего красота
Должна быть в женщине какая-то загадка
Должна быть тайна в ней какая-то
Не просто всегда быть изящной и милой
Как будто на свете нет пасмурных дней
Но стать для кого-то единственной в мире
Поверьте, трудней, намного трудней
Любовь обьяснит вам, нагрянув однажды
И то, что сказать не сумела вам я
И то, что загадка у женщины каждой
Должна быть своя, и только своя
Л.Дербенев.
М. Лермонтов
Один среди людского шума,
Возрос под сенью чуждой я.
И гордо творческая дума
На сердце зрела у меня.
И вот прошли мои мученья,
Нашлися пылкие друзья,
Но я, лишенный вдохновенья,
Скучал судьбою бытия.
И снова муки посетили
Мою воскреснувшую грудь.
Измены душу заразили
И не давали отдохнуть.
Я вспомнил прежние несчастья,
Но не найду в душе моей
Ни честолюбья, ни участья,
Ни слез, ни пламенных страстей.
Один среди людского шума,
Возрос под сенью чуждой я.
И гордо творческая дума
На сердце зрела у меня.
И вот прошли мои мученья,
Нашлися пылкие друзья,
Но я, лишенный вдохновенья,
Скучал судьбою бытия.
И снова муки посетили
Мою воскреснувшую грудь.
Измены душу заразили
И не давали отдохнуть.
Я вспомнил прежние несчастья,
Но не найду в душе моей
Ни честолюбья, ни участья,
Ни слез, ни пламенных страстей.
ПРЕДСТАВЬ СЕБЕ
Представь себе весь этот мир, огромный весь.
Таким, какой он есть, на самом деле есть:
С полями, птицами, цветами и людьми,
Но без любви, ты представляешь? Без любви...
Есть океаны, облака и города,
Лишь о любви никто не слышал никогда.
Так же синей ночью звезды в небе кружат,
Так же утром солнце светит с вышины.
Только для чего он и кому он нужен,
Мир, в котором люди друг другу не нужны?
Так же гаснет лето, и приходит стужа,
И земля под снегом новой ждет весны,
Только мне не нужен, слышишь? Мне совсем не нужен
Мир, где мы с тобой друг другу не нужны.
Представь себе весь этот мир, огромный весь.
Таким, какой он есть, и что любовь в нем есть .
Когда наполнен он дыханием весны
И напролет ему цветные снятся сны.
И если что-нибудь не ладится в судьбе,
Тот мир, где нет любви, опять представь себе.
Так же синей ночью звезды в небе кружат,
Так же утром солнце светит с вышины.
Только для чего он и кому он нужен,
Мир, в котором люди друг другу не нужны?
Так же гаснет лето, и приходит стужа,
И земля под снегом новой ждет весны,
Только мне не нужен, слышишь?
Мне совсем не нужен
Мир, где мы с тобой друг другу не нужны
Л.Дербенев.
Представь себе весь этот мир, огромный весь.
Таким, какой он есть, на самом деле есть:
С полями, птицами, цветами и людьми,
Но без любви, ты представляешь? Без любви...
Есть океаны, облака и города,
Лишь о любви никто не слышал никогда.
Так же синей ночью звезды в небе кружат,
Так же утром солнце светит с вышины.
Только для чего он и кому он нужен,
Мир, в котором люди друг другу не нужны?
Так же гаснет лето, и приходит стужа,
И земля под снегом новой ждет весны,
Только мне не нужен, слышишь? Мне совсем не нужен
Мир, где мы с тобой друг другу не нужны.
Представь себе весь этот мир, огромный весь.
Таким, какой он есть, и что любовь в нем есть .
Когда наполнен он дыханием весны
И напролет ему цветные снятся сны.
И если что-нибудь не ладится в судьбе,
Тот мир, где нет любви, опять представь себе.
Так же синей ночью звезды в небе кружат,
Так же утром солнце светит с вышины.
Только для чего он и кому он нужен,
Мир, в котором люди друг другу не нужны?
Так же гаснет лето, и приходит стужа,
И земля под снегом новой ждет весны,
Только мне не нужен, слышишь?
Мне совсем не нужен
Мир, где мы с тобой друг другу не нужны
Л.Дербенев.
ЗЕРКАЛО
Тень ночная, смутная дремлет на полу
Подойду я к мудрому, древнему стеклу
Словно в небо светлое, дивной высоты
Загляжусь я в зеркало, и возникнешь ты
Стекло меж нами, как лунный свет
Но этой грани прочнее нет
Так даль за нею светлым светла
Смотрю, не смею отойти от стекла
Вот опять похожие мы с тобой стоим
Взгляд мой настороженный встретился с твоим
Даль в глазах безмерная, звезд огни горят
И опять я первая опускаю взгляд
Темнота звенящая в рамке темноты
Кто здесь настоящая, может это ты
За лесами, реками, может есть земля
Где ты смотришь в зеркало, чтоб возникла я.
Л.Дербенев.
Тень ночная, смутная дремлет на полу
Подойду я к мудрому, древнему стеклу
Словно в небо светлое, дивной высоты
Загляжусь я в зеркало, и возникнешь ты
Стекло меж нами, как лунный свет
Но этой грани прочнее нет
Так даль за нею светлым светла
Смотрю, не смею отойти от стекла
Вот опять похожие мы с тобой стоим
Взгляд мой настороженный встретился с твоим
Даль в глазах безмерная, звезд огни горят
И опять я первая опускаю взгляд
Темнота звенящая в рамке темноты
Кто здесь настоящая, может это ты
За лесами, реками, может есть земля
Где ты смотришь в зеркало, чтоб возникла я.
Л.Дербенев.
Юлия Зазимко
Все расставленные грабли,
Как нарочно, под ногой…
Поученья слушать нам ли,
Раз советует другой?
Не со зла, а просто сдуру,
С точностью наоборот,
Из трёх пальцев мы фигуру –
Тем, кто нам совет даёт!
Грабли - прямо, грабли – боком…
Ни одни не пропущу!
Как на прыгалках, с наскока,
Свою ногу опущу.
То частенько, то пореже
Искушаю я судьбу.
Грабли мне одни и те же
Бесконечно бьют по лбу.
Бьют они до крови прямо,
Бьют наотмашь промеж глаз,
За дела, что знают сами
И без дела – про запас.
Тру ушибленную душу –
Больно, что ни говори…
Мне б советы всё ж послушать ,
Йодом смазать «фонари».
Вижу грабли в уголочке…
Это выше сил моих!
И, как будто, ставлю точку –
Наступаю я на них!
Все расставленные грабли,
Как нарочно, под ногой…
Поученья слушать нам ли,
Раз советует другой?
Не со зла, а просто сдуру,
С точностью наоборот,
Из трёх пальцев мы фигуру –
Тем, кто нам совет даёт!
Грабли - прямо, грабли – боком…
Ни одни не пропущу!
Как на прыгалках, с наскока,
Свою ногу опущу.
То частенько, то пореже
Искушаю я судьбу.
Грабли мне одни и те же
Бесконечно бьют по лбу.
Бьют они до крови прямо,
Бьют наотмашь промеж глаз,
За дела, что знают сами
И без дела – про запас.
Тру ушибленную душу –
Больно, что ни говори…
Мне б советы всё ж послушать ,
Йодом смазать «фонари».
