Ты знаешь, сердце, что такое друг?
Он должен быть твоей судьбою — друг.

Для этого иди такой тропой,
Чтоб восхищался бы тобою друг.

Ищи такого, чтобы за него
Но жаль пожертвовать собою, друг!

Но в то же время, чтобы за тебя
Рискнул бы также головою друг.

Когда такого в жизни ты найдешь,
Не становись к нему спиною, друг.

В любой тоске, в томлении любом
Придет с улыбкою родною друг.

Два века надо жить, чтобы понять,
Чтобы осмыслить золотое — «друг»...

Не шутка это — хорошо дружить,
А дружба — дело непростое, друг.

Носир Хисроу.

Пусть станет инеем печаль –
Холодным легким инеем!
Я упорхну отсюда вдаль,
Как пташка, в небо синее.

Я на прощанье обернусь
Январской радугой.
Когда-нибудь к тебе вернусь
Во сне, ненадолго.

Я буду до утра с тобой,
А с первым солнца лучиком
Растаю дымкою ночной,
Взяв сон себе попутчиком.

Аэлла

Ольга Левковская

Дождь и ветер, друг мой, дождь и ветер...
И покой, которого не ждали.
Боже, если б кто-нибудь ответил
Отчего мы, грешные, устали?

И какое благо нас минует...
Взгляд случайный - словно откровенье.
На сегодня мы нашли спасенье -
К завтрашнему дню его не будет.

Так и живы: боль - и та в награду
Нам за то, что время нас отметит
Отрешенностью, которой мы не рады...
Наше время, друг мой, - дождь и ветер.

А я вам говорю, что нет
напрасно прожитых мной лет,
ненужно пройденных путей,
впустую слышанных вестей.
Нет невоспринятых миров,
нет мнимо розданных даров,
любви напрасной тоже нет,
любви обманутой, больной,—
ее нетленно-чистый свет
всегда во мне,
всегда со мной.
И никогда не поздно снова
начать всю жизнь,
начать весь путь,
и так, чтоб в прошлом бы — ни слова,
ни стона бы не зачеркнуть.
(О.Берггольц)

Я пью тебя, как пьют вино -
То залпом осушая кубок,
Впиваясь в жаждущие губы
И богохульно и грешно,
То, вдруг, смакуя аромат,
Цежу томительно, глотками,
И влага с уст течёт на камень,
И камень плавится стихами,
Смешав в себе и рай, и ад.
А мякоть нежная груди
Скользит меж пальцев, по запястьям,
И, упиваясь болью, счастьем,
Ты умоляешь: «Подожди...».
Я пью тебя, как пьют вино...
И, оплывая, тают свечи,
Я вновь ласкаю бёдра, плечи
И богохульно, и грешно.
Тела вакхическою пляской
Сплелись. Сердца слились в одно.
Мы утоляем жажду лаской,
Каков конец у этой сказки,
Нам знать, увы, не суждено...
И с губ сухих стекают кровью
Слова, рождённые любовью -
Я пью тебя, как пьют вино.

Алексей Порошин

Лермонтов

"Выхожу один я на дорогу..."

Выхожу один я на дорогу;
Сквозь туман кремнистый путь блестит;
Ночь тиха. Пустыня внемлет богу,
И звезда с звездою говорит.


В небесах торжественно и чудно!
Спит земля в сиянье голубом...
Что же мне так больно и так трудно?
Жду ль чего? жалею ли о чем?


Уж не жду от жизни ничего я,
И не жаль мне прошлого ничуть;
Я ищу свободы и покоя!
Я б хотел забыться и заснуть!


Но не тем холодным сном могилы...
Я б желал навеки так заснуть,
Чтоб в груди дремали жизни силы,
Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь;


Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея,
Про любовь мне сладкий голос пел,
Надо мной чтоб, вечно зеленея,
Темный дуб склонялся и шумел.

Евгений Евтушенко


А снег повалится, повалится...
и я прочту в его канве,
что моя молодость повадится
опять заглядывать ко мне.

И поведет куда-то за руку,
на чьи-то тени и шаги,
и вовлечет в старинный заговор
огней, деревьев и пурги.

И мне покажется, покажется
по Сретенкам и Моховым,
что молод не был я пока еще,
а только буду молодым.

И ночь завертится, завертится
и, как в воронку, втянет в грех,
и моя молодость завесится
со мною снегом ото всех.

Но, сразу ставшая накрашенной
при беспристрастном свете дня,
цыганкой, мною наигравшейся,
оставит молодость меня.

Начну я жизнь переиначивать,
свою наивность застыжу
и сам себя, как пса бродячего,
на цепь угрюмо посажу.

Но снег повалится, повалится,
закружит все веретеном,
и моя молодость появится
опять цыганкой под окном.

А снег повалится, повалится,
и цепи я перегрызу,
и жизнь, как снежный ком, покатится
к сапожкам чьим-то там, внизу.

Туманы осенних костров –
То волосы осени светлой,
И гребнем холодных ветров
Наводит прическу она…
…С дождями, - немою мольбой, -
Уходит печальное лето,
И осень над нашей судьбой –
Владыка до зимнего сна.

Аэлла.

Лермонтов

НИЩИЙ

У врат обители святой
Стоял просящий подаянья
Бедняк иссохший, чуть живой
От глада, жажды и страданья.

Куска лишь хлеба он просил,
И взор являл живую муку,
И кто-то камень положил
В его протянутую руку.

Так я молил твоей любви
С слезами горькими, с тоскою;
Так чувства лучшие мои
Обмануты навек тобою!

ПОЛОСА ПРЕПЯТСТВИЙ.

Не о том разговор, как ты жил до сих пор,
Как ты был на решения скор,
Как ты лазал на спор через дачный забор
И препятствий не видел в упор...

