"Иван Никифорович Худенко был характерным персонажем той эпохи – «шестидесятником» от сельского хозяйства. Крестьянский сын, он родился в 1918 году, в 1934 году окончил финансово кредитный техникум и был направлен на работу помощником счетовода в совхоз. Прошел Финскую и Великую Отечественную войны, служа «по хозяйственной части». В 1957¬м демобилизовался в чине капитана, осел в Алма Ате, стал начальником отдела финансирования совхозов в министерстве сельского хозяйства Казахской ССР. Однако спокойно перекладывать бумажки не смог. Вдова Худенко Татьяна Гавриловна вспоминала: «Бывало, сидим, смотрим телевизор, вдруг кто то выступает по хозяйственным вопросам. Иван Никифорович тут же за карандаш, все цифры запишет, пересчитает и потом свое мнение шлет: это, мол, верно, а это неправда, вранье! Он цифры любил, только чтоб честные были. А если нечестные, так он просто страдал!. Он непорядка не терпел... Говорил, что добро у нас под ногами валяется, а мы его топчем... Дай человеку свободу, говорил, так он горы своротит!»
В начале 1960¬х беспокойному экономисту дали в управление многоотраслевой совхоз «Илийский» Алма Атинской области. Здесь Худенко поставил эксперимент по внедрению «безнарядно звеньевой системы организации и оплаты труда». А попросту говоря, Худенко перевел свой совхоз на полный хозрасчет, подкрепленный прямым материальным стимулированием работников. Оплачивались достигнутые результаты, а не затраченные усилия.

Вместо громоздкой системы из трех комплексных отделений и девяти полеводческих бригад с огромным числом работников и общей, то есть «ничьей», техникой, было создано 17 звеньев по 4–5 человек с закрепленной за ними техникой (комбайнами, тракторами и т. д.). Каждое звено имело строго очерченные функции и фонд затрат на их исполнение. На девяти токах прежде работало, в зависимости от количества зерна, до 500–600 человек. После реорганизации по системе Худенко было создано три механизированных тока, а их обслуживало всего 12 человек. Число управленцев в совхозе было сокращено с 132 до двух человек – остались управляющий (он же главный агроном) и экономист¬бухгалтер зернового отделения.
Экономические результаты эксперимента были ошеломляющими. Работа по новой системе стартовала 1 марта 1963 года. За первый же сезон производство зерна в совхозе выросло в 2,9 раза, прибыль на одного работающего — в семь раз, а себестоимость центнера зерна упала с 5–7 рублей до 63 копеек. Производительность работника в механизированных звеньях за год увеличилась почти в 20 раз. Соответственно выросли доходы. Начальник звена получал 350 рублей в месяц, его механизаторы по 330 рублей. В других совхозах СССР и 100 рублей считались хорошим месячным доходом.
Центральная пресса разразилась хвалебными публикациями, казахские документалисты сняли о Худенко фильм «Человек на земле», а отцы республики в конце сельхозсезона закрыли эксперимент. Приехавшим защищать новатора московским экономистам сказали честно: Худенко «нарушает социальный мир». Дело в том, что численность занятых в «Илийском» работников по системе Ивана Худенко сократилась с 863 до 85 человек. Автор эксперимента предложил решение проблемы: построить в «Илийском» плодоовощной комбинат, который бы круглогодично снабжал казахскую столицу свежими и консервированными овощами и фруктами. Но на это нужны были дополнительные ассигнования... К тому же Худенко предлагал распространить его опыт на все сельское хозяйство страны. В таком случае трудоустраивать заново пришлось бы 33 млн. из 40 млн. занятых тогда в производстве крестьян. В конце 1964 года новый первый секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев посмотрел фильм «Человек на земле» и завершил дискуссию: «Это дело преждевременное».

