Отличия украинского языка XIX века от украинской мовы XXI века начинаются уже с самоназвания. В XIX веке основным самоназванием оной речи были словосочетания "малороссийский язык", "украинский язык", "южнорусский язык": "i возвеличимо на диво i розум наш, і наш язик" (Т.Шевченко), "український язик вони викурюють з дому, бо ним говорить простий народ" (И.Нечуй-Левицкий) - самоназвание "українска мова" тогда ещё было в диковинку. Носители сего языка говорили "на Украине" - в нынешней украинской мове это сочетание прямо запрещено по политическим причинам. Большинство носителей древнеукраинского языка свою страну называли не "украИна", а "укрАина" (вспомним шевченковское "Украйна плаче, стогне-плаче") - "украИной" эту страну тогда называли поляки поскольку в польском ударение фиксированное, всегда на предпоследний слог, и часть малороссов правобережной (польской) Украины изменили ударение в оном слове поскольку находились под влиянием языка польского. Ныне старое ударение тоже находится под негласным запретом т.к. считается русизмом - и это при том, что даже сам динозавр украинского национализма Левко Лукьяненко по-старинке говорил "укрАина".

Но это, что называется, только цветочки. Настоящий удар по древнеукраинскому языку нанесла начавшаяся во второй половине XIX века лексическая чистка оного - чистка продолжающаяся до сих пор. Уже в начале XX века многие украинцы признавали (Нечуй-Левицкий, Чикаленко), что лексическая пропасть между "старым украинским" от "новым украинским" растёт с каждым годом и делает эти два языка малопонятным друг для друга, к началу XXI века результатом этой чистки и стал гигантский разрыв между языком XIX века и мовой XXI века.

В первую очередь жертвой чистки стали церковнославянские элементы украинского языка. Со веремён Киевской Руси церковнославянский язык оказывал сильнейшее влияние на языки восточных славян, и украинцы здесь исключением не были, пока в XIX веке не решили искусственно прервать литературную традицию и убрать практически все многочисленные церковнославянизмы из своего языка. Целью сего действа было максимальное лексическое отдаление украинского языка от русского, поскольку украинцы тогда (как и сейчас) очень комплексовали из-за того, что украинский называли диалектом русского языка; считалось, что искусственное отдаление двух языков друг от друга окончательно поставит точку в споре является ли украинский отдельным языком или только диалектом русского, поэтому тем церковнославянизмам, которые не проникли в русский язык, было милостливо разрешено остаться в мове ("невiглас, страждати"). Изгнание церковнославянизмов привело к тому, что теперь "древнеукраинские" тексты могут понять только те (пока ещё многочисленные) украинцы, что знают русский язык; например, вот как украинец без знания русского языка сможет понять содержание этого отрывка из "Энеиды" Котляревского:

Розумно, Низ, ти розсуждаєш,
А о повинності мовчиш,
Которую сам добре знаєш,
Меніж зовсім другу твердиш.
Де общеє добро в упадку,
Забудь отця, забудь і матку,
Лети повинність ісправлять

А вот этот же фрагмент в переводе с древнеукраинского языка на совеременную украинскую мову:

Розумно, Низе, ти міркуєш,
А про повинність мовчиш,
Яку сам добре знаєш,
Мені ж зовсім iншу твердиш.
Де загальне добро у занепадi,
Забудь батька, забудь i матку,
Лети повинність виправляти

- итого 8 лексических отличий. Даже такой небольшой фрагмент отлично показывает насколько силён лексический разрыв между украинскими XIX и XXI столетиями.

Политика "очищения" украинского языка от старой лексики привела к тому, что совеременные украинцы украинский язык XIX века часто воспринимают как иностранный, о чём красноречиво свидетельствует один опрос. Профессор Любомир Белей несколько лет назад провёл в Закарпатье занятный эксперимент - опросил 250 респондентов на каком языке написано это стихотворение:

Все упованиє моє
На Тебе, мôй пресвѣтлый раю,
На милосердиє твоє,
Все упованиє моє
На тебе, мати, возлагаю.

