Весенним звоном день наполнен,
Цветами воздух напоен .
Сегодня будет в доме графа
Большой весенний котильон.

С утра готовят угощенье,
Пекут эклеры и торты .
Несут французское печенье
И зал украсили цветы

А дочка графа, Лизавета
Вторую ночь не спит и ждет .
Красавца стройного, корнета
Что вечером на бал придет .

Ее сердечко словно птица
Трепещет , рвется из груди.
Пришла пора ее, влюбиться
И верить в счастье впереди .

И бал настал, зажгли все свечи
Течет шампанское рекой .
Мазурка, полька, вальс и карты
Смешалось все в толпе людской .

И только Лиза на крылечке
Тихонько плачет у двери .
Трясутся худенькие плечи
И стоны рвутся из груди.

Он не пришел, убит в дуэли
Письмо принес его денщик.
И только крест его нательный
У Лизы на груди висит .

А звуки бала, громче, громче
И праздничных бокалов звон.
«Налей вина», «мадам позвольте»
Таков весенний котильон!

Не в силах выдержать веселье,
И радости и жизни шум.
Сбежала Лиза белой ночью
В порыве горьких своих дум.

И до утра в своих раздумьях
Бродила Лиза сквозь дворы .
С рассветом, бросилась в теченье
Холодной , матери – Невы .

А бал гремел, а бал резвился !
Когда пошла она ко дну .
Никто не видел как погибла
И не узнал ее беду.

Искали долго граф с графиней
Свою исчезнувшую дочь
Корнет, сыгравший злую шутку
Провел прекрасно эту ночь.

И снова звоном день наполнен,
Цветами воздух напоен.
Сегодня будет в доме князя
Большой весенний котильон.

Ночь пришла, уснул весь мир.,
Но на страже Альтаир,
Он стоит над всей вселенной,
Ан-Наср-Ат орел парящий,
С беттой, гаммою орла
Образует Око мира.
За спиною Альтаира
Есть змея и змееносец,
Геркулес, стрела и щит
Но увы, теперь мир спит!
Подняв голову орел,
Посмотрел на путь извечный
Узкий, призрачный и млечный,
Где-то в темном мраке мира,
Под крылом у Альтаира
Шарик крошечный летит.
И над ним Цефей стоит:
Андромеда, Ящер, Кит,
А под ними рядом,сбоку,
Бросив эфиопского царя
Мама Андромеды величавой
Выступает Касса павой
Окликая мужа и царя.

Жар, влажный и пряный, разливался по комнате. Он проникал всюду и возбуждал их желание. От него некуда было спрятаться. Ложе укрытое зеленым , засыпаное полевыми травами и цветами манило к себе. Сочные ягоды изнывали от бурлящего в них сока. Она лежала на этом ложе. Его протянутая рука застыла над двумя белоснежными холмами. Божественный аромат ее тела сводил с ума. Нежная кожа бедра притягивала взгляд. Ножка изящная, легкая, была кокетливо приподнята и манила к себе. Его жадный взгляд перемещался по этому дивному телу и желал обладать им. Какой-то шорох за окном привлек к себе его внимание и он испугался. Этот внезапный испуг обострил его желание и он склонился над этим ложем. Его пальцы нечаянно прикоснулись к ее бедру и по его жилам пробежал огонь и он весь затрепетал. Его взгляд проник в горячее лоно, и он ощутил себя там, в нем. Не в силах больше сдерживаться он расслабил и снял галстук и расстегнул рубашку. Он чувствовал, как горячий пот возбуждения побежал по позвоночнику. От страшного напряжения он весь замер, предчувствствуя сладостные мгновения. Правая рука его приподняла ее: "Боже" - пронеслось у него в голове. - "Не дай мне сейчас сожрать эту курицу, ведь я жду любимую у нас романтический ужин. " Левая рука его с хрустом вывернула бедро и зубы вонзились в ножку курицы.

"Замороженные отношения"*

*авторское название

Теплой весенней ночью, насвистывая незатейливую мелодию, Виталий ехал по пустому шоссе на своем стареньком Фольксвагене. У него было замечательное настроение, ведь в одной стареньких пятиэтажек на улице Первомайской, в квартире номер 8, его ждало свидание с чудесной девушкой Оксаной. Виталий купил цветы, побрил подмышки и даже нашел по такому случаю последние чистые носки. Он еще не знал, что сегодня утром муж Оксаны вернулся с командировки раньше времени и при возвращении был пойман у подъезда бдительной соседкой, от которой и узнал о наличии у Оксаны постоянно приезжающего к ней по ночам Виталия. Жить ему оставалось не более часа.