Да, ты весело жил, да, ты счастливо рос,
Сладко елось тебе и спалось,
Только жизнь чередует жару и мороз,
Только жизнь состоит из полос...

И однажды затихнут друзей голоса,
Сгинут компасы и полюса,
И свинцово проляжет у ног полоса,
Испытаний твоих полоса...

Для того-то она и нужна, старина,
Для того-то она и дана,
Чтоб ты знал, какова тебе в жизни цена
С этих пор и на все времена.

Ты ее одолей. Не тайком, не тишком,
Не в объезд — напрямик и пешком,
И не просто пешком, то бишь вялым шажком,
А ползком да еще с вещмешком!..

И однажды сквозь тучи блеснут небеса
И в лицо тебе брызнет роса —
Это значит, что пройдена та полоса,
Ненавистная та полоса...

А теперь отдыхай и валяйся в траве,
В безмятежное небо смотри...
Только этих полос у судьбы в рукаве
Не одна, и не две, и не три...

(Л.Филатов)

Я не унижусь пред тобою;
Ни твой привет, ни твой укор
Не властны над моей душою.
Знай: мы чужие с этих пор.
Ты позабыла: я свободы
Для заблужденья не отдам;
И так пожертвовал я годы
Твоей улыбке и глазам,
И так я слишком долго видел
В тебе надежду юных дней,
И целый мир возненавидел,
Чтобы тебя любить сильней.
Как знать, быть может, те мгновенья,
Что протекли у ног твоих,
Я отнимал у вдохновенья!
А чем ты заменила их?
Быть может, мыслию небесной
И силой духа убежден
Я дал бы миру дар чудесный,
А мне за то бессмертье он? —
Зачем так нежно обещала
Ты заменить его венец?




Зачем ты не была сначала,
Какою стала наконец?
Я горд! — прости — люби другого,
Мечтай любовь найти в другом: —
Чего б то ни было земного
Я не соделаюсь рабом.
К чужим горам, под небо юга
Я удалюся, может быть;
Но слишком знаем мы друг друга,
Чтобы друг друга позабыть.
Отныне стану наслаждаться
И в страсти стану клясться всем;
Со всеми буду я смеяться,
А плакать не хочу ни с кем;
Начну обманывать безбожно,
Чтоб не любить, как я любил —
Иль женщин уважать возможно,
Когда мне ангел изменил?
Я был готов на смерть и муку
И целый мир на битву звать,
Чтобы твою младую руку —
Безумец! — лишний раз пожать! —
Не знав коварную измену,
Тебе я душу отдавал; —
Такой души ты знала ль цену? —
Ты знала: — я тебя не знал!





М. Лермонтов

М. Ю. Лермонтов


Нет, не тебя так пылко я люблю.


1

Нет, не тебя так пылко я люблю,
Не для меня твоей красы блистанье:
Люблю в тебе я прошлое страданье
И молодость погибшую мою.

2

Когда порой я на тебя смотрю,
В твои глаза вникая долгим взором:
Таинственным я занят разговором,
Но не с тобой я сердцем говорю.

3

Я говорю с подругой юных дней,
В твоих чертах ищу черты другие,
В устах живых уста давно немые,
В глазах огонь угаснувших очей.

Ну здравстуй, милый...

Ну здравствуй, милый. Я пишу
Сама не видя в этом смысла.
Я не мертва, но не дышу
Меж двух миров опять зависла
Нет места без тебя мне здесь,
Среди людей, мирских угодий,
Нет воздуха, отравлен весь
Пропитан ненавистью, злобой.
Хороший мой, мне без тебя
Не жить… лишь смерти в ожиданье,
Я мучаюсь живя, любя
Тебя в своих воспоминаньях.
Клянусь святыми, я к тебе
Хочу попасть, что бы ни стало,
Но грех на душу брать себе
Боюсь, чтоб в ад я не попала…
Ведь ты в раю, ты светел, чист,
Ты только жди меня,
А я дождусь, пока в старуху
Уродливую превращусь,
И после смерти обращусь
В голубку сизую…и в небо
К тебе я все же возвращусь.

С. Есенин

М.Ю. Лермонтов


КАЗАЧЬЯ КОЛЫБЕЛЬНАЯ ПЕСНЯ

Спи, младенец мой прекрасный,
Баюшки-баю.
Тихо смотрит месяц ясный
В колыбель твою.
Стану сказывать я сказки,
Песенку спою;
Ты ж дремли, закрывши глазки,
Баюшки-баю.

По камням струится Терек,
Плещет мутный вал;
Злой чечен ползет на берег,
Точит свой кинжал;
Но отец твой старый воин,
Закален в бою:
Спи, малютка, будь спокоен,
Баюшки-баю.

Сам узнаешь, будет время,
Бранное житье;
Смело вденешь ногу в стремя
И возьмешь ружье.
Я седельце боевое
Шелком разошью...
Спи, дитя мое родное,
Баюшки-баю.

Богатырь ты будешь с виду
И казак душой.
Провожать тебя я выйду -
Ты махнешь рукой...
Сколько горьких слез украдкой
Я в ту ночь пролью!..
Спи, мой ангел, тихо, сладко,
Баюшки-баю.

Стану я тоской томиться,
Безутешно ждать;
Стану целый день молиться,
По ночам гадать;
Стану думать, что скучаешь
Ты в чужом краю...
Спи, пока забот не знаешь,
Баюшки-баю.

Дам тебе я на дорогу
Образок святой:
Ты его, моляся богу,
Ставь перед собой;
Да, готовясь в бой опасный,
Помни мать свою...
Спи, младенец мой прекрасный,
Баюшки-баю.

Всепоглощающий страх стелет душевный бардак.
Тонкой печальной и чёрной слезой
Стекает любовь…Не пойму, что не так!?
Ясное небо искрит бирюзой...