Только 5% опрошенных указали, что это украинский язык, и только 1 человек из 250 верно указал, что это стихи Тараса Шевченко (цит. по "Мовознавство", 2016, №3). И запутавшихся закарпатских вуек можно понять и просить - человеку со стороны в стихах Шевченко сложно будет опознать совеременную украинскую мову; попробуй догадайся, что язык этого стихотворения украинский:

Боже, спаси, суди мене
Ти по Своїй волі.
Молюсь, Господи, внуши їм
Уст моїх глаголи.
Бо на душу мою встали
Сильнії чужії,
Не зрять Бога над собою,
Не знають, що діють.

Вы можете представить чтобы только 5% опрошенных русских опознали русский язык в каком-нибудь стихотворении Александра Сергеевича Пушкина? А для Украины, как видите, это обычное дело. Лексические отличия между языком Шевченко и совеременной украинской мовой набегают на небольшой украино-украинский словарь:


На примере с Шевченко мы видим, что начав с церковнославянизмов чистители мовы постепенно добрались и до собственно украинских слов, одинаковых с русскими - "видiти, держати, ждати, бистрий, кожа" и многие другие. В этой связи особенно показателен один фрагментик из украинского гимна. Как мы все знаем, украинцы по любому поводу и без повода любят спевать свой гимн, где есть такая фраза: "Душу й тіло ми положим за нашу свободу". И вот академик Пономарив, нынешний украинский "мовознавец" №1, авторитетно заявляет, что в украинской мове нет глагола "положить":
"У сучасній українській літературній мові слова ложити немає. З приростками і без них маємо "класти, покласти, скласти, накладати, розкладати" тощо. Наказовий спосіб - клади, поклади, кладіть, покладіть." (отсюда)
И ведь это не пустые слова - глагол "положити" в украинской мове XXI века действительно не употребляется от слова совсем. Не говоря уже о том, что для нынешней мовы глаголы будущего веремени множественного числа допустимы только с О на конце - "положимо, покладемо".

А другой мовознавець, пусть и не столь авторитетный - Володымыр Мартынюк - заявляет что и слово "свобода" неукраинское:
"російське слово "свобода" пролізло в українську мову через москвофільську галицьку жопу у ХІХ сторіччі" (здесь)
Тут впору уже и украинский гимн переводить с украинского на украинский:
"Душу й тiло ми покладемо за нашу волю" ))))

Конечно, украинцы на мои примеры ответят "аргументом", что и "положити", и "свобода" есть в украинском словаре. Конечно, многие слова, ставшие жертвой лексической чистки, действительно пока ещё присутствуют в словарях, но на деле эти слова уже выведены за скобки, превращены в запрещённые архаизмы, использование которых наказуемо - весьма показательный пример, как переводчик был наказан за использование старого слова "лице" вместо нового слова "обличчя", хотя этого польского "oblicze" у того же Тараса Шевченко, например, нет и в помине. Публичное употребление лексики Старого языка в украиноязычной среде немедленно вызывает отпор ревнителей Новой мовы - в соцсетях в украиноязычных группах постоянно идут срачи по поводу уместности употребления в укромове того или иного слова: попробуй разберись можно ли украинскому патриоту говорить "враг" вместо "ворог", "вонь" вместо "сморід", "вiдминяти" вместо "скасувати", "преподобний" вместо "превелебний". При этом ссылки на словари и классиков XIX века не помогают - любое неугодное слово всё равно будет объявлено "москализмом". Впрочем, иногда новомовнюки пытаются свои новомовные словечки приписать предкам: я не раз встречал утверждение, что предки нынешних украинцев с незапамятных веремён называли русских "московитами", а Россию "Московией" - подлог тем более очевиден, что слов "московит" и "Московiя" нет в украинском языке - их ни в словаре Гринченко, ни в советском 11-томном "Словаре украинской мовы", ни у украинских классиков навроде Котляревского и Шевченко.