Вижу грабли в уголочке…
Это выше сил моих!
И, как будто, ставлю точку –
Наступаю я на них!
Подвластны магу ночь, и день,
И даже ход планет.
И всемогущ ты, чародей,
И в то же время нет.
Ты можешь свет во тьме зажечь
И гору разрубить.
Только сердцу не прикажешь,
Только сердцу не прикажешь,
Человеческому сердцу
Не прикажешь полюбить
Быть может, магия твоя
На все найдет ответ,
Откроет тайну бытия
И вечности секрет.
И философский камень
Ты сумеешь раздобыть,
Только сердцу не прикажешь,
Только сердцу не прикажешь,
Человеческому сердцу
Не прикажешь полюбить.
Нет увлекательней игры
И, мир постигнув наш,
Создашь ты новые миры,
Когда нибудь, создашь.
И где угодно можешь быть,
И кем угодно быть.
Только сердцу не прикажешь,
Только сердцу не прикажешь,
Человеческому сердцу
Не прикажешь полюбить.
Л.Дербенев.
Николай Заболоцкий
Кто мне откликнулся в чаще лесной?
Старый ли дуб зашептался с сосной,
Или вдали заскрипела рябина,
Или запела щегла окарина,
Или малиновка, маленький друг,
Мне на закате ответила вдруг?
Кто мне откликнулся в чаще лесной?
Ты ли, которая снова весной
Вспомнила наши прошедшие годы,
Наши заботы и наши невзгоды,
Наши скитанья в далеком краю,—
Ты, опалившая душу мою?
Кто мне откликнулся в чаще лесной?
Утром и вечером, в холод и зной,
Вечно мне слышится отзвук невнятный,
Словно дыханье любви необъятной,
Ради которой мой трепетный стих
Рвался к тебе из ладоней моих...
Кто мне откликнулся в чаще лесной?
Старый ли дуб зашептался с сосной,
Или вдали заскрипела рябина,
Или запела щегла окарина,
Или малиновка, маленький друг,
Мне на закате ответила вдруг?
Кто мне откликнулся в чаще лесной?
Ты ли, которая снова весной
Вспомнила наши прошедшие годы,
Наши заботы и наши невзгоды,
Наши скитанья в далеком краю,—
Ты, опалившая душу мою?
Кто мне откликнулся в чаще лесной?
Утром и вечером, в холод и зной,
Вечно мне слышится отзвук невнятный,
Словно дыханье любви необъятной,
Ради которой мой трепетный стих
Рвался к тебе из ладоней моих...
Серик Устабеков
Зелёное море травы
Колышет в тиши ветерок,
И полон счастливой Любви
Прекрасный лесной уголок.
Берёз золотится листва
На фоне суровых дубов,
И как-то наивны слова
Под гладью седых облаков.
Быть может, пойдёт вскоре дождь
И смоет осеннюю грусть,
И ты за собой позовёшь,
Читая стихи наизусть.
Зелёное море травы
Колышет в тиши ветерок,
И полон счастливой Любви
Прекрасный лесной уголок.
Берёз золотится листва
На фоне суровых дубов,
И как-то наивны слова
Под гладью седых облаков.
Быть может, пойдёт вскоре дождь
И смоет осеннюю грусть,
И ты за собой позовёшь,
Читая стихи наизусть.
Николай Заболоцкий
ДЕТСТВО
Огромные глаза, как у нарядной куклы,
Раскрыты широко. Под стрелами ресниц,
Доверчиво-ясны и правильно округлы,
Мерцают ободки младенческих зениц.
На что она глядит? И чем необычаен
И сельский этот дом, и сад, и огород,
Где, наклонясь к кустам, хлопочет их хозяин,
И что-то, вяжет там, и режет, и поет?
Два тощих петуха дерутся на заборе,
Шершавый хмель ползет по столбику крыльца.
А девочка глядит. И в этом чистом взоре
Отображен весь мир до самого конца.
Он, этот дивный мир, поистине впервые
Очаровал ее, как чудо из чудес,
И в глубь души ее, как спутники живые,
Вошли и этот дом, и этот сад, и лес.
И много минет дней. И боль сердечной смуты
И счастье к ней придет. Но и жена, и мать,
Она блаженный смысл короткой той минут
Вплоть до седых волос всё будет вспоминать.
ДЕТСТВО
Огромные глаза, как у нарядной куклы,
Раскрыты широко. Под стрелами ресниц,
Доверчиво-ясны и правильно округлы,
Мерцают ободки младенческих зениц.
На что она глядит? И чем необычаен
И сельский этот дом, и сад, и огород,
Где, наклонясь к кустам, хлопочет их хозяин,
И что-то, вяжет там, и режет, и поет?
Два тощих петуха дерутся на заборе,
Шершавый хмель ползет по столбику крыльца.
А девочка глядит. И в этом чистом взоре
Отображен весь мир до самого конца.
Он, этот дивный мир, поистине впервые
Очаровал ее, как чудо из чудес,
И в глубь души ее, как спутники живые,
Вошли и этот дом, и этот сад, и лес.
И много минет дней. И боль сердечной смуты
И счастье к ней придет. Но и жена, и мать,
Она блаженный смысл короткой той минут
Вплоть до седых волос всё будет вспоминать.
Владимир Хомич
Да, что за Рок, страна, в тебе:
Рожать себе врагов на радость
Чужим врагам. И эта напасть –
Дщери твои и сыновья!
И распинать тебя им в сладость,
И полнится их грудью гадость,
И низвергается на нас.
А в сотни лет к ним наша слабость
Лишь гнев и злобу вызывает,
И нас презреньем поражает
Дитя…, иль выродок родной?
– Да в чём наш грех судьбе такой!
Да, что за Рок, страна, в тебе:
Рожать себе врагов на радость
Чужим врагам. И эта напасть –
Дщери твои и сыновья!
И распинать тебя им в сладость,
И полнится их грудью гадость,
И низвергается на нас.
А в сотни лет к ним наша слабость
Лишь гнев и злобу вызывает,
И нас презреньем поражает
Дитя…, иль выродок родной?
– Да в чём наш грех судьбе такой!
***
Had I the heavens’ embroidered cloths,
Enwrought with golden and silver light,
The blue and the dim and the dark cloths
Of night and light and the half-light,
I would spread the cloths under your feet:
But I, being poor, have only my dreams;
I have spread my dreams under your feet;
Tread softly because you tread on my dreams.
© William Butler Yeats
Had I the heavens’ embroidered cloths,
Enwrought with golden and silver light,
The blue and the dim and the dark cloths
Of night and light and the half-light,
I would spread the cloths under your feet:
But I, being poor, have only my dreams;
I have spread my dreams under your feet;
Tread softly because you tread on my dreams.
© William Butler Yeats
Дай мне силу, нет-дай мне свободу!
Дай мне крылья, чтоб в небо подняться,
Чтобы даже в плохую погоду
Научился я снова влюбляться...
Дай мне веру, надежду и...мудрость,
Чтобы там, на последнем причале
Ярко помнилось детство и юность
И простилось, что мне не додали
Чьи-то руки, глаза...чьи-то губы.
Что сам подарить не сумел я...