В мире жестоком, глубоком, неверном,
Я утопая, боюсь потерять,
Качества чуждые людям. Наверное
Это реальность…Надо бежать.

Сколько? куда? И зачем? – Все неважно.
Главное душу сберечь и спасти.
Близких, родных, защищая отважно,
Не убежать в середине пути.

Что по дороге случиться – не страшно.
Думать не нужно в накале страстей.
Спрятать в высокой и светлой башне
Души родных, дорогих людей.

В адское пламя идти не придется,
Отступит не сразу беда-наважденье.
Та чистая башня любовью зовется…
Любовь – когда верность несет наслажденье.

Тебе.

В поисках светлого, в поисках лучшего
Многих встречала, со многими спорила.
Столкнувшись с тобой, прочла твою душу,
И каждая клетка моя твоей вторила.

Ты замечательный: искренний, вежливый,
В мире, наверно, таких больше нет,
Верный и преданный, сильный и нежный.
И для тебя я открою секрет –

Другом ты стал, как из сказки-мечты,
Ни с кем отношений нету теплей,
Хочу, чтобы был таким же, как ты
Отец моих будущих детей.

*оба стихотворения ... моя подруга Маша*

ЗАКЛЯТЬЕ. Назрул Ислам.

Я уйду от тебя, я скажу напоследок : "Прости".
Я уйду, но покоя тебе никогда не найти.
Я уйду без упреков и слез, молчаливо одна.
Я уйду, ибо выпито сердце до самого дна.

Ты меня позовешь - ни единого звука в ответ.
Ни обнять, ни коснуться ладонью, ни глянуть вслед.
И глаза ты закроешь, и станешь молить в тишине,
Чтобы я появилась, вернулась хотя бы во сне.
И не видя дороги, ты кинешься в горестный путь,
Вслед за мной, без надежды меня отыскать и вернуть.

Будет осень. Под вечер друзья соберутся твои.
Кто-то будет, наверно, тебе говорить о любви.
Одинокое сердце свое не отдашь никому,
Ибо я в это время незримо тебя обниму.

Бесполезно тебя новизной соблазнять и манить.
Даже если захочешь - не в силах ты мне изменить.
Будет горькая память, как сторож, стоять у дверей.
И раскаянье камнем повиснет на шее твоей.
И протянешь ты руки, и воздух обнимешь ночной.
И тогда ты поймешь, что навеки расстался со мной.

И весна прилетит, обновит и разбудит весь мир.
Зацветут маргаритки, раскроется белый жасмин.
Ароматом хмельным и густым переполнятся сны,
Только горечь разлуки отравит напиток весны.

Остановишься ты на пороге апрельского дня -
Ни покоя, ни воли, ни радости нет без меня!
Я исчезла, растаяла ночью, как след на песке,
А тебе завещала всегда оставаться в тоске,

В одиночестве биться, дрожа, как ночная трава.
Вот заклятье мое!

...И да сбудутся эти слова!

Не будем цепляться за жизнь,
Забудем о слове «пощада»,
И рифмы не будем искать
Для жизни: ей рифмы не надо.
Мириться устала душа,
Пружинить устала рессора.
Не всякая жизнь хороша.
Да здравствует добрая ссора!

Когда назревает разрыв,
Не станем молить об отсрочке.
Соблазн многоточий забыв,
Поймём преимущество точки,
Падения праздничный взлёт
И гордого люмпена навык.
Увидит – сама приползёт.
Но лучше без этих поправок.

Довольно! Прославим отказ
От муторной, мусорной тяжбы,
Похерить которую раз
Почётней, чем выиграть дважды!
Довольно мирить полюса,
Не станем искать компромисса –
Улисс был большая лиса,
Но Гектор был лучше Улисса.

И если за нами придут,
Не станем спасаться в подвале –
Довольно мы прятались тут,
Пока нас ещё не искали.
Посмеем однажды посметь.
Пускай оборвётся цепочка:
Наш выбор – красивая смерть
И смерть некрасивая. Точка.

Не стоит смущаться душе
Легендой про выси и дали.
Что будет – всё было уже.
Чего мы ещё не видали?
Нам нечего здесь прославлять,
Помимо цветов или пташек,
Нам некого здесь оставлять,
Помимо мучителей наших.

Не будем цепляться за жизнь,
Когда на неё замахнутся,
И рифмы не будем искать
Для жизни: и так обойдутся.
Пока же расставлена снедь
И лампа в бутылку глядится –
Не будем цепляться за смерть.
Она нам ещё пригодится.

Дмитрий Быков

Автор: Константин Симонов

Омар Хайам!
на изусть пишу!

Лучше впасть в нещиту, голодаь или красть,
Чем в число блюдолизов призренных попасть.
Лучше кости гладать, чем прильститься сластями
За столом у мерзавцев, имеющих власть.

-----*-----*-----*-----*-----*-----*-----*

Благородство и подлость, отвага и страх -
Всё с рожденья заложено в наших телах.
Мы до смерти не станем не лучше, не хуже...
Мы такие, какими нас создал Аллах!

-----*-----*-----*-----*-----*-----*-----*

Нет ни ада, ни рая, о сердце мой,
Нет из мрака возврата, о сердце моё,
И не надо надеяться , о моё сердце,
И бояться не надо, о сердце моё!

Спасибо друг что посетил
Последний мой приют
Постой один среди могил
Почувствуй бег минут

Ты помнишь, как я петь любил
Как распирало грудь
Теперь ни голоса, ни сил
Чтоб губы разомкнуть

И воскресают, словно сон,
Былые времена
И в хриплый мой магнитофон
Влюбляется страна

Я пел, и грезил, и творил -
Я многое успел
Какую женщину любил!
Каких друзей имел!

