Ты женщина, а значит, ты богиня:
Цветов, полей и вечной красоты.
Ты женщина, а значит, твоё имя,
Как свет лучей волшебной чистоты.

Ты женщина, а значит, ты прекрасна,
Как неба синь в зеркальных водах сна.
Ты женщина, а значит не напрасно,
Ты Богом для красот земных дана.

Ты женщина, а значит, ты любима,
Нежна, как яркий утренний рассвет.
Ты женщина и ты неповторима,
Таких, как ты на свете больше нет.

Владимир Казмерчук

Осень-рыжая лиса

А осень - словно рыжая лиса:
Хитра, обманчива, игрива…
Украсила палитрой все леса -
До умопомрачения красиво…

Приходит осторожно к нам она,
Запутывая все следы дождями…
Природы вековые письмена
Раскрашивая желтыми ветвями…

Красотка рыжая глядит умильно
На фоне декораций расписных.
С листвою станцевала стильно
И был под песню ветра бенефис…

А осень - словно рыжая лиса:
Окрас пленит свою красотою…
Улыбкой яркой освещает небеса,
Но все ж приносит холодок с собою…

03.10.2016

© Copyright: Татиана Щеглова, 2016
Свидетельство о публикации №116101402787

Стихотворение Георгия Милляра ( актера)

Появился в начале века
И уйду под конец его
В те края, где чужая аптека
Вряд ли нальет чего.
Кто расписался в моей бесполезности?
Рано мне выдали этот диплом!
Сгорел от безделья и умер от трезвости -
Вот что пишите на гробе моем.
А сниматься? Когда же? Скорее же!
Впереди только темный лес.
Сыграть бы хоть пьяного сторожа,
На березу который полез.
Не нужна мне жена чужая
И ролей чужих не хочу,
Но найдется же роль такая,
Чтобы мне пришлась по плечу…
А, наверное, было бы здорово
Под финал, под конец пути
Напоследок сыграть Суворова
И тогда уж спокойно уйти…

Однажды на рассвете утром рано
Мне в дверь тихонько кто-то постучал.
Я дверь открыла: «Счастье?.. Так нежданно.»
«Я просто в гости. Завтракать. На чай!»

Оставив у порога два ботинка,
Протопало на кухню через холл.
Достало аккуратно из корзинки
Пирог горячий. «Ну, садись за стол!»

И в доме стало радостно, уютно.
Ведь счастье перешло его порог.
Не каждому приносят ранним утром
Красивый, вкусный, праздничный пирог.

Отрезало кусок, роняя крошки,
«Немного он горяч. За то — прости».
О жизни поболтали мы немножко.
Сказала я ему: «Не уходи!»

«Но мне пора». Обуться помогаю.
«Пойду к другому дому. Не грусти».
Оно ушло к тебе, я точно знаю.
Открой на стук и Счастье в дом впусти…

Ирина Гаврилова

«Лето» пить я сегодня, спасибо, не буду.
«Зиму» завтра мы в баре, пожалуй, попросим.
И «Весну». Эй, куда ты уносишь посуду?
(Я еще не успела испить свою осень)

***
Вот идет допрос. Следователь рад —
Лампой мне в лицо! Фиг ему скажу!
Я почти ослеп, он все светит, гад.
(А я все гляжу, глаз не отвожу)

***
Одинокий, как перст, я по грядкам уныло брожу.
Мне б товарища, что-нибудь в этаком роде.
Вот капуста, вот репа — но всё же, ребята, скажу:
(Не секрет, что друзья не растут в огороде)

***
Платоша врет — я понял это сразу.
Как понял — сразу тресь его по роже!
Хотя до этого не бил его ни разу.
(Платон мне друг, но истина дороже)

***
Почтмейстер очень зол, посылкам он не рад.
Зачем по почте слать родне пакет кефира?
Жене своей Петров шлет почтой мармелад.
(Вороне где-то Бог послал кусочек сыру)

Ольга Ивенская

И опять я живу...