Но не стоит думать, что только лексика отличает древнеукраинский язык от совеременного украинского - чего стоит список нелексических различий в одной только в "Энеиде" Котляревского. Из нелексических отличий особенно заметна повсеместная замена предлога и приставки од- на вiд-; как и у Котляревского, в лексиконе Тараса Шевченко тоже всюду было од - оддати, однiмати, одчинити и т.п. - в то веремя как ныне используется только и исключительно вiд - віддати, віднімати, відчинити. Но особенно бросаются в глаза синтаксические отличия. Например, по мнению новомовных украинцу не следует употреблять предлог "по" в синтаксических конструкциях - вместо "плисти по морю, йти по дорозi, думати по-українски" нужно писать и говорить "плисти морем, йти дорогою, думати українською". При этом вплоть до начала XX века украинцы говорили только "плисти по морю, йти по дорозi, думати по-українски", что убедительно доказала одна украинская исследовательница. Также по мнению новомовных нельзя говорить "їду в Україну" - только "їду до України"; излишне говорить, что в XIX веке было по-другому ("в Україну ідіть, діти" Шевченко).

Но особенно ненавистен новомовным синтаксический оборот "у меня есть" - "в мене є хата", например; по их мнению это неукраинский и даже неиндоевропейский (!) оборот, азиатчина в чистом виде, финно-угорское влияние (!!!). Новомовные утверждают, что расовым украм вместо этого нужно говорить "я имею" - "я маю хату". И хотя оборот "у меня есть", разумеется, был основным для праиндоевропейского языка, а также для латыни, древнегреческого, староанглийского, старославянского, древнерусского, особенно примечательно, что этот же оборот был основным и в древнеукраинском языке XIX века; встречается он и у Тараса:

Добро, у кого є господа, А в тій господі є сестра
Та не кажи добрим людям, Що є в тебе мати
Я не одинокий, є з ким в світі жить
Я не одинокий, є з ким вік дожить

и у Панаса:
— А в тебе земля ще де є? — Ні, нема. — А хата є? — Є

и у Леси:
Єсть у мене одна розпачлива, сумна, одинокая зірка ясна

и даже у галичанина Ивана Франко:
У нього є донька така хороша
Хоч у них є солдати й гармати
У мене є свiй плащ

Но новомовных такое тотальное несоотвествие между украинской литературой XIX века и заявленной ими языковой нормой нисколько не смущает.

Результатом всех этих перемен стало полное размытие языковых норм украинского языка - никто толком не знает можно или нельзя украинцу использовать то или иное слово, тот или иной синтаксический оборот, поскольку то что считалось языковой нормой в XIX веке, ныне многими считается уродованием мовы, мовным извращением. После такого тотального размытия нормы стоит ли после этого удивляться тому, что на всю страну только два человека написали Всеукраинский диктант без ошибок. А ведь ещё грядёт великий переход украинской мовы на латиницу, после чего украинский язык XIX века и украинская мова XXI века окончательно превратятся в два разных и малопохожих друг на друга языка.
А впрочем, так им и надо!

Украинский язык был искусственно создан в 1794 году. Как украинцу мне обидно, но...
Изобретатель малороссийского наречия Иван Петрович Котляре;вский (29 августа (9 сентября) 1769, Полтава — 29 октября (10 ноября) 1838, Полтава).
И Котляревский И.П., и Шевченко Т.Г. пользовались так называемой ярыжкой.
«Яры;жка» (укр. ярижка; правильнее «еры;жка», от славянских названий букв «Ъ» — ер и «Ы» — еры) — название фонетических систем записи украинского языка неизменённой русской азбукой (гражданский шрифт), применявшихся с XVIII по начало XX века.