Прощай таганка и кино!
Прощай зеленый мир!
В могиле страшно и темно
Вода течет из дыр

Спасибо друг что посетил
Приют печальный мой,
Мы здесь все узники могил
А ты один живой

За все, чем дышешь и живешь
Зубами, брат, держись
Когда умрешь, тогда поймешь
Какая штука жизнь

Прощай! Себя я пережил
В кассете «Маяка»
И песни, что для вас сложил
Переживут века!

Она

Я знаю женщину: молчанье,
Усталость горькая от слов,
Живет в таинственном мерцаньи
Ее расширенных зрачков.

Ее душа открыта жадно
Лишь медной музыке стиха,
Пред жизнью дольней и отрадной
Высокомерна и глуха.

Неслышный и неторопливый,
Так странно плавен шаг ее,
Назвать нельзя ее красивой,
Но в ней все счастие мое.

Когда я жажду своеволий
И смел, и горд — я к ней иду
Учиться мудрой сладкой боли
В ее истоме и бреду.

Она светла в часы томлений
И держит молнии в руке,
И четки сны ее, как тени
На райском огненном песке.

Н.С.Гумилев

Моя песня - кубанское поле.
Вьет колечки под сердцем Лаба.
В каждом счастье присутствие боли
Подарила мне в жизни судьба.

В каждой радости - капелька грусти.
На морозе теплеет душа...
До чего ж в этом солнечном хрусте
Так пронзительно жизнь хороша!

Анатолий Шипулин.


(Лаба - река в нашем крае)
(Как чудесно передает настроение солнечного зимнего дня! )

Константин Бальмонт

Я расстался с печальной Луною,—
Удалилась царица небес,
Там, в горах, за их черной стеною,
Ее лик омраченный исчез.

И в предутреннем сумраке ясном
Мне послышался вздох ветерка,
И в лазури, на небе прекрасном,
Отразилась немая тоска.

Силуэты лесных великанов
Молчаливо предстали вдали,
И покровы дрожащих туманов
Над заплаканным лугом легли.

Вся Природа казалась больною
И как будто молила меня,
И грустила, прощаясь с Луною,
В ожидании знойного дня.

Игорь Иртенев

На Павелецкой-радиальной...

На Павелецкой-радиальной,
Средь ионических колонн
Стоял мужчина идеальный
И пил "Тройной одеколон".
Он был заниженного роста
С лицом похожим на кремень
Одет решительно и просто -
Трусы, галоши и ремень.
В нем все значение имело
До преж неведанное мне
А где-то музыка гремела
И дети падали во сне...
А он стоял мужского рода,
В своем единственном числе,
И непредвзятая свобода
Горела на его челе.

Закат планеты ярко-красной
Мне освещал дорогу в тьму.
Вся жизнь моя была напрасной.
Кто мне ответит, почему?
Потеряна для мира, призрак,
Блуждаю среди тени дней.
Расплаты день, увы, так близок.
И жизни нет... лишь смерть за ней.
В тумане облаков погаснет
Моя последняя звезда.
И будет смерть моя напрасной...
Я лишь исчезну навсегда.
Как скрыться мне от боли этой?
Как душу грешную спасти?
Я жду, но нет ещё рассвета.
Одни преграды на пути.
Уйти хочу из мира в сумрак,
Чтобы не видеть зла сердец.
Погибнет в зареве рассудок,
И памяти придёт конец.

\\\Злобный Ёжик

\\\Злобный Ёжик

Елена Казанцева

Боже мой, распускаются веники!
Что-то нынче весна преждевременна.
Я сварила на ужин вареники
И призналась тебе, что беременна.

Ничего не ответил мой суженый,
Подавился улыбкою робкою
И ушел, отказавшись от ужина,
И оставил конфеты с коробкою.

А на что мне они, шоколадные? -
Мне бы кислой капусты, как водится.
Ой, любовь моя - песня нескладная,
Там, где сшито, - по шву и расходится.

Остывают вареники синие, -
Я их выброшу к чертовой бабушке!
Я красивая, гордая, сильная;
Я на завтрак сготовлю оладушки.

Мережковский

Дети ночи


Устремляя наши очи
На бледнеющий восток,
Дети скорби, дети ночи,
Ждем, придет ли наш пророк.

И, с надеждою в сердцах,
Умирая, мы тоскуем
О несозданных мирах.
Мы неведомое чуем.

Дерзновенны наши речи,
Но на смерть осуждены
Слишком ранние предтечи
Слишком медленной весны.

Погребенных воскресенье
И, среди глубокой тьмы,
Петуха ночное пенье,
Холод утра — это мы.

Снова вечер проснулся, спустился, упал...
Снова вечер проснулся, спустился, упал
И тотчас же заполнил собой все пространство.
Он уснувшим деревьям так нежно шептал,
Он одел их в ночное убранство...
Тополя засыпают в ночных колпаках,
И скамейки под ними давно опустели...
Сигаретой дымя, кто-то бродит впотьмах
Уходя от дневной карусели...
У луны две морщинки на круглом лице.
Чей-то шепот вплетается в пение ветра...
И опять под окошком вечерний концерт
Полосатых и серых маэстро...
Там, - напротив в окне, тихий поскрип пера,
И строкам на бумаге становится тесно,
Потому что нельзя отложить до утра
Ни письмо, ни идею, ни песню...
Завтра утро и новые радость и боль,
То ли солнца лучи, то ли тучи скопились...
У меня на плече засыпает Ассоль, -
Паруса ей еще не приснились...


Светлана Мель
1986

Uber allen Gipfeln
Ist Ruh,
In allen Wipfeln
Sperest du
Kaum einen Hauch;
Die Vogelein schweigen im Walde.
Warte nur , balde
Ruhest du auch.