Все мы-люди, немножечко грубы,
Не честны и порою-не смелы
Перед теми, кого мы не любим,
Кого любим, но так-между делом
Предаем, оставляем и губим,
Оставляя любовь за пределом.
Дай же душам отмыться от гнили,
Чтоб земные пути завершая,
Свято верилось-то, как мы жили-
Заслужило...хоть чуточку...рая.
Т.Айна
Год прошел, с тех пор как мы расстались,
Но судьбы каприз очередной.
И совсем случайно оказались
Мы с тобой в компании одной.
И как будто не было разлуки,
И всего, что разлучило нас.
Словно мы узнали друг о друге
Только в этот вечер в первый раз.
Две погасшие свечи снова вспыхнули в ночи.
И шальная искра вновь в душе зажгла любовь.
Две погасшие свечи снова вспыхнули в ночи.
Ну а мы, ну а мы считали их, сгоревшими до тла.
В полутемном зале ресторана
Все сказали мне глаза твои.
Словно выплывали из тумана
Дни не позабывшейся любви.
В зале на столах горели свечи.
Во сто крат сильнее их огня
Твои руки волосы и плечи
В танце обжигали вновь меня.
М.Шуфутинский
Но судьбы каприз очередной.
И совсем случайно оказались
Мы с тобой в компании одной.
И как будто не было разлуки,
И всего, что разлучило нас.
Словно мы узнали друг о друге
Только в этот вечер в первый раз.
Две погасшие свечи снова вспыхнули в ночи.
И шальная искра вновь в душе зажгла любовь.
Две погасшие свечи снова вспыхнули в ночи.
Ну а мы, ну а мы считали их, сгоревшими до тла.
В полутемном зале ресторана
Все сказали мне глаза твои.
Словно выплывали из тумана
Дни не позабывшейся любви.
В зале на столах горели свечи.
Во сто крат сильнее их огня
Твои руки волосы и плечи
В танце обжигали вновь меня.
М.Шуфутинский
Владимир Хомич
Давно подмечен, и не мной,
Признак коварства родовой.
От самой первой колыбели,
Когда в ней крик – разум немой,
Мы разглядеть б уже хотели,
Кем станет Он стране родной,
А, может быть, – и всему миру!
Тем в детском лепете светлели
И над младенцем разумели:
Да, в ясном лике нет греха,
Да, в милых глазках чистота,
Да, истина ему близка.
При этом тайно сознавали,
Что без греха не умирали
до нас,
Лишь стул перерастали …
– Но подлости слепые дали.
Давно подмечен, и не мной,
Признак коварства родовой.
От самой первой колыбели,
Когда в ней крик – разум немой,
Мы разглядеть б уже хотели,
Кем станет Он стране родной,
А, может быть, – и всему миру!
Тем в детском лепете светлели
И над младенцем разумели:
Да, в ясном лике нет греха,
Да, в милых глазках чистота,
Да, истина ему близка.
При этом тайно сознавали,
Что без греха не умирали
до нас,
Лишь стул перерастали …
– Но подлости слепые дали.
Боль… какая странная боль…
Жизнь… иль всего только роль…
Ложь… в оправе слов золотых…
Страсть… сильней, чем совесть и стыд…
Страх… сводящий чувства на нет…
Бог… сулящий правду и свет…
Грех… такой… как будто чужой…
Власть… над чьей-то слабой душой…
Зло… что так безжалостно бьёт…
Смех… лишённый радостных нот…
Миг… разнёсший всё в пух и прах…
Бред… тонувший в пьяных слезах…
Сон… мне предсказавший беду…
Он… меня водивший в аду…
Да… в котором правды на грош…
Нет… что не произнесёшь…
(Из дневника Ирины Линд и Валерия Золотухина.)
Жизнь… иль всего только роль…
Ложь… в оправе слов золотых…
Страсть… сильней, чем совесть и стыд…
Страх… сводящий чувства на нет…
Бог… сулящий правду и свет…
Грех… такой… как будто чужой…
Власть… над чьей-то слабой душой…
Зло… что так безжалостно бьёт…
Смех… лишённый радостных нот…
Миг… разнёсший всё в пух и прах…
Бред… тонувший в пьяных слезах…
Сон… мне предсказавший беду…
Он… меня водивший в аду…
Да… в котором правды на грош…
Нет… что не произнесёшь…
(Из дневника Ирины Линд и Валерия Золотухина.)
Владимир Хомич
Отрочеством не знаем их.
Вот мячик в речку дочь бросает,
Вот книжечку сынок читает,
Вот юбки и штаны малы –
Добры, нет признаков беды.
Но лишь в веселье разумеет
Чадо себя как естество
И слышит отчество своё,
Иным другой уж коленкор:
Вдруг желчен он, делам бессильный,
Вдруг каркает, судьбе могильный,
На нас: кто ждал его, родил
И на любовь благословил.
– Но он и это не простил!
Отрочеством не знаем их.
Вот мячик в речку дочь бросает,
Вот книжечку сынок читает,
Вот юбки и штаны малы –
Добры, нет признаков беды.
Но лишь в веселье разумеет
Чадо себя как естество
И слышит отчество своё,
Иным другой уж коленкор:
Вдруг желчен он, делам бессильный,
Вдруг каркает, судьбе могильный,
На нас: кто ждал его, родил
И на любовь благословил.
– Но он и это не простил!
Владимир Маяковский
ПОСЛУШАЙТЕ!
Послушайте!
Ведь, если звезды зажигают -
значит - это кому-нибудь нужно?
Значит - кто-то хочет, чтобы они были?
Значит - кто-то называет эти плевочки
жемчужиной?
И, надрываясь
в метелях полуденной пыли,
врывается к богу,
боится, что опоздал,
плачет,
целует ему жилистую руку,
просит -
чтоб обязательно была звезда! -
клянется -
не перенесет эту беззвездную муку!
А после
ходит тревожный,
но спокойный наружно.
Говорит кому-то:
"Ведь теперь тебе ничего?
Не страшно?
Да?!"
Послушайте!
Ведь, если звезды
зажигают -
значит - это кому-нибудь нужно?
Значит - это необходимо,
чтобы каждый вечер
над крышами
загоралась хоть одна звезда?!
ПОСЛУШАЙТЕ!
Послушайте!
Ведь, если звезды зажигают -
значит - это кому-нибудь нужно?
Значит - кто-то хочет, чтобы они были?
Значит - кто-то называет эти плевочки
жемчужиной?
И, надрываясь
в метелях полуденной пыли,
врывается к богу,
боится, что опоздал,
плачет,
целует ему жилистую руку,
просит -
чтоб обязательно была звезда! -
клянется -
не перенесет эту беззвездную муку!
А после
ходит тревожный,
но спокойный наружно.
Говорит кому-то:
"Ведь теперь тебе ничего?
Не страшно?
Да?!"
Послушайте!
Ведь, если звезды
зажигают -
значит - это кому-нибудь нужно?
Значит - это необходимо,
чтобы каждый вечер
над крышами
загоралась хоть одна звезда?!
Мне так давно не дарили цветов —
Лучшей, одной и любимой!
Мне так давно не дарили цветов —
Единственной, неповторимой!
Нежность тюльпанов и праздничность роз —
Мимо меня, мимо глаз, мимо сердца.