Уже в последние хрущевские годы относительной самостоятельности крестьян пришел конец.
Материальное стимулирование, прогрессивные методы работы – все это ерунда, просто надо лучше работать и следовать линии партии. Тем более удивительно, что Иван Худенков в 1969 году добился проведения нового эксперимента. Буквально на голом месте, в казахстанской полупустыне был создан небольшой совхоз «Акчи», официально именовавшийся «опытным хозяйством по производству витаминной травяной муки». Добавка такой муки, содержащей много белка и витаминов, в рацион коров поднимает удои на 30–40%. «Акчи» вновь был выстроен из звеньев (рабочих групп, как сейчас сказали бы) механизаторских, строительного, управленческого. Все звенья работали на полном хозрасчете, и вопросы решались гласно и вполне демократично на совете хозяйства, которому подчинялся его директор. В управленческом звене было всего два человека – директор Михаил Ли и экономист¬бухгалтер Иван Худенко.
Эксперимент проводился по Постановлению Совмина Казахской ССР, а его условия были согласованы с союзными ведомствами – Комитетом по труду, ЦСУ СССР, Минфином и Госбанком СССР. Как это удалось Худенко – до сих пор загадка. Производительность труда в «Акчи» была в шесть раз выше средней по республике, зарплата выше в два три раза. Необычно высоким было и качество самой продукции совхоза — травяной муки. Как вспоминал партнер Худенко Владислав Филатов: «Для высшего сорта содержание каротина в травяной муке устанавливалось в 180 единиц, а у нас было 280. Приборы зашкаливало, приемщики не верили своим глазам. А мы высчитали, что его содержание зависит от времени суток. И косили ночью, когда каротина максимум».
Привлеченные духом свободного и творческого труда, в «Акчи» перешли алма¬атинский архитектор Владислав Филатов, строивший со своим звеном комфортабельные дома для совхозников, и директор соседнего хозяйства Владимир Хван. Об «Акчи» писала местная и центральная пресса, а статью из «Литературной газеты» перепечатал даже орган югославских коммунистов «Борба» под заголовком «Тайна экономического чуда в казахстанском совхозе».
В 1970 году эксперимент был закрыт, причем самым варварским способом. Вот как запомнил это Филатов: «Все было похоже на разбойное нападение. В середине дня наряд конной милиции окружил наш завод по производству травяной муки. Людей в буквальном смысле слова стаскивали с тракторов, отгоняли от работавших на заводе агрегатов. Со стороны могло показаться, что идет облава на крупных преступников». Совхоз закрыли в разгар сезона, не заплатив рабочим денег и не вернув сделанных ими капиталовложений. Худенко и его команда три года боролись за свое дело, ходили по кабинетам и редакциям газет. «Поймали» новаторов на глупости. Устав бороться за идею, Худенко попытался вернуть хотя бы заработанные в совхозе деньги. Составив иск в суд, экономист скрепил документ печатью не существовавшего уже «Акчи». Это и стало формальным поводом обвинить Худенко и его партнеров в попытке хищения госсобствености.
Ошибка Худенко не только в излишней самостоятельности. Никогда нельзя демонстрировать власть имущим, что ты успешнее их. Свидетели событий в «Акчи» указывают на «истинную» причину закрытия второго эксперимента Худенко. Друг Брежнева, министр сельского хозяйства казахской ССР Михаил Рогинец, посетив «Акчи» с недружественным визитом, увидел построенные звеном Филатова коттеджи с электроплитами и принялся орать: «Во дворцах жить захотели! Не по чину берете!» В ответ услышал, что в стране строится коммунизм, при котором все будут работать по способностям, а получать по потребностям. На это он резко возразил: «Но потребности будут разные. У меня – одни, а у вас – другие». Другой высокий чин из казахского минсельхоза добавил: «У вас тракторист получает 360 рэ, это больше, чем у завотделом в нашем министерстве! Где же здесь справедливость?»
Иван Худенко умер в тюрьме 12 ноября 1974года."

https://www.liveinternet.ru/users/sergey-ef.../post151142825/