Горные вершины
Спят во тьме ночной;
Тихие долины
Полны свежей мглой;
Не пылит дорога,
Не дрожат листы...
Подожди немного,
Отдохнешь и ты.

Goethe - Лермонтов.

Не знаю, кто автар, но очень затронул душу этот стих:

Хозяин погладил рукою
Лохматую рыжую спину:
- Прощай, брат! Хоть жаль мне, не скрою,
Но все же тебя я покину.

Швырнул под скамейку ошейник
И скрылся под гулким навесом,
Где пестрый людской муравейник
Вливался в вагоны экспресса.

Собака не взвыла ни разу.
И лишь за знакомой спиною
Следили два карие глаза
С почти человечьей тоскою.

Старик у вокзального входа
Сказал:- Что? Оставлен, бедняга?
Эх, будь ты хорошей породы...
А то ведь простая дворняга!

Огонь над трубой заметался,
Взревел паровоз что есть мочи,
На месте, как бык, потоптался
И ринулся в непогодь ночи.

В вагонах, забыв передряги,
Курили, смеялись, дремали...
Тут, видно, о рыжей дворняге
Не думали, не вспоминали.

Не ведал хозяин, что где-то
По шпалам, из сил выбиваясь,
За красным мелькающим светом
Собака бежит задыхаясь!

Споткнувшись, кидается снова,
В кровь лапы о камни разбиты,
Что выпрыгнуть сердце готово
Наружу из пасти раскрытой!

Не ведал хозяин, что силы
Вдруг разом оставили тело,
И, стукнувшись лбом о перила,
Собака под мост полетела...

Труп волны снесли под коряги...
Старик! Ты не знаешь природы:
Ведь может быть тело дворняги,
А сердце - чистейшей породы!

( Памяти Н.М.Д.)

Я вновь один - и вновь кругом
Все та же ночь и мрак унылый.
И я в раздумье роковом
Стою над свежею могилой:
Чего мне ждать, к чему мне жить,
К чему бороться и трудится:
Мне больше некого любить,
Мне больше некому молиться!

С.Надсон.

Среди других играющих детей
Она напоминает лягушонка.
Заправлена в трусы худая рубашонка,
Колечки рыжеватые кудрей
Рассыпаны, рот длинен, зубки кривы,
Черты лица, остры и некрасивы.
Двум мальчуганам, сверстникам ее,
Отцы купили по велосипеду.
Сегодня мальчики, не торопясь к обеду,
Гоняют по двору, забывши про нее,
Она ж за ними бегает по следу.
Чужая радость так же как своя
Томит ее и вон из сердца рвется,
И девочка ликует и смеется,
Охваченная, счастьем бытия.
Ни тени зависти, ни умысла худого
Еще не знает это существо.
Ей все на свете так безмерно ново,
Так живо все, что для иных мертво!
И не хочу я думать, наблюдая,
Что будет день, когда она рыдая,
Увидит с ужасом, что посреди подруг
Она всего лишь бедная дурнушка!
Мне верить хочется, что сердце не игрушка
Сломать его, едва ли можно вдруг!
Мне верить хочется, что чистый этот пламень,
Который в глубине ее горит
Всю боль свою один переболит
И перетопит самый тяжкий камень!
И пусть черты ее нехороши
И нечем ей прельстить в воображенье, -
Младенческая грация души,
Уже сквозит в любом ее движенье.
А если это так, то, что есть красота
И почему ее обожествляют люди?
Сосуд она, в котором пустота
Или огонь, мерцающий в сосуде?

Н.А.Заболоцкий

Лейзи, автор Эдуард Асадов.

За окном города...чужие,
За окном поезда...чужие,
Облака и дожди чужие.
А ведь это моя страна...

Между нами мосты большие,
Между нами леса густые,
Между нами слова пустые,
Хоть до встречи лишь два звонка.

Убегают года куда-то,
Убегают мечты куда-то,
Мы теряемся в чьих-то жизнях,
Не жалея совсем своей.

... А за датой настанет дата,
Я, наверное, виновата...
Я, конечно же, виновата:
Жизни жаль для тебя своей.

Для тебя не писала песни,
Для тебя не месила тесто.
...И твоей не звалась невестой,
-Ты прости за прохладность встреч..

Не поэтому ли чужие?
Города и слова пустые...
Виновата я в том, что сердце
для тебя не смогла сберечь!!!

мои стихи про любовь -> За окном города чужие

Мережковский

Всё кончается смертью, всё кончается сном.
Буйных надежд истощил я отвагу...
Что-то устал я... Ну-ка прилягу...
Всё кончается смертью, всё кончается сном.

Гроб — колыбель... теперь и потом...
Было и будет, будет и было...
Сердце любило, сердце забыло...
Всё кончается смертью всё кончается сном.

Привычка дышать ...
Helenmc
Друзья уходят - остается боль
Кого благодарить за то, что выжил?
Кто в ночь ушел, кто просто тихо вышел…
Друзья уходят. Остается боль.

Он говорил: "не страшно умирать"
И жил вразнос - нелепо и отважно...
Я понял - если нечего терять,
Уходит боль. И даже жить не страшно.

Пришла пора решаться и решать?
Душе обещан сон и вечный отдых...
Но, черт возьми, я втягиваю воздух! -
Я слишком долго привыкал дышать…

Фридрих Шиллер.
Мужицкая серенада.
Слышишь? Выгляни в окно!
Средь дождя и мрака
Я торчу давным-давно,
Мерзну, как собака.
Ну и дождь! Потоп кругом!
Барабанит в небе гром.
Спрятаться куда бы?
До чего же ливень зол!
Мокнут шляпа и камзол
Из-за вздорной бабы.
Дождь и гром. В глазах черно.
Слышишь? Выгляни в окно!

