Сладкий Яд
спасибо, Николенька!

John Gay

The Barley-mow and the Dunghill

How many saucy airs we meet
From Temple Bar to Aldgate Street!
Proud rogues, who shared the South-Sea prey,
And sprung like mushrooms in a day!
They think it mean, to condescend
To know a brother or a friend;
They blush to hear their mother's name,
And by their pride expose their shame.
As cross his yard, at early day,
A careful farmer took his way,

He stopped, and leaning on his fork,
Observed the flail's incessant work.
In thought he measured all his store,
His geese, his hogs, he numbered o'er;
In fancy weighed the fleeces shorn,
And multiplied the next year's corn.
A Barley-mow, which stood beside,
Thus to its musing master cried:
'Say, good sir, is it fit or right
To treat me with neglect and slight?

Me, who contribute to your cheer,
And raise your mirth with ale and beer?
Why thus insulted, thus disgraced,
And that vile dunghill near me placed?
Are those poor sweepings of a groom,
That filthy sight, that nauseous fume,
Meet objects here? Command it hence:
A thing so mean must give offence'
The humble dunghill thus replied:
'Thy master hears, and mocks thy pride:

Insult not thus the meek and low;
In me thy benefactor know;
My warm assistance gave thee birth,
Or thou hadst perished low in earth;
But upstarts, to support their station,
Cancel at once all obligation.'

Джон Гей

Ячменный Стог и Навозная Куча

от Темпл-бар до Олдгейт стрит
толпа нарядами пестрит
и каждый там второй прохожий
делец и плут с бандитской рожей
барыш почуявший однажды,
приличным раньше был (неважно)
в деньгах сумел коль искупаться,
он с братом перестанет знаться

***
жил на земле один крестьянин,
неспешно шёл он утром ранним
своим двором, и весь в заботах
смотрел, как спорится работа
подскажет там и здесь исправит,
серпы и цепи, вилы, грабли
гусей сочтёт, о свиньях спросит,
прикинет урожай на осень
забот в труде крестьянском много,
вот у ячменного он стога:
«хозяин,недоразуменье!
за что такой позор, презренье?

ведь жизни я залог игривой,
даёт ячмень вам эль и пиво,
неужто места нет мне лучше,
с вонючей чем навозной кучей?
за что не рожь в соседях с просом,
а лошадиные отбросы?
прошу ко мне я быть добрее,
убрать позор сей поскорее!»
дождавшись, что напор остынет,
сказала куча: «ты в гордыне

смешон, нелеп, неблагодарен,
забыл ты первое из правил:
когда зерном в земле ты пленник,
моё тепло тебя согреет!
хоть мной не принято гордиться,
ты без навоза б не родился!»

***
намёк не тонок, с жизнью связан,
не забывай, кому обязан...

Разнообразное творчество)


Да...так и есть.

именно!

John Gay

The Old Woman and her Cats

Who friendship with a knave hath made,
Is judged a partner in the trade.
The matron who conducts abroad
A willing nymph, is thought a bawd;
And if a modest girl is seen
With one who cures a lover's spleen,
We guess her not extremely nice,
And only wish to know her price.
'Tis thus that on the choice of friends
Our good or evil name depends.

A wrinkled hag, of wicked fame,
Beside a little smoky flame
Sate hovering, pinched with age and frost;
Her shrivelled hands, with veins embossed,
Upon her knees her weight sustains,
While palsy shook her crazy brains:
She mumbles forth her backward prayers,
An untamed scold of fourscore years.
About her swarmed a numerous brood
Of cats, who, lank with hunger, mewed.

Teased with their cries, her choler grew,
And thus she sputtered: 'Hence, ye crew.
Fool that I was, to entertain
Such imps, such fiends, a hellish train!
Had ye been never housed and nursed,
I, for a witch had ne'er been cursed.
To you I owe, that crowds of boys
Worry me with eternal noise;
Straws laid across, my pace retard,
The horse-shoe's nailed (each threshold's guard),

The stunted broom the wenches hide,
For fear that I should up and ride;
They stick with pins my bleeding seat,
And bid me show my secret teat.'
'To hear you prate would vex a saint;
Who hath most reason of complaint?'
Replies a cat. 'Let's come to proof.
Had we ne'er starved beneath your roof,
We had, like others of our race,
In credit lived as beasts of chase.