И опять я живу, как ни странно,
Вновь заботят обычные вещи:
Небольшая протечка под ванной,
То, что сон был простой, а не вещий,

Что сегодня плохая погода,
А у зонтика сломана спица.
Не века пролетели — пол года,
И уже как обычно мне спится.

Вперемешку свобода и бремя,
Чередой лепота и ненастье,
Все течет, исчезая, как время,
Кроме смутной надежды на счастье.

Нсталья Симакова

Солнце, мне кажется, ты устало светить
Солнце, мне кажется, ты просто устало
Ляг скорей в облака, отдохни
Я поправлю тебе одеяло
Солнце, забудь обо всем
Я отменю все метеосводки
Хочешь, я буду беречь твой сон -
Самый сладкий и самый короткий

Автор неизвестен

Давай поедем в город,
Где мы с тобой бывали.
Года, как чемоданы,
Оставим на вокзале.

Года пускай хранятся,
А нам храниться поздно.
Нам будет чуть печально,
Но бодро и морозно.

Уже дозрела осень
До синего налива.
Дым, облако и птица
Летят неторопливо.

Ждут снега, листопады
Недавно отшуршали.
Огромно и просторно
В осеннем полушарье.

И все, что было зыбко,
Растрепанно и розно,
Мороз скрепил слюною,
Как ласточкины гнезда.

И вот ноябрь на свете,
Огромный, просветленный.
И кажется, что город
Стоит ненаселенный,-

Так много сверху неба,
Садов и гнезд вороньих,
Что и не замечаешь
Людей, как посторонних...

О, как я поздно понял,
Зачем я существую,
Зачем гоняет сердце
По жилам кровь живую,

И что, порой, напрасно
Давал страстям улечься,
И что нельзя беречься,
И что нельзя беречься...

Д. Самойлов

Чудная картина,
Как ты мне родна:
Белая равнина,
Полная луна,

Свет небес высоких,
И блестящий снег,
И саней далеких
Одинокий бег.

А.А.Фет

Живых всё меньше в телефонной книжке,
Звенит в ушах смертельная коса,
Стучат всё чаще гробовые крышки,
Чужие отвечают голоса.
Но цифр этих я стирать не буду
И рамкой никогда не обведу.
Я всех найду, я всем звонить им буду,
Где б ни были они, в раю или в аду.
Пока трепались и беспечно жили —
Кончались денно-нощные витки.
Теперь о том, что недоговорили,
Звучат, как многоточия, гудки.

Валентин Гафт

С вечера поссорились супруги,
Говорили много резких слов.
Сгоряча не поняли друг друга,
Напрочь позабыли про любовь.

Утром мужу на работу рано,
А на сердце — горечи печать.
За ночь глупость ссоры осознал он,
Подошёл жену поцеловать.

Не спала, но все же притворилась,
Отвернула в сторону лицо.
В глубине обида затаилась,
Как удав, свернувшийся кольцом.

Дверь закрыл — ни слова на прощанье,
Со двора на окна посмотрел…
Если б они знали, если б знали,
Что ушёл из дома насовсем.

А жена привычными делами,
Как всегда, своими занялась:
Детское бельишко постирала,
Борщ сварила, в доме прибралась.

Чистый пол, помытая посуда,
И с работы скоро муж придёт.
— Я с ним разговаривать не буду,
Пусть прощенья просит, пусть поймет.

Гордость в сердце вздыбилась высоко:
— Первою к нему не подойду!
По ролям разыгрывалась ссора
В воспалённом дьяволом мозгу.

Шесть пробило, семь и полвосьмого…
Неподвижна дверь, молчит порог.
И в тревоге что—то сердце ноет,
Где же задержаться так он мог?

Вдруг какой-то крик и суматоха,
Чей-то голос, плачущий навзрыд,
И соседский мальчуган Алёха
Крикнул запыхавшись: "В шахте взрыв!"