Мне так давно не дарили цветов —
Так, от души и от сердца!
Мне так давно не дарили тепла
И красоты не дарили!
Мне так давно не дарили добра,
Не преклонялись, не превозносили!
Мне так давно не читали стихов,
Ласки простой не дарили.
И так давно искренних слов — слов
О любви не говорили!
Мне так давно не дарили любви —
Той безоглядной и настоящей.
Светлой, святой и грешной любви —
Бескорыстной, боготворящей!
Selena
Владимир Хомич
Когда же змий в него вложил
Свой дух, бесплодностью томимый!
Когда в него сей смрад вдохнул,
Когда … явился Вельзевул?
Да он с Отчизной согрешил
Разве когда, сей червь беспутный!
Вот так, незримо совратил
И нет, уж нет в нас больше сил,
Чтобы исторгнуть дух паскудный?!
…Силён бесёнок –
в очках, нудный,
Пишет все ночи напролёт
(Нет, чёрт своё не заберёт),
Как он на родину плюёт
(Меж строк врага на нас зовёт),
Как мы глупы и безобразны
И как, увы, однообразны.
Да мы … греховней всех народ!
Да попросту: народ – Урод.
При этом чай с лимоном пьёт,
Затылок трёт, ручку грызёт.
Когда же змий в него вложил
Свой дух, бесплодностью томимый!
Когда в него сей смрад вдохнул,
Когда … явился Вельзевул?
Да он с Отчизной согрешил
Разве когда, сей червь беспутный!
Вот так, незримо совратил
И нет, уж нет в нас больше сил,
Чтобы исторгнуть дух паскудный?!
…Силён бесёнок –
в очках, нудный,
Пишет все ночи напролёт
(Нет, чёрт своё не заберёт),
Как он на родину плюёт
(Меж строк врага на нас зовёт),
Как мы глупы и безобразны
И как, увы, однообразны.
Да мы … греховней всех народ!
Да попросту: народ – Урод.
При этом чай с лимоном пьёт,
Затылок трёт, ручку грызёт.
Агния Барто
Я ЛЕЖУ, БОЛЕЮ
Я лежу, болею,
Сам себя жалею.
Повздыхаю на спине,
Снова на бок лягу...
Не идут друзья ко мне
Навестить беднягу.
Я лежу, болею,
Сам себя жалею.
Где товарищи мои?
Как проводят лето?
Без меня ведут бои
На футболе где-то...
Я лежу, болею,
Сам себя жалею.
Жду, когда в конце концов
Распахнутся двери
И ворвутся шесть мальцов,
Пять по крайней мере.
***
Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя...
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что я томлюсь с другими.
И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света.
© Иннокентий Анненский
Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя...
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что я томлюсь с другими.
И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света.
© Иннокентий Анненский
Владимир Лагунов
Мечтательно падает снег...
О чем он сегодня мечтает?
А это нам кажется, ведь...
Он падает и просто тает.
Мечты недоступны ему,
А также отдельным снежинкам.
Они, приземлившись, во тьму
Из звездочек склеятся в льдинки.
А звезды сияют вверху...
Прохладное небо синеет.
Его не вместить мне в строку,
Она этой сказки бледнее...
Мечтательно падает снег...
О чем он сегодня мечтает?
А это нам кажется, ведь...
Он падает и просто тает.
Мечты недоступны ему,
А также отдельным снежинкам.
Они, приземлившись, во тьму
Из звездочек склеятся в льдинки.
А звезды сияют вверху...
Прохладное небо синеет.
Его не вместить мне в строку,
Она этой сказки бледнее...
БЕССОННИЦА
(ночной момент)
Ночной порой в пустыне городской
Есть час один, проникнутый тоской,
Когда на целый город ночь сошла
И всюду водворилась мгла,
Все тихо и молчит; и вот луна взошла,
И вот при блеске лунной сизой ночи
Лишь нескольких церквей, потерянных вдали,
Блеск золоченых глав, унылый, тусклый зев
Пустынно бьет в недремлющие очн,
И сердце в нас подкидышем бывает
И так же плачется и так же изнывает,
О жизни и любви отчаянно взывает.
Но тщетно плачется и молится оно:
Все вкруг него и пусто и темно!
Час и другой все длится жалкий стон,
Но наконец, слабея, утихает он.
(ночной момент)
Ночной порой в пустыне городской
Есть час один, проникнутый тоской,
Когда на целый город ночь сошла
И всюду водворилась мгла,
Все тихо и молчит; и вот луна взошла,
И вот при блеске лунной сизой ночи
Лишь нескольких церквей, потерянных вдали,
Блеск золоченых глав, унылый, тусклый зев
Пустынно бьет в недремлющие очн,
И сердце в нас подкидышем бывает
И так же плачется и так же изнывает,
О жизни и любви отчаянно взывает.
Но тщетно плачется и молится оно:
Все вкруг него и пусто и темно!
Час и другой все длится жалкий стон,
Но наконец, слабея, утихает он.
Не везёт
Автор: Борис Заходер
Отчего-то мне
Весь год
Не везет и не везет!
Не везет мне на футболе:
Как ударишь - нет стекла!
Дома не везет,
А в школе...
В школе - жуткие дела!
Хоть на той контрольной, скажем,
Я
Вполне
Четверки ждал:
Петька - с ним контакт налажен -
Мне шпаргалку передал.
Ну, как будто все в порядке!
...Возвращают нам тетрадки.
Мы глядим.
И что же в них?
В них - четверка...
На двоих!
Петька смотрит виновато...
Я не бил его, ребята.
Он же это не назло.
Просто
Мне не повезло!
Уж такой я невезучий,
Незадачливый такой!
Взять, к примеру, этот случай:
Я,
На все махнув рукой,
Взял
Уроки сделал честно,
Сделал, не жалея сил!
Ну и что же?
Бесполезно!
Так никто и не спросил!
А обычно нет и дня,
Чтоб не вызвали меня.
Хоть под парту лезь - и тут
Обязательно найдут!
Никакого нет спасенья
От такого невезенья!
И всего обидней что?
Не сочувствует никто!
...Рано утром было это.
Сел в трамвай я на ходу.
Я решил не брать билета -
Скоро, думаю, сойду.
Ну откуда в эту пору
Было взяться контролеру?
Он
Остановил вагон,
И меня выводят вон!
Я сказал, понятно, сразу:
- Не везет, как по заказу! -
А кругом как захохочут!
- Верно, - говорит народ, -
Раз трамвай везти не хочет,
Тут уж ясно -
Не везет!
Автор: Борис Заходер
Отчего-то мне
Весь год
Не везет и не везет!
Не везет мне на футболе:
Как ударишь - нет стекла!
Дома не везет,
А в школе...
В школе - жуткие дела!
Хоть на той контрольной, скажем,
Я
Вполне
Четверки ждал:
Петька - с ним контакт налажен -
Мне шпаргалку передал.
Ну, как будто все в порядке!
...Возвращают нам тетрадки.
Мы глядим.
И что же в них?
В них - четверка...
На двоих!
Петька смотрит виновато...
Я не бил его, ребята.
Он же это не назло.
Просто
Мне не повезло!
Уж такой я невезучий,
Незадачливый такой!
Взять, к примеру, этот случай:
Я,
На все махнув рукой,
Взял
Уроки сделал честно,
Сделал, не жалея сил!