'Tis infamy to serve a hag;
Cats are thought imps, her broom a nag;
And boys against our lives combine,
Because, 'tis said, you cats have nine.'

Джон Гей

Старуха и её коты

кто с плутом дружбою попутан,
сам прослывёт в народе плутом,
матрону посчитают шлюхой,
коль шлюха у неё в подругах
гуляку ты в друзья берёшь-
цена тебе лишь медный грош
всегда так было, есть и будет
«друзей» сплетались жизни, судьбы
каков твой друг, таков и ты,
от всех семян свои цветы

жила была одна старушка,
ну, чисто ведьма, а в избушке
гуляет ветер, смрад, разруха,
то ль от мороза, то ль с испуга
вся сжалась старая карга,
а с губ срываются слова,
ни различить- мольба, проклятья?
(не повторю, чтоб вам не знать их)
и воем воют в той сторожке
голодные коты и кошки

хозяйка (не они!) шипела,
и ненависть её кипела:
«будь проклят год и день и час,
когда в свой дом взяла я вас,
вот так добро вдруг сделать сдуру,
объявят люди, что колдую,
кормила ж вас (ну, пусть не слишком)
за что ж соседские мальчишки
меня дразнили злою ведьмой,
эй ты, блохастый, мне ответь вот?

метлу, и ту они украли,
как будто бы на ней летаю
а каждый день в насмешку снова
прибьют на дверь мою подкову!»
кот тощий, как чертёнок,черный,
за всех сказал старухе злобной:
«от голода здесь сдохли мыши,
не под твоею если б крышей
карга безумная, поверь
счастливым был наш каждый зверь!»

нет положительных героев
у автора, и я не скрою:
мораль здесь не ищи глазами,
в начале басни всё сказали….

Как всегда!
Спасибо, что радуешь переводами!

Сладкий Яд
спасибо, Николенька!

John Gay

The Father and Jupiter

The man to Jove his suit preferred;
He begged a wife. His prayer was heard,
Jove wondered at his bold addressing:
For how precarious is the blessing!
A wife he takes. And now for heirs
Again he worries heaven with prayers.
Jove nods assent. Two hopeful boys
And a fine girl reward his joys.
Now, more solicitous he grew,
And set their future lives in view;

He saw that all respect and duty
Were paid to wealth, to power, and beauty.
'Once more,' he cries, 'accept my prayer;
Make my loved progeny thy care.
Let my first hope, my favourite boy,
All fortune's richest gifts enjoy.
My next with strong ambition fire:
May favour teach him to aspire;
Till he the step of power ascend,
And courtiers to their idol bend.

With every grace, with every charm,
My daughter's perfect features arm.
If heaven approve, a father's bless'd.'
Jove smiles, and grants his full request.
The first, a miser at the heart,
Studious of every griping art,
Heaps hoards on hoards with anxious pain;
And all his life devotes to gain.
He feels no joy, his cares increase,
He neither wakes nor sleeps in peace;

In fancied want (a wretch complete)
He starves, and yet he dares not eat.
The next to sudden honours grew:
The thriving art of Courts he knew:
He reached the height of power and place;
Then fell, the victim of disgrace.
Beauty with early bloom supplies
His daughter's cheek, and points her eyes.
The vain coquette each suit disdains,
And glories in her lover's pains.

With age she fades, each lover flies;
Contemned, forlorn, she pines and dies.
When Jove the father's grief surveyed,
And heard him Heaven and Fate upbraid,
Thus spoke the god: 'By outward show,
Men judge of happiness and woe:
Shall ignorance of good and ill
Dare to direct the eternal will?
Seek virtue; and, of that possess'd,
To Providence resign the rest'


Джон Гей

Родитель и Юпитер

от нас самих зависит много,
да забываем, просим бога

***
«Юпитер!-молвил человек,-
жену пошли мне, чтоб навек!»
послал жену ему Юпитер
«я муж теперь, но не родитель,
а счастлив стану, бог мой, точно
двух сыновей коль дашь и дочку?»
бог выполнил и то и это
конец? нет, басня не об этом

кто виноват, с людьми так стало,
что ни давай, всё будет мало
опять с молитвой наш родитель:
«Юпитер, не вели обидеть,
дай сыну старшему богатство,
другому- чтоб служил при царствах!
один, чтоб накопил добро
алмазы, злато, серебро
второму ж сделай так, о боже,
чтоб кланялись ему вельможи!»