Взрыв. Совсем коротенькое слово,
Сердце будто в клочья порвало.
Нет, она к такому не готова!
Может, жив он, может, повезло.

И в слезах по улице бежала,
Вспоминая с болью прошлый день,
Как в обиде злилась и кричала,
Застилала разум злобы тень.

Заведённой куклой повторяла:
— Мой родной, о только бы не ты.
Я б к твоим ногам сейчас упала,
Прошептав короткое "прости".

Им бы знать вчера, что будет завтра,
По-другому всё могло бы быть.
Смерть, как вор, приходит, так внезапно,
Не оставив шанса долюбить.

Прогремит неумолимо грозно
Приговор. Его не изменить.
Исправлять ошибки слишком поздно,
С этой болью ей придётся жить.

Люди, будьте к ближним своим мягче,
Относитесь с нежностью, добром
И не обижайте, а иначе
Можно горько каяться потом…

До слёз!

мда...концовочка без хэппи энда...

Евгений Евтушенко

Я люблю тебя больше природы,
Ибо ты как природа сама,
Я люблю тебя больше свободы,
Без тебя и свобода тюрьма!

Я люблю тебя неосторожно,
Словно пропасть, а не колею!
Я люблю тебя больше, чем можно!
Больше, чем невозможно люблю!

Я люблю безрассудно, бессрочно.
Даже пьянствуя, даже грубя.
И уж больше себя - это точно.
Даже больше чем просто себя.

Я люблю тебя больше Шекспира,
Больше всей на земле красоты!
Даже больше всей музыки мира,
Ибо книга и музыка - ты.

Я люблю тебя больше славы

утром встретила жена
взглядом полным инея
плошкой из чугуния
скалкой из дубиния

оториноларинголог

Соединяет нас простая нить
и яркий луч, упавший на дорогу,
он заставляет нас пространство полюбить,
смотреть на небо и молиться Богу.

обманутых ночною тишиной,
сквозь паутину точек невозврата,
затягивает ниткою простой,
уснувший луч погасшего заката…

придет опять весна и высушит ковры
у ног тобой посаженой березы
и заблестит на коже молодой листвы
смола, а может и разлуки слезы…

Константин Мака

если десять раз на дню
красятся ресницы
есть опасность говорят
гландам застудиться

на чесночную на днях
сел я на диету
нет уже пять килограмм
и друзей уж нету

наркомана раз комар
укусил вредитель
третий день он штурмовой
супер истребитель

повстречала белка смерть
думает нажИлась
смотрит смерть ну охереть
где ж я так напИлась

нет страшней во время секса
если говорит жена
дорогой ты где с работы
чуть пораньше я пришла

макияж маникюр эпиляция
в спа салон ежедневный десант
ну, а в детстве чтоб стала красавицей
привязать мне хватало лишь бант

каша в голове студента
вмиг при сдаче сессии
превращается в лапшу
на ушах профессора

я машину поломала
дорогой да нет не в хлам
как тебе сказать не сильно
а лишь только пополам

на предмет IQ проверим
это что длина иль вес
или орган у супруга
женщина окончен тест

у вас не будет ли минутки
о смысле жизни почирикать
нет что ж пойдем путем коротким
тогда таки хотите выпить

могилка и надпись
был гонщик в натуре
от дырки в резине
родился и умер

поженились и носить
на руках не надо
лучше шею наклони
поудобней сяду

вань носок порвался
в магазин пора
там себе шубенку
мерила вчера

оториноларинголог

Аркадий Аронов - Титикака
(Песенка нового русского)

В мире много есть озер бездонных...
Мичиган, Виктория, Байкал.
Всюду были мы, моя мадонна!
Где тебя я только не ласкал.

Есть одно в Боливии, однако,
Озеро — зеленый изумруд.
Титикака! Чудо-Титикака!
Там фламинго желтые живут.