Ну и что же?
Бесполезно!
Так никто и не спросил!
А обычно нет и дня,
Чтоб не вызвали меня.
Хоть под парту лезь - и тут
Обязательно найдут!
Никакого нет спасенья
От такого невезенья!
И всего обидней что?
Не сочувствует никто!
...Рано утром было это.
Сел в трамвай я на ходу.
Я решил не брать билета -
Скоро, думаю, сойду.
Ну откуда в эту пору
Было взяться контролеру?
Он
Остановил вагон,
И меня выводят вон!
Я сказал, понятно, сразу:
- Не везет, как по заказу! -
А кругом как захохочут!
- Верно, - говорит народ, -
Раз трамвай везти не хочет,
Тут уж ясно -
Не везет!
Снег идет
Снег идет, снег идет.
К белым звездочкам в буране
Тянутся цветы герани
За оконный переплет.
Снег идет, и всё в смятеньи,
Всё пускается в полет,-
Черной лестницы ступени,
Перекрестка поворот.
Снег идет, снег идет,
Словно падают не хлопья,
А в заплатанном салопе
Сходит наземь небосвод.
Словно с видом чудака,
С верхней лестничной площадки,
Крадучись, играя в прятки,
Сходит небо с чердака.
Потому что жизнь не ждет.
Не оглянешься - и святки.
Только промежуток краткий,
Смотришь, там и новый год.
Снег идет, густой-густой.
В ногу с ним, стопами теми,
В том же темпе, с ленью той
Или с той же быстротой,
Может быть, проходит время?
Может быть, за годом год
Следуют, как снег идет,
Или как слова в поэме?
Снег идет, снег идет,
Снег идет, и всё в смятеньи:
Убеленный пешеход,
Удивленные растенья,
Перекрестка поворот.
Б. Пастернак
Снег идет, снег идет.
К белым звездочкам в буране
Тянутся цветы герани
За оконный переплет.
Снег идет, и всё в смятеньи,
Всё пускается в полет,-
Черной лестницы ступени,
Перекрестка поворот.
Снег идет, снег идет,
Словно падают не хлопья,
А в заплатанном салопе
Сходит наземь небосвод.
Словно с видом чудака,
С верхней лестничной площадки,
Крадучись, играя в прятки,
Сходит небо с чердака.
Потому что жизнь не ждет.
Не оглянешься - и святки.
Только промежуток краткий,
Смотришь, там и новый год.
Снег идет, густой-густой.
В ногу с ним, стопами теми,
В том же темпе, с ленью той
Или с той же быстротой,
Может быть, проходит время?
Может быть, за годом год
Следуют, как снег идет,
Или как слова в поэме?
Снег идет, снег идет,
Снег идет, и всё в смятеньи:
Убеленный пешеход,
Удивленные растенья,
Перекрестка поворот.
Б. Пастернак
Есть женщина, душа которой - Море
И в глубине ее Красивых глаз,
Ты чувствуешь себя героем
Готовым на сражение в первый раз.
Есть женщина, душа которой - Небо
И в высоте ее прекрасных слов,
Ты чувствуешь себя частичкой света,
Что в сердце превращается в любовь.
Есть женщина, душа которой - Сказка
И в волшебстве ее прелестных чар,
Ты чувствуешь себя в объятиях ласки
Что так похожи на пожар.
Мальво
Шекспир. Сонет 141
Мои глаза в тебя не влюблены, -
Они твои пороки видят ясно.
А сердце ни одной твоей вины
Не видит и с глазами не согласно.
Ушей твоя не услаждает речь.
Твой голос, взор и рук твоих касанье,
Прельщая, не могли меня увлечь
На праздник слуха, зренья, осязанья.
И все же внешним чувствам не дано -
Ни всем пяти, ни каждому отдельно -
Уверить сердце бедное одно,
Что это рабство для него смертельно.
В своем несчастье одному я рад,
Что ты - мой грех и ты - мой вечный ад.
Мои глаза в тебя не влюблены, -
Они твои пороки видят ясно.
А сердце ни одной твоей вины
Не видит и с глазами не согласно.
Ушей твоя не услаждает речь.
Твой голос, взор и рук твоих касанье,
Прельщая, не могли меня увлечь
На праздник слуха, зренья, осязанья.
И все же внешним чувствам не дано -
Ни всем пяти, ни каждому отдельно -
Уверить сердце бедное одно,
Что это рабство для него смертельно.
В своем несчастье одному я рад,
Что ты - мой грех и ты - мой вечный ад.
Автор Произведений
Календарь весну встретил вроде,
Мрачную, как жизнь одалиски.
Почему любовь не приходит,
А уходит лишь по-английски?
Вот пришла б родимая, молча,
Потрясая разум нарядом -
Тихая походочка волчья,
Ты проснулся, глядь, она рядом.
Преданность на личике милом,
И печать стесненья на оном.
Как же ты, весна, утомила
Со своим, пардон, Альбионом.
Нагнала тумана удачно,
Что любовь поспеет ко сроку.
По каким местам она злачным
Ходит, предаваясь пороку?
Знаем, ты известная сводня,
Но терпенья выпита кварта.
Видно принц был занят сегодня,
И забыл, что первое марта.
Календарь весну встретил вроде,
Мрачную, как жизнь одалиски.
Почему любовь не приходит,
А уходит лишь по-английски?
Вот пришла б родимая, молча,
Потрясая разум нарядом -
Тихая походочка волчья,
Ты проснулся, глядь, она рядом.
Преданность на личике милом,
И печать стесненья на оном.
Как же ты, весна, утомила
Со своим, пардон, Альбионом.
Нагнала тумана удачно,
Что любовь поспеет ко сроку.
По каким местам она злачным
Ходит, предаваясь пороку?
Знаем, ты известная сводня,
Но терпенья выпита кварта.
Видно принц был занят сегодня,
И забыл, что первое марта.
Каждый день в Сети торчу,
Что я здесь поймать хочу?
Может счастье и любовь,
Ощутить смогу я вновь...
Может просто отдохнуть
И в глаза твои взглянуть..
В мониторе два зрачка,
Мирно смотрят на меня.
Ой боюсь, боюсь, боюсь.
Вдруг я снова обожгусь..
&Надежда&
Что я здесь поймать хочу?
Может счастье и любовь,
Ощутить смогу я вновь...
Может просто отдохнуть
И в глаза твои взглянуть..
В мониторе два зрачка,
Мирно смотрят на меня.
Ой боюсь, боюсь, боюсь.
Вдруг я снова обожгусь..
&Надежда&
Кофейный бунт
Я сегодня проснулся рано.
Я обрезался, бреясь, некстати.
Постоял в раздумьях у крана
И поплёлся назад, к кровати,
В миг решив: «на работу не еду!
Как нибудь без меня обойдутся»…
Я проснулся… примерно к обеду.
Продолжая, в неге тянуться.
Все мои коллеги в запарке,
Вместе с шефом, сегодня пофиг…
Не спеша прошёл к кофеварке,
Заварил ароматнейший кофе.
Крепко-горький и одновремЕнно
Сладко-терпкий, с отдушкой корицы,
Разогнал мою кровь внутривенно.
Кайф такой, аж в глазах искрится!