К черту! Выгляни в окно!
Холод сводит скулы.
Месяц спрятался. Темно.
И фонарь задуло.
Слышишь? Если, на беду,
Я в канаву упаду -
Захлебнуться можно.
Темнота черней чернил.
Дьявол, знать, тебя учил
Поступать безбожно!
Дождь и гром. В глазах черно.
Баба, выгляни в окно!

Дура, выгляни в окно!
Ах, тебе не жалко?
Я молил, я плакал, но -
Здесь вернее палка.
Иль я попросту дурак,
Чтоб всю ночь срамиться так
Перед целым светом?
Ноют руки, стынет кровь,-
Распроклятая любовь
Виновата в этом!
Дождь и гром. В глазах черно.
Стерва, выгляни в окно!

Тьфу ты, черт! Дождусь ли дня?...
Только что со мною?
Эта ведьма на меня
Вылила помои!
Сколько я истратил сил,
Холод, голод, дождь сносил
Ради той чертовки!
Дьявол в юбке!.. Хватит петь!
Не намерен я терпеть
Подлые издевки.
Дождь и ветер! Шут с тобой!
Баста! Я пошел домой!

Перевод Л. Гинзбурга.

Юлия Друнина

Любовь.

Опять лежишь в ночи, глаза открыв,
И старый спор сама с собой ведешь.
- Не так уж он красив!
А сердце отвечает:
- Ну и что ж!

Все не идет к тебе проклятый сон,
Все думаешь где истина где ложь...
Ты говоришь:
- Не так уж он умен!
А сердце отвечает:
- Ну и что ж!

Тогда в тебе рождается испуг,
Все падает, все рушится вокруг.
И говоришь ты сердцу:
- Пропадешь!
А сердце отвечает:
- Ну и что ж!

* * *
Я только раз видала рукопашный,
Раз - наяву. И тысячу - во сне.
Кто говорит, что на войне не страшно,
Тот ничего не знает о войне.



Кошка Клёпа, "Некрасивая девочка" Заболоцкого очень хорошее стихотворение в списке моих любимых:)

Спят усталые зверюшки…
В паутинке дремлет мушка.
Зацепившись за крючок,
Спит притихший червячок.
Став похож на уголек,
Спит сгоревший мотылек.
Дремлет безмятежным сном
Клоп, придавленный бревном.
Спит на плоский блин похож
Под каток попавший еж.
Подавившись скорлупой,
Спит бельчонок под сосной.
Мертвым сном бурундучок
Спит, наткнувшись на сучок.
Утонув в вонючей луже,
Спит цыпленок и не тужит.
А на высохшем полу
Рыбки кучкой спят в углу.
Спит, намотанный на шину,
Уж, попавший под машину.
Спит убитая лисичка,
Спит задушенная птичка,
Спит застреленный зайчишка,
В мышеловке дремлет мышка.
Спит, прикрывши лапой носик,
С голодухи сдохший песик.
Спит повешенная кошка,
Спит раздавленная блошка,
Спят усталые зверюшки,
Спи, а то прибью подушкой!
Спит убитая лисичка,
Спит задушенная птичка,
Обезглавленный хомяк
Посмотри-ка как обмяк.
Утонув в зловонной жиже,
Спят в аквариуме мыши.
И на высохшем полу
Рыбки кучкой спят в углу.
Спят в пробирке эмбрионы,
Спят в музее фараоны,
И в уютном мавзолее
Ленин спит, блаженно млея.
Сторож спит с ножом в спине,
Спят пожарники в огне,
И, придавленный бревном,
Спит строитель мертвым сном.
Ошибившись только раз,
Спят саперы в этот час.
Парашют с собой не взяв,
Спит десантник на камнях.
Газ забыв закрыть, соседи,
Спят в повалку на паркете.
В паутине дремлют мушки...
Спи, а то прибью подушкой

Автор, видимо тоже спит

О. Бергольц
Бабье лето

Есть время природы особого света,
неяркого солнца, нежнейшего зноя.
Оно называется бабье лето
и в прелести спорит с самою весною.
Уже на лицо осторожно садится
летучая, легкая паутина...
Как звонко поют запоздалые птицы!
Как пышно и грозно пылают куртины!
Давно отремели могучие ливни,
все отдано тихой и темною нивой...
Все чаще от взгляда бываю счастливой,
все реже и горше бываю равнивой.
О мудрость щедрейшего бабьего лета,
с отрадой тебя принимаю... И все же,
любовь моя, где ты, аукнемся, где ты?
А рощи безмолвны, а звезды все строже...
Как видишь - проходит пора звездопада,
и, кажется, время навек разлучаться...
... А я лишь теперь понимаю, как надо
любить, и жалеть, и прощать, и прощаться...

Не отрекаются любя,
Ведь жизнь кончается не завтра.
Я перестану ждать тебя,
А ты придешь совсем внезапно.
А ты придешь, когда темно,
Когда в окно ударит вьюга,
Когда припомнишь как давно
Не согревали мы друг друга.
И так захочешь теплоты,
Не полюбившейся когда-то,
Что переждать не сможешь ты
Трех человек у автомата.
И будет , как назло, ползти
Трамвай, метро, не знаю что там.
И вьюга заметет пути
На дальнем подступах к воротам.
А в доме будет грусть и тишь,
Хрип счетчика и шорох книжки,
Когда ты в двери постучишь,
Взбежав наверх без передышки.
За это можно всё отдать,
И до того я в это верю,
Что трудно мне тебя не ждать,
Всю ночь, не отходя от двери.