Титикака в глазах твоих синих
Отражается озером грез.
Титикаку в руках моих сильных
Я в подарок тебе преподнес.
И твой рот ярче красного мака
Я целую, всем сердцем любя.
Ты всегда для меня — Титикака.
Титикака — и я для тебя.

Но вода сквозь пальцы утекает.
Титикака ныне далеко.
Наши чувства тают, тают, тают.
Расставаться очень нелегко.

Пусть играет старая пластинка,
Пусть года уходят в никуда...
Титикаку и тебя с фламинго
Вижу я на карточке всегда.

Титикака в глазах твоих синих
Отражается озером грез.
Титикаку в руках моих сильных
Я в подарок тебе преподнес.
И твой рот ярче красного мака
Я целую, всем сердцем любя.
Ты всегда для меня — Титикака.
Титикака — и я для тебя.

Галина Соболева

Действия
Когда в ночи погаснут небеса
И так легко смотреть в твои глаза,
Так хочет сердце рассказать
То, о чем никто не должен знать

Но лишь руки твоей коснусь едва –
и с губ сорваться так хотят слова
о том, что в сердце берегу,
что моя любовь - цветок в снегу,
Я рассказать могу…

Но укрыты ото всех цветы, цветы под снегом,
до тех пока огонь любви растопит лед
Только распускаются цветы, цветы под снегом,
Если в душе твоей, как весна,
Любовь цветет

Я за тобой пройду хоть сто дорог,
Знай - вместе мы и ты не одинок!
Огонь я в сердце сберегу
и моя любовь цветок в снегу
Верь, я тебе не лгу

Но укрыты ото всех цветы, цветы под снегом,
до тех пока огонь любви растопит лед
Только распускаются цветы, цветы под снегом,
Если в душе твоей, как весна,
Любовь цветет..

ПРОСТИ (Николай Некрасов)

Прости! Не помни дней паденья,
Тоски, унынья, озлобленья, —
Не помни бурь, не помни слез,
Не помни ревности угроз!

Но дни, когда любви светило
Над нами ласково всходило
И бодро мы свершали путь, —
Благослови и не забудь!

Саша Чёрный

Есть горячее солнце, наивные дети,
Драгоценная радость мелодий и книг.
Если нет — то ведь были, ведь были на свете
И Бетховен, и Пушкин, и Гейне, и Григ...

Есть незримое творчество в каждом мгновеньи —
В умном слове, в улыбке, в сиянии глаз.
Будь творцом! Созидай золотые мгновенья —
В каждом дне есть раздумье и пряный экстаз...

Бесконечно позорно в припадке печали
Добровольно исчезнуть, как тень на стекле.
Разве Новые Встречи уже отсияли?
Разве только собаки живут на земле?

Если сам я угрюм, как голландская сажа
(Улыбнись, улыбнись на сравненье мое!),
Этот черный румянец — налет от дренажа,
Это Муза меня подняла на копье.

Подожди! Я сживусь со своим новосельем —
Как весенний скворец запою на копье!
Оглушу твои уши цыганским весельем!
Дай лишь срок разобраться в проклятом тряпье.

Оставайся! Так мало здесь чутких и честных...
Оставайся! Лишь в них оправданье земли.
Адресов я не знаю — ищи неизвестных,
Как и ты неподвижно лежащих в пыли.

Если лучшие будут бросаться в пролеты,
Скиснет мир от бескрылых гиен и тупиц!
Полюби безотчетную радость полета...
Разверни свою душу до полных границ.

Будь женой или мужем, сестрой или братом,
Акушеркой, художником, нянькой, врачом,
Отдавай — и, дрожа, не тянись за возвратом:
Все сердца открываются этим ключом.

Есть еще острова одиночества мысли —
Будь умен и не бойся на них отдыхать.
Там обрывы над темной водою нависли —
Можешь думать... и камешки в воду бросать...