Я, блаженно-ленивый бездельник,
По глоточку свободу смакуя,
Клал на то, что уже понедельник
И мобила калится, лютуя.
И на то, что придёт расплата
И веду себя не как профи…
Я в уютных объятьях халата
Наслаждаюсь отличным кофе!
Я сегодня проснулся рано.
Я обрезался, бреясь, некстати.
Постоял в раздумьях у крана
И поплёлся назад, к кровати,
В миг решив: «на работу не еду!
Как нибудь без меня обойдутся»…
Я проснулся… примерно к обеду.
Продолжая, в неге тянуться.
Все мои коллеги в запарке,
Вместе с шефом, сегодня пофиг…
Не спеша прошёл к кофеварке,
Заварил ароматнейший кофе.
Крепко-горький и одновремЕнно
Сладко-терпкий, с отдушкой корицы,
Разогнал мою кровь внутривенно.
Кайф такой, аж в глазах искрится!
Я, блаженно-ленивый бездельник,
По глоточку свободу смакуя,
Клал на то, что уже понедельник
И мобила калится, лютуя.
И на то, что придёт расплата
И веду себя не как профи…
Я в уютных объятьях халата
Наслаждаюсь отличным кофе!
Блок А.
О, весна без конца и без краю -
Без конца и без краю мечта!
Узнаю тебя, жизнь! Принимаю!
И приветствую звоном щита!
Принимаю тебя, неудача,
И удача, тебе мой привет!
В заколдованной области плача,
В тайне смеха - позорного нет!
Принимаю бессонные споры,
Утро в завесах темных окна,
Чтоб мои воспаленные взоры
Раздражала, пьянила весна!
Принимаю пустынные веси!
И колодцы земных городов!
Осветленный простор поднебесий
И томления рабьих трудов!
И встречаю тебя у порога -
С буйным ветром в змеиных кудрях,
С неразгаданным именем бога
На холодных и сжатых губах...
Перед этой враждующей встречей
Никогда я не брошу щита...
Никогда не откроешь ты плечи...
Но над нами - хмельная мечта!
И смотрю, и вражду измеряю,
Ненавидя, кляня и любя:
За мученья, за гибель - я знаю -
Все равно: принимаю тебя!
О, весна без конца и без краю -
Без конца и без краю мечта!
Узнаю тебя, жизнь! Принимаю!
И приветствую звоном щита!
Принимаю тебя, неудача,
И удача, тебе мой привет!
В заколдованной области плача,
В тайне смеха - позорного нет!
Принимаю бессонные споры,
Утро в завесах темных окна,
Чтоб мои воспаленные взоры
Раздражала, пьянила весна!
Принимаю пустынные веси!
И колодцы земных городов!
Осветленный простор поднебесий
И томления рабьих трудов!
И встречаю тебя у порога -
С буйным ветром в змеиных кудрях,
С неразгаданным именем бога
На холодных и сжатых губах...
Перед этой враждующей встречей
Никогда я не брошу щита...
Никогда не откроешь ты плечи...
Но над нами - хмельная мечта!
И смотрю, и вражду измеряю,
Ненавидя, кляня и любя:
За мученья, за гибель - я знаю -
Все равно: принимаю тебя!
Павел Коган 2
Не верьте ласковым словам,
Идее, что в ушах звенит.
И лживым фразам, что сердцам
Всё лгут…а ложь всегда пьянит...
От сладких тезисов-цитат
Клеветники дорогу строят.
Их не страшат ни Бог, ни Ад,
А здесь всегда ворьё – герои..
Их обещанья – пустота:
Словами так сорят и черти,
Но все пусты… и в том беда:
Они не знают страха смерти...
Красиво, а внутри – гнильё,
Скажи сто раз на желчь, что – мёд…
Но не изменится жульё,
Чья наглость лезет наперёд!
До исполненья слов златых
Не дотянуться никогда:
Слова их – бред, и этот стих –
Им обличенье навсегда…
Не верьте ласковым словам,
Идее, что в ушах звенит.
И лживым фразам, что сердцам
Всё лгут…а ложь всегда пьянит...
От сладких тезисов-цитат
Клеветники дорогу строят.
Их не страшат ни Бог, ни Ад,
А здесь всегда ворьё – герои..
Их обещанья – пустота:
Словами так сорят и черти,
Но все пусты… и в том беда:
Они не знают страха смерти...
Красиво, а внутри – гнильё,
Скажи сто раз на желчь, что – мёд…
Но не изменится жульё,
Чья наглость лезет наперёд!
До исполненья слов златых
Не дотянуться никогда:
Слова их – бред, и этот стих –
Им обличенье навсегда…
БЫВАЮТ РОКОВЫЕ ДНИ...
Бывают роковые дни
Лютейшего телесного недуга
И страшных нравственных тревог;
И жизнь над нами тяготеет
И душит нас, как кошмар.
Счастлив, кому в такие дни
Пошлет всемилосердый бог
Неоценимый, лучший дар-
Сочувственную руку друга,
Кого живая, теплая рука
Коснется нас, хотя слегка,
Оцепенение рассеет
И сдвинет с нас ужасный кошмар
И отвратит судеб удар,-
Воскреснет жизнь, кровь заструится вновь,
И верит сердце в правду и любовь.
Ф.И.Тютчев
Бывают роковые дни
Лютейшего телесного недуга
И страшных нравственных тревог;
И жизнь над нами тяготеет
И душит нас, как кошмар.
Счастлив, кому в такие дни
Пошлет всемилосердый бог
Неоценимый, лучший дар-
Сочувственную руку друга,
Кого живая, теплая рука
Коснется нас, хотя слегка,
Оцепенение рассеет
И сдвинет с нас ужасный кошмар
И отвратит судеб удар,-
Воскреснет жизнь, кровь заструится вновь,
И верит сердце в правду и любовь.
Ф.И.Тютчев
Я подарю тебе
Платье из бабочек
Белых и пестрых,
Я подарю тебе зонтик
Из ласточек –
Мне это просто.
Я подарю тебе
Домик из музыки
Самой красивой,
Будет в нем мебель
Из солнечных лучиков,
Мебель на диво.
Я подарю тебе
Песню из жемчуга
И изумрудов...
Ты навсегда моя
Вечная Женщина,
Вечное чудо.
Зельвин Горн
ДВЕ КРАСОТЫ. Асадов
Хоть мать-природа не сидит без дела,
Но идеалы редко созидает.
И красота души с красивым телом
Довольно редко в людях совпадает.
Две красоты, и обе хороши.
Вручить бы им по равному венцу!
Однако часто красота души
Завидует красивому лицу.
Не слишком то приятное признанье,
А все же что нам истину скрывать?!
Ведь это чувство, надобно сказать,
Не лишено, пожалуй, основанья.
Ведь большинство едва ль не до конца
Престранной "близорукостью" страдает.
Прекрасно видя красоту лица,
Душевной красоты не замечает.
А и заметит, так опять не сразу,
А лишь тогда, смущаясь, разглядит,
Когда все то, что мило было глазу,
Порядочно и крепко насолит.
А, может быть, еще и потому,
Что постепенно, медленно, с годами,
Две красоты, как женщины в дому,
Вдруг словно бы меняются ролями.