Вероника Тушнова

Прощай, мы расстаёмся навсегда
Прощай, мы расстаёмся навсегда.
Пройдут года, ты всё поймёшь, наверное.
Была большой когда-то нам Земля,
Ну, а теперь тесна для нас Вселенная.
Придётся разделить нам мир большой
На две дороги, на две половины
Тебе коль запад, значит, мне восток
И половина звёзд на небе синем.
Ах, если б разделилась наша боль,
Разлуки горечь если б разделилась,
Пусть встреча наша, как на рану соль,
Её воспринимаю я, как милость.
Ну, что с того, что любишь ты меня
И я люблю тебя, так что с того же.
Сойтись не смогут камень и вода
Огонь и лёд друг друга уничтожат.
Прощай, мы расстаёмся навсегда.
Пройдут года, ты всё поймёшь, наверное.
Была большой когда-то нам Земля,
Ну, а теперь тесна для нас Вселенная


Горсть тепла:
Оказалось
У тебя больше нету:
Звон стекла -
Разлетелась
Брызгами по паркету
Я или только
Осколки моей нежности?..
Только: что толку?
Жизнь несравнима с вечностью.
Завтра уйду
В черном платке наброшенном
В свет? В темноту?..
Разницы нет, хороший мой.
Я растворюсь:
Вряд ли ты станешь счастливее...
Есть только грусть
После любви. Прости меня.
Не спеши.
На разлуку успеем мы взять билеты.
Горсть души.
Сохрани.
У меня больше нету.
И меня больше нету...

Печальной будет эта песня
О том, как птицы прилетали,
А в них охотники стреляли
И убивали птиц небесных.

А птицы падали на землю
И умирали в час печали,
А в них охотники стреляли
Для развлеченья и веселья.

А птицы знали, понимали,
Что означает каждый выстрел,
Но по весне вновь прилетали
К родным лесам у речки быстрой.

И не могли не возвратиться
К родимой северной округе,
И песню горестной разлуки
Весной веселой пели птицы.

И не могли не возвратиться
К родимой северной округе,
И песню горестной разлуки
Весной веселой пели птицы,

А в них охотники стреляли
И попадали в птиц не целясь.
И песню скорби и печали
Весной веселой птицы пели.

© Александр Градский

Тёплый вечер. Холодные звёзды.
Нежный сумрак наводит печаль.
Ты вернёшься, но будет поздно.
И чего-то немножечко жаль.

Ты вернёшься когда-нибудь снова
И негромко к себе позовёшь,
Только вновь не услышу я зова -
Для меня ты сегодня умрёшь.

Чуда ждать я давно перестала,
Сплю ночами и слёзы не лью.
Без тебя я немного устала.
Но пройдёт! Я уже не грущу.

День за днём я любовь убивала -
Своего я добилась вполне.
Только жить легче вовсе не стало,
Но зато стало проще тебе.

Ты один. И собою доволен.
Отдыхаешь от тесных оков.
Ты один, наконец-то свободен
От ненужных забот, лишних слов.

Я одна. Ни о чём не жалею,
Никого и ни в чём не виню
И надежд никаких не лелею,
Потому что уже не люблю.

Ты вернёшься когда-нибудь снова
И негромко к себе позовёшь,
Только вновь не услышу я зова -
Для меня ты сегодня умрёшь.

Тёплый вечер. Холодные звёзды,
Нежный сумрак наводит печаль…
Ты вернёшься, но будет поздно.
И чего-то немножечко жаль.

Тёплый вечер. Холодные звёзды.
Нежный сумрак наводит печаль.
Ты вернёшься, но будет поздно.
И чего-то немножечко жаль.

Ты вернёшься когда-нибудь снова
И негромко к себе позовёшь,
Только вновь не услышу я зова -
Для меня ты сегодня умрёшь.

Чуда ждать я давно перестала,
Сплю ночами и слёзы не лью.
Без тебя я немного устала.
Но пройдёт! Я уже не грущу.

День за днём я любовь убивала -
Своего я добилась вполне.
Только жить легче вовсе не стало,
Но зато стало проще тебе.

Ты один. И собою доволен.
Отдыхаешь от тесных оков.
Ты один, наконец-то свободен
От ненужных забот, лишних слов.

Я одна. Ни о чём не жалею,
Никого и ни в чём не виню
И надежд никаких не лелею,
Потому что уже не люблю.

Ты вернёшься когда-нибудь снова
И негромко к себе позовёшь,
Только вновь не услышу я зова -
Для меня ты сегодня умрёшь.

Тёплый вечер. Холодные звёзды,
Нежный сумрак наводит печаль…
Ты вернёшься, но будет поздно.
И чего-то немножечко жаль.

Очень понравилось это стихотворение, прям за душу задело, когда первый раз прочитала

Она встречалась с ним полгода,
У них все было хорошо,
Была хорошая погода,
Вокруг росло все и цвело.
Она любила его очень,
Он о любви твердил всегда.
Гуляла с ним она до ночи,
А ночью быть с ним не могла.
Но вот однажды, сильно пьяный
Он к ней с улыбкой подошел.
"Пойдем с друзьями погуляем,
Тебе там будет хорошо!"
Она немного помолчала,
Потом сказала: "Что ж пошли!"

В квартире той веселье было,
Звучала музыка и смех.
Там отмечали новоселье,
Она парней узнала всех.
Там было две всего девчонки,
Она их знала хорошо,
К ним подошла она тихонько,
Заговорила про свое.
Потом все выпили за встречу,
За дружбу, верность и любовь,
Он закурил, пустив колечки,
И всем налили до краев.

Но скоро за окном стемнело,
Она сказала: "Мне пора!"
И вот уйти уже хотела,
И быстро к двери подошла.
Её догнал он у порога,
И сильно за руку схватил
"Останься здесь ещё немного"
- Её он грубо попросил.
Она сказала: "Уже поздно,
Меня ждёт мама, мне пора,
Ты позвони мне завтра утром,
Ну всё, пока, люблю тебя!"