А вопросы... Вопросы не знают ответа —
Налетят, разожгут и умчатся, как корь.
Соломон нам оставил два мудрых совета:
Убегай от тоски и с глупцами не спорь.

1910 г.

Ты научил меня любить,
Разрушив все стереотипы.
По краю пропасти ходить,
Без парашюта и защиты.

Ты рассказал, что слово ревность
Лишь сочетанье восьми букв!
Любовь- синоним слову верность,
В ней нет сомнений, лжи, разлук...

Я поняла что расстояние-
Не повод сдаться и сбежать!
Любовь -большое испытание...
Но тех кто любит не сломать!

И все ответы на вопросы,
На все "ну как?" и "почему?"
Вложил ты так легко и просто
В три слова "я тебя люблю"...

Екатерина Бабенко

как все точно.

Да, можно любить, ненавидя,
Любить с омраченной душой,
С последним проклятием видя
Последнее счастье — в одной!

О, слишком жестокие губы,
О, лживый, приманчивый взор,
Весь облик, и нежный и грубый,
Влекущий, как тьма, разговор!

Кто магию сумрачной власти
В ее приближения влил?
Кто ядом мучительной страсти
Объятья ее напоил?

Хочу проклинать, но невольно
О ласках привычных молю.
Мне страшно, мне душно, мне больно...
Но я повторяю: люблю!

Читаю в насмешливом взоре
Обман, и притворство, и торг...
Но есть упоенье в позоре
И есть в униженьи восторг!

Когда поцелуи во мраке
Вонзают в меня лезвие,
Я, как Одиссей о Итаке,
Мечтаю о днях без нее.

Но лишь Калипсо я покинул,
Тоскую опять об одной.
О горе мне! жребий я вынул,
Означенный черной чертой!

Валерий Брюсов

Я раньше думал —
книги делаются так:
пришел поэт,
легко разжал уста,
и сразу запел вдохновенный простак —
пожалуйста!
А оказывается —
прежде чем начнет петься,
долго ходит, размозолев от брожения,
и тихо барахтается в тине сердца
глупая вобла воображения.
© Владимир Маяковский

Николай Добронравов

ХЛЕБ

Хлеб из затхлой муки, пополам с отрубями,
Помним в горькие годы ясней, чем себя мы.
Хлеб везли на подводе. Стыл мороз за прилавком.
Мы по карточкам хлеб забирали на завтра.
Ах какой он был мягкий, какой был хороший!
Я ни разу не помню, чтоб хлеб был засохший…
Отчего ж он вкусней, чем сегодняшний пряник,
Хлеб из затхлой муки, пополам с отрубями?

Может быть, оттого, что, прощаясь, солдаты
Хлеб из двери теплушки раздавали ребятам.
Были равными все мы тогда перед хлебом,
Перед злым, почерневшим от «Юнкерсов» небом,
Пред воспетой и рухнувшей вдруг обороной.
Перед жёлтенькой, первой в семье похоронной,
Перед криком «ура», и блокадною болью,
Перед пленом и смертью, перед кровью и солью.
Хлеб из затхлой муки, пополам с отрубями,
И солдаты, и маршалы вместе рубали.
Ели, будто молясь, доедали до крошки.
Всю войну я не помню даже корки засохшей.

…За витриною хлеб вызывающе свежий.
Что ж так хочется крикнуть: «Мы все те же! Все те же!»?
Белой булки кусок кем-то под ноги брошен.
Всю войну я не помню даже крошки засохшей…
Мы остались в живых. Стала легче дорога.
Мы черствеем, как хлеб, которого много.

Елена Алексеевна Миронова
Какая роскошь - быть не в моде,
И жить, ни на кого не глядя,
и одеваться по погоде,
не ради взглядов встречных дядей!
Прослыть не побояться дурой,
не прибавлять "платформой" роста,
не подгонять свою фигуру
Под 60 и 90.
Веселой быть и сумасбродной,
Зевать, коль станет слишком скучно.
какая роскошь - быть не модной,
А быть самой собою. Штучной!