Стареет внешность: яркие черты
Стирает время властно и жестоко,
Тогда как у духовной красоты
Нет ни морщин, ни возраста, ни срока.
И сквозь туман, как звездочка в тиши,
Она горит и вечно улыбается.
И кто откроет красоту души,
Тот, честное же слово, не закается!
Ведь озарен красивою душой,
И сам он вечным расплеснется маем!
Вот жаль, что эту истину порой
Мы все же слишком поздно понимаем.
Хоть мать-природа не сидит без дела,
Но идеалы редко созидает.
И красота души с красивым телом
Довольно редко в людях совпадает.
Две красоты, и обе хороши.
Вручить бы им по равному венцу!
Однако часто красота души
Завидует красивому лицу.
Не слишком то приятное признанье,
А все же что нам истину скрывать?!
Ведь это чувство, надобно сказать,
Не лишено, пожалуй, основанья.
Ведь большинство едва ль не до конца
Престранной "близорукостью" страдает.
Прекрасно видя красоту лица,
Душевной красоты не замечает.
А и заметит, так опять не сразу,
А лишь тогда, смущаясь, разглядит,
Когда все то, что мило было глазу,
Порядочно и крепко насолит.
А, может быть, еще и потому,
Что постепенно, медленно, с годами,
Две красоты, как женщины в дому,
Вдруг словно бы меняются ролями.
Стареет внешность: яркие черты
Стирает время властно и жестоко,
Тогда как у духовной красоты
Нет ни морщин, ни возраста, ни срока.
И сквозь туман, как звездочка в тиши,
Она горит и вечно улыбается.
И кто откроет красоту души,
Тот, честное же слово, не закается!
Ведь озарен красивою душой,
И сам он вечным расплеснется маем!
Вот жаль, что эту истину порой
Мы все же слишком поздно понимаем.
Светлана Дубовицкая
Долги все розданы, счета оплачены,
Кто б ни пришел наверх - нет, не заплачем мы.
Вновь речи лживые вливают в уши нам,
Чтобы работу дать пропаренным мозгам.
Там пьеса писана для нас уже давно.
А нас - по ниточке. А мы для них - никто!
Самодоволен, рад наш главный кукловод,
Целенаправленно народ он свой ведет...
А мы все пыжимся, все митингуем, блин!
Исполнить должен долг российский гражданин!
Вперед, на площади! Давай, ораторы!
Быть может выберут вас в губернаторы!
Долги все розданы, счета оплачены,
Кто б ни пришел наверх - нет, не заплачем мы.
Вновь речи лживые вливают в уши нам,
Чтобы работу дать пропаренным мозгам.
Там пьеса писана для нас уже давно.
А нас - по ниточке. А мы для них - никто!
Самодоволен, рад наш главный кукловод,
Целенаправленно народ он свой ведет...
А мы все пыжимся, все митингуем, блин!
Исполнить должен долг российский гражданин!
Вперед, на площади! Давай, ораторы!
Быть может выберут вас в губернаторы!
Фет А.
Пришла, - и тает всё вокруг,
Всё жаждет жизни отдаваться,
И сердце, пленник зимних вьюг,
Вдруг разучилося сжиматься.
Заговорило, зацвело
Всё, что вчера томилось немо,
И вздохи неба принесло
Из растворенных врат эдема.
Как весел мелких туч поход!
И в торжестве неизъяснимом
Сквозной деревьев хоровод
Зеленоватым пышет дымом.
Поет сверкающий ручей,
И с неба песня, как бывало;
Как будто говорится в ней:
Всё, что ковало, - миновало.
Нельзя заботы мелочной
Хотя на миг не устыдиться,
Нельзя пред вечной красотой
Не петь, не славить, не молиться
Пришла, - и тает всё вокруг,
Всё жаждет жизни отдаваться,
И сердце, пленник зимних вьюг,
Вдруг разучилося сжиматься.
Заговорило, зацвело
Всё, что вчера томилось немо,
И вздохи неба принесло
Из растворенных врат эдема.
Как весел мелких туч поход!
И в торжестве неизъяснимом
Сквозной деревьев хоровод
Зеленоватым пышет дымом.
Поет сверкающий ручей,
И с неба песня, как бывало;
Как будто говорится в ней:
Всё, что ковало, - миновало.
Нельзя заботы мелочной
Хотя на миг не устыдиться,
Нельзя пред вечной красотой
Не петь, не славить, не молиться
Моника Талмер
обрекая себя на вечность
растирая судьбу до точек
шла к тебе, и сулила встречу
беспросветная звездность ночи
в каждом шорохе в каждом шаге
открывались такие бездны
доверяя себя бумаге
обещала что боль исчезнет
обещала пройти по кругу
и вернуться назад нетленной
в каждом шепоте в каждом звуке
слышать голос твоих вселенных
распадаясь на нити улиц
разделяясь на чет и нечет
кто придумал что все вернулось
кто поверил что время лечит
обрекая себя на вечность
растирая судьбу до точек
шла к тебе, и сулила встречу
беспросветная звездность ночи
в каждом шорохе в каждом шаге
открывались такие бездны
доверяя себя бумаге
обещала что боль исчезнет
обещала пройти по кругу
и вернуться назад нетленной
в каждом шепоте в каждом звуке
слышать голос твоих вселенных
распадаясь на нити улиц
разделяясь на чет и нечет
кто придумал что все вернулось
кто поверил что время лечит
Всегда так было и всегда так будет:
Ты забываешь обо мне порой,
Твой скучный взгляд порой мне сердце студит...
Но у тебя ведь нет такой второй!
Несвойственна любви красноречивость,
Боюсь я слов красивых как огня.
Я от тебя молчанью научилась,
И ты к терпенью приучил меня.
Нет, не к тому, что родственно бессилью,
Что вызвано покорностью судьбе,
Нет, не к тому, что сломанные крылья
Даруют в утешение тебе.
Ты научил меня терпенью поля,
Когда земля суха и горяча,
Терпенью трав, томящихся в неволе
До первого весеннего луча,
Ты научил меня терпенью птицы,
Готовящейся в дальний перелет,
Терпенью всех, кто знает, что случится,
И молча неминуемого ждет.
Александр Картунов 2
Прыжок.
Впервые стоишь на краю жуткой пропасти.
Прижат полумесяцем грозных собак.
Нечаянно встретился с миром жестокости.
Ты-маленький волк и по этому, враг!
Ты смотришь вперёд со щенячий наивностью.
Но,самостоятельность глушит весь страх.
Как мама учила, отчаянно прыгаешь...
Клок шерсти оставив на хищных зубах!
Приземление.
Раны жизнь трансформирует в шрамы.
Больно телу или душе....
Ноет в стужу отметина-память,
Рассосётся навряд ли уже.
Не залижешь потерю спросонок,
Не забудешь охотничий пыл.
Снова снится ночами подонок,
Что собак на семью натравил...
Прыжок.
Впервые стоишь на краю жуткой пропасти.
Прижат полумесяцем грозных собак.
Нечаянно встретился с миром жестокости.
Ты-маленький волк и по этому, враг!
Ты смотришь вперёд со щенячий наивностью.
Но,самостоятельность глушит весь страх.
Как мама учила, отчаянно прыгаешь...
Клок шерсти оставив на хищных зубах!