еще просил он небеса:
«пусть дочка-первая краса!»
(наивен муж, кто не обрящет,
что красота в глазах смотрящих)
вздохнул и сделал бог Юпитер,
а как всё вышло, посмотрите:
стал первым скрягою на свете
сын первый, только о монете
мечтал и думал день и ночь
ни есть ни пить уже невмочь

второй успешен был вполне,
служил сначала при дворе
уже и к почестям привык,
да только там полно интриг
и пуст карман, с потухшим взором
оттуда изгнан он с позором
а что же дочь красавица?
все женихи не нравятся!
откажет им, и чья вина
что век свой проведёт одна

всю жизнь так выбирает
и тихо умирает...
сказал старик, от горя белый:
«Юпитер, что же ты наделал!»
и был ответ с небесной дали:
«у счастья, как и у медали,
две стороны,одну ты видел-
то внешний блеск, душа обитель
добра и света! а без сердца
не отворится к счастью дверца!»

***
о, как бы я хотел узнать
кого любить, чего желать...

Какие разные работы - и каждая сохранила в переводе свою индивидуальность

Allegra
спасибо, Анечка! твоя оценка мне очень важна!

слышится тихий вздох в конце стихотворения
о, как бы я хотел узнать
кого любить, чего желать

эту фразу мог сказать и бог и человек, ибо любовь совершается на небесах, а желания несбыточны даже у богов
ну что сказать, пронзительно и замечательно

Лола Лоу
спасибо, Лола!

John Gay

The Fox at the Point of Death

A fox, in life's extreme decay,
Weak, sick, and faint, expiring lay;
All appetite had left his maw,
And age disarmed his mumbling jaw.
His numerous race around him stand
To learn their dying sire's command:
He raised his head with whining moan,
And thus was heard the feeble tone:
'Ah, sons! from evil ways depart:
My crimes lie heavy on my heart.

See, see, the murdered geese appear!
Why are those bleeding turkeys here?
Why all around this cackling train,
Who haunt my ears for chicken slain?
The hungry foxes round them stared,
And for the promised feast prepared.
'Where, sir, is all this dainty cheer?
Nor turkey, goose, nor hen is here.
These are the phantoms of your brain,
And your sons lick their lips in vain.'

'O gluttons!' says the drooping sire,
'Restrain inordinate desire.
Your liqu'rish taste you shall deplore,
When peace of conscience is no more.
Does not the hound betray our pace,
And gins and guns destroy our race?
Thieves dread the searching eye of power,
And never feel the quiet hour.
Old age (which few of us shall know)
Now puts a period to my woe.

Would you true happiness attain,
Let honesty your passions rein;
So live in credit and esteem,
And the good name you lost, redeem.'
'The counsel's good,' a fox replies,
'Could we perform what you advise.
Think what our ancestors have done;
A line of thieves from son to son:
To us descends the long disgrace,
And infamy hath marked our race.

Though we, like harmless sheep, should feed,
Honest in thought, in word, and deed;
Whatever henroost is decreased,
We shall be thought to share the feast.
The change shall never be believed,
A lost good name is ne'er retrieved.'
'Nay, then,' replies the feeble fox,
'(But hark! I hear a hen that clocks)
Go, but be moderate in your food;
A chicken too might do me good.'

Джон Гей

Завещание Лиса

однажды Лис,что в жизни той былой,
удачлив, а теперь старик больной
решил, что в час последний он до смерти
наказ оставит своим внукам-детям
открыл беззубую Лис пасть:
«не убивать, не резать и не красть
вас призываю в лисьей стае всех
не совершать преступный страшный грех
кто жизнь прожил ради других убийства,
да разве много в этой жизни смысла?

вот и сейчас, в последние мгновенья
гусей растерзанных и индюков виденья
меня преследуют! » те слушают, кивают
но очевидно, что не понимают:
«мы, голодны (как впрочем и всегда)
где гуси, куры? что за ерунда?
иль из ума старик наш глупый выжил,
во все века своя нам шкура ближе!
лишь разбудил наш зверский аппетит
кто хищнику убийства запретит?»