ПЕСНЬ О СОБАКЕ

Утром в ржаном закуте,
Где златятся рогожи в ряд,
Семерых ощенила сука,
Рыжих семерых щенят.

До вечера она их ласкала,
Причесывая языком,
И струился снежок подталый
Под теплым ее животом.

А вечером, когда куры
Обсиживают шесток,
Вышел хозяин хмурый,
Семерых всех поклал в мешок.

По сугробам она бежала,
Поспевая за ним бежать...
И так долго, долго дрожала
Воды незамерзшей гладь.

А когда чуть плелась обратно,
Слизывая пот с боков,
Показался ей месяц над хатой
Одним из ее щенков.

В синюю высь звонко
Глядела она, скуля,
А месяц скользил тонкий
И скрылся за холм в полях.

И глухо, как от подачки,
Когда бросят ей камень в смех,
Покатились глаза собачьи
Золотыми звездами в снег.



Запало в душу. Не могу ни разу без слёз и кома в горле прочитать.

Ирина Самарина-Лабиринт


Два абсолютно разных человека
Смотрели, как танцует в парке дождь…
Один сказал, что дождь – сердечный лекарь,
Другой, что дождь – вода, а чувства – ложь…

Потом нежданно солнце заискрилось,
Как будто у небес своя игра…
Один сказал, что это Божья милость,
Другой сказал: «Замучила жара»

А мимо них прохожие спешили,
Мелькали, исчезая, кто куда…
Один сказал: «Какие люди злые…»
Другой спросил «А вдруг у них беда?»

А в парке на земле лежал мужчина…
Смотрели люди, косо, и ворча…
Один сказал: «Напился, как скотина»
Другой: «А вдруг инфаркт? Скорей врача…»

По парку шли влюблённые, казалось,
Что ловят каждый взгляд друг друга, вдох…
Один сказал: «Уж лучше б не влюблялась…»
Другой сказал: «Счастливые… Дай Бог…»

И вот уже у входа магазина,
Застыл один от этой красоты…
Другой сказал «Немытая витрина…»,
А первый… любовался на цветы…

А дома… «Посмотри…», - она сказала,
С восторгом, у раскрытого окна…
А он ответил: «Рама старой стала…»
Она ему: «Да нет же, там луна!!!»

Один ворчал на всех вокруг полвека,
Другой любил весь мир… за солнца свет.
Два абсолютно разных человека
Живут в одной квартире много лет

Когда так много позади
Всего, в особенности — горя,
Поддержки чьей-нибудь не жди,
Сядь в поезд, высадись у моря.

Оно обширнее. Оно
И глубже. Это превосходство —
Не слишком радостное. Но
Уж если чувствовать сиротство,

То лучше в тех местах, чей вид
Волнует, нежели язвит.

Иосиф Бродский

Анна Ахматова

Есть в близости людей заветная черта,
Ее не перейти влюбленности и страсти, —
Пусть в жуткой тишине сливаются уста
И сердце рвется от любви на части.

И дружба здесь бессильна, и года
Высокого и огненного счастья,
Когда душа свободна и чужда
Медлительной истоме сладострастья.

Стремящиеся к ней безумны, а ее
Достигшие — поражены тоскою...
Теперь ты понял, отчего мое
Не бьется сердце под твоей рукою.

Май 1915

* * *

Хочется легкого, светлого, нежного,
раннего, хрупкого и пустопорожнего,
и безрассудного, и безмятежного,
напрочь забытого и невозможного.

Хочется рухнуть в траву непомятую,
в небо уставить глаза завидущие
и окунуться в цветочные запахи,
и без конца обожать все живущее.

Хочется видеть изгиб и течение
синей реки средь курчавых кустарников,
впитывать кожею солнца свечение,
в воду, как в детстве, сигать без купальников.