Приземление.
Раны жизнь трансформирует в шрамы.
Больно телу или душе....
Ноет в стужу отметина-память,
Рассосётся навряд ли уже.
Не залижешь потерю спросонок,
Не забудешь охотничий пыл.
Снова снится ночами подонок,
Что собак на семью натравил...
Женщина – она прекрасна,
Она таинственно мила,
И грациозна и опасна,
И как Богиня холодна.
Легка, заботлива, невинна,
Лукавства ей не занимать,
Бесстрашна, где-то горделива,
С лихвою может поворчать.
В любви она всегда тигрица,
И страсть и ласка – всё при ней.
Мечтательница, мастерица,
Загадка тысячи ночей.
Колдунья, нежное созданье,
Она свободна выбирать.
Женою быть её призванье,
Она заботливая мать.
Она – любовь, она – преграда,
Она сладка, как майский мёд,
Такая хрупкая отрада,
Когда на шпилечках идёт.
О, женщина, ты величава,
Сложней тебя нет существа.
Когда ты любишь – ты держава,
А ненавидишь – ты война.
Душа-красоты
По этой самой красоте тоскуя,
Преобразив земное бытиё,
Великий Мастер Женщину рисует
Такой, какою видит он её.
Пробившись сквозь извечную рутину,
Душа его, летящая, поёт,
А женщина взирает на картину -
И в ней себя почти не узнаёт:
Улыбка феи, бархатная кожа,
Румянец на щеках и гордый взор…
Да ведь она красивей и моложе,
Чем это ей казалось до сих пор!!!
И повинуясь воли инстинктивной
Уверовать в правдивость полотна,
В реальной жизни, а не на картине
Прекраснее становится она!
И вот уже, стройна и горделива,
Она идёт по улице пустой.
Она красива, Боже, как красива
Какой-то неземною красотой!!!
Её улыбка Небо восхищает,
И свет струится от её лица –
Так праведная кисть довоплощает
Первоначальный замысел Творца...
Душа-красоты
Серик Устабеков
Когда ты ничего уже не ждёшь,
Быть может, всё изменится вокруг,
Уйдут в туман сомнения и ложь,
Перечеркнув возможности разлук.
Твоя Судьба одна на миллиард,
Снежинка в небе, плеск морской волны.
Тебя опять притягивает март
Рождением красавицы Весны.
И пусть давно нет видимых побед
Не стоит ждать, ведь можно самому
Найти свой путь в потоке разных лет,
Доверившись и сердцу, и уму.
Когда ты ничего уже не ждёшь,
Быть может, всё изменится вокруг,
Уйдут в туман сомнения и ложь,
Перечеркнув возможности разлук.
Твоя Судьба одна на миллиард,
Снежинка в небе, плеск морской волны.
Тебя опять притягивает март
Рождением красавицы Весны.
И пусть давно нет видимых побед
Не стоит ждать, ведь можно самому
Найти свой путь в потоке разных лет,
Доверившись и сердцу, и уму.
Несравненный Александр Сергеевич Пушкин...
И я слыхал, что божий свет
И я слыхал, что божий свет
Единой дружбою прекрасен,
Что без нее отрады нет,
Что жизни б путь нам был ужасен,
Когда б не тихой дружбы свет.
Но слушай - чувство есть другое:
Оно и нежит и томит,
В трудах, заботах и в покое
Всегда не дремлет и горит;
Оно мучительно, жестоко,
Оно всю душу в нас мертвит,
Коль язвы тяжкой и глубокой
Елей надежды не живит...
Вот страсть, которой я сгораю!..
Я вяну, гибну в цвете лет,
Но исцелиться не желаю
И я слыхал, что божий свет
И я слыхал, что божий свет
Единой дружбою прекрасен,
Что без нее отрады нет,
Что жизни б путь нам был ужасен,
Когда б не тихой дружбы свет.
Но слушай - чувство есть другое:
Оно и нежит и томит,
В трудах, заботах и в покое
Всегда не дремлет и горит;
Оно мучительно, жестоко,
Оно всю душу в нас мертвит,
Коль язвы тяжкой и глубокой
Елей надежды не живит...
Вот страсть, которой я сгораю!..
Я вяну, гибну в цвете лет,
Но исцелиться не желаю
На остановке маленькой, что в конце квартала,
сидело тихо счастье и на ветру дрожало.
А люди торопливо все мимо пробегали.
Сидело счастье тихо... Его не замечали.
И вот дождливым утром счастье ждать устало.
В углу на остановке просто пусто стало...
Нам помнить не мешало бы, в пустые плача дни,
что счастье где-то рядом, лишь руки протяни.
Л. Степанюк.
Владимир Фокас 2
Сон мне был… По дороге над кручею
Я иду по какому-то случаю,
По какому – не знаю, не ведаю,
Не ищу, не зову, не преследую…
То ли свет померк, то ль в душе темно,
Ни зверей, ни птиц не видать давно,
А закат, как сон, дурью мается,
Всё горит, горит, не кончается,
И висит, как к небу прибитое,
Солнце злое, чужое, испитое,
И трясёт меня, и ознобом бьёт,
Горечь трын-травы забивает рот,
Вкус беды да хмель забродивших лет,
Нет живой воды, даже лужи нет,
Не свернуть с пути – оглянусь назад,
Там лишь сон да мгла, да недобрый взгляд,
Да похмельный стон, да черно вино –
Хоть забыл уже, хоть не пью давно...
Покурить бы мне – хоть в последний раз!
Только нет с собой – то ль иссяк запас,
То ли рухнул дом, то ли хмарь с утра,
То ли срок пришёл – помирать пора,
Не под музыку, не под знаменем...
Да гори ты всё синим пламенем!
Сон мне был… По дороге над кручею
Я иду по какому-то случаю,
По какому – не знаю, не ведаю,
Не ищу, не зову, не преследую…
То ли свет померк, то ль в душе темно,
Ни зверей, ни птиц не видать давно,
А закат, как сон, дурью мается,
Всё горит, горит, не кончается,
И висит, как к небу прибитое,
Солнце злое, чужое, испитое,
И трясёт меня, и ознобом бьёт,
Горечь трын-травы забивает рот,
Вкус беды да хмель забродивших лет,
Нет живой воды, даже лужи нет,
Не свернуть с пути – оглянусь назад,
Там лишь сон да мгла, да недобрый взгляд,
Да похмельный стон, да черно вино –
Хоть забыл уже, хоть не пью давно...
Покурить бы мне – хоть в последний раз!
Только нет с собой – то ль иссяк запас,
То ли рухнул дом, то ли хмарь с утра,
То ли срок пришёл – помирать пора,
Не под музыку, не под знаменем...
Да гори ты всё синим пламенем!
Андрей Вознесенский
* * *
Поглядишь, как несметно
разрастается зло —
слава Богу, мы смертны,
не увидим всего.
Поглядишь, как несмелы
табуны васильков —
слава Богу, мы смертны,
не испортим всего.
* * *
Поглядишь, как несметно
разрастается зло —
слава Богу, мы смертны,
не увидим всего.
Поглядишь, как несмелы
табуны васильков —
слава Богу, мы смертны,
не испортим всего.
Для просмотра полной версии этой страницы, пожалуйста, пройдите по ссылке.