вздохнул старик: «как трудно же с обжорой
о воздержании вести мне споры!
лису, видать, никак не изменить
хотел я совесть в душах разбудить
не выйдет ничего, хоть плюй вам в очи,
забыли вы, как рвут нас стаи гончих?
не помните как всей деревней дружно
на нас облавой люди шли при ружьях?
как хищников старались извести
до старости - один из десяти!!!

неужто хищнику нельзя на белом свете
иметь почет, скажите же мне, дети?»
Лис молодой Вождю ответил скоро:
«у вора сын растёт, он тоже станет вором,
кому же за добычей не угнаться,
тот падалью привыкнет век питаться
сын у раба что знает? только клетку!
за нас судьбу определяют предки!
одни в веках своё хранили имя,
а мы ж позор наследуем и ныне

и никогда нам не поверят люди
овечками пастись мы мирно ль будем
хоть ниже трав,воды ли будем тише,
любую курицу на нас, конечно, спишут!
кто злостью жил, тот ею и прекрасен»
дождался Лис, когда утихнут страсти:
«сынок, там курочка, послышалось, кудахчет
поймай её, я кушать захотел, удачи!»

***
кто в этой басне может послужить примером?
я не об этом, друг, сейчас про лицемеров...

Изумительная работа, тонкая ирония

Allegra
спасибо, милая Анечка!

Великолепно!

Сладкий Яд
спасибо, моя милая Николенька!!!

James Beattie

An Epitaph

Like thee I once have stemm'd the sea of life,
Like thee have languish'd after empty joys,
Like thee have labour'd in the stormy strife,
Been grieved for trifles, and amused with toys.

Forget my frailties; thou art also frail:
Forgive my lapses; for thyself may'st fall:
Nor read unmoved my artless tender tale --
I was a friend, O man, to thee, to all.


Джеймс Битти

Эпитафия

я море жизни переплыл, а ты
по морю этому, мой друг, сейчас плывёшь
тонул в потоке бурном суеты,
ведь не всегда, что главное, поймёшь

забудь, что болен был в конце пути,
дороги никого не молодят
хотел друзей улыбки унести,
в небытие навеки уходя...

Саша!
Браво!

Сладкий Яд
спасибо, Николенька!

John Gay

The Turkey and the Ant

In other men we faults can spy,
And blame the mote that dims their eye,
Each little speck and blemish find,
To our own stronger errors blind.
A turkey, tired of common food,
Forsook the barn, and sought the wood;
Behind her ran her infant train,
Collecting here and there a grain.
'Draw near, my birds,' the mother cries,
'This hill delicious fare supplies;

Behold, the busy negro race,
See, millions blacken all the place!
Fear not. Like me with freedom eat;
An ant is most delightful meat.
How bless'd, how envied were our life,
Could we but 'scape the poulterer's knife!
But man, cursed man, on turkeys preys,
And Christmas shortens all our days:
Sometimes with oysters we combine,
Sometimes assist the savoury chine.

From the low peasant to the lord,
The turkey smokes on every board.
Sure men for gluttony are cursed,
Of the seven deadly sins the worst.'
An ant, who climbed beyond his reach,
Thus answered from the neighbouring beech:
'Ere you remark another's sin, 27
Bid thy own conscience look within;
Control thy more voracious bill,
Nor for a breakfast nations kill.'


Джон Гей

Индюшка и Муравей

в своём глазу бревна не видим,
в чужом соринка нас обидит
грехов своих не тянет ноша,
чужой всегда заметить сможем!
решила с детками индюшка
привычный рацион нарушить
зерно наскучит у амбара
в лесок пошли, там явств немало
(нам от рутины бы отвлечься
всем не мешало бы, конечно)

заботливая мать индюшка:
«детишки, вот что надо кушать,
колышется чернее тучи
здесь муравьиных полчищ куча,
какая прелесть, блеск и чудо
открыть изысканное блюдо!
вся наша жизнь на рай похожа,
но Рождество...прости о, боже!
без жалости и без сомненья
под нож! и подают в соленьях

рабы своих дурацких правил
богатый лорд, простой крестьянин
так будь же проклят он вовек-
людской чревоугодья грех!!!»
на расстояньи безопасном
был муравей, и молвил страстно:
«грехов чужих вы обличитель,
в свою же совесть загляните!»