Хочется милой наивной мелодии,
воздух глотать, словно ягоды спелые,
чтоб сумасбродно душа колобродила
и чтобы сердце неслось, ошалелое.

Хочется встретиться с тем, что утрачено,
хоть на мгновенье упасть в это дальнее…
Только за все, что промчалось, заплачено,
и остается расплата прощальная.

Э. Рязанов

Ищите себе подобных! Пусть старые связи рвутся,
Не ждите простой удачи, не бойтесь худой молвы....
Ищите себе подобных - и эти люди найдутся,
Что видят весь мир таким же, каким его видите вы...
Птицы - они мудрее, птицы летают стаей,
Орлу не летать с воробьями, с воронами - журавлю!

Ищите себе подобных! Пусть ваши сомненья тают...
Но к умному тянет дурня,
А нищего - к королю.

Л. Сосновская

Есенин Сергей
Пускай ты выпита другим
Пускай ты выпита другим,
Но мне осталось, мне осталось
Твоих волос стеклянный дым
И глаз осенняя усталость.

О возраст осени! Он мне
Дороже юности и лета.
Ты стала нравиться вдвойне
Воображению поэта.

Я сердцем никогда не лгу,
И потому на голос чванства
Бестрепетно сказать могу,
Что я прощаюсь с хулиганством.

Пора расстаться с озорной
И непокорною отвагой.
Уж сердце напилось иной,
Кровь отрезвляющею брагой.

И мне в окошко постучал
Сентябрь багряной веткой ивы,
Чтоб я готов был и встречал
Его приход неприхотливый.

Теперь со многим я мирюсь
Без принужденья, без утраты.
Иною кажется мне Русь,
Иными - кладбища и хаты.

Прозрачно я смотрю вокруг
И вижу, там ли, здесь ли, где-то ль,
Что ты одна, сестра и друг,
Могла быть спутницей поэта.

Что я одной тебе бы мог,
Воспитываясь в постоянстве,
Пропеть о сумерках дорог
И уходящем хулиганстве

Роберт Рождественский

Это женское уменье,
Словно тыщу лет назад,
Странно и одновременно
Ждать, молить и ускользать.

Быть собой, не повторяясь.
Верить в клятвы, не шутя.
Приближаться, отдаляясь.
Оставаться, уходя.

Константин Симонов

Открытое письмо
1943

Женщине из г. Вичуга

Я вас обязан известить,
Что не дошло до адресата
Письмо, что в ящик опустить
Не постыдились вы когда-то.

Ваш муж не получил письма,
Он не был ранен словом пошлым,
Не вздрогнул, не сошел с ума,
Не проклял все, что было в прошлом.

Когда он поднимал бойцов
В атаку у руин вокзала,
Тупая грубость ваших слов
Его, по счастью, не терзала.

Когда шагал он тяжело,
Стянув кровавой тряпкой рану,
Письмо от вас еще все шло,
Еще, по счастью, было рано.

Когда на камни он упал
И смерть оборвала дыханье,
Он все еще не получал,
По счастью, вашего посланья.

Могу вам сообщить о том,
Что, завернувши в плащ-палатки,
Мы ночью в сквере городском
Его зарыли после схватки.

Стоит звезда из жести там
И рядом тополь — для приметы...
А впрочем, я забыл, что вам,
Наверно, безразлично это.

Письмо нам утром принесли...
Его, за смертью адресата,
Между собой мы вслух прочли —
Уж вы простите нам, солдатам.

Быть может, память коротка
У вас. По общему желанью,
От имени всего полка
Я вам напомню содержанье.

Вы написали, что уж год,
Как вы знакомы с новым мужем.
А старый, если и придет,
Вам будет все равно ненужен.

Что вы не знаете беды,
Живете хорошо. И кстати,
Теперь вам никакой нужды
Нет в лейтенантском аттестате.