Эмским указом 1876 года, среди прочих ограничений, она (в ущерб системам с переменами в азбуке) была объявлена обязательной к применению для украинской печати в России (дабы «не было допускаемо никаких отступлений от общепринятого русского правописания»), что было одной из причин её отторжения национально ориентированными кругами. М. М. Коцюбинский иронически называл «ерыжку» «романовкой» (имея в виду российский правящий дом). После 1905 года ерыжка вышла из употребления.

Украинский язык был создан в 1794 году на основе некоторых особенностей южнорусских диалектов, бытующего и поныне в Ростовской и Воронежской областях и при этом абсолютно взаимопонимаемых с русским языком, бытующим в Центральной России. Создан он был путём нарочитого искажения общеславянской фонетики, при которой вместо общеславянских «о» и «і» стали для комического эффекта применять звук «и», «хв» вместо «ф» а также путём засорения языка иностранными заимствованиями и нарочно выдуманными неологизмами.
В первом случае это выразилось в том, что, например, конь, который звучит как конь и по-сербски, и по-болгарски, и даже по-лужицки, по-украински стал называться кiнь. Кот же стал называться кіт, а чтобы кота не путали с китом, кит стал произноситься как кыт.
По второму же принципу табуретка стала пiдсральником, насморк нежитью, а зонт – розчипіркой. Потом уже советские украинские филологи заменили розчипірку на парасольку (от французского parasol), табуретке вернули русское название, поскольку пiдсральник звучал не совсем прилично, а насморк так и остался нежитью. Но в годы незалэжности общеславянские и международные слова стали заменять на искусственно созданные, стилизованные под простонародные лексемы. В результате акушерка стала пупорезкой, лiфт – підйомником, дзеркало – люстром, процент – відсотком, а коробка передач – скринькой перепихунців.
Что же касается систем склонения и спряжения, то последние были просто заимствованы из церковно-славянского языка, выполнявшего до середины 18-го столетия функцию общего литературного языка для всех православных славян и даже у валахов, впоследствии переименовавших себя в румын.
Первоначально сфера применения будущего языка ограничивалась бытовыми сатирическими произведениями, высмеивающими безграмотную болтовню маргинальных социальных слоёв. Первым, кто синтезировал так называемый малороссійскій языкъ, был полтавский дворянин Иван Котляревский. В 1794 году Котляревский ради хохмы создал своего рода йазык падонкафф, на котором он написал шутливое переложение «Энеиды» величайшего ветхоримского поэта Публия Вергилия Марона.
«Энеида» Котляревского в те времена воспринималась как макароническая поэзия — род шуточных стихов, созданных по принципу, сформулированному тогдашней франко-латинской пословицей «Qui nescit motos, forgere debet eos» — кто не знает слов, должен их создавать. Именно так и создавались слова малороссийского наречия.
Создание искусственных языков, как показала практика, доступно не только филологам. Так, в 2005 году томский предприниматель Ярослав Анатольевич Золотарёв создал так называемый сибирский язык, «которой идьот ешшо со времьон Великово Новгорода и дошедшы до нашенских дньов в нареччах сибирсково народа». На этом псевдоязыке 1 октября 2006 года был даже создан целый раздел Википедии, насчитывавший боле пяти тысяч страниц и удалённый 5 ноября 2007 года. В плане содержания проект был рупором политически активных нелюбителей «Этой Страны». В результате каждая вторая статья СибВики представляла собой неиллюзорный шедевр русофобского троллинга. Например, «Опосля большевицка переворота большевики издеяли Центросибирь, а потом и вовсе приткнувшы Сибирь до Россеи». К этому всему прилагались стихотворения первого поэта сибирского говору Золотарёва с говорящими названиями «Москальска сволочь» и «Москальски вы..дки». Пользуясь правами админа, Золотарёв любые правки откатывал как написанные «на иностранном языке.