Но он схватил её за руку,
И силой в спальню потащил,
А перед этим ещё рюмку
Просто залпом осушил.
И вдруг ей стало страшно,
И были слёзы на глазах,
Но слёзы лились понапрасну,
И появилась дрожь в ногах.
И на лице с улыбкой глупой,
Ее он бросил на кровать,
Потом сказал: "Ну что, подруга,
Тебя хочу я поласкать!"
Он потянулся к ней всем телом,
И начал в губы целовать,
Она от страха онемела,
И тихо начала рыдать.
Но он вскочил, сказал:
"Довольно,
Ну, сколько можно мне терпеть?
С тобой встречаемся мы долго,
Хочу тебя я поиметь!"
"Не надо!" - вскрикнула девчонка,
"Ведь я же девочка еще!"
Ты поиграешь, после бросишь,
Не пожалеешь ни о чем!"
Но он сказал:"Неправда это!
У нас все будет хорошо!
Ведь нам дано так от природы,
И это будет, как в кино".

Ее просил он очень долго,
Она твердила только "Нет!"
И был удар тот очень звонкий,
И на лице остался след.
От боли вскрикнула девчонка,
И посмотрела на него.
Он пьяный был и был жестоким,
Ему все было все равно.
Она кричала, вырывалась,
А он схватил ее сильней.
Он бил ее, она кусалась,
И очень больно было ей.
Он начал рвать на ней одежду,
И сил уж не было кричать,
Он стал белье с нее срывать.
Потом сказал:"Ну, что, шалава,
Давай-ка ногу поднимай,
И мне плевать на эти слезы,
Ты не реви, а помогай!"
Она немного приподнялась,
Прикрыла грудь своей рукой,
А про себя она молилась
"За что мне это, Боже мой?"

В нее вошел он очень резко,
И вдруг ее пронзила боль.
От этой боли, чтоб не вскрикнуть
Она прикрыла рот рукой
Но вот конец
Он слез с нее и лег с ней рядом
Она прикрылась простыней
И жизнь ей показалась адом
Он захрапел, она привстала
Часы пробили 5 утра
А за окном уже светало
Она к одежде подошла.
Оделась быстро, как сумела.
Внутри болело у нее,
И так ей плакать захотелось.
Она рыдала, вспомнив все.
И подойдя вдруг к телефону.
Набрала номер: "Это я,
Прости меня, моя родная,
Прости за то, что не пришла"
И мама в трубку прошептала
"Иди домой, я жду тебя,
тебя я дочка понимаю,
Сама ведь молодой была".
И положив тихонько трубку
Надела туфли у окна,
Поправив порванную юбку,
Она домой к себе пошла
Там обо всем сказала маме,
И мать была поражена
"Ведь ты его давно уж знала
Но не узнала в нем скота"

И вот спустя одну неделю
Он все же к ней домой пришел
И листья на балкон слетели
А он просил простить его
И у нее дрожали руки
"Ну что сказать ему теперь?
"За что, за что мне эти муки?
Зачем ему открыла дверь?
Она сказала: "Я прощаю,
Об этом я не расскажу.
Ушел он, не сказав ни слова,
С улыбкой гордой на губах.
И в ней тоска проснулась снова,
Явились слезы на глазах.
Ну, а потом она узнала,
Он приходил из-за того,
Чтобы не сесть.

И Рано утром
Ей мать сказала:"Слушай, дочь,
Твой срок беременности малый,
И я могу тебе помочь.
И вот лежит она в палате,
И что-то пишет на листке
"Прощай, мамуля, все прощайте!"
Проносится в ее уме
Она стоит на крыше дома,
И слезы льются по щекам.
И шепчет лишь 4 слова
"Люблю, люблю тебя, прощай"

Милиция и лужа крови,
Стоит толпа, рыдает мать,
А ведь такая молодая
Никто не мог предугадать...

О гибели ее узнал и он,
Но к гробу все ж не подошел,
Под руку шел, с другой девчонкой
Им вместе было хорошо...

А через день, придя с работы
Он старую газету взял,
И из нее упало что-то,
Письмо то было от нее
Он сел на стул читать записку
"Ну, здравствуй милый, это я
Ты приходи, чтоб попрощаться,
И поцелуй в гробу меня
Тебя любила я так сильно,
Была я счастлива с тобой,
Меня уж нету, я на небе
Себя ни в чем ты не вини,
А нашего с тобой ребенка,
Я забрала с собой, прости.
Ну что ж, прощай, будь счастлив милый!
Всего хорошего тебе
Ты сам люби и будь любимым,
Не забывай лишь обо мне.
С подругой, я надеюсь, счастлив, будешь,
Ее сильней меня полюбишь,
Теперь прощай, люблю тебя!

Он прочитал записку дважды,
Из глаз его текла слеза
Могиле, как и ей однажды
Он прошептал: "Люблю тебя!"

Все это так - архитектура.
Вас от недуга излечу,
Вы мне доверьтесь, как врачу,
Поможет вам моя микстура.

На девиц глядите с нужной точки,
Наливайте из медовой бочки,
Только дегтю добавляйте к меду.
Вникнуть попрошу в мою методу.

Если вы на женщин слишком падки,
В прелестях ищите недостатки.
Станет сразу все намного проще:

Девушка стройна, мы скажем: мощи!
Умницу мы наречем уродкой,
Добрую объявим сумасбродкой.
Ласковая - стало быть липучка,

Держит себя строго, значит злючка.
Назовем кокетливую шлюхой,
Скажем про веселую - под мухой.
Пухленькая: скоро лопнет с жиру.

Щедрую перекрестим в транжиру.
Ну а бережлива? Окрестим скволыга!
Если маленькая? Ростом с фигу!
Если рослая? Тогда верзила!

Через день, глядишь,
Через день, глядишь,
Через день, глядишь,
Безответная любовь остыла!!!