Чтоб писем он от вас не ждал
И вас не утруждал бы снова...
Вот именно: «не утруждал»...
Вы побольней искали слова.

И все. И больше ничего.
Мы перечли их терпеливо,
Все те слова, что для него
В разлуки час в душе нашли вы.

«Не утруждай». «Муж». «Аттестат»...
Да где ж вы душу потеряли?
Ведь он же был солдат, солдат!
Ведь мы за вас с ним умирали.

Я не хочу судьею быть,
Не все разлуку побеждают,
Не все способны век любить, —
К несчастью, в жизни все бывает.

Ну хорошо, пусть не любим,
Пускай он больше вам не нужен,
Пусть жить вы будете с другим,
Бог с ним, там с мужем ли, не с мужем.

Но ведь солдат не виноват
В том, что он отпуска не знает,
Что третий год себя подряд,
Вас защищая, утруждает.

Что ж, написать вы не смогли
Пусть горьких слов, но благородных.
В своей душе их не нашли —
Так заняли бы где угодно.

В отчизне нашей, к счастью, есть
Немало женских душ высоких,
Они б вам оказали честь —
Вам написали б эти строки;

Они б за вас слова нашли,
Чтоб облегчить тоску чужую.
От нас поклон им до земли,
Поклон за душу их большую.

Не вам, а женщинам другим,
От нас отторженным войною,
О вас мы написать хотим,
Пусть знают — вы тому виною,

Что их мужья на фронте, тут,
Подчас в душе борясь с собою,
С невольною тревогой ждут
Из дома писем перед боем.

Мы ваше не к добру прочли,
Теперь нас втайне горечь мучит:
А вдруг не вы одна смогли,
Вдруг кто-нибудь еще получит?

На суд далеких жен своих
Мы вас пошлем. Вы клеветали
На них. Вы усомниться в них
Нам на минуту повод дали.

Пускай поставят вам в вину,
Что душу птичью вы скрывали,
Что вы за женщину, жену,
Себя так долго выдавали.

А бывший муж ваш — он убит.
Все хорошо. Живите с новым.
Уж мертвый вас не оскорбит
В письме давно ненужным словом.

Живите, не боясь вины,
Он не напишет, не ответит
И, в город возвратись с войны,
С другим вас под руку не встретит.

Лишь за одно еще простить
Придется вам его — за то, что,
Наверно, с месяц приносить
Еще вам будет письма почта.

Уж ничего не сделать тут —
Письмо медлительнее пули.
К вам письма в сентябре придут,
А он убит еще в июле.

О вас там каждая строка,
Вам это, верно, неприятно —
Так я от имени полка
Беру его слова обратно.

Примите же в конце от нас
Презренье наше на прощанье.
Не уважающие вас
Покойного однополчане.

Самолеты, такси, поезда
забирают любимых от нас.
"я тебя не пущу никуда" -
уходящим скажите сейчас.

"я тебя никому не отдам.
я дождусь тебя - только вернись!
я пойду по твоим следам,
если так пожелает жизнь".

не бросайте любимых в пути,
не жалея не сил ни ног.
сколько им суждено пройти?
знает только бессмертный Бог.

и цените родных сейчас,
не бессмертен, увы, Человек.
чей-то рейс опоздает на час,
чей-то рейс опоздает на век.

через страны и сквозь города,
расстояний и времени мимо
"я тебя не предам никогда"
говорите
своим
любимым.

Ах Астахова

Ветер могучий клонит деревья,
Дождик по лужам шлёпает каплями.
Выйду на улицу утром с похмелья,
Ногу поджав стою серой цаплею.
Взором окину идущих прохожих,
Лица ухмылками их перекошены.
Мне бы сказать им что-то хорошее,
К нёбу прилип язык мой скукоженый.
Щас бы пивка хлебнуть с холодильничка,
Жахнуть рассола стакан огуречного.
Стану я сразу ласково-миленьким,
Добрым настроем на день обеспеченным.
© Эд Дикий