Если бы эту деятельность не прикрыли в самом зародыше, то уже сейчас мы бы имели движение сибирских сепаратистов, внушающих сибирякам, что те являются отдельным народом, что не следует кормить москалей (несибирские русские на этом языке назывались именно так), а следует самостоятельно торговать нефтью и газом, для чего надо учредить под патронажем Америки независимую сибирскую державу.
Идея создания на основе языка, придуманного Котляревским, отдельного национального языка была сначала подхвачена поляками – бывшими хозяевами украинных земель: Уже через год после появления «Энеиды» Котляревского Ян Потоцкий призвал называть земли Волынши и Подолии, недавно вошедшие в состав России словом «Украина», а народ их населяющий, именовать не русскими, а украинцами. Другой поляк, граф Тадеуш Чацкий, лишённый имений после второго раздела Польши, в своём сочинении «O nazwiku Ukrajnj i poczatku kozakow» стал изобретателем термина «Укр». Именно Чацкий произвёл его от какой-то никому до него не ведомой орды «древних укров», вышедшей якобы из-за Волги в VII столетии.
(Тадеуш Чацкий (польск. Tadeusz Czacki, Фаддей Феликсович Чацкий; 28 августа 1765, Порыцк (ныне Павловка, в 25 км от Владимира-Волынского) — 8 февраля 1813, Дубно) — польский публицист, историк, общественный и государственный деятель, библиофил.
Состоял в Эдукационной комиссии (Комиссия национальной эдукации), руководящем органе просвещения в Речи Посполитой в 1773—1794 годах.
В 1786 году был избран в финансовую комиссию польского сейма и за пять лет развил бурную деятельность, в значительной степени оставшуюся безрезультатной на фоне общего распада польского государства. Присягнув польской конституции 1791 года, после торжества тарговицкой конфедерации вышел из состава финансовой комиссии и после Второго раздела Польши был лишён имений, которые были ему частично возвращены только по воцарении Павла I.)
Одновременно польская интеллигенция начала предпринимать попытки кодификации языка, изобретённого Котляревским. Так, в 1818 году в Петербурге Алексеем Павловским была издана «Грамматика малороссійскаго наречія», но на самой Украине эта книжка была воспринята в штыки. Павловского ругали за внедрение польских слов, называли ляхом, и в «Прибавленіяхъ къ Грамматике малороссійскаго наречія», вышедших в 1822 году, он специально написал: «Я божусь вамъ, что я вашъ единоземецъ». Главным нововведением Павловского стало то, что он предложил писать «i» вместо «;» дабы усугубить начавшие было стираться различия между южнорусским и среднерусским диалектами.
Но самым большим шагом в пропаганде так называемого украинского языка стала крупная мистификация, связанная с искусственно созданным образом Тараса Шевченки, который, будучи неграмотным, на самом деле ничего не писал, а все его произведения были плодом мистификаторского труда сначала Евгения Гребёнки, а потом Пантелеймона Кулиша.
Австрийские власти рассматривали русское население Галиции как естественный противовес полякам. Однако, вместе с тем они боялись, что русские рано или поздно захотят присоединиться к России. Поэтому идея украинства была для них как нельзя более удобна – искусственно созданный народец можно было противопоставить и полякам, и русским.