***
я думал, прав был муравьишка,
порой мы лицемерны слишком….

William Blake

The Garden of Love

I went to the Garden of Love,
And saw what I never had seen;
A Chapel was built in the midst,
Where I used to play on the green.

And the gates of this Chapel were shut,
And 'Thou shalt not' writ over the door;
So I turned to the Garden of Love
That so many sweet flowers bore.

And I saw it was filled with graves,
And tombstones where flowers should be;
And priests in black gowns were walking their rounds,
And binding with briars my joys and desires.

Уильям Блейк

Сад Любви

я вернулся в любви нашей сад,
и поверить глазам не могу:
кто часовню построил там
на цветущем зелёном лугу?

на двери тяжёлый замок,
мелом надпись «нельзя войти»
захотелось нарвать цветов,
в этот сад я не мог не прийти

где цвёл луг, средь могил безмолвных
на надгробье увял цветок,
и монахи плели в рясах чёрных
из моих желаний венок...

Замечательно!
Спасибо!
Пропустила)



Великолепно!

Сладкий Яд
спасибо, милая!

Elizabeth Barrett-Browning

How Do I Love Thee?

How do I love thee? Let me count the ways.
I love thee to the depth and breadth and height
My soul can reach, when feeling out of sight
For the ends of Being and ideal Grace.
I love thee to the level of every day's
Most quiet need, by sun and candlelight.
I love thee freely, as men strive for Right;
I love thee purely, as they turn from Praise.

I love with a passion put to use
In my old griefs, and with my childhood's faith.
I love thee with a love I seemed to lose
With my lost saints, I love thee with the breath,
Smiles, tears, of all my life! and, if God choose,
I shall but love thee better after death.


Элизабет Баррет -Браунинг

Как я люблю?

любовь моя к тебе, она без края,
взлетает ввысь и в глубине бездонной,
за горизонта полосою ровной
в недвижной бесконечности летает

люблю в разлуке и когда мы вместе,
есть солнца свет, но в мире есть и свечи
люблю твой день, люблю твой каждый вечер
за слово правды без похвал и лести

за страсть люблю и тихую печаль,
за мою детскую наивную мечту
за то что я могу не отвечать,
а ты молчишь -без слов тебя пойму

***
угодно ль Богу жизнь мою забрать,
любовь и после смерти не отнять...

Спасибо за перевод, Саша!
Великолепно!

до слез.
Алекс твои переводы трогают до глубины души.

Сладкий Яд
Ангел Рая
Николенька, Корнет спасибо!!!
давно не заходил сюда...

новое имя для меня

и сюжет тоже новый. завораживающая, полная смыслов и подтекстов легенда о Вечном Жиде, Агасфере

когда Иисус шел своей последней дорогой на казнь, измученный, он хотел чуть облегчить страдания, оперевшись на стену дома ремесленника иудея по имени Агасфер. тот грубо оттолкнул Спасителя и, издеваясь, пошутил: отдохнёшь на обратном пути, ты же всемогущий и бессмертный.
на что Иисус предсказал ему: теперь ты вечно будешь странствовать и ждать моего прихода!
так и бродит теперь по планете этот неприкаянный Агасфер...

William Wordsworth

Song for the Wandering Jew


Though the torrents from their fountains
Roar down many a craggy steep,
Yet they find among the mountains
Resting-places calm and deep.

Clouds that love through air to hasten,
Ere the storm its fury stills,
Helmet-like themselves will fasten
On the heads of towering hills.

What, if through the frozen centre
Of the Alps the Chamois bound,
Yet he has a home to enter
In some nook of chosen ground:

And the Sea-horse, though the ocean
Yield him no domestic cave,
Slumbers without sense of motion,
Couched upon the rocking wave.

If on windy days the Raven
Gambol like a dancing skiff,
Not the less she loves her haven
In the bosom of the cliff.

The fleet Ostrich, till day closes,
Vagrant over desert sands,
Brooding on her eggs reposes
When chill night that care demands.

Day and night my toils redouble,
Never nearer to the goal;
Night and day, I feel the trouble
Of the Wanderer in my soul.