Первым, кто начал внедрять в умы галичан новоизобретённое наречие, стал греко-католический каноник Иван Могильницкий. Вместе с митрополитом Левицким Могильницкий в 1816 году при поддержке австрийского правительства приступил к созданию начальных школ с «местным языком» в Восточной Галиции. Правда, пропагандируемый им «местный язык» Могильницкий лукаво называл руським. Помощь австрийского правительства Могильницкому главный теоретик украинства Грушевский, также существовавший на австрийские гранты, обосновывал так: «Австрийское правительство в виду глубокого порабощения польской шляхтой украинского населения изыскивало способы поднять последнее в общественном и культурном отношении». Отличительной особенностью галицко-русского возрождения является его полная лояльность и крайний сервилизм по отношению к правительству, а первым произведением на «местном языке» стало стихотворение Маркияна Шашкевича в честь императора Франца, по случаю его именин.
(Михаи;л Серге;евич Груше;вский (укр. Михайло Сергійович Грушевський; 29 сентября 1866, Холм, Царство Польское, Российская Империя — 24 ноября 1934, Кисловодск...)
(СПОМИНАЙТЕ, БРАТЯ МИЛІ Маркиян Шашкевич
Споминайте, братя милі,
Славнії часи старі!..
Ніби Прута бистрі хвилі,
Плили руські лицарі.
Блискали шеломи в сонці,
Червонилися щити,—
Славні Русі оборонці
Йшли на ворога в світи.
Чи на Дон той каламутний,
Чи на Литву, на ятвяг,
Чи на Краків баламутний,
Вічно скорий до зневаг.
Від копит шляхи стогнали,
Від прапорів нісся шум,
Аж до неба підлітали
Гомони лицарських дум!
Споминаймо, братя милі...
Може, спомин спосіб дасть
Воскресити в новій силі
Руську славу, руську власть!)
8 декабря 1868 года во Львове под эгидой австрийских властей было создано Всеукраїнське товариство «Просвіта» імені Тараса Шевченка.
Чтобы иметь представление о том, каким был настоящий малороссийский диалект в 19-м веке, можно прочесть отрывок тогдашнего украинского текста: «Читая благозвучный текстъ Слова, не трудно зам;тити стихотворный розм;ръ его; для того старался я не только по внутренной части исправити текстъ того же, но такожь по вн;шной форм;, по возможности, возстановити первоначальный стихотворный складъ Слова».
Общество задалось целью вести пропаганду украинского языка среди русского населения Червоной Руси. В 1886 году член общества Евгений Иеронимович Желеховский изобрёл украинскую письменность без «ъ», «э» и «і». В 1922 году эта письменность Желиховка стала основой для радяньского украинского алфавита.
Стараниями общества в русских гимназиях Львова и Перемышля преподавание было переведено на изобретённый Котляреским ради хохмы украинский язык, а воспитанникам этих гимназий стали прививаться идеи украинской идентичности. Из выпускников этих гимназий стали готовиться учителя народных школ, несшие украинство в массы. Результат не заставил себя ждать – до распада Австро-Венгрии удалось вырастить несколько поколений укроговорящего населения.
Этот процесс происходил на глазах галицийских евреев, и опыт Австро-Венгрии был успешнно ими использован: подобный же процесс искусственного внедрения искусственного языка был проделан сионистами в Палестине. Там основную массу населения удалось заставить говорить на иврите – языке, изобретенном лужковским евреем Лазарем Перельманом (более известен как Элиэзер Бен-Йехуда, ивр. ;;;;;;;;;;; ;;;;;;;;;;;;;). В 1885 году иврит был признан единственным языком преподавания некоторых предметов в иерусалимской школе «Библия и труд». В 1904 году Союз взаимопомощи немецких евреев Хильфсферайн основал первую в Иерусалиме учительскую семинарию для преподавателей иврита. Широко практиковалась ивриизация имён и фамилий. Все Моисеи стали Моше, Соломоны – Шломо. Иврит не просто усиленно пропагандировался. Пропаганда подкреплялась тем, что с 1923 по 1936 годы по подмандатной англичанам Палестине шныряли так называемые отряды защиты языка Гдут Мегиней Хасафа (;;;; ;;;;; ;;;;), которые били морды всем говорящим не на иврите, а на идише. Особо упорным морды били до смерти. В иврите не допускается заимствование слов. Даже компьютер в нём не ;;;;;;;;;, а ;;;;, зонт не ;;;;; (от немецкого der Schirm), а ;;;;;, а акушерка не ;;;;;;;;;;;;;;, а ;;;;;;;;; – почти как украинская пупорезка.