Уильям Вордсворт (1770-1850)

песня Вечного Жида

реки горные стекают
среди скал, ревут и стонут,
но, спустившись, затихают
у долин в теченье сонном

облака на небе синем
в гневе буря разметала,
буря к вечеру остынет,
тучки спят в холмах устало

серна по лугам альпийским
носится, стуча копытом,
станет к ночи домом близким
уголок, людьми забытый

зверь морской не знает крова,
не найти дом в океане,
но и тот в краю суровом
над волною засыпает

как челнок во время шторма
ветер ворона бросает
ищет он приют упорно,
на скале гнездо свивая

страус бродит по пустыне,
в знойный день в песках хлопочет,
жар пройдёт, песок остынет,
и птенцы отца ждут к ночи

день в трудах и ночь в заботах,
вечно странствовать без цели-
мой удел, и ждать кого то,
а придёт ли? не уверен...

Доброе утро. Мой Генерал.

Прочла на одном дыхании.
Браво.

А разве нельзя воспользоваться Гугл переводчиком ? с любого языка переведут.
Сейчас же это не проблема,или чёт не понимаю

Точность и выразительность: ювелирная передача подспудного гнетущего настроения

замечательно получилось, спасибо за радость разделения твоих переводов



Перевод стихов выполняется не дословно, а в рифму с заменой слов, открывает новые грани словосочетаний, мыслей, образов и автора и переводчика

Ангел Рая
спасибо, милый корнет!

Спасибо, Саша!
Великолепный перевод.

Allegra
Лола Лоу
Анечка и Лола! спасибо, мои милые!!!

.
На вскидку ...переведи. Мы почитаем.

Сладкий Яд
Николенька!!! моя милая Николенька!!! спасибо, моя хорошая!!! отвлечься чуть чуть. я после этого всего не то что переводить, думать о переводах не мог и не хотел...

Ааа,понятно,думала просто перевод.
Спасибо.


А обьяснить нормально не судьба что ли.
Не все могут быть в курсе.

Стихи, переведенные онлайн-сервисом, не будут стихами на новом языке. Художественный перевод возвращает им ритм и выразительность.

Гугл это машина без души.
А когда читаешь перевод который сделан человеком, особенно таким, как Алекс, то всеми клеточками души переосмысливаешь то, что хотел сказать поэт.

Если просто стих/произведения,нормально и Гуглом,не вижу разницы.
Но как тут объяснили,не просто переводы.
Некоторым следует поучится у других,прежде чем нападать.

Гугл переведет дословно почти.
Это называется подстрочник.
Это не будет ни сонет, ни стихотворение.
Не будет ни белого, ни верлиба...никакого.
Не будет это поэзией.

William Wordsworth


While not a leaf seems faded

While not a leaf seems faded; while the fields,
With ripening harvest prodigally fair,
In brightest sunshine bask; this nipping air,
Sent from some distant clime where Winter wields
His icy scimitar, a foretaste yields
Of bitter change, and bids the flowers beware;
And whispers to the silent birds, 'Prepare
Against the threatening foe your trustiest shields.'
For me, who under kindlier laws belong
To Nature's tuneful quire, this rustling dry
Through leaves yet green, and yon crystalline sky,
Announce a season potent to renew,
'Mid frost and snow, the instinctive joys of song,
And nobler cares than listless summer knew.


Уильям Вордсворт

Пока листва зелёная

пока листва зелёная, пока
не скошены в полях хлеба стоят,
одеты в лета солнечный наряд
зимы злой дух подул издалека
свой нож из льда -предвестник перемен
над стебельком трепещущим занёс,
беспечным птицам тихо произнёс:
«пощады нет, тому кто не успел»
но не страшит изменчивость природы
пусть снег укрыл любви зелёный лес,
и застилают тучи синь небес,
я знаю, что в любое время года
в морозах зимних так же буду весел
среди стихов, желаний, снов и песен...

Очень... просто очень.

Шифоновая лирика

Великолепно!
Спасибо, Саша!

Ангел Рая
Allegra
Сладкий Яд
корнет,Аня, Николенька! спасибо вам, мои хорошие!
Слава Украине, ам Исраэль хай, жыве Беларусь!!!

Героям Слава.!

Алекс, прелесть)
Позитивные эмоции всегда превозмогают любые непогоды и нежданности )